Беседы с Богом

Вы когда-нибудь задумывались о том, как появилась жизнь на земле? Насколько правдива теория Дарвина или теория панспермии? Вы когда-нибудь задумывались, кто мы на самом деле и откуда мы пришли? Куда мы уйдем? Я каждую ночь вглядываюсь в звездное небо в поисках ответов на эти вопросы. И с каждым днем становлюсь все печальнее от того, что не нахожу их. Дни бегут бесконечной чередой. Ветер разносит листву в парках, снег покрывает шапки гор плотным ковром, вода льется по земле и капает с небес, белое и черное-просто результат отражения светового спектра. Это и многое другое для всех- прописные истины. Все это знают, потому что видят. И в мире полно таких вещей и явлений, наука смогла объяснить почти все, кроме одного-чем является душа. Это что-то незыблемое, что, при всей развитости современных технологий, остается неизмеренным, невидимым, эфемерным. В детстве, я всегда думал что душа-это часть Солнца, которую Боги дарят нам при рождении, если бы только я мог знать правду… Но видимо, нам никогда не узнать что это. А может оно и к лучшему. Полёты среди звезд сменились шорохом в кустах неподалеку, заставившим меня отвлечься от мыслей и спуститься на землю. Сквозь темноту ночного парка пробрался ветер, а вслед за ним, начали загораться фонари. Шорох вновь побеспокоил тишину аллеи, и из-за цветущего шиповника показалась знакомая морда. Пёс прошёлся по траве, усердно что-то вынюхивая и ткнулся пару раз в болтающуюся на соплях мусорку, возле лавки, на которой я начинал засыпать. Прошаркав когтями по асфальту, пёс приблизился и, взявшись за поводок, потянул его на себя, бурча что-то и хмуро поглядывая на мои руки. Сдавшись под его напором, я устало потянулся, зевнул и с усилием встал. Колени мои жалобно хрустнули, а затекшая шея нудно ныла. Довольная псина потянула меня на выход. Аллея жалобно скрипела старыми кленами, и пахла цветущими кустами диких роз. Влажная дорожка то и дело кидала мне под ноги лужицы, пес радостно лез в каждую из них и обязательно пил воду с асфальта. Я все старался вернуться к размышлениям о высоком, но, то и дело, что-то мешало — то пес, то ветер, то пьяные крики с улиц. Город поглотила тьма, а фонари пытались заменить Солнце. Их искусственный холодный свет отражался от влажных листьев, и капель на траве. Запах, чудный запах свежести пронизывал все вокруг. Сквозь тканевые кеды проступала вода, и носки становились холодными. Куртка не согревала, джинсы вообще надо было надеть с подштанниками. Июль выдался ноябреподобным. Выйдя из парка, я подтянул к себе пса и потопал в сторону круглосуточного магазинчика. Хотелось сигарет и мармелада. Дорожка от парка, покрытая асфальтом, то и дело расслаивалась под натиском пробиравшихся к поверхности корней деревьев, до которых еще не дотянулись проклятущие лапы администрации города.Повсюду сновала пьяная молодежь и тишина парка рушилась, как карточный домик. Псина металась в стороны, рыча и лая на прохожих. Не то чтобы ему было интересно хватать кого-то за зад, просто шум, гам и кипишь-были у пса в крови. А я угрюмо шагал вперед, думая лишь о желании согреться. Возле магазина пса пришлось привязать к стойке для велосипедов.