Fatum

— Дже-Дже, я дома, — девушка встретила подругу с улыбкой, объятиями и готовым ужином. — Ты божественна, я такая голодная. Нам стоит многое обсудить, пошли скорее. — Хеми, что за новость ты собиралась рассказать? Ты меня заинтриговала. — Сначала скажи, ты подписала? — Да, я заключила контракт на два года. — Ты правда молодец, Дже-Дже, чуть позже жду подробности, а пока хочу сказать… Только ты сядь, а то упадешь, — с улыбкой сказала девушка. — Хеми, я уже сижу, видимо это действительно что-то хорошее. — В общем, меня позвал к себе директор и сказал, что читал мои наброски романа. Он был доволен, понимаешь? Ему понравилось! Если я ему предоставлю законченный материал, то он сказал, что я смогу напечатать свой роман, компания меня поддержит. — Серьезно? Боже, дорогая, я так счастлива за тебя, — крепко обнимая подругу, сказал ДжеДжин. — Все это время, которое я посвятила писательству, я ведь думала, что обречена, что у меня нет таланта, ведь мне отказывали уже несколько раз, говоря, что мои работы полная чушь. А теперь… теперь у меня есть возможность, Дже-Дже, — со слезами на глазах проговорила Хеми. — Не смей говорить, что у тебя нет таланта. Всему нужно свое время, видишь, наконец-то и на твоей улице светит солнце. — Я так счастлива, — Хеми радостно прыгала по кухне, словно маленький ребенок. — Что ж, за это стоит выпить? У тебя что-нибудь есть? — Конечно, полусухое вино 1973 года. Думаю, сегодня отличный день, чтобы его испить. Я все еще жду подробностей, как все прошло? — Мне было очень трудно, и даже не из-за Юнги, а из-за потока информации и множества новых знакомств. — Не удивлена, ты всегда долго привыкаешь к людям. Честно говоря, мне их жаль, — со смехом сказала Хеми. — Вот же засранка, и как только язык повернулся, — рассмеявшись, ответила ДжеДжин. — А как же он? Вы поговорили? — Если это можно назвать разговором. Он сказал, что скучал, Хеми. Представляешь? Попросил о встрече сегодня, хочет поговорить, но я не знаю. Я так этого ждала, но сейчас… вдруг я не смогу сдержать свои эмоции? — Ответь мне честно, ты на него зла? За то, что он тогда оставил тебя, что не сказал ничего. — Я его давно простила, я не хотела этого признавать, но я ведь еще тогда понимала, что он уйдет рано или поздно. Я его простила, но все равно не смогла понять. Знаешь, я осознаю, что это была просто детская обида, он ведь всегда был рядом, хоть и пытался казаться вредным, но я знала, что с ним я как за каменной стеной. Мне нравилось, когда Юнги дразнил меня, когда рассказывал мне то, о чем не говорил больше никому, а затем он просто исчез. Я ведь влюбилась в него тогда, сначала я не могла понять, что это за чувства, но потом… Я так устала от всего этого, он снится мне каждую чертову ночь, понимаешь? Как бы я не пыталась, сколько бы времени не прошло, я все еще не могу забыть этого балбеса. — Ну и дура ты, ДжеДжин. У тебя есть шанс, ты понимаешь? Я же говорила, если не можешь забыть, беги навстречу. Да, он причинил тебе много боли, но задумайся о том, как важен для тебя этот человек, если ты простила его после стольких лет страданий? — Ты права, Хеми… — Конечно я права! Ну и чего сидим? Во сколько встреча? — с улыбкой спросила девушка и потрепала волосы подруге. ДжеДжин посмотрела на свои часы и резко подскочила, сразу побежав в коридор. — Хеми встреча в семь, а сейчас без пяти минут. Я должна бежать. — Я уверена, что он дождется тебя. Садись в мою машину, я отвезу, так будет быстрее. — Я тебе уже говорила, что ты лучшая? — радостно сказала ДжеДжин. — Ты думаешь это просто так? Ты мне должна вечер веселья. Я, ты, клуб и мартини! — Мне больше по душе дома, но будет так, как захочет моя Хеми. Девушки весело болтали по дороге, пытаясь не нагнетать атмосферу. Хеми на всех порах мчалась вперед, стараясь быть предельно аккуратной. — Хеми!! Там был красный! — Дже-Дже, тебя заботит