Море тоже умеет плакать

Хочется убежать без оглядки Не смотреть страхам в глаза Не бояться утра и ночи Не бояться вообще ни чего. Хочется быть сильным и храбрым Что бы все восхищались всегда. Но ведь я не такой, Каким мог бы я стать. Я боюсь ошибиться Как волна о айсберг Разбиться. Я всю жизнь бреду по тонкому льду Шаг не туда Сгинешь и ни кто не спасет. Помню то беззаботное детство Солнца лучи согревали тогда А сейчас лишь холод и сырость Как на улице, так и в душе. Не хочу я быть тем кораблем, Что о волны и скалы с разбегу Рассыпается в щепки и пыль Унося с собою команду. Пусть я буду хоть вечность один Мне плевать на такую судьбу Вся любовь, что была умерла. А теперь я встречаю рассвет.

      Эвен проснулся в холодном поту, впервые раньше своего будильника. На часах было только 6:32. До работы времени много, а сон как рукой сняло. Все дело в том, что ему приснился кошмар. Родители. И тот день когда их не стало. Он не был с ними в тот момент, но этот сон заставил его окунуться в ту реальность. Кровь, кровь, кровь слишком много крови. Не то что бы парень боялся ее, но когда это твои родители волей не волей становиться жутко. Ее было не просто много, она была вместо них. Они были как один сплошной кровавый кусок мяса. Жутко? Верно? А когда ты там еще стоишь и смотришь на это, становиться еще хуже, но Эвен сильный. Во всяком случае он старается, поэтому его не вырвало с утра по раньше. Теперь он сидит откинув голову на спинку кровати и смотрит в потолок. Потолок белый и такой чистый. «Хотелось бы мне начать жизнь с такого вот идеально белого листа». Проноситься мысль в голове героя. Он еще долго думает о своем сне. О родителях. Размышляет о своем существовании, ведь по другому это никак не назовешь. Хочется рыдать в голос, но нет… *звенит будильник* Эвен встает и направляется в ванную. Смывает с себя сонную иллюзию. Становиться под холодный душ и выдыхает. Сегодня снова трудный день. Вчерашний вечер ничем особо не помог. Хочется закрыться от всех и смотреть сериалы. — Соберись идиот! — кричит он сам на себя и бьет рукой в кафель. И это помогает. Элизабет еще спит и не слышит его. Это и к лучшему. Эвен выходит из душа в одном полотенце и направляется в свою комнату. Раздвигает свои синие занавески. Солнечные лучи отражаются от снега и режут глаза. Найсшем щурится, но шторки не трогает. Немного причесывает волосы, но оставляет их на произвол судьбы. Идет к шкафу и выполняет незамысловатый ритуал. Как всегда строгий костюм, рубашка в тон, галстук, ботинки и часы. Сегодня он в сером костюме, черной рубашке и решает идти без галстука, потому что он душит как удавка, расстегивает верхнюю пуговицу и натягивает серебряные часы. Туфли в прихожей, а сейчас черные носочки и милые домашние тапочки. Поход на кухню заканчивается как всегда свежесваренным кофе, перелитым в стаканчик. Он снова не успевает поесть дома. Садиться в машину и едет на работу. По дороге сворачивает в кафе, за своими любимыми булочками с корицей. Эта мысль заставляет его немного улыбнуться, но через секунду он снова серьезный. Нельзя показывать слабину. Выходит из кафе и его чуть не сбивает с ног парнишка. — Ой, извините, — бормочет тот, а потом поднимает взгляд и встречается с серьезным взглядом Эвена. — Все нормально, главное кофе на меня не вылил. И на том спасибо, иначе я бы тебя прибил. Эвен видит как парень напрягся и немного улыбается, но лишь на долю секунды. — Исак? Верно? — теперь наш герой вспоминает этого парня. — Да, мистер Найсшем. — Как твой проект? — Все хорошо, спасибо, — смотрит на него как загнанный кролик. — Здорово, как-нибудь занеси его ко мне в офис, интересно почитать, а теперь извини я спешу. Эвен уходит оставляя Исака прибывать немного в шоке. Садиться в машину, ставит бумажный пакет на соседнее сидение и уезжает.