Бесполезное сооружение, на мой взгляд, так как спортсменов я в этом парке отродясь не видел, а пьяным на велосипеде ездить запретили год назад, так что даже рьяные синяки более не использовали сей вид транспорта, а из нужды занимались пешими прогулками по маршруту ларёк-дом-ларёк, в непрекращающемся цикле, уподобляясь колесу Сансары. Зайдя внутрь я вкусил жуткого перегара и к горлу подступила рвота. Продавщица-типичная дама бальзаковского возраста (и я говорю о временах самого Бальзака), выползла из каморки за стеллажами, потирая мешки под глазами, и мелодичным храпом спросила: -Чё хотел? -подперев рукой голову, она неотрывно читала желтое нечто с говорящим названием «Любовные страсти в особняке». Чей именно был особняк-на обложке не значилось. -Парламент и мармелад… Дольки- подумав, уточнил я. Кряхтя и пыхтя, эта представительница человеческой расы развернулась и, зацепив стоящую у прилавка коробку с весовыми карамельками, потопала в уголок, за желанными мною сладостями. Я смотрел на нее и думал, что наверное, я слишком злой по-природе своей человек, раз сужу о книге по обложке, но опыт прожитых лет успокоил меня, ибо как правило, я оказывался прав в подобных вопросах. Бросив на весы пакет с мармеладом, дама пропела: -С вас 220. Пакет нужен? -при этом лицо она сделала такое, как будто это я забрал лучшие годы ее жизни, а не дешёвый алкоголь, злые мужчины и нежелание оторвать жопу от стула.Появилось сильное желание высказать ей в лицо за всех людей, которые нарывались на этот мерзотно-брезгливый взгляд. -Сдачи не надо, — я оставил ей три сотни и поспешил выйти на воздух. Улица вновь встретила меня холодом, сыростью и озоном. Вточив пару долек прямо на месте, заодно покормив ими псину, я закурил и направился к высоткам напротив. Свет в окнах начинал гаснуть, завтра понедельник… Всем на работу, а я выходной. Счастливчик подумаете? Не забывайте о собаке, этот засранец разбудит меня ровно в пять утра — по его циклу откладывания личинок можно часы сверять. Унылая дорога домой была такой же непримечательной, как и в другие такие же вечера, на протяжении последних тридцати лет. Небо окончательно развеялось после вечернего дождя и теперь, взору открылись все летние созвездия. Ну как, звезды были блёклыми — город, все-таки. Издалека донеслись звуки сирены. Кому-то в этом городе плохо. Или кто-то горит. Или кого-то грохнули. И так каждый день.Романтика. Фонари озаряли мост через небольшой канал, брусчатку, еще не до конца разворованную дачниками и… -Эй… Ты чего там забыл? — на мосту возвышалась полуодетая фигура, я торопливо направился туда, преисполненный чувством истинного героизма, не видя лица незнакомца, я почему-то ощутил всю его пустоту. Будто там не человек себя убить пытается, а просто одежда сама по себе болтается на мостовой. Фигура мне не ответила, как и ожидалось. Я спустил пса с поводка и дал команду плыть к центру канала, где уже плавала на поверхности одежда с начинкой. Но пес, вопреки моим ожиданиям, остановился не доплыв до объекта моего внимания, а развернулся и торопливо направился в обратную сторону. Я, не видя других вариантов, сиганул в ледяную воду и поплыл. Но, как назло, фигура отплывала все дальше, ее уносило течением и я почти потерял надежду нагнать утопленника. Спустя минут двадцать мучений я схватил тело за капюшон и поплыл к берегу. Ледяная вода проникла в самое нутро, ноги немели, пальцы сжимавшие клочок одежды стали каменными, волны били по лицу, я отчаянно пытался не уйти на дно вместе с незнакомцем. Груз тела и его проблем тянул меня в тёмные воды, пару раз моя голова скрывалась на глубине, но в итоге, я увидел кромку суши, и кусты ивы, склонявшей свои ветви ближе к руслу. Без сил увалившись на песок, я пытался сам не сдохнуть, потому что конкретно глотнул холодненькой водички. Я перестал чувствовать конечности, голова трещала от перепада температур, волосы налипли на лоб, одежда обхватила в убийственные объятья. Сделав усилие, я повернулся, нащупывая утопленника, приподнявшись, наклонился над телом и обнаружил распахнутые глаза, грудь «тела» ровно поднималась и опускалась, а взгляд был полностью осмысленным. -Какого хуя? -возмутилось тело с синими губами. Глаза тут же уперлись мне в душу, заставляя чувствовать себя чуть ли не последней сволочью. В мыслях мелькнул образ продавщицы из ларька. Минуту спустя-пришло осознание ситуации.