штраф? Не переживай, почти ведь доехали, пока никто не умер, — со смехом сказала девушка. — Эй! Пока?! Хеми, пообещай мне потом настучать по твоей голове. — Минутная готовность дорогуша, мы подъехали. — Как я выгляжу? — Я бы не устояла перед такой красоткой. Давай, дорогая, я в тебя верю, ты ведь у меня сильная, главное спокойно поговорить, ну или неспокойно. Знаешь ведь, чем может ссора закончится? — играя бровями, спросила подруга. — Хеми пабо. Ну, я побежала? — Дже-Дже, файтинг! Жду 15 минут, потом уезжаю. Надеюсь тебя сегодня не увидеть! ДжеДжин выскочила из машины и направилась в здание. Сердце отбивало бешенный ритм, а руки начинали неметь. Хол пустовал, казалось, словно здесь нет ни единой души. — Я уже думал, ты не придешь. — Сзади раздался хрипловатый бас, заставляя мурашек станцевать самбу. — Я думала, ты ушел. — Серьезно? Ты ведь знаешь меня так хорошо, я больше чем уверен, что страха не встретить меня у тебя не было. — О чем ты хотел поговорить? — Ты хочешь прямо здесь? У стен тоже есть уши. Ты не против, если мы пойдем ко мне в студию? Она в двух шагах отсюда. — А у меня есть выбор? — Дай подумать… нет, нету. Пошли скорее, — Юнги вел себя так, словно ничего не случилось, привычная наглость и вредность, словно он никогда не уходил. — Не соврал, студия действительно близко. Но почему она не в компании? — У меня их две, ДжеДжин. В этой я чувствую себя более комфортно, да и ушей лишних нет. — Так странно… Такое ощущение, будто я уже здесь бывала, — девушка внимательно рассматривала все стеллажи, пробегаясь своими пальцами по маленьким безделушкам. На глаза попалась рамка с фотографией. Юнги с семьей. — Ты часто им звонишь? — Стараюсь, родители хоть и поддерживают меня, но все еще слишком переживают, что я пошел не по тому пути. А как твои поживают? Часто бываешь дома? — Мы созваниваемся каждый день, а вот поехать к ним получается не каждый раз, иногда они навещают меня. — Понятно…— в воздухе повисла неловкая тишина, каждый думал о своем, у каждого крутилось тысяча вопросов. Такие близкие, но такие чужие. Юнги направился к небольшому комоду, который стоял в самом углу студии и вытащил оттуда бутылку. — Бурбон? — Я не пью, Юнги. — Все такая же правильная, ДжеДжин? — с усмешкой проговорил парень. — а я, пожалуй, выпью, говорят, разговоры идут легче. Юнги сделал глоток, а затем еще один и устало сел на диван. — В ногах правды нет, присаживайся, ДжеДжин. ДжеДжин. КанДжеДжин, — по слогам произнес парень, словно пробуя имя на вкус, — так странно звучит, тебе не кажется? Мне больше по душе Дже-Дже. — Девушка молча взяла бутылку и все-таки сделала небольшой глоток. Напиток приятно обжигал горло, заставлял страх отступить совсем. — Да, ты впервые меня так назвал, когда я была еще маленькой. Тогда у меня еще были проблемы, я поссорилась с подружкой и сидела в комнате, дулась страшно, негодовала. Потом пришел ты, увидел мое состояние и стал улыбаться. Помнишь, что ты сказал? — Малышка Дже-Дже активирована и готова убивать, а потом ты обижалась на меня, тебя жутко бесило мое «малышка». — А потом назло тебе, когда ты сердился, я называла тебя «Бушующая пельмешка». У тебя были милые щечки. А сейчас они пропали… — С таким графиком не удивительно. А ведь у тебя дома любили меня откармливать, помнишь, как в конце учебного года, нас отправили к твоей бабушке, а она встретила нас со словами: совсем детки исхудали с этой учебой, и бац: вернулись мы щекатые. — Да, родители еще тогда очень удивились, до сих пор помню их лица, — со смехом проговорила ДжеДжин. Парень зачарованно смотрел на улыбающуюся подругу. — Что-то не так? — Девушка, заметив внимательный взгляд, удивленно изогнула бровь. — А ты изменилась… — И что же во мне поменялось, Юнги? — Не знаю, ты стала такая взрослая, самостоятельная, уверенная. Раньше, ты бы как только меня увидела, сразу закатила бы истерику и побила