Ваш кофе, Арсений Сергеевич

      Антон выбежал на улицу, и, почувствовав, что за время прибытия его на собеседовании заметно похолодало, он решил укутаться в пальто и быстро добежать до станции метро. Ожидание было не долгим, и уже минут через семь парень стоял в душном вагоне. Эта работа была его шансом хоть чего-то добиться в жизни, но Антон его благополучно упустил, да, впрочем, как всегда. Повторяя в голове одну и ту же фразу: «Я все проебал», он не заметил, как добрался до собственной квартиры. Повернув два раза ключ в замочной скважине, Антон зашёл внутрь.       Наплевав на одежду, парень лег на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Не хотелось видеть никого. Антон сильно переутомился за день, и уже был готов отдаться в объятия Морфея, но вдруг завибрировал телефон. Парень посмотрел на экран телефона, где было написано: «Серый». Даже лучшего друга Антон не хотел слышать. Ему нужно было побыть одному. Через пятнадцать минут телефон снова начал разрываться. Снова. И снова. На четвертый раз Антон не выдержал и ответил на звонок. Готовый к растерзанию друга, он начал орать в трубку: — Ты задолбал звонить! Если я не… — Извините, Вы — Антон Шастун? — остановил тираду парня приятный женский голос. — Да… А Вы? — смущенным голосом спросил Шастун. — Меня зовут Вероника. Сегодня Вы проходили собеседование в компании «ResBAP»*. Вы приняты на работу. Ваш рабочий день начинается в 8:00. Об обязанностях, которые входят в Вашу работу Вам расскажут завтра. До свидания, — проговорил все тот же голос на другом конце. — Спасибо, — пытаясь сдерживать свои эмоции ответил Антон. Через минуту, этот, казалось бы, уже взрослый, парень, бегал по всей квартире, крича: «Ура», да так, что его можно было услышать в соседнем доме. Он был невероятно счастлив. Теперь его телефон снова трезвонит, и на этот раз Антон уже более спокойно относится к входящему звонку. — Алло, — стандартно произносит парень. — Какого черта ты не брал трубку весь день? — разъярённо доносится из динамика телефона. — А я что, не имею права на свои собственные дела? Я весь этот день был, между прочим, занят, — с толикой обиды ответил Антон. — И чем же таким важным ты занимался, а?       Конечно. Антон понимал, почему для его друзей было непривычным слышать о каких-то делах и обязанностях от него, ведь эти вещи просто-напросто несовместимы с ним. А кому, как не Серёже, знать это, ведь он являлся его самым вредным и наглым из всех знакомых, и по совместительству лучшим другом. Ему прекрасно известно, что Антон целыми днями лениво проводит время дома за фильмами и едой, которую даже не в состоянии купить в магазине через улицу, заказывая на дом. Естественно, от такого друга не скроешь устройство на работу. С одной стороны, им должны гордиться, он наконец-то займется чем-то полезным и будет себя обеспечивать сам, не сидя на шее у родителей до конца своих дней. А с другой, унизительно признаваться, что ты будешь работать какой-то там секретаршей и выполнять поручения босса, как собачка на побегушках. Хотя слово «босс» заставляет его усмехнуться. Но от этого становится только неудобнее. — Я устраивался на работу, — всё же решает рассказать парень, долго бы он всё равно этого не скрывал. — И как, тебя взяли? — Да. — Вау, круто! Теперь ты точно не имеешь права отказать идти сегодня со мной в бар, это событие обязано быть отмеченным, — восхищенно голосил его друг, — а что за работа то? — Ну… расскажу на месте? -нельзя же все карты сразу раскрывать, верно? «Или тебе просто стыдно», — отчаянно твердил внутренний голос. — Встретимся в восемь? — Заметано.

