Новый дом

Это место было чертовски странным. И похожим на Александрию. Точно такой же посёлок в безлюдном месте; один врач, способный помочь далеко не в каждом случае; никаких развлечений, кроме ежевечерних киносеансов и библиотеки в центре; еда, выдаваемая на складе и не отличающаяся особым разнообразием — Тара с Юджином очень опечалились, увидев местный ассортимент. А еще полный запрет на телевидение и интернет, хотя, несмотря на этот запрет, новости о Группе Девять здесь знали и обсуждали все. Вопрос с интернетом Юджин как-то решил, хотя для того, чтобы прочесть свежие и новости и написать письмо друзьям им приходилось ходить в лес к вышке, сооружённой им из подручных средств и выменянной на порножурналы, которые он предусмотрительно привёз из Труро, спутниковой тарелки, которых тут был целый склад. А с остальным все было плохо. К тому же у Тары разболелся зуб, а местный врач в стоматологии не разбирался и смог лишь дать ей обезболивающее, очень обеспокоившись, когда она предложила свозить её в ближайший населенный пункт. Потом к ней явилась Миранда, местный лидер, больше похожая на главу псевдорелигиозной секты в её длинном платье и странных украшениях из дерева, и сообщила, что, попадая в общину, они все обязуются никогда её не покидать. А зуб можно просто вырвать. — Нет, вы представляете? Она предложила мне вырвать зуб! — Тара возмущённо пересказала этот разговор Юджину и Тобину, которые, как и она сама, уже начинали жалеть о поспешно принятом решении. — Нужно было в Труро оставаться. — Не скажи. Мы не можем знать, что лучше. Ведь тут ты можешь потерять только зуб — а там целую жизнь, — заметил Юджин, с отвращением глядя на пресный хлебец, который он приберёг для себя с ужина. — Я тут поговорил с некоторыми местными, вообще, они уже собирались уезжать и снова пытаться начинать жизнь во внешне мире. По их словам, желающие уехать составляли почти девяносто процентов состава общины. Но потом начались эти убийства. В общем, Миранде и ее помощникам это оказалось на руку, — рассказал Тобин. — Погоди, — Тара даже забыла на мгновение о ноющей зубной боли, которую слабое обезболивающее, прописанные ей местным врачом, полностью заглушить так и не могло. — А могла Миранда послать к нам наемного убийцу? Ну кого-то из своих людей, особенно фанатичного. Он убил нескольких наших, ее люди испугались и согласились остаться — и она в выигрыше. — Да какой ей вообще толк с этой общины? — Власть, — сообщил Юджин. — Ради власти некоторые готовы на что угодно. Даже ради власти над одним человеком, а здесь мы имеем целую общину. Но нет, Тара, твои подозрения беспочвенны. Или Миранда смогла нанять киллера из внешнего мира. Но за это ей пришлось бы немало заплатить. Ты уверена, что у неё есть такие деньги? — А ты уверен, что она не посылала своих? Он кивнул, с торжественным видом постучав пальцем себе по лбу. — Перед поездкой сюда я изучил все, что можно, про всех членов прошлых групп. Информации было не так уж много, но общее досье на каждого я нашёл, хоть и пришлось поискать. У меня хорошая память и список в кармане. Я проверил: все на месте. — Ого, я бы и не догадалась подумать о таком ещё тогда. Юджин, ты гений! — воскликнула Тара. — Уверен, полиция тоже не подумала о подобном, но я предполагал такой вариант развития событий задолго до приезда сюда, — скромно отметил он. — Все это, конечно, хорошо, вот только ни на шаг не приближает нас к истине, — вздохнул Тобин. — И не отвечает на вопрос, что же нам делать дальше. — Возвращаться сейчас было бы глупо, — призналась Тара. — Во-первых, опасность дома не устранена. А во-вторых, мне кажется, мы можем помочь этим людям и убедить их покинуть это жалкое подобие зараженного США, только без ходячих, и вернуться к нормальной жизни. — Будет непросто убедить их сделать то, что мы сами так и не смогли, — задумчиво пробормотал Юджин, последний раз хрустнув исчезнувшим у него во рту хлебцом. — Но Рик и Майкл будут определённо рады, если мы так поступим. Если мы приведем обратно всю эту общину, никто не будет считать нас трусами. Скорей тайными агентами, успешно выполнившими секретное задание. — Такое секретное, что, кроме этих агентов, о нем никто и не знал, — прыснула Тара. Ну