Сложно сказать, что меня взбесило больше в тот момент: то что я долбоеб, который теперь замерзнет, потому что спас какого-то суицидника, или тот факт, что возмущаюсь сейчас не я. -Действительно! -наконец оттаяли мои мозги и я парировал.- А где, блин, спасибо, мать твою?! -возмущался я неблагодарности спасенного мной человека. -Это за что это тебе полагается спасибо? -тело село, отряхнулось и, медленно потягиваясь, зевнуло, будто и не было пару минут назад на волосок от смерти. -Например за спасение, не? -я подозвал пса рукой, но он боязненно попятился назад. Что это с ним? -Мне это было не нужно.-меланхолично ответил незнакомец, после чего встал и направился в сторону треклятого моста. -Ты опять прыгать собрался? -Я встал на ноги и все-таки прицепил пса на поводок. Возмущение кипело будто котлы преисподней. -Да, -ответил незнакомец. Более меня ответом не удостаивали. Я плюнул на все и отряхнувшись, взял пса за поводок. После ухода несостоявшегося утопленника, он все же подошёл ко мне, начиная обеспокоенно обнюхивать. Сориентировавшись, я вышел на освещенную тропу и добрался до места, где подобрал оставленный мармелад и куртку.Закурив, я увидел уже знакомую фигуру на мосту и проводил её взглядом, от перил до места, где прозвучал всплеск. Дальше смотреть не было смысла. Хватит с меня геройств на сегодня, мир не спасти.

<center>***

</center> Квартира встретила меня уютным теплом.Сняв мокрые кеды, я встал на кафель прихожей, стягивая промокшую одежду. За время пути, она остыла, но не было даже намека на то, чтобы хоть что-то просохло. Еле как сняв этот липкий ледяной ужас одежды и воспоминаний, я осознал всю комичность ситуации: Я стою абсолютно мокрый и голый, рядом с влажным комком ткани на полу. С волос капала вода. Я был похож на гребаную русалочку, вылезшую из воды и растерянно осознающую наличие у нее ног- тепло таки дало о себе знать и кровь начала циркулировать по телу, давая надежду на продолжение жизнеспособности. Сгребя в охапку одежду и обувь, я хлюпая и поскальзываясь добрался до ванной. Пришлось скинуть в стиралку вещи, перед тем, как наконец-то попасть в душевую кабину- благо горячая вода в этом здании была круглосуточно. Волосы будто оттаяли и теперь не висели клочьями, а руки наконец вернули себе прежнюю подвижность. В дверь ломился пёс. Я и забыл, что он тоже продрог. Наспех вытеревшись, и обернув бедра полотенцем, я впустил собаку в комнату- так не любивший мыться питомец, резво залез в кабину. Понимая его, как никто, я полил его с лейки и вспенил шампунь на шерсти. Закончив водные процедуры, пёс по привычке кинулся к миске, я — к холодильнику. Вчерашние бутерброды порадовали меня на пару минут, но голод не ушел. Псу везло больше, накануне, я купил здоровенный мешок корма по-акции, так что он уплетал за обе щеки, а я бросив попытки найти что-нибудь съестное, угрюмо зашлепал в комнату за одеждой. Натягивая толстовку, я все вспоминал того парня на мосту, все думал, что заставило его так отстранённо и безучастно шагнуть с моста. А еще, я думал, о том, как холодно там было и как тот незнакомец не дрожал, будто не только эмоции, но и тактильные ощущения у него пропали. А еще я понял в процессе натягивания треников и тапок, что мне пока ни на все наплевать-значит все не так уж плохо. Переодевшись и врубив чайник на кухне, я глянул на часы. И это было грустной ошибкой, ведь вставать нужно в пять, а сейчас уже половина первого. Я решил занять себя чем-нибудь и протопал в комнату, с пинка врубив комп. Кулер тихонечко зажужжал, оповещая о пробуждении