Хозяин

Мертвая тишина. Ни гулкого стука шагов, ни легкого шороха плаща, ни приглушенного шепота, ни тихого звяканья металла, ни даже хриплого дыхания. Мертвая. Тяжелая, напряженная, как тугая, натянутая до предела тетива лука, с которой вот-вот сорвется стрела. Внимательные глаза. Слишком внимательные. Полуприкрытые тяжелыми веками, мрачные, уставшие. Не укоряющие - нет. Кажущиеся безразличными. Холодный и высокомерный взгляд, будто бы он, покорно стоящий перед ним, позорно опустив голову, он, безмолвно приносящий свои извинения непонятно за что - не самый преданный слуга, которому ведомы все помыслы Хозяина, все его черные желания и темные страхи. А просто ничтожество. Ничто - по сравнению с Ним. Но сам по себе он, быть может, нечто большее? Сколько еще будет продолжаться эта безмолвная пытка взглядом? Он ничего не говорит, ничего не приказывает и не делает. Он просто сидит - чуть наклонив голову, полуприкрыв глаза, внимательно и в то же время бесстрастно глядя в одну точку. Ему в глаза. Не моргая, не отводя пристально-испытывающего взора. Тяжелая тишина застыла в воздухе. Тяжелые складки плаща спадают на каменный холодный пол. Тяжелый взгляд из-под тяжелых век... Это не похоже на Хозяина. Саурон бы уже тысячу раз извинился, подползая к нему на коленях и слезно умоляя не причинять вреда преданнейшему слуге. Хозяин бы чуть усмехнулся, едва заметно презрительно покачав головой, жестко и холодно бросил бы замечание, и Саурон, вскочив с колен, забыв о том, что мгновение спустя Хозяин хотел жестоко наказать его, вылетел бы из подземного зала, не оглядываясь и не останавливаясь, пока не добежит до конца коридора. Он же ни в чем не провинился. Он сделал все, что должен был сделать слуга. Хозяину скучно? Саурон может постараться развлечь его. Но пытка молчанием, пытка недомолвками, пытка взглядом - за что? "Подойди". Безмолвный приказ, лишь едва заметное движение подбородком, но Саурон уже научился понимать без слов. Он знает, что приказы Хозяина надо выполнять мгновенно и беспрекословно. Но сейчас отчего-то другое, куда более сильное чувство велит идти как можно медленней, маленькими, осторожными шагами приближаясь к каменному мрачному трону, к тяжелым складкам плаща и ослепляющему блеску Камней в короне... Угловато двигаясь, чуть вздрагивая, словно от ударов невидимых рук, вжав голову в плечи, не смея взглянуть в глаза Хозяина, Саурон подходит к своему Господину, готовый в любой миг рухнуть, как подкошенный, на колени. "Ближе". Куда еще ближе? Дальше - лишь сам трон. Но раз Хозяин велел подойти, значит, надо... И Саурон несмело делает еще один шаг. Теперь его глаза почти на уровне шеи Хозяина. И отчего-то страшно. Безумный страх перед чем-то неизвестным заставляет резко остановиться, пошатнувшись. Но Хозяин сказал - ближе... "Еще". Саурон слегка прикусывает губу, отводя взгляд от жестокого взора Хозяина. Еще один несмелый шаг. Он слишком близко к Господину. Это... неправильно. Мелькор чуть наклоняет голову. Темная длинная прядь, выскользнув из гладкой прически, легко касается бледной от волнения щеки Саурона. Слуга, сжавшись, со страхом, несмело, украдкой заглядывает в глаза Хозяина, мысленно укоряя себя за подобную дерзость, но не находит в его взгляде холодно-расчетливой ненависти или презрения, коим обычно был награжден верный Майар. Саурон, тяжело дыша, поднимает голову. Зачем Хозяин подозвал его столь близко? Зачем?.. И в следующее мгновение Саурон едва сдерживает полуиспуганный-полуизумленный крик. До крови прикусив губу, он с неподдельным страхом наблюдает за действиями Хозяина. Тот медленно проводит ладонью по лбу, подхватывает пальцами непослушную прядь, вновь заправляя ее в прическу, и после протягивает руку слуге, точно так же дотрагиваясь до его покрытого бисеринками пота лба. Резкий вдох сквозь зубы. Хозяин все так же бесстрастен... Саурон не пытается вырваться. Он не пытается отстранить руку, несколько грубовато касающуюся его. Холодные пальцы, закованные в металл, не причиняют ему неудобства. Саурон улыбается. Себе, в мыслях, даже почти сам не догадываясь об этом. Смутное желание, таившееся столь глубоко, обрело очертания. Саурон неподвижен и молчалив. Он лишь чуть подается вперед, чтобы Хозяину было удобней. Чтобы ему не надо было наклоняться. Чтобы быть ближе к Хозяину. Саурон лишь чуть вздрагивает, когда холодные губы касаются его лба. Несмело протянув наугад руку, он осторожно касается черных, чуть поблескивающих в тусклом свете волос, осторожно перебирая их пальцами. Хозяин доволен. Он просто подозвал Саурона без причины. И, быть может, Саурон тоже рад впервые не чьим-то мукам, а собственному счастью?