Шепот ветра - 2

Высказанная Энрике мысль поразила всех настолько, что, после этого разговора, никто даже обдумывать ее не стал, будучи не в силах поверить, что такое возможно. Тем не менее, мы все понимали: возможно, и еще как. Впрочем, облегчения это никому не принесло. Факт оставался фактом: пока преступник не пойман, Федерико находится в постоянной опасности. А если подозрения Энрике подтвердятся, поймать его будет ох, как непросто. Грандо даже предлагал нам всей семьей уехать куда-нибудь на время, но Федерико заявил, что не собирается прятаться. Мой муж предложил уехать мне и детям, но от этого уже я наотрез отказалась. Мысль о том, чтобы оставить его одного, меня просто ужасала. Я и так буду умирать от беспокойства, а на расстоянии — тем более. Тем не менее, Грандо настоял на личной охране. Он даже не стал слушать никаких протестов. Просто позвонил своим ребятам и сказал, что с завтрашнего дня они должны будут следить за домом двадцать четыре часа в сутки. — Возражения не принимаются! — заявил он, удирая мобильник. — Так будет спокойнее и вам, и мне, и всем остальным. — А я и не возражаю, — неожиданно сказал Федерико. — Охрана дома — вполне рациональное решения. Она поможет уберечь от опасности Виолетту и детей, пока я буду на репетициях. — Где?! — одновременно вырвалось у нас, троих. — Ты что, совсем ополоумел?! — первой напустилась на мужа я. — Вдовой меня сделать решил?! — Вот именно, — поддакнул Энрике. — Ты, может, еще не понял, но охота ведется на тебя, брат! — Так что ты, чертов трудоголик, должен сидеть дома и молчать в тряпочку, раз уж отказался уезжать! — заключил Грандо. — Успокойтесь, — осадил нас Федерико. — Я все прекрасно понимаю, не дурак. Но запереться в доме было равносильно тому, чтобы уехать — слишком много чести. Как вы не понимаете: мы не сможем поймать преступника до тех пор, пока он не активизируется. Нужно дать ему возможность предпринять еще одну попытку убить меня. А иначе — сидеть бы нам по углам еще очень долго. — Да?! — огрызнулся Грандо. — А если эта самая вторая попытка увенчается успехом?! — Не увенчается, — покачал головой мой муж. — Я предупрежден, а значит — вооружен. И потом, на репетициях я никогда не остаюсь один, а наши машины все время находятся на охраняемой стоянке. То, что злоумышленник смог повредить тормоза только возле дома, служит лишним доказательством надежности этой охраны. — Убежденный Грандо тяжело вздохнул и замолчал. А вот мы с Энрике сдаваться не собирались. — Я не позволю тебе наделать глупостей! — заявил лучший друг моего мужа. — Выйдешь из дома только через мой труп! — Слушай, — устало вздохнул тот. — Если я не вернусь на репетиции в ближайшее время, то подведу всех. Ты хочешь, чтобы диск вышел вовремя, или нет? — С ума сошел?! — возмутился Энрике. — Думаешь, для меня какой-то диск важнее твоей жизни?! — Разумеется, нет, — покачал головой Федерико. — Но ты должен понимать, что, если диск не выйдет вовремя, поднимется шумиха, то есть нам прибавится головной боли. А преступник, в этом случае, вполне может залечь на дно, что существенно затруднит Грандо его поиски! — Альтруистический идиот, — пробурчал Энрике, хотя было видно, что и он убежден. — Обо всех подумал, кроме самого себя! — Он прав, — подхватила я. — Федо, ты понимаешь, что фактически решил поменять поимку злоумышленника на собственную жизнь?! Неужели трудно хоть раз подумать о себе?! — Вот, в данный момент, я как раз о себе и думаю, — возразил мой муж. — Я, скорее, умру, чем подставлю под удар тебя и наших детей! Поэтому охрана, выделенная Грандо, будет охранять именно вас. Рядом со мной опасно, Вилу. Если этот преступник задумал меня убить, ему не помешаешь ни ты, ни дети, ни охрана. Я не так боюсь умереть, как потерять вас. Поэтому у меня есть один вариант: проводить больше времени вне дома, чтобы мой враг вам не навредил! — Но… — Так, ребята! — вмешался Энрике. — Думаю, этот вопрос вы должны решить вдвоем. Федо, наше мнение ты услышал, а там решай сам. Если придешь завтра на репетицию, попробуй только на шаг от нас отойти. Домой я привезу тебя сам, поскольку своя машина еще в ремонте. Если не явишься, я вздохну спокойно и попрошу перенести дату выхода диска. И шумиху тоже беру на себя. Ты мне гораздо важнее. А мне