рабочего ослика компании асус. Вообще комп был старый и часто ломался, но расстаться с ним мне не позволяла совесть и паранойя-это малец слишком много обо мне знал. Я итак ему регулярно изменял с ноутом, так что пока, не спешил с ним расстаться. Пёс приперся с кухни и улегся на коврик, подле кровати, начиная чавкать и зевать. Он всегда так делал, когда я не ложился допоздна. Вырубив свет в комнате, я приземлился в кресло перед компом и попытался найти что-нибудь из новинок кино, дабы скоротать время до утра, но сам не заметил, как зарылся в сводки новостей. Ничего об утонувшем парне там не было, оно и понятно, может пройти ни одна неделя прежде чем тело найдут. Да и по одежде было видно, что парень не из верхов-значит, вероятно, его исчезновение заметят не скоро. Пролистав еще пару раз новости, я хотел было почитать о множественном суициде, когда вдруг наткнулся на статью, казалось бы, ничем не примечательную, но тем не менее необычную. В заголовке значилось: -"-"Президент Космо-Моторс, Атараши Кроуг, объявляет о банкротстве компании."-я зачем-то прочел это вслух, на что псина громко всхрапнула, как-бы говоря: -"Чего и стоило ожидать.» Вообще, в последнее время, мне часто попадались новости о данной компании, где-то я слышал мельком, что они выиграли крупный тендер на госпроект, что-то там было про шатл на Марс. Недолго думая, я прогуглил и нашел небольшую статью о неполадках на конечном этапе строительства-оказалось, что конструкторы не рассчитали прочность корпуса и он треснул во время первичных испытаний, тем самым, слив год работы в канал. Мда. Жаль. Я уж было понадеялся свалить с этой планеты в скором времени, а тут на тебе- хрен с маслом. Основной текст статьи показался мне банальным и скучным и я закрыл вкладку, не вчитываясь. Залез на страницу в соцсети, оказалось, у какого-то ублюдка с работы днюха. Откуда он вообще у меня в друзьях. Открыв страницу это мудилы, я даже не понял кто-это. Наличие общих друзей-тоже не помогло- эти рожи мне не знакомы. В мероприятиях засветился огонек, кто-то приглашал меня на фестиваль красок. Ага. В одиннадцать градусов Цельсия в шортах и в майке. Ща. Разбежался, шнурки глажу. Новостная лента порадовала парой гифок с щеночками и фоткой незнакомой мне миловидной телочки, рекламирующей какую-то хрень для лица. Врубив музыку, я углубился в просмотр накопившихся писем. Брат написал, что уже в Нью-Йорке. Скинул фотку из бара на Тайм-Сквер. Мы были с ним там в наш первый приезд в Америку. Везучий ублюдок. Я лайкнул фотки и продолжил читать сообщения. Напарник с работы скинул мне новый график- чертовы отпуска, вечно все из-за них через жопу. Я в отпуск не ездил по двум причинам- я любил свою работу (да, такое бывает) и на мое имя был оформлен запрет на выезд из страны, потому что… Ну не важно. Далее были какие-то смайлы и картинки во всех переписках, так что я решил туда не лезть-эмоджи меня раздражали.Отчаявшись отвлечься, я смирился с реальностью и решил поработать. Открыв базу, я проглядывал новую клиентуру и изучал маршруты движения. Убивать людей непросто. Они зачастую этого не хотят. А те кто хочет, ну, у них это не всегда выходит с первого раза — Вселенная гадит всем. Как говорил персонаж одного фильма:"Некоторые здесь категорически не желают умирать!» Хотя, этот вот чувак на мосту-явно не из них. Жизнь вообще баба с юморком. Те, кто не хочет жить-никак не могут склеить ласты, а те, кому давно пора в горизонталь под землёй-истерически держаться за края гроба, не давая забить последний гвоздь. Ирония. Моя же жизнь-вообще песня. Что-то между Чаком Берри и Металликой. Ну, по-крайней мере, мне так кажется. Когда убиваешь людей, понимаешь две вещи. Первая: никогда не