Фантом

Крики, шум, гам… Зрители с восторгом и громкими аплодисментами встречают сегодняшнего гостя программы – члена одной довольно популярной группы. Молодой высокий стройный человек с накаченным телом появляется в студии. Узкие зелено-карие глаза с характерными таинственными бликами внимательно наблюдают за аудиторией. Черные, как смоль, короткие слегка волнистые волосы беспорядочно разбросаны по голове. Загар кожи медью блестит на свету. Бледные губы плотно сжаты. Парень медленным шагом продвигается к телеведущей, которая не может отвести восхищенных глаз от черноволосого красавца. Как принц из сказки, парень мечты… Внимательно слежу за каждым шагом, действием известной личности, почти в плотную прижавшись к экрану телевизора. Игорь Смертин – так его зовут. 21 год, ударник и, пожалуй, самая таинственная личность среди музыкантов группы, исключая солиста. Молчаливый, хладнокровный владелец леденящего душу взгляда, привыкший всегда говорить правду… Несмотря на все это, парень остается самым популярным среди своих коллег по группе. Даже несмотря на то, что он умудрился публично признаться всей стране в своей ориентации. Все дело в том, что наш Игорюша – гей. Да, он именно наш. Наш коллега, член нашей музыкальной группы. И вы не ослышались – именно нашей. Я тоже в ней играю, точнее сказать, пою. Я – солист, хотя порой и подыгрываю на флейте во время вступления или концовки. А что? У нас это даже приветствуется, ну вернее, в нашей группе. Кстати, она называется "Призрак". Стиль музыки – симфонический рок. Если есть такие, кто не знаком с таким направлением, объясняю сразу, больше повторять не буду: симфонический рок – это направление музыки, сочетающее в себе элементы рока и симфонической музыки, короче их симбиоз или гибрид, называйте, как хотите. Хотя, в принципе, обо всем можно было догадаться еще и из названия, там и так все понятно. И, боюсь, это невежливо с моей стороны, что я до сих пор не представился. Орлов Никита – солист вышеупомянутой группы и 19-летний студент первого курса технического вуза. Какого именно, даже не спрашивайте - все равно не скажу, а то завидовать будете. Скажу только одно: очень хороший институт, с разрядом «неэффективных» даже близко не стоит. Ну, так вот, зовут меня Никита, 19 лет, рост где-то около среднего - 178 см. Если брать во внимание внешность, то мне здесь похвастаться нечем. Волосы короткие, с виду соломенные,светло-русого цвета, но на ощупь мягкие и легкие. Кожа такого же цвета, как и у большинства населения нашей страны: не бледная, скорее смуглая. Глаза нормального для парня размера, небольшие, как раз в самый раз. Цвета они у меня серого – самого распространенного цвета на нашей планете, свыше 50% обладатели именного такого оттенка. Так что похвастаться мне действительно нечем, внешность стандартная, как у большинства. А, нет, вру, есть. Металлический взгляд – вот моя визитная карточка. Сам не знаю почему, но так говорят все мои знакомые. Они все, включая моего родного брата и его жену, как один утверждают, что у меня какой-то безжизненный, холодный взгляд без эмоций. А если еще учесть и цвет, то таким образом и получается стальной, металлический взгляд. Мне, в принципе, все равно. Но с другой стороны, приятно осознавать, что я отличаюсь от других, ведь не все могут похвастаться какой-то определенной чертой, присущей только тебе. У меня такая есть, и я горд. А теперь, думаю, стоит отодвинуть мою персону на второй план, мы еще успеем к ней вернуться, и предаться наслаждению, просматривая запись программы с нашим ударником в роли гостя. Нет, все-таки Игорь действительно странная личность. Мало того что скрытный, так еще и из-за своей привычки говорить только правду он чуть не разрушил репутацию, а следовательно, и дальнейшую карьеру всей группы. Дело было так: во время одного из тех редких интервью, которые с огромной неохотой давал наш коллектив, журналистка в прямом эфире поинтересовалась, есть ли шанс у воздыхательниц брюнета на