Выключатель

— Найти бы выключатель, — шепчет он во тьму. Темнота вязкими щупальцами окутала помещение. В его комнате сейчас как никогда страшно и пусто. Он отнюдь не беспомощный ребенок, но почему-то именно в настоящий момент он ничего не может сделать с комом в горле и страхом, что тугим узлом свернулся где-то внутри. Владелец Расёмона спит всего-то три-четыре часа в день, а эта смутная тревога и вовсе лишила его последней возможности отдохнуть. С каждым днем он уставал всё больше и больше, пока, наконец, не стал делать всё на автомате. Как самый настоящий пёс, что кидается на людей по свистку. Вот только, единственная команда, которую он запомнил наизусть и может воспроизвести где и как угодно — «убей». Но только если это произнесут один единственный человек: Дазай-сан. Акутагава никогда не искал себе хозяина. Он нашел его сам. Хигучи догоняет его после очередной миссии — снова на её лице беспокойство, снова она дрожащими руками протягивает лекарства. Навязчивая забота ассистентки раздражает, и постепенно это чувство накапливается. И однажды он попросту взрывается. — Акутагава-Сэмпай, пожалуйста, Вы в тонком плаще, а на улице ледяной ветер! — Хигучи впопыхах накидывает куртку, даже не успевает её застегнуть. Настолько спешит за начальником, — Да постойте же! Акутагава идёт в своем любимом черном плаще, и его, в общем-то, всё устраивает. Потому что в трущобах, среди самых ужасных мест, заботиться о собственном комфорте не приходилось — были ещё люди, о которых нужно было думать. С их смертью Акутагава почувствовал ненависть. Но остальные чувства были для него лишь пустыми словами. Пока он не встретил Дазай-сана. С того момента его жизнь будто начала приобретать другие краски. Исключая кромешно-черный, конечно. Его единственный цвет. — Убери руки! — Акутагава почти рыкнул, едва Хигучи попыталась ухватиться за него. Он терпеть не может чужие прикосновения. Слишком горячими кажутся чужие руки, что обжигают даже через пару слоев одежды. Это больно. Больно настолько, что Акутагаве иногда кажется — на месте прикосновений Хигучи останутся ожоги. И это отнюдь не приятная мысль. Сейчас в его голове вообще не осталось места для приятных мыслей. Отчего-то сердце начинает расходиться по швам, а сам он снова заходится в очередном приступе кашля. В этой темной комнате, один на один с собой — Акутагава в буквальном смысле почти сходит с ума. Больше всего на свете желает набрать номер Дазая, поговорить с ним хоть немного, да даже всего-то услышать его голос будет достаточно, чтобы успокоиться. Но у Акутагавы нет его телефона. Такое простое осознание. Такая давящая мысль. Тишину и темноту разрывает писк телефона. Противный звук, но, отчего-то успокаивающий. Всё ещё лучше молчания, отчаяния. Он устало берет трубку, скорее по привычке, чем по желанию; всё так давно стало рутиной. Так утомительно. — Это Хигучи, — голос по ту сторону чуть дрожит, заставляя Акутагаву напрячься. Хигучи всегда была смелой девушкой, не испугалась бы, не случись чего-то серьезного. — Прошу прощения, что беспокою Вас так поздно, но, Сэмпай, нужна помощь. — Что такое? — он давно не говорил, так что ответ выходит несколько резким. Акутагава лишь надеется, что Хигучи спишет это на его характер. — Что случилось, Хигучи? — Моя сестра… она попала в беду, — кажется, Хигучи с трудом держится и вот-вот расплачется, — в здании мэрии, где сегодня была их школьная экскурсия, был теракт. Мелкая группировка подконтрольная Портовой мафии и… я уже полчаса ищу её среди завалов, всё без толку. Что мне делать, Сэмпай? — Понял. Скоро буду, — бросает он напоследок, прежде чем положить трубку и накинуть плащ, — не предпринимай ничего сама. Ты не эспер и едва ли справишься. Акутагаву могут считать каким угодно бесчувственным монстром, но бросить в беде человека, обратившегося к нему за помощью, он не может. Просто не в состоянии. Сестру ассистентки он находит спустя пятнадцать минут — девочку завалило обломками здания. Она была без сознания, но при помощи Расёмона он смог вызволить ее из этого вынужденного плена и передать на руки медикам. Правда, они разбежались при виде того самого преступника из новостей. Впрочем, кому до этого есть дело? Девочку увозят на скорой. Пострадавших не так уж много. Едва силуэт машины исчезает из поля зрения — Хигучи бросается к нему с объятиями, почти-что-поцелуями, а он не может не улыбнуться. Успел. Она, кажется, немного удивляется, ведь впервые видит искреннюю улыбку, а не ухмылку или оскал: Акутагава сам на себя не похож. Непривычно. А он всего лишь сгребает её в охапку, в несколько рывков доставляя в больницу, куда только что привезли её сестру. Сейчас ей как никогда нужна помощь и поддержка старшей, так что, Хигучи должна о ней позаботится. А Акутагава спокойно вернется домой. Правда, на этот раз, ему будет достаточно тепло и спокойно: в конце концов, выключатель он нашёл. И плевать, что электричество сегодня отключено.