Доктор и Демон

Прошло 2 месяца

      С тех пор как мы вернулись дел казалось прибалось вдвойне. Свободного времени порой не хватало и на полноценный прием пищи или сон, говорить что-то про чтение любимых книг или исследования новых трав, что мне удалось отыскать на ярмарке, которая прошла не так давно, тут нечего. В этот раз прилавки прямо пестрили от обилия красок и диковинных приспособлений, незнакомых растений и других лекарственных ингридиентов. Даже повезло застать торговцев прибывших из далеких стран. Как правило они предпочетают везти все прямиком в столицу или крупные торговые города, а в наш городок, затеряный среди лесов на границе, заезжают лишь местные, путешествующие от города к городу. У них, конечно, нет такого разнообразия, но тоже можно найти много чего полезного в повседневной жизни, но все же это не сравниться с товарами других континентов.       Приближающееся холода уже дают о себе знать возрастающим обострением сезонных заболеваний. В первую очередь это касалось детей, но в скором времени подключатся и многие взрослые, поэтому необходимо запастись многими лекарствами, засушить травы и сделать заготовки для микстур с коротким сроком годности. С одной стороны такая загруженность в течении дня имела и положительные моменты, ведь когда много работы времени отвлекаться на что-то другое совершенно нет. С другой же стороны постоянное избегание проблем никогда не станет их решением, пустить все на самотек, авось само разрешится — сомнительный и далеко не всегда правильный выбор.       Поэтому даже имея такую нагрузку в течении дня, порой и до поздней ночи, моментами все равно оказываешся в том лесу. Кажется, что это было только вчера, но если начинать цеплятся за хвост этих мыслей, так много времени прошло с тех пор, что один сезон почти сменился другим. Время ускорилось? Или наоборот замедлилось? Что-то поменялось, а я этого не заметила? Или это только я изменилась, а весь окружающий мир остался прежним?       Если бы это был едичный случай я бы еще могла списать все на свое воспаленное сознание, учитывая что произошло и то количество дел, свалившихся на меня сразу по возвращению, не дав даже время перевести дух, но проблема в том, что это чувство не проходит. Особенно изменения ощущаются в городе. Или если быть точнее чувство опасности, возникающее как только я пересекаю черту города. Я будто кожей ощущаю на себе взгляды, этот мороз по позвоночнику пробирающий до дрожи и неприятное покалывание на затылке, но когда я оборачиваюсь, никого подозрительного не видно. После этого потревоженные где-то за задворках сознания чувства еще долго не утихают, а лишь больше накатывают: что это было? Мне показалось? Нет, не может же так частно «казаться» одно и то же. Кто-то следит за мной? Что им надо от меня? Это просто совпадение или что-то большее? Могут ли это быть сообщники тех, с кем мы разобрались в тот раз. Они пришли мстить или это их новый заказ. Нет, вряд ли бы такие люди стали проворачивать это в городе среди белого дня, когда повсюду есть патрули, да и охрана на стене точно бы не пропустили их с оружием и без документов. Тогда что или кто это? После многочисленных хаотичных мыслей тревога в груди не проходит ровно до того момента, пока не окажусь дома. Это липкое ощущение загнанной в угол жертвы охотником, что упивается последними трепыханиями своей добычи, деваться ей некуда, она именно там где хочет он. Что-то тут не чисто, и чем дольше это продолжатся тем больше меня это напрягает. Надо будет поспрашивать, не случалось ли чего за то вмемя, что мы отсутсвовали, а то больно уж это все смахивает на затишье перед бурей, и с каждым днем напряжение все растет, будто вот-вот порвется тонкая нить и разрушится все, что ты знал до сих пор. По хорошему здесь надо бы сесть и разобраться в ситуации и внести ясность во все хаотично разбегающееся мысли и чувтва, но волноваться еще и об этом у меня просто нет времени. Кто знает, может быть это просто мое разыгравшееся воображение, а после встречи с теми наемниками, которым заказали мое убийство, я ищу подвох там, где его и не было?       С Нацу все тоже поменялось. С тех пор как мы вернулись, что-то странное происходит между нами, ощущение будто мы отдалились намного больше, чем даже при первой встрече. Складывалось впечатление, что все не так как должно быть. Но как должно-то? Вроде все как и раньше: я делаю свою работу, Нацу выполняет мелкие поручения, вместе обедаем, отдыхаем. Ничего сверх естественного не происходит, но все чаще я чувствую непонятную неловкось, все чаще становиться сложнее о чем-то говорить и все чаще я думаю, что в этом виновата я. С нами столько случилось только из-за мой несдержанности, и в итоге Нацу снова пострадал. За все время, что он был в рабстве, ему наверняка многое пришлось пережить, намного больше того, чем он поделился со мной. Я хотела ему помочь, облегчить немного его участь, но пока только вредила ещё больше. А с тех пор как я осознала, что умудрилась влюбиться в него, мне почему-то больно даже смотреть в его сторону. Моё сердце разрывается на части. И что делать дальше, я не знаю.