знаешь, что из человека вылезет после того как он откинется. Вторая: люди, сука, живучие. Помню был у меня клиент. Дед, прям вот дед. Мне пришлось выстрелить в него ВОСЕМЬ раз. Никак не хотел покидать грешную. Я прям, уважением проникся к этому засранцу. В отличие от большинства своих коллег, я часто появляюсь на улице днём (помимо основной деятельности, я подрабатываю в зоомагазине, дабы не палиться), и, как следствие, частенько вижу пожилых людей. Не все такие живучие. Прикрытие мое и все сопряженные с ним дела-это инициатива начальства. Не всем так везет. Потому что не все потрахивают сестру босса. Я работаю в одной организации, ну не то чтобы законной, скорее не запрещенной. Естественно, клиентура у нас колоритная. Могу поклясться, я как-то видел в офисе нашего Президента, попивающего чаек с главой Токийской мафии. Кстати, душевный человек, я, разумеется про Японца. Меня, в отличии от остальных, демонстрируют клиентам, поскольку я не вызываю желания спрятаться под стол и наложить кучу. Вы себе представить не можете, какими страшными и необщительными бывают наемники. Профессиональная особенность. А я вот на рожу вышел, так что я в конторе вроде импресарио босса. Потому и днем мне разрешено свободно перемещаться, в отличие от других коллег. Разумеется, работать днём-запрещено. Большое количество свидетелей вредит бизнесу. Так что днём приходится заниматься обычными делами. Выносить мусор, готовить еду, ходить по магазинам, а в моем случае работать в ветаптеке. Кстати, псина в моей квартире появилась благодаря этой моей дневной работе. Как-то раз, я сидел на обеде в клинике, при аптеке, и ко мне залетела девчушка лет десяти вся в слезах, я ничего не понял из ее рыданий, но пошел за ней, когда она рванула на улицу, спустя два квартала, я нашел причину ее расстройств. Кто-то сбил ее собаку. Она плакала навзрыд- собака умерла. Но в тот момент, кое-что привлекло мое внимание, живот суки был раздут, а из-под длинной шерсти виднелся сосок. Схватив труп собаки и девчонку, я рванул в клинику, на пороге меня встретил Док, он там работал лет десять уже и многое видел, поэтому когда я указал на живот мертвой псины- он резко подорвался, и рванул в зал операционной. Из живота суки вытащили мы трех щенков. Девчонка в приемной рыдала, когда я пригласил ее в кабинет. Псину мы накрыли покрывалом и предложили девочке попрощаться с другом. Она ушла забрав ошейник, когда мы позвонили ее родителям. Отец девочки, вырванный с работы и сам чуть не рыдал. Заплатив за операцию, он забрал завернутую в ткань собаку, и просил отдать одного щенка, когда они придут в себя. Щенков мы спасли, но я с ними намаялся за месяц. Они были недоношенными и мы держали их в инкубаторе. Спустя время, они окрепли. Хозяева сбитой собаки забрали лишь одного щенка, а что делать с двумя другими-мы не знали. Док, поколебавшись забрал суку, хотя у него дома и так был зверинец-тащил всю брошенную живность к себе, иногда раздавал друзьям. А я чувствуя его молящий взгляд, и послав Дока нахуй, все-таки взял второго щенка. Так в моем доме появился кобель Трюфель. Шоколадный лабрадор-водолаз. Красивый падла, но тупой. Хотя дрессуре поддавался. Я иногда оставлял его Доку, когда летал за границу по работе. По основной работе. Док вообще, человек был припизднутый, но приятный. Посему, мы в общем-то ладили. Трюфель всхрапнул, и я отвлекся от монитора. С улицы в комнату проникал желтый свет фонарей, разливаясь по стенам, шкафам и кровати.Развернувшись в кресле, я встал и подошёл к окну, открывая створку. Нащупав в брошенной на пол куртке сигареты, я вернулся и сел на подоконник, закуривая. Пронизывающий холод вечера сменился на уютную прохладу ночи.