100

       - Кто я? А вы кто? И почему мне так холодно? …        Прошло довольно много времени с тех пор, как новый аликорн утвердился в своей власти. Понивиль стал одним из немногих туристических центров. Многие пони съезжались туда со всей Эквестрии, чтобы воочию увидеть коронованную принцессу.        Твайлайт Спаркл - любимая многими принцесса дружбы. Она, словно не осознавая своего положения, общалась со своими подданными на равных. В отличии от своих старших коллег, Твайлайт самолично отзывалась на просьбы Эквестрийцев. Все общались с ней, не испытывая страха, который сам собой должен появляться, когда перед тобой королевская особа. Но почему, спросите вы, стоит бояться принцессу дружбы? Почему пони должны чувствовать угрозу, исходящую от неё?        Магия - ответ на эти вопросы. Магия аликорнов. Она не идёт ни в какое сравнение с дешёвыми фокусами обычного единорога. Она способна перемещать небесные тела с огромной скоростью, уничтожать целые пласты земли и в мгновение ока перемещать заклинателя, да и не только его, в любую точку Эквестрии! И это далеко не всё!        Даже Селестия со своей сестрой не знают, какая сила находится в их копытах, что уж говорить про остальных.        Вот почему их стоит бояться, вот почему остальная магия несущественна на их фоне, и вот почему она не должна простаивать без дела.        Если вы согласны с этим утверждением, то знайте - вы не одиноки. Лайтгрин, зеленогривый единорог салатового цвета, как раз думал над этой проблемой. В своем кабинете ему было спокойнее, там он мог сконцентрироваться, но его срочно зачем-то вызвали в 14 отделение заоблачного лабораторного комплекса.        Здание, расположенное на огромном облаке и уходящее в его глубь было не легко скрыть от любопытных глаз, так же, как не легко было сделать полы в нём пригодными для перемещения по ним особям, не имеющим крыльев. Суммарно, на полное зачарование здания ушло два месяца и десятки единорогов умерли от переутомления во время наложения заклинаний. Но оно того стоило. Бесспорно, этот комплекс - самое невероятное достижение Эквестрии за всё время её существования. Только она об этом ещё не знает.        Лайтгрин стоял во главе комплекса, неся ответственность за всё происходящее в его стенах. Магические аварии различной степени урона время от времени случались в некоторых частях парящей лаборатории и ему приходилось лично с ними разбираться, так как он хотел держать под контролем абсолютно всё.        Сейчас он направлялся разгребать последствия одной из выше упомянутых аварий.        - П-поспешите, вам нужно это увидеть! - подгонял Лайтгрина сотрудник, чьего имени он не помнил.        - Заикаешься? Я знаю, что такое бывает, но нахожу довольно необычным слышать самому.        -П-прошу п-прощения, но я не хочу говорить об этом, ва-ам лучше подготовиться, к тому что вас п-предстоит увидеть.        - Если это очередная протечка магии, я распоряжусь, чтобы все трубы в комплексе были заменены до завтрашнего утра, и мне всё равно, как вы это устроите!        - К-к нашему счастью, это никакая не протечка. Но по-о правилам, у меня нет разрешения говорить об э-эксперементальных о-особях.        Глаза Лайтгрина расширились. Ещё ни разу он не слышал, чтобы особь служила причиной аварии.        - Я сам писал правила, мне ты можешь рассказать.        - Н-не сердитесь пожалуйста, но я толком ничего н-не знаю, я слышал только, как что-то взо-орвалось. Как только я прибежал на шум, меня послали з-за вами.        - Кто? - они повернули за угол.        - Доктор Фе-ерстеид, сэр, - вспомнил лицо пегаса сотрудник низшего допуска.        - Хорошо, далеко ещё? - поинтересовался Лайтгрин, после того, как они поднялись по лестнице. Он редко бывал в этой части комплекса.        - Не т-так близко, как хотелось бы.        Пока они шли, им встретились ещё пары, состоящие из пони, которых отправили за высокопоставленными научными сотрудниками. Они поняли, насколько важно произошедшее, как только собрались вместе. Никогда не было необходимости созывать кого-то, кроме самого Лайтгрина.        Он отпустил всех сопровождающих, кроме своего и приказал всем докторам, которых они вели, следовать за собой.        При приближении запахло жжёной плотью. Запах был не из приятных. Группа из учёных оказалась перед дверью.        - Я посмотрю, подождите снаружи, пока я не позову. - приказал Лайтгрин.        Он нажал кнопку и металлическая дверь отъехала в бок и скрылась в стене, он шагнул внутрь. Довольно большая комната была наполнена множеством пони в белых лабораторных халатах, которые прекратили свои активные обсуждения и разошлись по боковым стенам, освобождая путь начальнику. Но тот не двинулся с места, а стоял с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью.        Его взгляд был устремлён в грубое небо, на пролетающих мимо птиц, на кучевые облака, мирно плывущие по небу, чуть ниже уровня пола. Такого голубого цвета Лайтгрин не видел уже несколько недель, с момента его последней вылазки наружу. Это приходилось организовывать с парой транспортных пегасов, сам он не мог выбраться с облаков на землю. Окон в комплексе не было, так что ни солнечный свет, ни синева неба не могла попасться ему на глаза.        Выглядывающие из-за его спины учёные пони были в таком же ступоре. У них в голове не укладывалось, как половина такой большой комнаты вместе с наружной стеной могла исчезнуть, оставив в напоминание о себе лишь пару искарёженных стальных кусков. Ни одна магическая утечка не могла даже оцарапать эти стены, разве что самая сильная.        Лайтнрин призвал всю свою силу воли, чтобы придти в себя. Он перевёл взгляд на фигуру, которая находилась у самого края перед обрывом.        Обугленная, полностью чёрная фигура формой напоминала средних размеров пони. На задних копытах, словно на коленях она сидела, направив сломанный рог туда, где реньше была исчезнувшая часть комнаты.        - Что это? - спросил Лайтгрин.        - Девяносто девятая экспериментальная особь, сэр, - выкрикнул кто-то из толпы.        - Последняя из испытуемых на данный момент, - уточнил знакомый голос, - остальные по прежнему не активны.        - Ферстеид, - поприветствовал подошедшего зеленогривый единорог.        - Доктор Ферстеид, - поправил тот и улыбнулся.        - Это устроила она?        - Кто же ещё? - усмехнулся доктор, - Селестия?        - Оставь шутки, это очень важно!        - Какие шутки? Посмотри внимательнее и поймёшь, что сравнение достаточно верное.        Лайтгрин вгляделся в умервщлённое существо. Заметив то, о чём, скорее всего говорил Ферстеид, он еле заметно улыбнулся. Примерно из лопаток на спине особи шли два костяных отростка, вероятно остальное было сожжено.        - Крылья! У неё, помимо рога, есть крылья! - воскликнул доктор Ферстеид, не дожидаясь реакции Лайтгрина.        - Аликорн! Мы создали аликорна!        - Хе-хе, ну Сьюзи трудно назвать настоящим аликорном, но ты видишь, на что способна её магия?        - Сьюзи? Сьюзи - это девяносто девятая экспериментальная особь? - смутился лайтгрин.        - Ты же знаешь, я люблю давать имена своим игрушкам, - объяснил доктор, - и потом, не говорить же мне постоянно "девяносто девятая экспериментальная особь", верно?        - Сьюзи… - повторил единорог.        Опомнившись, он встал на задние копыта и положил передние на плечи Ферстеида.        - Как? - спросил он.        - Что "как"?        - Как вы оживили это? - раздражённо пояснил Лайтгрин, - Это первая, что проявила признаки жизни, остальные рахлагались сразу же, как мы вытаскивали их из резервуаров!        - Они были родственниками.        - Думаешь дело в этом?        - Похоже на то, но для точности не мешало бы провести ещё один опыт. На более близких родственниках.        - А кем были эти? - поинтересовался Лайтгрин.        - Пегаса мы поймали на азартных играх. Он проиграл нашему агенту в шарик в стаканчике.        - Глупость какая! - воскликнул единорог.        - Может и так, но на этой глупости он потерял не одну тысячу бит, - посмеялся Ферстеид, - мы привели его сюда. Он всё просил, чтобы мы просили ему долг, говорил что его сестра в пятом колене зависит только от него, что она останется совсем одна.        - Она была единорогом?        - Зришь в корень! У него мы выведали, где она живёт. Совершенно неприметная кобылка из Мейнхеттена. Никто не хватился ни его, ни её.        - Понятно, значит скрещивать нужно родственников?        - Иначе из магия конфликтует между собой.        - Дискорд тебя забери! Где мы найдём родных брата и сестру разных видов?! - разразился Лайтгрин.        - Успокойся, друг мой, я бы не назвал это сложной задачей.        - Что ты имеешь в виду, Ферстеид?        - Скрестить единорога с пегасом очень сложно, но ничего не стоит скрещивать их с земными пони.        Этого объяснения было более чем достаточно. Сделать из двух земных пони братьев или сестёр пегаса и единорога, а дальше всё как по учебнику, как они делали уже девяносто девять раз.        - Есть кто на примете? - спросил Лайтгрин.        - Не так много, ближайшие в Понивиле живут, но…        - Отлично, тогда за дело!        - Но они…        - Мы и так слишком долго ждали! Если поиск других займёт менее суток, бери кого захочешь, если нет - то отправь агентов в Понивиль.        - Как скажешь.        Довольный открытием, Лайтгрин покинул комнату, копытом показав, что ожидающие снаружи могут войти. Весь путь до своего кабинета он провёл в глубоких размышлениях.        Жертвы пренесены этому делу не зря! Очень много денег было потрачено на создание здания, на оплату рабочих и на откупы от стражников, которые решали, что попавшие пони не просто исчезли во время лесной прогулки. Конечно, Лайтгрину было жаль лишать жизни подопытных, было больно слышать, как они кричат при скрещивании, но его долгом было принять их страдания, как плату за создание совершенства. Он запер дверь в кабинете и довольный уселся в кресло. Он сделал это. Всё позади.        Четверо жеребцов ждали распоряжений. Ферстеид отобрал их лично из тех, кому доверял важную работу. Они уже не раз приводили к нему жертв и несомненно завтра приведут ещё двоих.        - Господин, кого мы должны доставить? - спросил один из четвёрки.        - Двое фермеров из Понивиля, - начал Ферстеид, - Биг Макинтош и его сестра. Будьте крайне точны, никто не должен заподозрить неладное.        - Всё будет сделано безукоризненно, господин, как обычно. - заявил второй жеребец из четвёрки.        - Нет! Не как обычно! В этот раз нам не удастся подкупить стражу даже всем, что у нас имеется. Никто, я повторяю, никто не должен усомниться, что они погибли в результате несчастного случая! Не исчезли, не были похищены, а именно погибли! Нельзя допустить чтобы их искали.        Четвёрка испуганно и непонимающе уставилась на Ферстеида. Они каждый раз идеально выполняли свою работу и никогда не видели его таким нервным.        - Они друзья принцессы Твайлайт, - пояснил он, - поэтому вы должны скрыть их своей магией.        Четверо жеребцов переглянулись между собой, после чего поклонились Ферстеиду и молча удалились. Они были лучшими из лучших, и всё равно Ферстеид не мог унять дрожь в копытах. Полностью, от рога до кончика хвоста он посвятил себя этому делу. Провал был недопустим.        Завтра умрут двое. Он об этом позаботится.