***

      Сегодня день начался как обычно. Утром разобравшись со всеми домашними делами, пересмотрела и сверила со списком все имеющиеся лекарства, отметила те, чей срок годности скоро истечет, их нужно было использовать в первую очередь, проверила те которые приготовила недавно, они должны были настояться как следует, чтобы их можно было использовать, также просмотрела их на наличие осадка, изменения цвета или вязкости. После обеда нужно было снова наведаться в город, чтобы зайти в аптеку за заказанными мной травами и микстурами.        Так как это было уже послеобеденное время, я решила еще на обратном пути забежать на рынок, поэтому немного задержалась. Не знаю почему, но с каждым моим визитом сюда, мне хочется как можно меньше времени проводить в городе. Раньше, когда выдавалась свободная минутка между визитами к пациентам или другими хлопотами я частенько любила прогуляться по узким улочкам или заглядываться на обилие товаров на прилавках торговых кварталов. То сейчас мне буквально нужно собираться с мыслями, чтобы сюда просто прийти, даже по работе. Но делать нечего. Не появляться тут вообще, я тоже не могу.       Когда я закончила с моим пациентом и забрала то, что нужно, солнце уже медленно клонилось в сторону горизонта, я как обычно шла по знакомой улочке в старой части города. Здесь все постройки отличались крайне близким расположением друг к другу, и множественными извитыми ходами между нескольких домов. Оказавшись тут первый раз заблудится можно в два счета. По мере расширения города, постройки стали делать более свободно, даже обычные повозки могли свободно проехать между ними, но все же оставались такие места как это, где можно было пройти только пешком. Но даже несмотря на все неудобства, эта дорога была самой короткой для выхода к восточным воротам, собсвенно куда и надо было девушке.       «Хм…странно…здесь всегда было так темно?» — обернувшись назад Люси вглядывалась в тонкую полоску света, что пробивалось с оживленной улицы, но звуки почему-то были приглушены, доносились слово через стеклянный купол. Сердце невольно сбилось с ровного ритма, спина мгновенно взмокла. Тревога стала подниматься, словно потревожанный ил со дна реки. Медленно, незаметно, поглащая все больше кристальной глади воды.       «Не нравится мне это…надо скорее уходить» — девушка ускорила шаг. Двигаясь по узкому переулку она запретила себе останавливаться и смотреть назад. Кто-то невидимый толкал ее в спину. Ни в коем случае не останавливайся. Только вперед. Да и здесь некуда свернуть. Двигайся. Быстрее-быстрее-быстрее-быстрее-быстрее. Пульс участился, сердце набатом слышалось в ушах, еще немного и перед глазами все начинает курижиться. Паника заглушает все доводы разума. И без того узкий проход стал уменьшаться, стены приближались друг к другу, все чаще девушка спотыкалась о коробки или неровную брусчатку, некоторые камни которой осели и нарушали ровную кладку. Она уже почти сорвалась на бег, но чувство, что кто-то вот-вот настигнет, усиливалось с кажной секундой. Хартфилии казалось, что эта дорога никогда не закончится, в ушах звенело, дыхание сбилось настолько, что каждый прерывистых вдох отдавался тупой болью в груди, легкие горели, постепенно темнело перед глазами, из-за этого девушка все чаще не замечала какие-либо препятствия под ногами, но уже не придавала этому никакого значения. Единственное что было перед глазами маленькая точка света в конце коридора из домов, которая все никак не хотела приближаться. " Почему здесь так мало места, как я здесь ходила всегда?» — паника одолевала девушку все сильнее с каждой секундой. Словно болото поглащало невнимательного путника, а все попытки выбраться из трясины лишь ускоряли неизбежное.       