***
На сколько он помнит, самыми настойчивыми ухажёрами были два её одноклассника: Мицуки и Иноджин. И если о симпатии первого к дочери он узнал от Боруто на какой-то из тренировок совсем недавно, то второй оказывал знаки внимания его дочери довольно-таки давно, и не заметить это было сложно. И если всё-таки придётся выбирать из этих двоих, то, скорее всего, Саске выберет последнего: уж больно ему не хотелось породниться с Орочимару… На такое заявление мужа Сакура чуть не упала со стула, а потом и вовсе заливисто рассмеялась. Тогда, помнится, он даже обиделся. Но суть была не в этом. Саске искренне не понимал, как Сакура может не замечать эти неоднозначные взгляды парней на его дочь. Но Сакура была умной женщиной. Когда Саске злился, она просто молчала, не смея возразить, а когда буря стихала, она садилась подле него и начинала гладить по голове. — Саске, я понимаю, что ты волнуешься, но своим поведением ты пугаешь не только меня, но и Сараду тоже. Пойми, она подросток, у неё в голове множество мыслей, которые мы с тобой никогда не поймём. А твою заботу она вполне может расценить как недоверие. Я прошу тебя, будь более сдержанным. Хорошо? — Как скажешь. В такие моменты он притягивает её к себе и, усаживая на колени, утыкается носом куда-то в грудь. И они долго могут просидеть вот так: молча, без лишних разговоров. — Саске? — Мм. — А пойдём на фестиваль? От такого предложения глаза Учихи стали размером с чайные блюдца. Он нахмурился и в упор посмотрел на жену. — Не смотри на меня так. Мы уже давно никуда не выходили вместе. Саске, я очень скучаю, когда тебя нет, — последние слова она произнесла шёпотом. А Саске, в свою очередь, больше всего на свете не хотел, чтобы Сакура расстраивалась. Поэтому он, подхватив жену на руки, встал и пошёл на второй этаж. Сакура и взвизгнуть не успела, как оказалась на входе в комнату, где хранилась одежда. — Собирайся. Я жду во дворе.***
Они шли, держась за руки. На них оборачивались прохожие, их провожали удивлёнными взглядами. Некоторые добродушно улыбались, а некоторые злобно скалились. Саске не обращал внимания, а Сакура шарахалась убийственных взглядов некоторых женщин. Они уже собирались домой, как вдруг услышали крик. И всё бы ничего, если бы это не была Сарада. Обеспокоенные родители быстро телепортировались туда, куда указал риннеган Саске. Картина, которую они увидели, вызвала умиление и доверие к парням у Сакуры, а также нервный тик и гнев у Саске: два самых настойчивых жениха держат его дочь по обе стороны, у той и вовсе шаринган активирован, а взгляд абсолютно всей компании направлен в тёмный переулок, откуда доносится какое-то неразборчивое мычание. — Сарада, мы идём домой. — Но… — Никаких «но»! — Шаннаро… Саске! Это мы идём домой, а ты, Сарада, чтобы в одиннадцать была дома. — Хорошо, мам! — И ни минутой позже! — Спасибо, спасибо. Мама — ты лучшая!***
Когда родители Сарады пришли домой, было что-то около десяти часов вечера. За всё это время Саске не сказал ни слова. Придя домой, он сел на кресло и устало потёр переносицу. Сакура стала перед ним, сложив руки на груди. — Я жду объяснений, Саске. — Ей слишком рано заводить отношения. — Какие отношения? Мальчики просто защищали свою подругу! — И по счастливой случайности это делали два её самых ярых поклонника! — Видимо, да… — Мам, пап, я дома! — Сарада вошла в комнату, — вы чего такие угрюмые? — Ты чего так рано? — Мы завтра отправляемся на миссию, поэтому я решила прийти пораньше. — Сарада, ты можешь рассказать, что всё-таки там произошло? — Ну-у. Мы гуляли, а потом Боруто сказал, что ему надо, кхм, справить нужду… — Какие подробности! — Саске, не перебивай. — Мы решили подождать Боруто возле переулка, в который он пошёл. Пока мы стояли, из соседнего послышался детский плач, а потом какой-то злой смех. Я решила посмотреть, что там происходит, как неожиданно Чо-Чо вынесла тех, кто там был. Но, слегка не рассчитав силу, она вызвала волну, которая оттолкнула меня, а Мицуки и Иноджин, которые стояли около стены, словили меня. Вот и всё. А потом явились вы и… — Ну, Саске, что скажешь? — Извини, Сарада. — Всё хорошо, папочка, но я считаю, что тебе ещё рано ревновать меня. Спокойной ночи, — она быстро протараторила это, чмокнув отца в щёку, и убежала.