что ж, почему бы и нет? Так и самооценка немного поднимется, и боль зубная забудется. За дело! *** Увидев закрывающуюся за последним копом дверь, Дэрил даже глазам своим не поверил. Они вообще видели, сколько времени на часах? Мало того, что весь дом вверх дном перевернули и даже не извинились, так ещё и засиделись допоздна. — Тише-тише, — с улыбкой произнесла Кэрол, касаясь его плеча. — Я молчу, — буркнул Дэрил, поднимаясь вслед за ней в спальню. — Ага, я вижу, что ты молчишь. А внутри кипишь так, будто вот-вот взорвёшься. Успокойся, в самом деле. Они уже ушли и будем надеяться, что навсегда. — Да, блин, мне это все нифига не нравится… — не мог никак успокоиться Дэрил, начиная раздеваться — душ он принимал вчера и считал, что этого достаточно. Тем более что Кэрол, зачем-то мывшаяся еще и по утрам, тоже решила откосить, устав до чертиков с этим нашествием копов на их улицу и дом в частности. — Ш-ш-ш, — прошептала, она касаясь пальцами его губ. — Достаточно. Слышишь, Дэрил? С меня на сегодня достаточно полиции, вопросов, возмущений и мыслей об Иисусе. Я просто хочу отдохнуть, ладно? — Угу, — согласился он с неохотой, плюхаясь на прохладную постель и наблюдая за тем, как беззастенчиво переодевается при нем Кэрол. Она, конечно, старалась сделать так, чтобы он ничего не видел, то есть сначала надела длинную футболку для сна, а потом сняла штаны, наивно полагая, что её, как всегда крошечные, трусики Дэрил не заметил. А потом каким-то до жути хитроумным способом сняла лифчик, вытащив его через рукав футболки откуда-то из-под мышки. Дэрилу снова вспомнился его вчерашний разговор с Риком. На самом деле, этот разговор его даже к действиям подтолкнул вчера же. Ну, то есть к мыслям о том, что именно и как именно ему нужно предпринять, чтобы узнать, что Кэрол точно не против, и намекнуть ей, что он как бы тоже. Очень не против, причём уже давно. Но получилось так, что, скрипя мозгами и изо всех сил придумывая варианты, Дэрил вчера, лёжа рядом с засыпающей Кэрол, взял и уснул сам. Кажется, даже раньше неё. Короче, понял он сегодня, думать вообще вредно. Если бы все люди так же напряженно и тайно занимались мыслительным процессом, как он сам вчера, то человечество давно бы уже вымерло. — О чем задумался? — поинтересовалась Кэрол, выключив свет, забравшись в постель и тоже даже не подумав накрыться одеялом. Жара стояла невозможная, и привыкнуть к местной влажности было непросто. — О тебе, — честно ответил Дэрил, не успев подумать. — Да? Это очень интересно. И что же ты обо мне думаешь, пупсик? — Что ты очень… ну, как это… — вот тут в голову Дэрила начали лезть всякие мысли от том, что бы такое придумать, но он стойко прогнал их и выдохнул именно то, что думал и то, что советовала ему однажды Мэгги. — Секси, короче. — О-о-о, — протянула Кэрол странно удивлённым тоном. Покосившись на неё, Дэрил так и не смог понять, довольна она или не очень. — Ну и что мы будем с этим делать, дорогой? — С чем? — не понял он. — С тем, что ты считаешь меня сексуальной. И с тем, что это взаимно. — Ты тоже считаешь, что ты секси? Толкнув ухмыльнувшегося Дэрила локтем в плечо, Кэрол рассмеялась. А потом замолчала и, выждав пару минут, предложила нейтральным голосом: — Спать? В голову Дэрила тут же полезли всякие мысли о том, что она устала, что хочет спать и прямо уже говорит об этом, но он снова оказался сильней. Перевернулся на кровати и, нависнув над только охнувшей Кэрол, прижался к её губам. Носами он уже научился не стукаться. И вообще, кажется, научился целоваться за последнее время, потому что Кэрол тут же запустила одну руку ему в волосы, не давая отстраниться, а второй скользнула по покрытой шрамами спине. Через несколько минут Дэрил осмелел настолько (а может быть, сказывалось то, что думать в состоянии крайнего возбуждения не удавалось даже ему), что, забравшись под футболку Кэрол, осторожно сжал в ладони её грудь. Услышав глухой стон, он торопливо убрал руку. — Плохо? — Что? — разочарованно побормотала Кэрол и одним рывком вернула его руку на место. — Наоборот, дурачок! Только не останавливайся! И он не останавливался ещё очень долго, понимая, что всё-таки очень зря недооценивал то, что люди делают в постели, кроме сна.