Такая погода всегда наступала ночью, даруя желание прогуливаться где-то по узким улочкам. Под фонарем во дворе целовалась пара школьников, а в доме напротив кто-то смотрел чемпионат по футболу. Плазма стояла прямо напротив окна, и я зачастую поглядывал, что там смотрит сосед, пока курил на окне. Иногда бывали занятные вещи, но в основном это были мультики и новости. Наверное у него были дети. Или он сам все еще был ребенком. Лысым, двухметровым ребенком. Вообще, я не то чтобы люблю заглядывать в окна соседей, просто профессиональная привычка. Зато, я знаю, у кого на районе можно купить хороший алкоголь после десяти вечера и добротной травы. Лысый сосед, смотрел повтор игры Реала и Барселоны. Мда, разочаруется мужик, судя по шарфу Реала. В углу кровати зазвонил телефон. Я нехотя поднялся и взглянул на экран — звонил босс. Он всегда находил способ, сделать мерзкий вечер еще хуже. -Да, — я ответил и снова прошел к окну. -Наруто, тут такое дело… Не разбудил? — босс по всей видимости был и сам почти в постели, слишком мягким был тон и слишком учтиво он говорил. -Да не… Я не спал. Что-то стряслось? — Я стряхнул пепел с сигареты и взглянул на часы возле шкафа. Половина третьего утра. -Я тут по такому делу, ты извини, что вырываю в выходной, но у нас тут заказ на доставку груза, а все водители заняты. Надо смотаться тут по соседству от офиса.- Пришел срочный заказ от правительства, не люблю я это дело. Босс говорил как-бы извиняясь, он не любил менять график, и от чего-то всегда был со мной на равных, наверное от того, что его жизнь сложилась так же как и моя- ни семьи, ни друзей, одни коллеги. -В южный офис? — Опять ехать в Бухарест. Я любил Румынию, но у них там духота невозможная. На секунду, я поймал себя на мысли о том, что я стал привередой. -Да, как обычно, посылка ждет на складе, как обычно. — Тавтология осталось мной не замеченной. Он видимо начал просыпаться, потому что тон становился более деловым. — О подробностях… Хотя, там все на корешке доставки. Бывай. Он отключился. Я сунул телефон в карман толстовки. Ох, не понравился мне его тон на слове «подробности"-ничего доброго это не сулило, как пить дать.Кого на этот раз придется отправлять в объятья Вселенной? Пёс проснулся и грустно воззрился на меня-звонок всегда означал, что я должен его покинуть. Потрепав Трюфеля за ухом, я пошёл на поиски чемодана. Наспех собравшись, я позвонил Доку, и трижды извинившись, за столь поздний звонок, сказал что завезу Трюфеля. Он давно уже не виделся с Сестрой, так что будет рад, а Док… Одной скотиной в доме больше, одной меньше — он даже не заметит разницы. К тому же, в отличие от меня, Док живет в доме, а не в квартире, и участок у него большой, есть где собакам развернуться. У него их пять. С Трюфелем соберется неплохой секстет. Трюфель ворчал, когда я засунул его в машину и повез посреди ночи на другой конец города. Ничего переживет. Свет фонарей провожал меня вдоль дорог, пес дремал сзади, а из магнитолы лился легкий голос Меркьюри. Фредди, жаль я не застал тебя в живых, мы бы подружились. Водили бы Диану в бар, носили бы блестящие пиджаки и штаны с лампасами… -Я хочу освободиться… Бог не хочет свободы…-пел я редко, но если был настрой… Держите меня семеро. Верный мерин летел вдоль дороги, периодически тормозя на светофорах, вскоре, показался поселок с однотипными домиками из красного кирпича. Найдя нужный дом, я разбудил Трюфеля и прошелся по каменистой дорожке к входной двери. На втором этаже горел свет. Позвонив в дверь, я услышал звуки возопившего зоопарка. Через минуту, седовласый Док, с гнездом на голове, приоткрыл дверь, и орава собак ринулась мне под ноги. Подняв шум и гам, я передал поводок Доку, наспех соврал о больной тетушке и поспешил свалить до появления сварливой старухи, что жила по соседству от Дока и все время грозилась засудить его за столь объемный зверинец. Мне, кстати, тоже было интересно, законно ли содержание такого количества животных в одном доме? Надо погуглить на досуге. Дорога до офиса заняла от силы минут пятнадцать, благо асфальт уже просох после дождя и машина шла ровно. Во время поездки я заметил одну особенность. В черте города фонари светят теплым светом, а за городом холодным.