bloody error

      Бэкхен сделал глоток кофе, ощущая это призрачное чувство бодрости и энергии. Омега делает глубокий вдох, когда видит подходящего к его кабинету в сопровождении охраны Чанеля. Альфа выглядит ещё хуже, чем в первый день их встречи. Синие мешки под глазами, отросшая немного борода и усы, бледная кожа и худоба. Но даже в таком состоянии он выглядел лучше, чем омега. Парень не ел уже несколько дней, полагаясь лишь на кофе и энергетический батончик.       — Привет, — коротко бросил Пак, делая глубокий вдох. Зрачки альфы увеличились, но Бэк этого не заметил. Кабинет наполнился запахом шоколада и зелёного чая. Омега нахмурился и открыл окно, вдыхая свежий воздух.       — Прости, мне плохо немного. У меня для тебя есть важная новость. Я нашёл ещё одного свидетеля, который видел в ту ночь омегу и убийцу. Он местный пьяница, но когда я показал твоё фото как подозреваемого, он сказал, что у того парня была другая внешность. Пришлось, конечно, попотеть, но… Чанель? Что ты делаешь? — Парень не заметил, как альфа подошёл к нему в плотную, притягивая к себе поближе. Нос Чанёля вдыхал приятный запах чая, а руки уже осторожно расстегивали рубашку. — Чанель?       — Тише, — Альфа нежно прикоснулся губами к шее, проводя по ней языком. Он подхватил омегу на руки, направляясь с ним к дивану, что стоял в конце кабинета. Бэкхен обвил руками чужую шею, потирая своим пахом о живот альфы. Чанель рыкнул и опустил омегу на диван, впиваясь зубами в кожу на ключицах. Бэкхен ахнул, вцепляясь ногтями в плечи альфы.       — Чанёль… — Омега бросил быстрый взгляд на окно, за которым проходили люди. Казалось, каждый прохожий знал о том, чем они собираются заниматься в кабинете офицера, но от этого еще сильнее хотелось притянуть к себе альфу. Все тело словно горело на костре, а дыхание с каждым прикосновением Чанёля прерывалось. Пак принялся расстегивать рубашку парня, попутно дотрагиваясь холодными пальцами до разгоряченной кожи омеги. Чанель стянул с парня штаны, оставляя его в одних боксерах и носках.       — Такой красивый, — тихо прошептал он парню на ухо, облизывая мочку. Бэкхен выгнулся в спине, притягивая как можно ближе к себе альфу, но одежда мешала ему почувствовать эти перекатывающиеся мускулы, дотронутся до кожи и вцепится в неё ногтями. Парень впервые ощущал такое дикое желание по отношению к альфе. У Бэка были партнеры, которые доставляли ему удовольствие, но такого, чтобы лишь от одного касания хотелось стонать, у него не было. Чанёль, видимо, искусный любовник, раз знает, как доставить приятное омегам.       — Чан… — Альфа осторожно кусает в местечке за ухом, а после плавно опускается на шею, посасывая кожу. Алые пятна полыхали на бледном полотне чужого тела, создавая слишком возбуждающий контраст. Пак прикусил чужой сосок, тут же облизывая его горячим языком. Бэк что-то прошептал, закусывая нижнюю губу до крови. Внутри словно бушевало множество ураганов, поэтому омега просто сорвал с парня рубашку, слыша, как пуговицы падают на пол. Бен восторженно охнул, поглаживая чужие мышцы. Чанёль, действительно, был прекрасен. Широкие плечи, накаченные мышцы рук, рельефный пресс, но больше всего ему нравились вены, что выпирали на шее и руках. Казалось, он видел, как кровь пульсирует в них в унисон сердцу Бэка.       — Оближи, Бэкхена, — альфа просунул два пальца в рот омеге, смотря сверху на его раскрасневшиеся лицо. Приятное покалывание от шершавого языка парня разгоняло кровь по артериям, возбуждая ещё сильнее. Чанёль закусил нижнюю губу, борясь с последними каплями рассудка. Он смотрел на эти пухлые щеки, что втягиваются, когда парень старается облизнуть чуть больше; на карие глаза, которые блестят, казалось, миллионами звезд; на пухлые губы, что нежно обхватывают фаланги пальцев, слегка прикусывая их острыми зубками. Пак не мог в голове подобрать точный эпитет, но где-то на затворках одно точное слово «любимый» описывало Бэкхена полностью. Пак стянул с омеги единственный мешающийся предмет одежды — боксеры. Бен дернулся, выпуская чужие пальцы из плена зубов, смотря с каким-то страхом и недоверием в глазах. Лежать перед альфой, который так искусно возбуждает одним лишь своим видом, слишком интимно и порочно, для парня, который не привык к такому. Бэкхену казалось, что именно с этой секунды начался какой-то переломный момент. Что-то теперь пойдет не так, нарушая привычные порядки. Он не был уверен, что это будет нечто хорошее, но смотря в затуманенные дымкой желания глаза Пака, думал, что совсем обязательно справится.        