Новый дом

Самолёт приземлился в аэропорту, когда утро было в самом разгаре. До города им пришлось добираться на автобусах ещё двадцать минут. Проезд до нужной улицы занял почти столько же. Эмма смотрела в окно на ряды одинаковых домиков: повезло, что ей был предназначен дом у самой границы с городом. Так она точно не запутается. Не утруждая себя прощанием с Майклом, Эмма поспешила домой. И пускай Брендон никак не покажет, что он скучал, ей все же хотелось верить, что он заметил её отсутствие и ждёт возвращения. — Дженни, мы приехали! — крикнула она, едва войдя в ещё не обжитую гостиную. У Эммы совсем не было времени искать в этом незнакомом ей пока городе сиделку, потому жена Майкла согласилась ей помочь, приветливо сообщив, что она все равно целыми днями только и делает, что смотрит телепередачи для скучающих домохозяек. А за Брендоном особый присмотр был не нужен: подать ему еду три раза в день, выключить свет на ночь, сообщив, что пора спать, и проследить, чтобы он не ушёл и ничего случайно не натворил. — Привет! — спустилась Дженни со второго этажа, где находилось три спальни и ванная, с подносом в руках. Судя по пустой посуде, Брендон успел позавтракать. — Он отлично себя вел, — улыбнулась Дженни в ответ на вопросительный взгляд Эммы и выглянула в окно. — Привезли людей? Наверное, побегу я, Майкл голодный с дороги. — Насколько я поняла, он собрался лично расселять всех по домам, а людей там немало, так что раньше обеда его не жди. — И так всегда. Он обещал, что с этим новым назначением у него будет больше времени для нас. Но пока это не заметно. Вежливо кивнув, Эмма, которая вовсе не хотела знать подробности личной жизни Майкла и ни за что бы не приняла помощь от его жены, если бы не спешка, рассыпалась в благодарностях и проводила гостью до порога. Постояла минуту, глядя на то, как первые жильцы заходят в свои дома, и, закрыв дверь, поднялась наверх. Брендон, как всегда, работал с бумагой. Они оставили все его поделки в лондонской квартире, но за три дня он почти восстановил свою коллекцию оригами. — Брендон, дорогой, я вернулась. Надеюсь, ты не скучал. Дженни тебе понравилась? Брат предсказуемо даже ухом не повёл. Эмма подошла к нему, склонившемуся над заваленным разноцветными листами бумаги столом, и ласково провела рукой по его волосам. — Я скучала. Но теперь я больше никуда не уеду. Мы будем жить здесь. Иногда ко мне будут приходить люди, иногда я буду ходить к ним, но это ненадолго. Уверена, ты даже заметить не успеешь. Она горько усмехнулась. И вдруг, не понимая, зачем это делает, сказала: — Я была там. В США. Брендон отчётливо вздрогнул. Его руки на долгую минуту замерли над очередной фигуркой из бумаги, а потом снова принялись за работу: гораздо медленней прежнего. — Мы привезли оттуда людей. Им сделали вакцины, и теперь они здоровы и не представляют никакой опасности. Но ты ведь об этом знаешь лучше всех, да, братик? Конечно, он не ответил. А на что она надеялась? Что он, едва услышав упоминание о США, снова станет прежним? — Эти люди целых два года выживали там среди миллионов зомби. И знаешь, что они делали, когда мы приехали? Воевали между собой! Люди странные существа, правда? Эмме показалось, что брат едва заметно кивнул. Наверное, в самом деле показалось. Несмотря на то, что она сама была врачом и в своё время обращалась к лучшим психотерапевтам страны, её брату так никто помочь и не сумел. Все говорили, что нужно время, и не давали никаких гарантий. А Эмме оставалось только вспоминать то, каким жизнерадостным был её младший брат, когда в свои восемнадцать он поехал вместе с друзьями на каникулы в США. Она до сих пор видела перед глазами его широкую улыбку в аэропорту, когда он её увидел. Уже через секунду эта улыбка померкла. Лицо брата затерялось среди людей в военной форме, окруживших всех прибывших рейсом из США. Их просто забрали из-под носа у родных и друзей. Сказали, что забирают на временный карантин, а потом ввели военный режим и перестали отвечать на вопросы. Эмма знала, благодаря своим знакомствам среди медиков, где именно держат её брата. Знала она и о условиях, в которых он содержится: сначала обычные, а через время одиночные палаты, предназначенные для психически больных пациентов, способных навредить себе и окружающим. Правительство застраховалось на все сто процентов. Возможно, для нации это было спасением, но ценой чего? Уже после того, как появилась вакцина, и брат с книжкой о искусстве оригами под мышкой был выведен ей навстречу, с потухшим взглядом и отсутствием каких-либо эмоций на лице, Эмма узнала, что вирус не взаимодействует ни с какими организмами, кроме человеческого, поэтому испытывать первые образцы вакцины, которых было несколько десятков, на животных оказалось невозможно. Узнать, проводили ли какие-то опыты над её братом, Эмма так и не сумела. Возможно, его сломили условия, в которых он был заключен в течение года. Возможно, он наблюдал за тем, как неудачные образцы вакцины действуют на его друзей. Возможно, он и сам подвергался воздействию каких-то препаратов. Рассказать он не мог. Брендон не говорил и не писал. Он даже не кивал в ответ на вопросы и никак не показывал, что вообще слышит Эмму. Он вставал с рассветом, ел и пил, если ему приносили еду в комнату, сам ходил в туалет и покорно выносил мытье под душем, ложась спать тогда, когда выключался свет. Все остальное время он занимался оригами. Которое Эмма уже ненавидела. Как и Майкла Оуэна. Она не знала, принимал ли он какое-то участие в проведении карантина, но не любила его уже за то, что он был членом спецслужб, которые, прямо или косвенно, ей плевать, как именно, виноваты в случившемся с её братом. И ей очень хотелось посмотреть на то, как он справится с Группой Девять. Вернее, как облажается по примеру остальных кураторов.

