Большая разводка

Сегодня они вновь скрываются ото всех.

Светлый ковер очень мягок и выглядит дорого, но все равно больно впивается в коленные чашечки через плотную ткань джинсов, раздражает кожу и жжет. Складывается ощущение, будто ты встал на бутылочные осколки по собственной воле, с разбегу упав прямо на острие. Но Тэхен продолжает стоять на коленях, потому что хочет, потому что ему это сейчас жизненно необходимо. Он опаляет горячим дыханием собственные руки, шепча себе под нос слова по слогам: же-ла-ни-е, тя-га, не-об-хо-ди-мость. Его губы и скулы горят от стыда, а на вкус они – как конфета, которую он украл из буфета перед обедом. Тэхен облизывает обветренную нижнюю губу и на языке остается тот самый вкус, приторный вкус собственной похоти. Но у Нама есть еще более мерзкие желания, живущие в его душе, заражая и опьяняя мозг. Этому – развратному и мерзкому – можно не сопротивляться. Оно почти безобидное и принесет только облегчение. Чживон, устроившись на диване в комнате отдыха, смотрит на Тэхена, сидящего у его ног. Спокойно так, расслабленно, будто бы каждый день его фанаты опускаются перед ним на колени с невыразимой мольбой и болью в глазах. Поза у Чживона – уверенная, чему Тэхен невообразимо рад. Сейчас ему необходимо, просто физически необходимо переложить на кого-то ответственность за свои действия, полностью довериться и быть уверенным, что тот не сбежит. Это его жертва. Бобби, с маленькими, но пронзительными глазами и понимающей улыбкой, принимает эту жертву, кивает, а Нам счастливо всхлипывает, прикрывая глаза. Чживон касается его затылка кончиками пальцев, направляя и подбадривая. Под плотной тканью идеально пошитых джинс – живая плоть, Тэхен отчетливо ощущает это, когда кладет сверху дрожащую ладонь. Ему неловко. Бобби возбужден. Это понимание разносится в голове Тэ оглушающей сиреной скорой помощи, режет слух и заставляет стиснуть зубы, громко сглотнув. А тот и не скрывает этого, шире разводя бедра. Нам переводит дыхание, немного медлит, но все же расстегивает ширинку. В тишине пустой комнаты этот звук раздается как выстрел в стекло, как свист идеально отточенного лезвия, опустившегося на горло безмолвной жертве. Черная кровь и холодный металл. Тэхен с тихим сдавленным стоном опускается ниже, облизывает губы. Поначалу неудобно, он постоянно сбивается с ритма, не знает, куда девать зубы, забывает дышать. Глаза слезятся, он задыхается. Мысли в голове не дают сосредоточиться, но самый важный вопрос, который гложет Тэхена: что на данный момент ощущает Чживон? Наслаждается своей властью? Чужие пальцы бесцеремонно запутываются в волосах. Бобби помогает, приподнимает свои бедра и за затылок притягивает парня. Они оба надеются, что дверь заперта, потому что это нарушение субординации. Дерзкое, нахальное, мерзкое. Они оба переступили все возможные черты. Но Тэхен на это глубоко плевал. В груди взрываются фейерверки эйфории, а на душе такая легкость, какую не могли дать ни одни успокоительные и антидепрессанты. Сейчас он доверился. Бобби гладит Тэхена за ушами, а тот стонет громко, почти отчаянно, потому что вся его кожа такая чувствительная, что током пробирает. Это короткое замыкание, которое уже разрывает изнутри, сосредотачивает на правильном и нужном ритме. Браслеты, которые Тэ так и не снял, больно впиваются в кисти напряженных рук, сдавливая вены. Он поднимает взгляд и видит в глазах Бобби улыбку. Хищную, властную, без каких-либо моральных устоев. Нам судорожно выдыхает через нос, расстегивает свои тесные джинсы и обхватывает себя ладонью, сжимая все сильнее. До боли, сладкой и тянущей, вязкой. Необходимой и нужной сейчас. — Умница, - довольно шепчет Ким, видя, как у старшего от частых стонов наворачиваются слезы. Он на вкус чуть горький, немного миндальный. Тэхен не отворачивается, облизывает губы. От болезненного удовлетворения его изгибает нещадной судорогой на прохладном мягком ковре, сопровождающегося пристальным сытным взглядом. Впервые ему не хочется сбежать от чужих глаз, прячась в панике по углам. Чживон протягивает ему полотенце, не переставая улыбаться. Нам вытирает сначала мокрые щеки и откидывает назад темные волосы, лезущие в глаза, а затем испачканную руку. В глазах ни капли стыда. — Тебе полегчало? – парень с хриплым голосом дарит ему лукавый взгляд, оправляя себя. У него все тот же идеально-мешковатый вид, что и полчаса назад, когда Тэхен вошел в комнату другой группы, сбежав от своих мемберов. — Да, мне легче, - улыбка у него спокойная. Ему не стыдно. Ему хорошо.