Яркая вспышка перед глазами заставляет ее зажмурится. Выставив свободную руку вверх, девушка заслонила яркие лучи солнца. Оглянувшись назад, она поняла, что уже оказалась за чертой города. Сердце продолжало бешенно стучать в грудной клетке, шум в ушах постепенно проходил, дыхание постепенно восстанавливалось. Не сводя взгляда с улицы, по которой она только что бежала, Люси пыталась успокоиться и привести мысли в порядок, продолжая вслушиваться в малейшие шорохи. Но за ней никого не было, никто ее не преследовал. Ничего кроме отдаленных звуков повозак или разговоров людей.       «Что это было, черт подери? Неужели воображение разыгралось?» — постояв еще несколько минут, сделав при этом несколько глубоких вдохов, чтобы окончательно сбросить это липкое чувство, девушка отправилась домой, вот только тревожные мысли продолжали крутиться в голове.       По возвращению Люси разложила покупки, рассортировала партию лекарственных трав из аптеки и приступила к оставшимся делам на сегодня. В планах еще было проверить теплицы, посмотреть как приживаются новые растения, хорошо ли подошли новые удобрения, и собрать те травы, что нужны на новую партию засушки. Пока они будут сохнуть, необходимо было убрать предыдыдущие заготовки, распределить и подготовить для дальнейшего использования. За всей этой рутиной в теплицах она провела почти до позднего вечера, и с Драгнилом она пересеклась только пару раз, да и была слишком уставшей чтобы думать еще и об этом. Поэтому в конце дня, утомленная девушка, буквально свалилась на диван в приемной. Она прикрыла глаза рукой, а мысли словно через открытую плотину ринулись наперебой.       «Что же происходит в городе? Что такого могло произойти, пока нас не было? Или так было всегда, просто раньше я не обращала на это внимание. Да нет, такое невозможно не заметить. С тех пор как я переехала в этот город всякое конечно было, но и близко не сравнится с тем что просиходит сейчас. Неужели опять этот старикашка постарался? Он настолько мелочный, что будет пытаться добиться своего сколько бы времени это не заняло что ли. Я искренне надеюсь у него есть дела по важнее, чем заниматся такими детскими обидами. Хотя его наемкики определенно не по-детски хотели меня убить. Шутка явно вышла из-под контроля. Но если это не он, тогда кто? К этому точно кто-то приложил руку. И зачем вообще я им понадобилась. С чего все началось? А-а-а-а, это бесполезно, чем больше пытаюсь разобраться во всем, тем больше не понимаю. Если так дело пойдёт…что будет дальше… Точно! Если вспомнить, именно после нашего возвращения и стали происходить странные случайности. То вазон с цветком упадёт с этажей выше. То крепление витрины бара неожиданно раскрутится, именно в тот момент, когда я была побизости от нее. Та повозка, что чудом не зацепила меня. А то что сегодня произошло вообще никаких коментариев не требует. Списывать все на усталось больше нельзя, я еще не настолько сошла с ума, чтобы мне искренне казалось что меня преследуют с явно недобрыми намериниями. Слишком много совпадений. Выманить бы их, да и разобраться с концами. Вопрос в том как это сделать. Хотя толку то особого и не будет, не убрав источник этих проблем. Да, в этот раз нам крупно повезло с теми горе бандитами. Нас явно сочли легкой добычей, поэтому они расслабились, но в следующий раз может попасться кто-то более «удачливый». Если так дело пойдёт, могу пострадать не только я, но и Нацу. Я должна что-то сделать. Но для начала…» — Люси? — из мыслей её вывел голос юноши. Открыв глаза она увидела демона, сидящего на корточках перед диваном, на котором она решила перевести дух. — У тебя что-то болит? — он положил свою руку поверх ее, но девушка резко одернула руку, задев при этом тыльную сторону его кисти, оцарапов. На лице парня сначала заиграло недоумение, а потом на короткий миг, девушка увидела боль в его изумрудных глазах. — Со мной все хорошо. Извини. Я сегодня просто устала. Не волнуйся, — улыбнувшись, девушка присела. Нацу все ещё сидел напротив нее, не сдвинувшись и не поднимая головы. Его лицо выражало разные чувства. Люси понимала что