Чанель осторожно погладил сжавшиеся от страха кольцо мышц парня, просовывая неспешна один палец. Бэк нахмурился, но ничего не сказал. Естественная смазка стекала по ягодицам, оставляя липкие следы на мебели. Пак добавил ещё один палец, делая движения более резкими и быстрыми. Терпение с каждой секундой, словно вода испарялась из тела Чанеля, дурманя голову смесью запахов их тел. Омега вцепился ногтями в чужие плечи, прогибаясь в спине, когда альфа задел комочек нервов. По всему телу будто пришёлся огромный разряд тока, но вместо крика вырвался сладкий стон, который ещё сильнее распалял Чанеля. Пак вынул пальцы, стягивая с себя боксёры и приставляя набухшую головку ко входу парня. Одним быстрым движением он проник внутрь, заставляя Бэка запрокинуть ноги себе на спину. Ёль притянул к себе за шею Бена, впиваясь в его губы немного сказанным поцелуем. С каждым толчком воздуха в лёгких обоих катастрофически не хватало, но никто не хотел разрывать этот любовный контакт. У Бэкхена слегка кружилась голова, а перед глазами словно взрывались множество фейерверков. Казалось, даже сердце не бьётся, а их тела стали единым целым. Пот скатывался по коже, смешивая ароматы так, что даже открытая форточка не помогала. Бен закусил нижнюю губу, ощущая приближающийся оргазм.       — Чанель… Я. — омега зажмурил глаза, когда почувствовал чужую руку на своём члене. Пак ритмично с толчками двигал рукой вверх-вниз, покусывая кожу на ключицах парня. Бэкхен ощутил, как горячая сперма обжигает кожу внутри, а быстрые толчки все сильнее заставляют прогибаться, выкрикивая чужое имя. Омега кончил, пачкая чужую руку и собственный живот. Альфа лег рядом с парнем, притягивая его к себе и утыкаясь носом в шею.       — По чаще бы такие встречи проходили, — хохотнул Пак, целуя Бэкхена в щеку.       Бен ничего не ответил, лишь поднялся с дивана и принялся надевать разбросанную одежду, стараясь не обращать внимание на хмурое лицо Чанёля.       — Ты уж прости, но дел сегодня много. Давай встретимся завтра, хорошо?       — Все в порядке, Бэкхен?       — Более чем. До завтра, Чанёль. — Пак быстро привел себя в приличный вид, подходя к омеге и целуя того в щеку.       — Удачи тебе, — улыбнулся Ёль и вышел из кабинета. Как только дверь за парнем закрылась, Бэкхен обреченно сел на стул, оттягивая волосы назад. Странно ничего не чувствовать после самого лучшего секса в мире. Не было ни удовольствия, ни счастья, ни злости. Лишь какая-то пугающая пустота и полное спокойствие. Парень бросил короткий взгляд на телефон, где на экране большими буквами горело имя друга.       — Ало?       — Ты умер, и я сейчас разговариваю с собственным глюком?       — Что ты несешь, Чондэ? — нахмурился Бен, впервые жалея, что не курит. Казалось, лишь едкий дым сигарет сможет заставить почувствовать его хоть что-то, не оставляя с этой смертельной серьезностью.       — У меня просто нет других мыслей, которые объяснили бы мне почему ты мне не звонишь. Решил бросить меня?       — Чен, сейчас не до твоих шуток. Давай встретимся?       — Сейчас?       — Ты занят?       — Нет, давай. Слышу по голосу, что что-то случилось.       — Отлично, я пришлю тебе адрес СМС. — Бэкхен кивнул сам себе и взял куртку, направляясь к выходу из здания.        