А потом они вырастают

— Он похож на ангела, не правда ли? Как мы его назовем? — усталая, но довольная Нана осторожно покачивает своего крошечного новорожденного сына, завернутого в одеяльце. — Давай назовем его Тсунаеши, — Емицу счастливо улыбается, потирая увлажнившиеся глаза, и целует жену в висок. — Чудесно, дорогой. Тсунаеши… Савада Тсунаеши… Красиво звучит. Савада Тсунаеши смотрит на родителей серьезно и взросло, и уже сейчас на светлом лбу пролегает тонкая складка. но кто бы мог подумать… — Тсу-кун просто чудо, — Нана прижимает телефонную трубку к уху. — Он дружит со всеми в классе, учителя просто в восторге, говорят, что наш сынок гений. Жаль, что ты не видишь, как он растет!.. Он настоящий ангел. — Прости, дорогая, работа, — Емицу на той стороне провода счастливо смеется, разглаживая фотографию жены со свертком в руках. — Зато у тебя теперь есть большой дом, Тсунаеши подрастет и будет приводить друзей. Поцелуй его от меня. — Конечно, — Нана зажмуривается от переполняющего ее счастья, не замечая, как мимо проходит Тсунаеши, пряча перепачканную в чем-то темном рубашку. кто бы мог подумать, что однажды… — Это настоящий пистолет? — нетерпеливо спрашивает Тсунаеши и с восторгом рассматривает Леона, перевоплощающегося обратно в животную форму. — Он сущий ангел, не правда ли? — Нана вздыхает и прижимает руки к груди, и Реборн бы рад согласиться, но ни широко распахнутые глаза, ни светло-каштановые кудри, ни глуповатая улыбка не вяжутся с тяжелым острым взглядом. кто мог предположить… — Тсуна-кун похож на ангела, — влюбленно вздыхает Киоко. Реборн знает, что Тсунаеши все просто обожают. Он заразительно смеется, чешет за ухом всех встречных кошек и собак, он придерживает двери и ходит в магазин вместе с матерью, он обворожительно улыбается и сам гладит себе рубашки. Реборн знает, что Тсунаеши похож на ангела, потому что об этом говорит буквально каждый. Тсунаеши доброжелателен, Тсунаеши вежлив, Тсунаеши дружелюбен и ненавязчив, и каждый взгляд Тсунаеши — словно скальпель в руках патологоанатома. Реборн знает, что Тсунаеши все просто обожают, а еще он знает, как тот передвигается подобно змее, как щерится и зло щурится, и как отрывает крылья пойманным бабочкам и стрекозам, и как красивые светло-каштановые кудри тяжелеют под густыми каплями чужой крови. — Он просто ангел, — улыбается Емицу; Тсуна трогательно прижимается к отцу, счастливо улыбаясь в ответ. кто бы мог подумать… — Будь хорошим мальчиком и опусти пистолет, Тсуна. — Разве так говорят с ангелами, Реборн? — Стреляйте на поражение. что однажды они вырастают.