***

Домов, конечно, на такую толпу хватило впритык. Повезло, что многие селились вместе: кто-то семьями, а кто-то просто чтобы не жить в полном одиночестве. Дэрил при распределении молчал и так попал в дом, где поселился Тобин и ещё какой-то чувак из Хиллтопа. Свою комнату он даже смотреть не стал. Сразу вышел на улицу, проследил за куратором, который вошёл в точно такой же дом, как и все прочие, в самом начале улицы, и порылся в памяти, припоминая, кто из своих где живёт. Подошёл к порогу Рика и неуверенно постучал. — Ты к нам? — вгляделся в его лицо друг, который успел за последние полчаса принять душ и гладко выбриться. За его спиной маячила Мишонн в одном полотенце вокруг тела. Кажется, Дэрил не вовремя. — Ты можешь жить с нами. Гостиная совершенно свободна. Рик оглянулся на Мишонн, словно ожидая её подтверждения, и Дэрилу стало неловко. Он вовсе не собирался навязываться им и жить с людьми, которым он определённо станет только мешать, какие бы дружеские чувства они к нему ни испытывали. — Не, я так, запоминаю, кто где из наших. — Уверен? — обеспокоенно преспросил Рик, но в глубине его взгляда сквозило облегчение. — Все наши рядом. Кэрол в доме напротив. Пока одна. Он сделал паузу, словно намекал на то, что скоро Кэрол может жить с кем-то ещё. С Тобином, что ли, снова? — Справа от нас Мэгги с Энид и Иисусом. За ними Розита с Тарой и Юджином. Возле Кэрол — Аарон с Эриком. Морган и Дуайт вот только где именно обосновались, я пока ещё не в курсе. — Угу, ясно, — кивнул Дэрил, который и сам все это знал. Он пришёл к другу совсем по другому поводу, но сейчас считал идею дурацкой. Что Рик сможет ему посоветовать в таком вопросе? Да ничего. Ведь Рик и Мишонн — это одно, а он, Дэрил, и Кэрол — совсем другое. И спрашивать у друзей, как Кэрол отнесётся к тому, что Дэрил явится на её порог и заявит, что он будет жить с ней, смысла не было. Откуда бы они могли это знать, если не знал он сам? — А ты где живёшь? — спросила Мишонн, обняв Рика за талию. Так легко и естественно. И как у людей это получается? — Там, — неопределённо махнул рукой в сторону улицы Дэрил. Рик нахмурился и открыл рот, но Мишонн, как она, небось, надеялась, незаметно ущипнула его, заставив замолчать. — Ну, я пошёл. — Не пообедаешь с нами? — Не. В самолёте кормили плотно, и Кэрол Дэрилу даже половину своего завтрака отдала, отвыкнув от подобных порций. Хотелось верить, что она его и обедом накормит. А ещё ужином и следующим завтраком. Но выйдя от Рика, Дэрил замер у порога, видя, что в дверь Кэрол уже стучится Морган. И что ему тут понадобилось? Пробыл он там минут десять. И снова — не успел Дэрил и дорогу перейти, как словно из ниоткуда появился Тобин. И конечно, тоже к Кэрол. Выждав ещё минут десять, Дэрил не выдержал и решительно постучал в дверь. Во второй раз этот придурок в клетчатой рубашке Кэрол у него из-под носа не уведёт.