это недопоминание, но не знала, как исправить ситуацию. Она случайно одернула руку от неожиданности, а не из-за неприязни, о чем юноша сейчас явно подумал. Ничего лучше не придумав она взяла руку демона и поцеловала его костяшки в том месте, где кожа немного порозовела от ее удара. В миг вихрастая голова поднялась, а изумленный взгляд устремился на девушку. Конечно это смутило его, легкий румянец украсил скулы, в глазах появился блеск, но он продолжал сидеть неподвижно, будто боялся что-то нарушить. Их глаза встретились, несколько секунд они не отрывали взора друг от друга, будто в двоем они искали ответы где-то там, глубоко за радужкой, подтвреждение чему-то, известному только им двоим. Спустня некоторое время она улыбнулась своей мягкой улыбкой, глаза заискрились тем-то теплым и искренним, тем из-за чего сердце немного сжалось и благоговенном трепете. Тревога, что была на сердце у юноши, как рукой сняло. И невольно сам стал улыбаться. Люси же, посмотрев на улыбку парня, почему-то стало тяжело на сердце.       «Он мне доверяет…а я принесу ему только боль. Несмотря на то, что я полюбила его, похоже во мне он видит только подругу, не больше. Я не должна на что-либо надеяться. Нельзя забывать что он скован заклятием подчинения, что накладывают на всех пойманых демонов. Их силы и волю подавляют, они не могут воспротивиться, а приказы того, кто поставил свое имя на печати, для них словно вето. Безоговорочное подчинение, и бесконечная преданность до тех пор пока их не продадут вновь или не погибнут. Другого выбора у них нет. Если признаться, он не будет даже иметь право отказаться. У него не будет выбора. Я не знаю как конкретно работает эта часть контракта, поэтому мне нужно внимательно следить за всем что говорю… Так будет лучше и для меня, и для него. Он не должен знать о моих чувствах. Но как же мне скрыть их, если мы живём в одном доме? Я…»       Юноша прервал поток мыслей девушки, потянув ее на себя за руки, что так и держали его ладонь, заключая в крепкие объятия. Секунда промедлений, девушка замерла от неожиданности, но полностью отдалась ситуации, решив посмотреть, что хочет сделать Нацу. Хотя она никогда себе не признается, что просто была рада проявлению инициативы с его стороны, и не хотела останааливать чтобы не происходило дальше. По началу неловкие, но сильные ладони заскользили по хрупкой спине девушки, огладили очертания талии, поднялись выше к лопаткам, доходя до шеи, где проглядывала голая кожа, выступающая над воротом белого халата, вызывая табун мурашет по всему телу, и будто почувствовав их, спускались вниз вдоль позвоночника, чтобы собрать их всех. Тепло его рук будто проникало сквозь одежду и уходило вглубь, под кожу, усталость дня таяла на глазах, а напряженные мышцы наконец-то расслабились. Не встретив сопротивление, сильные руки постепенно обретая уверенность прижали тело девушки ближе к себе. Практически уткнувшись носом в изгиб его шеи, она почувствовала запах его кожи, душистого мыла, того самого что она делает сама из лечебных трав. Да, травы тоже чувствовались, тонкие переливы терпких и сладковатых сборов, наверно они остались на нем когда он помогал их сортировать. Удивление что было в начале уже уходило на второй план, она уже почти забылась в захлестнувших ее чувствах, почти поддалась моменту самой кинуться в его объятья, закрыть глаза и не думать больше ни о чем, когда голос парня вернул ее назад. — Позволь посидеть так немного… — еле различимый голос, будто он боялся сказать громче. Но она услышала его, он прижимал ее к себе, и губы его были рядом с ее ухом, и сказав одну единственную фразу, опаляя горячим дыханием шею, вызвал бурю эмоций. Вновь поднялся табун мурашек, сердце пустилось вскач. Он наверно заметил, не мог не заметить вмиг ускорившийся пульс и сбившиеся на мгновение дыхание. Но девушка не обняла его в ответ.       «Я не смогу…прости…прости меня Нацу. Я не смогу так…»