бы, а сейчас ведешь себя так спокойно. Знаешь, когда я узнал, что ты переехала в Сеул, то очень удивился. Ты мне не говорила, что планировала переезд. — А я и не планировала, Юнги. Просто в один день все изменилось, и я в том числе. Ты ведь не думал, что твое безмолвное прощание останется незамеченным. На что ты рассчитывал, когда ушел, не сказав мне ни слова? Почему ты не сказал мне, Юнги? Я ведь знала, как ты мечтаешь прорваться, я знала, что ты заключишь контракт, и тебе придется сократить наше общение. Я ведь это понимала, ты ведь мог сказать, мы бы придумали что-то вместе, а ты решил молча уйти… — Дже-Дже… — Мне просто интересно, Юнги, как ты смог, вот так вот оставить меня одну? Ты поступил, как подонок. Ты ведь знал, знал, что ближе тебя у меня никого нет, знал, что может со мной случиться, и все-таки оборвал все связи, не соизволил за столько лет даже написать смс. — Голос девушки становился громче и четче, обида, которая столько лет травила жизнь, имела шанс выплеснуться в лицо тому, кто был ее виновником. — Ты знаешь, через что я прошла? Ты знаешь, что из-за тебя, ублюдка, я была вынуждена переехать, потому что Там все напоминало о тебе. — Ты думаешь, мне все это время было легко? Дже-Дже, ты правда думаешь, что оставить тебя мне не составило никакого труда? Я каждый чертов день жалел о том, что не сказал тебе ничего. Да я поступил, как идиот и трус, но я не мог, я не мог, посмотрев тебе в глаза, сказать, что уезжаю навсегда. Я ведь знаю, что ты бы не расплакалась, ты бы все держала в себе, та ведь еще упрямица. Ты с детства любила строить из себя сильную и независимую. Я не мог уехать, зная, что там будешь ждать меня ты, меня, моего сообщения и звонка, я просто надеялся, что ты сможешь забыть, влюбишься в конце концов и забудешь. Я должен был начать новую жизнь, но я тоже не смог. Сначала я винил себя, родители говорили, что ты ни с кем не общаешься толком, ходишь все время хмурая. И так изо дня в день, я слышал это на протяжении года, но потом в один момент, я услышал, что ты стала усердней учиться, что захотела уехать и начать новую жизнь. Я понял, что может, в какой-то мере я сделал что-то правильно. Ведь, зная твой нрав, ты могла плюнуть на учебу и уехать со мной. ДжеДжин, я просто не знал, что делать и решил молча уйти. — Знаешь, я так надеялась, а ты, оказывается, просто струсил… побоялся ответственности, — с усмешкой проговорила ДжеДжин. — Я на тебя зла не держу, Юнги. Я тебя ненавидела все это время, но сейчас поняла, что судьба просто так испытания не подкидывает. Возможно, если б ты не исчез, ты бы не сидел здесь, а я не добилась бы того, чего хотела. Но знаешь, я все еще не понимаю одного, почему ты струсил? Ты ведь знал, что если скажешь, как есть, я приму это, если бы ты хотел оборвать связи, я бы закатила истерику, но со временем приняла бы твое решение, потому что ты был мои лучшим другом, моим маленьким миром. Ты захотел идти по пути мучений, что ж это тоже твой выбор. — Девушка сделала еще один глоток и облегченно выдохнула. — Дже-Дже… — Юнги, не нужно. Я узнала все, что мне не давало покоя. Теперь все встало на свои места, мы можем спокойно работать. Что ж, я пойду, а то уже поздно. — Куда ты пойдешь в таком состоянии в такое время? Ты сделала только два глотка, а уже вдребезги. — Я не пьяная! — Переночуешь у нас, так будет лучше. — Я с тобой никуда не пойду, ты противная, мелкая, эгоистичная пельмешка! — от резко закружившейся головы девушка села на диван и стала что-то бормотать под нос,— Ненавижу тебя, придурок, ненавижу...— глаза ДжеДжин стали медленно закрываться, погружая девушку в сон. — Горе ты мое луковое, — Юнги с улыбкой посмотрел на девушку и аккуратно поправил выбившуюся прядь, — все-таки, малышка Дже-Дже совсем не изменилась, — усадив Кан себе на спину, парень аккуратно закрыл дверь и направился к ближайшему такси.