Шепот ветра - 2

Уже на следующий день я проснулась абсолютно спокойной. Нет, накануне мы с Федерико, конечно, не занимались любовью. Муж слишком уважал мои желания, чтобы потакать своим. Этой ночью мы просто спали, тесно обнявшись, словно желая убедиться, что по-прежнему вместе. Несколько раз за ночь я сквозь сон чувствовала, как руки Федерико притягивают меня ближе. Конечно. Ведь он так волновался! Я слышала, как поднялся утром мой муж, как он собрался и уехал в студию звукозаписи (чтобы Луису не было скучно, мы решили оставить дома и Эстебана тоже). Слышала, но знала, что ему не понравится, если я тоже поднимусь. Подремав еще немного после отъезда Федерико, я встала, приняла душ, оделась, привела себя в порядок и спустилась на кухню. Теперь единственным напоминанием о вчерашнем инциденте был легкий синяк у меня на запястье. Ну, и еще постельный режим Луиса. С последним все понятно, а вот след от пальцев Леона мне придется прятать, иначе, Федерико придет в бешенство. Другой вопрос: как это сделать? Если надеть широкий браслет, мой муж сразу что-то заподозрит. Он прекрасно знает, что я не люблю массивные украшения. Длинные рукава — глупо, на улице жара. Что ж, остается надеяться, что Федерико просто ничего не заметит. Хотя, учитывая внимательность и заботливость моего мужа, надежда весьма слабая. Я заканчивала готовить завтрак, когда проснулась Элиса. Поднявшись в детскую, я с облегчением заметила, что девочка снова, как ни в чем ни бывало, улыбается и радостно лопочет. Мы с Федерико очень боялись, что вчерашнее происшествие негативно отразится на эмоциональном состоянии нашей дочери. — Тяп-тяп! — заверещала девочка, пока я доставала ее из кроватки. — И тебе доброе утро, милая! — приветствовала я дочь. Быстро сделав все необходимые утренние дела, я вынесла уже одетую и причесанную Элису из детской, собираясь вместе с ней вернуться на кухню. Но тут до моих ушей донесся детский смех. Остановившись, я быстро определила, откуда он исходит, и через минуту уже открывала дверь комнаты мальчиков. И Луис, и Эстебан уже проснулись, хотя оба еще были в пижамах. Они затеяли возню на кровати старшего и даже не заметили нашего с Элисой появления. — Я здоров! — возмущался Луис, порываясь встать. — Не хочу соблюдать этот дурацкий постельный режим! Не хочу и не буду! — Ничего не знаю! — парировал Эстебан, настойчиво удерживая брата за руки. — Доктор сказал — лежать! А если поднимешься, сам себе навредишь! — Но у меня ничего не болит! — протестовал Луис. — На следующей неделе мы играем с командой соседней улицы! Я растеряю форму, если буду здесь валяться! — Глупости! — резонно возразил Эстебан. — Если будешь слушаться врача, маму и папу, то твой постельный режим не продлиться дольше пары дней. До следующей недели ты еще не только восстановишься, но и усовершенствуешься. — С ума сойти! — возмутился Луис. — Меня наставляет младший брат! Кому расскажешь — не поверят! Да уж, здесь я не могла не согласиться с сыном. Все, кто хорошо знал нашу семью, давно поняли: несмотря на внешнее сходство, характеры у мальчиков были разными. Тем не менее, это никогда не мешало им ладить между собой. Они прекрасно дополняли друг друга, действуя порой, как одно целое, а все их ссоры можно было пересчитать по пальцам. Луис вел за собой робкого и нерешительного Эстебана, а тот, в свою очередь, удерживал горячего брата от опасностей. Эстебан, сам по себе, был не по годам мудр, поэтому время от времени браться менялись местами, что неизменно приводило всех в некоторое замешательство. — Ты бы лучше спасибо сказал! — рассмеялся тем временем