На следующий день

      После неловких объятий вчера вечером, отношение Нацу ко мне снова изменилось. А точнее вернулось то, которое было до нашей вылазки в лес. Вернулись и непринужденные разговоры, и пропало это чувство неловкости во время молчания, пропало это ощущение будто что-то не так. Я должна радоваться, что все наконец-то наладилось, подвешенное состояние что преследовало меня последние месяцы прошло. Вот только с каждым днём груз на душе становится все тяжелее. Я хочу к нему прикасаться. Я хочу целовать, обнимать, говорить что люблю его. Но все это я не могу сделать. Не могу… Надо что-то сделать, я не умею мастерски скрывать свои чувства, очень скоро он догадается обо всем, если уже не понял моих истинных мыслей. Я не хочу чтобы он думал будто я его взяла к себе только как игрушку для любовных утех. Я боюсь увидеть, как он отреагирует на эти низкие желания, я не хочу, чтобы он смотрел на меня с отвращениям, я не хочу, чтобы он во мне разочаровался. Не хочу, не смогу… Нельзя все оставлять так, как есть сейчас.       Дни тянулись своим чередом. В какой-то момент стали даже скучными. Все закончилось так же неожиданно, как и началось. В городе меня прекратило преследовать чувство, что за мной кто следит. Все происшествия прекратились. Вот только теперь шестое чувство бьет тревогу еще сильнее чем раньше — это затишье перед бурей, ничего не бывает просто так. Каждый визит в город заставлял напрягаться, усталось накапливается, сресс усиливается. Все чаще происходят маленькие осечки и ошибки. Пока что это было не критично, пару раз перепутать и доставить не те лекарство на первый взгляд может показаться безобидным. Однако не заметь я вовремя могло выйти хуже. А если так пойдет и дальше в какой-то момент все может стать непоправимым. Отвестственность слишклм высокая, приходится проверять все еще тщательнее, а это и так сказывается на битком забитом графике. Как следствие приходится засиживаться до грубокой ночи. Складывается такое ощущение, что кто-то намеренно заставляет меня трястись от страха, в ожидании чего-то пугающего. Нет хуже наказания для смертника, как ожидание самой расправы. И все-таки я надеюсь, что это мое воображение. Как бы не так.

***

      Я не знаю хорошая это идея или нет, но другого выхода я не нашла. Я решила отправить Нацу к одной моей знакомой, проживающей в другом городе. Несколько раз я делала для нее лекарства и, как мне показалось, она была доброй и милой женщиной средних лет. У нее было несколько демонов в подчинении, и они помогали ей по хозяйству, оставшиеся ей после смерти мужа. Думаю так будет лучше. Нацу будет лучше у нее.       Вот только прошло уже 4 дня и девушка все не решалась. Как донести это до него? Попытаться объяснить все спокойно? Но тогда нужна веская причина, чтобы отослать его. Она в принципе есть, вот только рассказать, что я в него влюблена, и что хочу большего чем просто милый собеседник, я точно не смогу. Пойти и все сказать в лоб, что мне не нужна помощь? Нет, это еще хуже чем сказать о своих чувствах, заьрав право выбора. Без сомнений за этим последует вопрос — «Зачем тогда купила, вылечила, учила как находиться в обществе?» Для забавы? Из прихоти? Из жалости? Возможно последнего все же больше, но если честно, девушка и сама не знала почему. Но надо было что-то решать. И вот наконец собрав все силы в кулак, она решилась. Сегодня.