***

— Ну что, ты так и будешь продолжать находиться в таком отвратительно трезвом состоянии? — интересуется Серёжа с пивом в руке. — Ты прекрасно знаешь — я не умею пить. К тому же, мне завтра на работу. Думаю, это плохая идея, — пытается придумать отговорки Антон, чтобы не нажраться и не натворить очередных глупостей. Так уж случилось, что Матвиенко слишком падкий на девушек, а особенно находящихся в одном баре с ним, ещё лучше, если они полупьяные. Встретив таких, он без оглядки пропадает, а когда находит своего друга-бедолагу, приходится вытаскивать его из различных ситуаций. Крайне неприятных, так сказать. — Давай я закажу стаканчик сока, мы чокнемся, ты скажешь офигительный тост, пустишься на танцпол. Я закажу такси. — Нет, нет, нет, — перебил его друг, — это твой вечер, и мы проведем его вместе. — Рюмочку мартини, пожалуйста, да побольше, — бросает Серёжа бармену, и тут Антон понимает, что бесповоротно влип. А примерно через час он уже совсем и не против всей этой затеи. А очень даже рад. Очень.       Еще через полчала его в край разнесло. И именно в такие времена Антону кажется, что абсолютно каждая мысль — это невероятная идея, которую нужно немедленно воплотить в жизнь. А мысли у него в голове, учитывая количество алкоголя, перемешиваются, как фрукты в блендере, поэтому и идеи так себе.       Кого не спроси, все знают, что у Антона не бывает долгосрочных отношений, потому что он просто к ним неприспособлен, как и к жизни в целом. Порой ему кажется, что всем в детстве выдали такую инструкцию, как правильно вести себя с девушками, а про Антона забыли. И вот он теперь бедненький только на пьяную голову приключений ищет.       Сегодня им стала девушка с неплохой такой задницей. И шлёпнуть её — казалось лучшей альтернативой знакомства. Ну ведь это бар, здесь все танцуют слишком близко, слишком развязно, прилагая максимум соприкосновения. Почему бы Антону не влиться в эту массу? А ещё он думал, что будет выглядеть брутально. \Но вряд ли это вышло так на самом деле/. И вот его рука несётся к желаемому месту, но девушка неожиданно делает поворот бедрами в другую сторону, чего Антон, конечно, предвидеть не мог. Также он не мог предвидеть, что его рука коснется другой задницы, не менее аппетитной. Но в этом случае было не до оценки пятой точки парня. Да, ПАРНЯ, который, заметив, кто с ним заигрывает, особо не размышляя, заносит свою руку, прямо как Антон несколькими секундами раннее. Только вот его удар был гораздо сильнее и пришелся он на лицо, а не на то, что пониже.       Антон в этот момент чувствовал одновременно и боль, и стыд, и неловкость. Оглянувшись, он понял, что танцующие до этого люди стали отходить назад, образуя вокруг них круг. Ждали, пока начнется драка. Только не это… наверное, не сложно догадаться, что Антон в этом совсем не профи, да и соперник не из слабых попался. Но назревающее шоу прерывает спасительный голос из толпы: — Эй, расступитесь, там мой друг! — приблизившись к центру происшествия, он поочерёдно смотрит то на Антона, то на парня напротив, — что здесь происходит? — Это ты мне объясни, почему твой друг лапает меня! — разъярённо начинает тот. — Ты что, педик? — обращается уже к Антону. — Я случайно. — Только и отвечает он. — Случайно?! — от злости снова надвигается на Антона внушительных размеров парень, но путь ему перекрывает Серёжа, заняв небольшое пространство между ними и выставив руки в примирительном жесте: — Тише, дружище. Может, мы обойдёмся без рукоприкладства и просто разойдёмся? — с молящим взглядом он выжидает ответа. — Так и быть, но ещё раз я увижу твоего чокнутого парня поблизости, и ему непоздоровится, ясно? — Да-да. Всё, мы уходим, видишь? — Серёжа медленно разворачивается и, придерживая друга за плечо, выводит их из заведения. Конечно, сейчас он волнуется за него, и будет немого упрекать, но завтра он обязательно посмеётся над ним. Как следует.

***

      Очнулся Антон утром в своей наипрекраснейшей кроватке. Голова просто развивалась, парня безумно тошнило, и ему был необходим свежий воздух. Антон не помнил ничего, чтобы не соврать: вообще ничего. Парень подошёл к зеркалу и буквально «взвизгнул» от увиденного. На его лице красовался синяк. Естественно о его появлении парень и догадываться не мог. «И как с таким лицом идти на работу?», — мысленно у самого себя спросил Шастун. Машинально он посмотрел на своё запястье, где по обыкновению своему находились часы. На циферблате было 7:40. — Твою же мать! — выругался Антон и пулей начал искать свои парадно-выходные вещи. Он сметал все на своём пути, но сейчас это было неважно.       Через десять минут Антон сидел в такси и насиловал окно своим взглядом, желая поскорее увидеть заветное здание.       На часах 8:00. Да, он успел. Сбивая всех с ног, Антон быстро добежал до нужного кабинета и ровно в срок был у новоиспеченного босса. Шастун еле стоял на ногах, все-таки последствия вчерашних «посиделок» были не самыми приятными.       Арсений посмотрел на своего нового помощника и удивился, увидев фингал под глазом. Он хотел было спросить о том, что случилось, но посчитал, что это будет лишним.       Антон же смотрел в сторону, где восседал его шеф. Рядом с ним стояла девушка, лет тридцати. Её звали Ольга. Сегодня она должна была ввести Антона в курс дела. И первое, что она сказала, что парень должен по приходе на работу забирать кое-какие бумаги и приносить их Арсению Сергеевичу. Ах, да, и конечно же кофе. Да, именно это должен был приносить Антон ровно в 8:15. «Точно какая-то секретарша», — подумал Шастун, но на сей раз решил оставить мысли при себе.       Сейчас он направлялся с Ольгой за теми самыми бумагами и за стаканчиком любимого кофе Арсения — пряничным латте. Взяв все, что нужно, парень уже без сопровождения отправляется в знакомый кабинет. — Ваш кофе, Арсений Сергеевич, — говорит Антон, но именно в этот момент его голова начинает кружиться, а руки отказывают. Стакан выпадает из длинных пальцев Шастуна, а латте оказывается на рубашке босса, — простите пожалуйста, извините, давайте я Вам помогу, — Антон достаёт из кармана пиджака чистый носовой платок (интересно, откуда он там) и вытирает рубашку Попова. «А у него упругая грудь, качается что ли?» — пронеслось в голове у Антона, но он тут же решает, что его мозг просто ещё не начал работать с похмелья и это лишь временное помутнение рассудка. — Ничего, все хорошо, — с лёгкой улыбкой на лице говорит Арсений и отодвигает руку Антон, — у меня есть другая рубашка, — с этими словами Попов удаляется из кабинета, а Антон решает поскорее свалить отсюда, чтобы ещё чего-либо не натворить.       Казалось бы, что может быть ещё хуже, чем в первый рабочий день пролить кофе на своего работодателя? Ничего? Но нет, ведь самое интересное впереди.