Без памяти

*прошла неделя* Прошла неделя, как Гарри уехал. По идее, сегодня он уже приедет в Лондон. Уже сегодня меня выписывают и я останусь на улице на произвол судьбы. Надо будет искать кров, работу и все остальное. Но как это сделать? Я без понятия. Как же я соскучилась по кудрявой макушке... В дверь постучали и просунулась кудрявая голова, а потом и весь Гарри. - Гарри! - я бросилась его тискать. - Привет! - Как же я по тебе соскучилась! - заорала я еще крепче сжимая его в объятиях. - Эй, я конечно тоже соскучился, но я еще жить хочу, - смешно прошепелявил он. - Прости. - Да ничего. Смотрю тебе уже вставать можно. - Да. Меня даже сегодня выписывают. - О круто, - сказал он с ноткой грусти. - Нет, не круто. Мне некуда идти. Родители когда узнали, что я попала в больницу, думали, что я это специально, потому что перед этим мы поссорились. - Ты едешь ко мне. - Нет. Я не могу. - А у тебя есть выбор? - Нет. Но с какой стати я вдруг поеду к тебе? - С такой, что ты мне нравишься, - сказал он и сделал он вид а-ля "ай, какие красивые у меня ботинки!". - И ты мне. Очень, - я наконец-то призналась! Знаете, как будто камень упал с души. Такое облегчение! Он подошел ближе и взял мое лицо в руки. - Это правда? - спросил он с улыбкой. - Да. Он меня поцеловал. В животе бабочки, гусеницы, тараканы... КАКИЕ ТАМ ЕЩЕ ПРИЗНАКИ? Тут мы услышали, как кто-то ненатурально покашлял, и отскочили друг от друга на пару - тройку метров. Это оказался доктор, который пытался не заржать от нашей реакции. - Ну тут, в общем, документы на выписку... С выздоровлением! - сказал он, и, хитро улыбнувшись, вышел. Я показала Гарри, чтобы тот молчал, и тихо подошла к двери. Оттуда через пару минут послышался смех. Ну а мы, а что мы? - Это что сейчас было? - еле выговорила я. - Это был странный врач. - Согласна. - Ну что, идем?- спросил он уже более спокойным голосом. - Идем. Идти было не далеко - квартала два или три. Как же я давно не была на свежем воздухе! Тут меня кто-то завалил к себе на плечо, как сумку, ей Богу! - А это что сейчас было? - спросила я у кудрявого. - Ничего. Просто захотелось тяжести потаскать, - ответил он и усмехнулся. - Ах так! Тяжести значит! У меня тоже перед лицом видок не очень, - сказала я потому что мое лицо как раз утыкалось в одно место. - Чем тебе моя пятая точка не нравится? Все от нее без ума! - Ну значит я не такая, как все. - Вот за это я тебя и люблю! - я была в полном шоке. Мне сейчас признались в любви вот в ТАКОЙ позе. Это я точно запомню надолго! Прохожие смотрели на нас по-разному - кто с улыбкой, а кто шарахался, как от придурков. - Прибыли! - громко заявил он. - Япона мать, - все, что я смогла сказать. Передо мной стоял дом неимоверной красоты. - Нравится? - Очень... - Идем. Там наверняка ребята уже хозяйничают. Я тебя с ними познакомлю. Как только мы хотели постучать, дверь открылась, и на нас с диким криком "спасите, наших мочат!" выбежал парень с голубыми глазами и блондинистыми волосами. За ним со сковородкой выскочил еще один парень с черными волосами. Он проорал что-то похожее на "сколько раз я говорил, чтобы ты не лез, когда я готовлю?" и побежал на задний двор, куда минуту назад побежал первый парень. - Это Найл и Зейн. Наверное наш вечный обжора решил что-то с доски стащить, пока Зейн готовит. - И судя по всему ему это ой как не удалось! Со двора послышался удар, а потом стон. Мимо нас прошел Зейн с улыбкой Чеширского кота, подмигнул, вертя сковороду на пальце, (в ручке была дырка) и вошел в дом. - Бедный Найл, - произнесли мы одновременно. - Кто-нибудь принесите мне льда, - пропищал парень, держась за пятою точку и скорчив гримасу боли. - Зейн, ты чего так разбушевался? - спросил Гарри, когда мы вошли в дом. - А что он у меня тырит с доски все? То морковь, то все остальное. Без обеда останетесь! - Идем, я тебе дам льда, - сказал еще один парень в футболке в полосочку.