В чём причина выбора данного светового спектра оставалось загадкой. Припарковавшись в ангаре по-соседству с офисом и скоро пробежавшись до фойе, я, наконец, прибыл в точку сбора. В офисе меня встретил Сай. Я следовал за ним по коридору до двери склада. Ботинки впереди меня шагали бесшумно, аки по облакам.Даже ткань костюма почти не издавала звуков, из-за чего Сая втихаря прозвали Каспер. Он был странным парнем. Все время с фальшивой улыбкой и хищным взглядом. Поговаривали, он одно время в закрытой тюрьме работал в пыточной, пока совсем крыша не поехала и его не уволили. Бред конечно, да и я не из пугливых, но он наводил на меня ужас одним только своим видом. И я был в этом не одинок. Мой напарник был того же мнения. Сай проводил меня на склад, и вручил конверт и кейс с кодовым замком. Код от кейса всегда был внутри пакета, как и материал на жертву, способ убийства и дата. Содержимое пакета всегда было одинаковым, за тем лишь отличием, что досье располагались в папках разного цвета. От красного, до фиолетового. Ебучую радугу предложили для маркировок менеджеры из отдела логистики, якобы так досье проще хранить, а обслуживающему персоналу проще заказывать документы на перелеты действующих сотрудников. Про team билдинг опустим. -А где Рей? — я повернулся в сторону уходящего со склада Сая. Говнюк удивительно быстро перемещался. -Ногу сломал, на больничном. Говорят на лыжах неудачно покатался, — Сай закрыл склад и его шаги постепенно затихли. Я сел на полу и разложив вокруг врученный инвентарь, вскрыл пакет. Моему взору предстал объемный материал на молодого человека лет восемнадцати от роду. Его волосы были ярко рыжего цвета, а взгляду позавидовал бы даже Сай. Имени его не значилось, значит, скорее всего из наших. Теперь ясно почему Босс так замялся. Он подобные вещи не одобрял, но, наспех просмотрев досье на паренька, я присвистнул. Да, урод, даже для нашей профессии. На его счету немало детей, причем ни абы кого… Дочка мафиози, сын наркобарона… Парень идеалист.Но в его деле меня заинтересовало даже не это, а то как просили исполнить убийство. Я всякое делал: и стрелял, и жег, и даже головы рубил (было забавно, но грязновато, но что поделать-клиент всегда прав), но тут прям что-то новое. Чувака просили утопить в соленой воде. Почему именно соленой-не уточнялось, но по всей видимости было важным, поскольку пропечатано было жирным шрифтом. Ну соленая, так соленая. И снова мне вспомнился парень с мостовой. Утопленники так и липнут ко мне сегодня. Одного спас, второго надо наоборот. Еще и Рей на больничном, обычно мы вдвоем работали, он был прикрывающим, я исполнителем, и следы он заметать умеет, а тут придется в одного пахать. Без особого удовольствия, я поднялся и, закинув инвентарь в авто, покатил в аэропорт. Билет на самолет до Бухареста был в конверте, надо было торопиться, рейс в половину седьмого. В аэропорте было пустовато, от того меня начало клонить в сон, я сдал кейс в багаж, кивнул нашим людям в аэропорту, и благополучно сел в кресло самолета. Когда мы взлетали, солнце почти взошло, а фонари, сопровождавшие меня на дороге, начали гаснуть. После взлета я заснул с мыслями о том, что нужно было взять с собой мармелад.