взаимную симпатию. Игорь воспринял этот вопрос в прямом смысле и вместо того, чтобы обратить заданный вопрос в шутку, при прямой трансляции камер, на всю страну, совершил каминг-аут. Ну не дурак ли, а? При наших-то законах и менталитете русского общества… Я не знаю, каким местом этот парень тогда думал… Внимательно продолжаю наблюдать за ударником. Брюнет, видимо, чувствует себя не очень комфортно под прицелом телекамер, но держится. Красивая телеведущая проводит его к диванчикам и усаживает, пристраиваясь рядом. Голубоглазая девушка с нескрываемым интересом смотрела на молодого красавца. Да, будучи бисексуалом, я ее прекрасно понимаю: Игорь в действительности очень красивый. И не будь мое сердце занято, я бы непременно влюбился в этого шикарного черноволосого барабанщика. - Извините, Игорь, – телеведущая невинно улыбнулась, – Вы не против, если я задам Вам один вопрос? Парень молча кивнул, вызвав тем самым у меня усмешку. Я тихо ухмыльнулся. Снова, без слов. Игорь, ты, как обычно, молчалив и немногословен. - Знаете, после того, как Вы признались в своей ориентации, – о, кажется, девушка немного осмелела, тон голоса стал более твердым,– многим фанатам стало интересно, какой типаж парней Вы предпочитаете. Не могли бы Вы рассказать? Вот это новость! Я офигел. Нет, все ясно, что если человек чем-то отличается, тут же хочется выяснить про него все. Но, походу, в отличие от меня, Игоря этот вопрос ни капельки не смутил. Легкая улыбка озарила лицо парня, придавая ему некий шарм. Казалось, брюнет ожидал именно этот вопрос. - Конечно, – с небольшой хрипотцой в голосе ответил ударник, блуждая взглядом по пространству. – Несмотря на то, что я по своей сущности актив, я не люблю женственных мальчиков. Мне нравится, когда внешне мой партнер, как обычный парень с хорошей мускулатурой, не хилый и не изнеженный… - А внешность? Там цвет глаз, волос? – не сдержалась голубоглазая телеведущая. - Нет определенного идеала, главное, чтобы волосы были светлого цвета, лучше всего не блонд, но и не русый, лучше что-то между, можно сказать, светло-русый. А цвет глаз должен быть светлым. Говорят, люди со светлыми глазами вызывают больше доверия, я придерживаюсь такого же мнения. Мне важно доверять своему партнеру. Получается, глаза должны быть либо светло-голубыми, либо серо-голубыми, но лучше, конечно же, если это будут серые глаза. И в моем партнере должна быть незримая изюминка. - То есть? – вроде, девушка не въехала в саму суть, в отличие от меня. Я-то уже был готов давно провалиться сквозь землю. Страх комом стоял в горле. Типаж Игоря полностью совпадает с моей внешностью. Его идеал: парень со светло-русыми волосами и светлого цвета глазами. Ну разве не я? Знаете, после этого даже как-то страшно на репетицию идти. Хотя, чего мне бояться? Я же в капюшоне, никто мое лицо не видел. А, нет. Мы же буквально на днях с ребятами поговаривали о снятии капюшона. Что же мне делать? Мне страшно, я боюсь. - Знаете, когда вроде бы внешне обычный человек, но в нем присутствует что-то такое, что выделяет его из серой массы. К примеру, необычный взгляд или еще что-нибудь. - Черт… – Я обессилено рухнул на пол перед включенным экраном телевизора, безжизненным взглядом смотря в экран телевизора. Слух категорически отказывался воспринимать какие-либо звуки. Живая картинка с брюнетом беззвучно плясала перед глазами. Что мне делать, как мне быть? Что предпринять в возникшей ситуации? Каминг-аут со снятием капюшона срочно надо отменять в связи со сложившейся ситуацией. Так как Смертин вполне может в меня влюбиться, когда увидит без капюшона. А этого допустить нельзя, никак нельзя. Алинка может неправильно понять меня, да и зачем мне это. Личная жизнь устроена, лишние лица могут только все разрушить. А мне этого не надо… Скрип открывающейся двери вернул меня к реальности. Уши снова вернули способность различать звуки. Мимолетный взгляд на дверь, и дрожащая рука умоляюще тянется к вошедшему, как к спасителю… - Брат, помоги…