гораздо важнее собственной жизни моя жена и дети, — парировал Федерико. — Уж ты-то должен меня понять, Рике! На этом тема была закрыта. После ужина Энрике забрал Дамиана, и они вместе с Грандо вышли из дома. Лучший друг моего мужа, конечно, выглядел подавленным и встревоженным. Да и охранник, если уж на то пошло. Хотя последний, скорее всего, понимал: он, в первую очередь, должен делать свою работу, а спорить с непосредственным начальником не в его власти. Я же решила приберечь серьезный разговор с мужем на вечер. Честное слово, мне, конечно, приятно от того, как он переживает за меня и наших детей, но ведь нельзя так равнодушно относиться к собственной жизни! Я все понимаю: он готов на все ради нас, но иногда нужно вспоминать и о том, что мы тоже готовы на все ради него. А рваться так на репетицию, не думая о нашей тревоге, — это чистый эгоизм! Словно почувствовав наше состояние, дети легли спать спокойнее обычного. Даже Луис перестал спрашивать, когда же он пойдет в детский сад. Оба мальчика просто легли по кроватям, позволили поцеловать и пожелали нам спокойной ночи. Около кроватки Элисы мы, как и всегда, еще постояли. И сегодня, наконец-то, все было привычно: рука мужа нежно обвила мою талию. Когда Элиса заснула, мы в молчании дошли до нашей спальни. Я уже тогда хотела начать разговор, но мой хитрый супруг сразу метнулся в ванную. Я разобрала постель, завесила шторы и решила отложить беседу до того, как мы уляжемся. Приняв душ, Федерико вышел из ванной, уступив место мне. Я постаралась закончить поскорее, чтобы муж не успел заснуть. Впрочем, когда я вернулась в комнату, Федерико лежал ко мне спиной и даже не повернулся на мой оклик. Но за семь лет совместной жизни я достаточно хорошо его изучила, чтобы знать: он притворяется. Поэтому я топнула ногой и воскликнула: — Федо, что за детский сад?! Я же знаю, что ты не спишь! Нет ответа. Впервые за все время, как до свадьбы, так и после нее, Федерико меня проигнорировал. Не знала, что будет так больно. Как будто нутро растягивают щипцами. В груди стало как-то очень холодно, а на глаза навернулись слезы. Он меня проигнорировал! Нет, не могу поверить! А что будет дальше? Любовница? Развод? Нет, господи, как это страшно! Ни одного, ни второго я просто не переживу! Пусть игнорирует, я лучше смирюсь с этим. Но никогда его от себя не отпущу. С этими мыслями, я покорно легла на другую сторону кровати спиной к мужу. Но вот, слезы удержать, увы, было не в моей власти. Я изо всех сил старалась плакать бесшумно, чтобы не показывать, как ранит меня молчание Федерико. Но такие слезы не могли унять боль. Нет. Хотелось рыдать, биться в истерике, захлебываться, реветь в голос. Вот только нельзя. Нужно держаться. Ради мужа и ражи нашей семьи. Я изо всех сил старалась подавлять рыдания. Честно пыталась. И все же, в один момент, всхлип прорвался. Совсем короткий и тихий. В то же мгновение мой муж резко развернулся и сзади обвил меня руками, шепча: — Вилу! Родная моя, любимая, пожалуйста, не плачь! Прости меня! Я не хотел тебя огорчать! Тут я не выдержала и разрыдалась в голос. Все равно прятаться было уже бессмысленно. Я плакала навзрыд, дрожа всем телом. Федерико быстро развернул меня к себе лицом и крепко прижал к груди. — Ну, пожалуйста! — умолял он. — Прошу, не плачь, любовь моя! Ты ведь знаешь, твои слезы меня убивают! — А меня убивает твое равнодушие! — выдавила я. — Равнодушие?! — возмутился Федерико. — Какое равнодушие, Вилу?! Я люблю тебя больше собственной жизни! — Вот это меня и пугает, — призналась я. — Ты готов подставить под удар самого себя, лишь бы со мной и детьми ничего не случилось! Я обхватила шею мужа и снова разрыдалась. — Вилу! — испуганно воскликнул он, покрывая мое лицо пылкими поцелуями. — Родная, послушай меня! Бывают моменты, когда нужно рассуждать только логически! Единственный способ поймать злоумышленника — дать ему возможность действовать. Грандо не подведет, я его знаю! А поскольку ты не хочешь уехать и пожить пока с детьми у Ренаты, мой долг — уберечь вас! — Ну, а если я соглашусь? — спросила я. — Тогда ты останешься? — Нет, Вилу, прости. Но я обещаю, что обязательно вернусь к тебе! Никто на свете не разлучит нас! Я сделаю то, что должен, но постараюсь остаться в живых! Клянусь!