***

— Нацу, можно тебя попросить? — девушка решила начать издалека. — Конечно, — глаза юноши загорелись, и он пристально смотрела на Хартфилию, — что надо сделать?       Когда она увидела его глаза, вся та решимость, что она собрала, испарилась в один миг. Он был так воодушевлен, что даже не мог устоять на месте, и переступал с ноги на ногу.       «Как я могу это сделать?» — девушка уже собиралась на попятную, но разум кричал «Ты все решила! Это для его же блага! Ты же не на смерть его посылаешь!». Да так и было, но сердце требовало, чтобы я все рассказала о своих чувствах, и будь что будет. Вот только в этой битве выиграл разум…но… — Люси? — парень коснулся руки девушки, выводя ее из транса — Ты чего? Что-то случилось? — А? Нет, нет. Все хорошо, просто задумалась чего-то, — борьба, что шла внутри девушки наконец закончилась. — Так что нужно сделать? Что-то опасное? — С чего ты взял? — девушка вопросительно посмотрела на демона. — Просто ты так напряглась, вот я и подумал, что это будет опасно. Но даже если и так, я все равно сделаю все, что ты попросишь, — его глаза горели решительностью. — Нет, там все очень просто, — девушка взяла письмо, которое лежало на столе и вернулась к Драгнилу — Тебе надо только отнести это письмо, по этому адресу. — И все? Почему ты его не отправишь по почте? — самый, наверно, логичный вопрос который возникает при отправке письма. Вот только девушка не подумала об этом. — А, это просто личное, не хочу доверять кому попало. Вот только туда добираться 3 дня. Это немного далековато от города. Но если пойти через деревню Шельд, то ты даже можешь прибиться к какой-нибудь торговой тележке. Тебе не сложно? — Нет, конечно! Я только рад помочь. Сегодня же отправлюсь. — Я помогу со сборами.       Уже к вечеру Нацу был готов. Собрав еды с запасом, оделся, взял письмо и уже собирался уходить. Девушка все время ходила как в прострации. Она все еще сомневалась. Сердце боролось с разумом. Ведь, возможно, это последний раз когда они видятся. И вот когда он уже попрощался, и повернувшись, стал двигаться по тропинке, в девушке будто что-то щелкнуло. Пробежав несколько шагов, она обняла его со спины, крепко сжимая. Юноша от такого действия опешил. Он стоял, и не двигался. И вот спустя несколько минут он спрашивает: — Люси, ты чего? — он повернул голову и увидел, что девушка уткнулась лицом ему в спину. Она будто проснулась, и резко разжала руки, отходя назад. Они так еще с полминуты стояли и смотрели друг на друга. Она, запоминала каждый кусочек его тела, его глаза, нос, скулы, губы. Будто пытаясь выжечь его образ в памяти. Он, пытался понять, что произошло с Хартфилией. Она в последнее время себя странно вела. На мгновение, он увидел печаль в ее глазах. Но девушка лишь грустно улыбнулась, отвечая: — Да так. Береги себя, — она скрестила руки за спиной и улыбалась ему. Вот только это еще больше насторожило юношу. Почему это звучало как прощание, будто они никогда больше не увидятся. Но и возразить он ничего не мог. Все таки, как бы девушка к нему не относилась, как бы не заботилась, он все еще раб.       Он улыбнулся в ответ и, развернувшись, пошел дальше. Люси же, еще долго там стояла. Стояла до тех пор, пока фигура юноши не исчезла с поля зрения. Потом зайдя домой она все еще стояла возле закрытой двери. В доме стало так тихо и одиноко, что девушке невольно подумалось       «Неужели до того, как Нацу появился в моей жизни, здесь всегда было так пусто?» — вспомнив о розоволосом чуде, сердце больно защемило. — Я должна быть сильной. Это для его же блага… Но сейчас…позволь мне побыть слабой… — упав на колени, девушка навзрыд заплакала. Все, что накопилось за эти дни, да и за все другое время, выплеснулось наружу. Она хотела хоть раз побыть слабой, чтобы ее кто-то утешил, приласкал, приютил у себя в сердце. Вот только такое не произойдет. Девушка плакала от своей безысходности. Она знала что возможно поступила неправильно, но на тот момент, когда она решила не рассказывать свои чувства, это казалось верным решением. И вот сейчас девушка не выдержала. Люси еще долго плакала там, сидя у двери, а в голове была только одна мысль:       «Пожалуйста…кто-нибудь…скажите что я не ошиблась. Это было правильное решение. Я не ошиблась…так…будет лучше?»

Вот только девушка еще не знала, к чему приведет ее решение. И как оно отразится на ней, да и на парне тоже…