младший мальчик. — Я, между прочим, о тебе забочусь! Лежи спокойно, кому сказал! Такого откровенного диктаторства я от спокойного и рассудительного сына не ожидала, поэтому прыснула. Да уж, вчерашнее происшествие определенно закалило его! Мальчики затихли и одновременно повернулись к двери. — Привет, — поздоровалась я. — Луис, мне, конечно, понятно твое нежелание соблюдать постельный режим. С твоей подвижностью, я, вообще, удивлена, как ты не выскочил из постели, едва открыв глаза. Но твой брат прав. Мы все заботимся о тебе, и ты должен с этим считаться. Так что оставайся, пожалуйста, в постели. — Но, мамочка, мне скучно! — захныкал мой старший сын. — А для чего мы с папой, по-твоему, оставили дома и Эстебана тоже? — хмыкнула я. — Он будет тебя веселить. — Ну, да, тоже мне веселье, — недовольно пробурчал Луис. — Ни побегать, ни попрыгать. — Можно подумать, обычно, мы с тобой здесь только этим и занимаемся, — заметил его брат. — Телевизор у нас есть, включим мультфильмы, посмотрим что-нибудь. Можем спеть. — Ты же знаешь, я не могу петь без движения! — отмахнулся Луис. — Мне обязательно нужно хотя бы немного дергаться! — Ладно, — уступил Эстебан. — Зато после занятий в школе, как я слышал, к нам присоединится Дамиан! — После того, как выполнит свое домашнее задание, — уточнила я. — Мы с вашим отцом все-таки за него отвечаем. — Знаю, — вздохнул Луис. — И за этот день приход Дамиана, похоже, — единственное по-настоящему приятное явление. — Эй, не будь таким противным, — рассмеялся Эстебан, похлопав брата по руке. — Если хочешь, включим твой любимый мультсериал. — «Бернард», — опешил Луис. — Брось, ты же его терпеть не можешь! — Знаю, — кивнул Эстебан. — Но на какие только жертвы не пойдешь ради счастья брата! Услышать такие слова от четырехлетнего мальчика было бы, наверное, даже смешно. Однако выражение лица и интонация моего младшего сына ясно говорили: он не шутит и не пытается поддеть Луиса. Эстебан искренне верил в то, что говорил. И его брат, похоже, эту искренность оценил, потому что перестал протестовать и с выражением покорности судьбе объявил: — Ладно. Сдаюсь. Только вопрос: можно мне как-то умыться, одеться? — Ну, думаю, от этого никто еще не пострадал, — заметила я. — Только осторожно. — Не волнуйся, мам, — встрял Эстебан. — Я прослежу, чтобы он не напрягался. — Спасибо, сынок, — поблагодарила я. — А мы с Элисой пока принесем вам завтрак. Да, моя принцесса? В ответ девочка снова радостно залопотала. Мы спустились на кухню, где я, посадив дочь на высокий стульчик, начала раскладывать по тарелкам кашу. Тут у меня в кармане зазвонил телефон. К моему удивлению, на дисплее высветилось имя Росанны. Странно. Она ведь, вообще, не в курсе того, что произошло вчера. Может, ей позвонили братья, и она решила узнать, в порядке ли я? Хотя вчера, во время телефонного разговора с Федерико, Энрике упомянул, что не стоит ничего ей рассказывать. Мол, она и так натерпелась. — Алло? — как можно беззаботнее откликнулась я. — Вилу, как ты?! — немедленно завопила Росанна. — Мне Нати все рассказала! Что этот урод тебе сделал?! Господи, я так испугалась! Ты… — Тихо, Роус, тихо! — осадила я подругу, обреченно вздохнув. — Не истерии. Сосчитай до десяти и говори помедленнее, а то я не знаю, на какой вопрос отвечать в первую очередь. Пока девушка успокаивалась, я мысленно костерила Нати, на чем свет стоит. Вот, трепло! Ну, кто ее просил ставить в известность всю семью Марроне?! Теперь мне добрых полчаса придется сражаться с этим цунами из тревоги, любви и заботы под названием «Росанна». Да уж, это будет трудно!