Чондэ был и до сих пор является человеком, которого Бэк считает единственным другом в своей жизни. Редко можно встретить альфу, который не будет приставать к омеге, а наоборот воспримет его как младшего братишку. С Ченом они были знакомы больше двух лет. Началось все это с того дня, когда они начали проходить вместе практику на одном участке полиции. Ким учился на судмедэксперта, но по воле профессора был направлен не ближайшее учреждение судебно-медицинской экспертизы, а в самый преступный район, где и проходил практику Бен. Знакомство сразу же превратилось в крепкую дружбу, которую парни подпитывали бутылкой соджу после очередного тяжелого дня. Бэкхен, действительно, ценил их дружбу, стараясь, лишний раз не спорить с хёном и во всем с ним соглашаться.       — Не думал, что мой друг такой развратный полицейский, — хмыкнул Ким, делая глоток кофе. — Понравилось хоть?       — Черт, Чен! Это проблема, понимаешь? Я попросил у тебя совет, а не то, чтобы ты меня своими идиотскими шутками забрасывал.       — Понял. Расскажи мне про него, тогда, возможно, и смогу помочь.       — Что мне про него рассказать? Поступил к нам в отделение несколько дней назад с подозрением на изнасилование бывшего парня. Улик найдено мало, как бы сильно я не старался. Мне кажется, что мои руки сами опускаются, Чен. Я уже совершенно не знаю, что делать и где искать зацепки.       — Ты, правда, считаешь его виновным?       — В этом-то и дело. Он не виновен, но доказать это я не могу. Чувствую себя последним подонком, потому что обещал ему свободу. Он верит меня, а я впервые хочу сдаться и бросить это дело в мусорную корзину. Я не спал несколько дней, проводя все время за компьютером, но так ничего и не нашел. Чондэ, что мне делать?       — Не сдаваться, — пожал плечами парень, поднимая на омегу грустный взгляд. — Раз обещал, то нужно сдержать слово, верно?       — Легко тебе говорить, — покачал голой Бэкхен, делая ещё один глоток кофе. — Спасибо, что выслушал меня.       — Без проблем. Что будешь делать?       — Наверно, ещё раз съезжу на место преступления, хотя я и обыскал почти там каждый уголок. Разглядывать камеры… — Бэкхен на секунду остановился, смотря из-под челки на альфу, который внимательно смотрел в свою кружку, хмуря брови и поджимая губы, — смысла нет. Надеюсь, что хоть там что-нибудь найду.       — Хорошо. Прости, но мне пора. Босс не разрешает прохлаждаться в рабочее время, поэтому я лучше не буду рисковать.       — Ладно, — Бен улыбнулся и обнял парня, хлопая его по плечу. — Ещё раз спасибо.       — Звони мне, если что-то случится, понял? Пока, — Чен подмигнул и вышел из кафе, натягивая кепку на глаза. Бэк проводил его взглядом сквозь большое окно кафе, сжимая ладони в кулак. Парень вышел из заведения, направляясь в сторону уже знакомого дома.        Запах мусорных контейнеров смешивался с ароматом выпечек из квартиры, отчего в горле парня образовался ком тошноты вперемешку с брезгливостью и отвращением. Бен смотрел на ровно очерченный контур чужого тела на асфальте, представляя бледного парня, лежащего в луже собственной крови с отражением смерти в больших глазах. Бэкхен ещё раз оглядел все вокруг на предмет чего-то постороннего, но казалось, что убийца с точностью до тошноты просчитал своё преступление, не оставляя ни одного следа. Омега вздохнул и сел на холодную землю, опираясь на стену и закрывая глаза, делая глубокий вдох. Бен устал. Устал каждый день бороться за чужую жизнь. Устал сражаться за то, что для него ничего не стоит, но при этом ощущать собственный проигрыш, казалось, самым ужасным чувством. Бэкхен не знал, что нужно сделать, чтобы мучения Чанёля прекратились, и он смог жить нормальной жизнью, потому что и сам не мог уладить самые простые проблемы. Омега закусил губу и повернул голову в сторону мимо проезжающей машины, но взгляд невольно упал на какой-то сорняк возле бака. Парень протянул руку и вытащил грязную салфетку, перепачканную в чем-то красном. Бэк нахмурил брови и поднялся с земли, доставая телефон из кармана.       — СуЁн? Ты сейчас на работе? Отлично. Мне нужна твоя помощь, — коротко оповестил Бен, крутя в руках грязную улику.