Волшебная сила искусства

Больше всего Джареду нравилось заниматься этим на лекциях профессора Роше, под гулкое звучание хорошо поставленного голоса. Немного неправильный английский с отчётливым французским прононсом создавал нужный настрой. Это был факультатив по эстетике, и в огромной аудитории собирались студенты с нескольких потоков. Впрочем, половина мест всегда пустовала, и Джаред усаживался на самом последнем ряду, возле стены. Фактически, забивался в угол. Так он мог контролировать окружающее пространство и был уверен, что никто не подсмотрит из-за спины. Поначалу всем было интересно, что Джаред постоянно рисует в своём неизменном толстом потрёпанном блокноте, но любые попытки заглянуть в него разбивались о холодную вежливость Джареда. Постепенно все к этому привыкли, и его оставили в покое. Блокнот оставался абсолютным табу для всех, даже самых близких друзей. Но самым удивительным было то, что запрет распространялся и на Дженсена. Эстетика была единственным факультативом, который Дженсен не посещал. Его очень раздражал акцент профессора Роше - жуткого пошляка и алкоголика. Ещё Дженсена огорчало, что Джаред его лекции любил и не пропускал никогда. Как правило, Дженсен эти две пары проводил в библиотеке или во дворе Университета - валялся на траве, подложив под голову сумку, читал, а иногда просто спал. Но за несколько минут до перерыва он неизменно ждал Джареда в коридоре, сидя на широком подоконнике. Джаред и Дженсен считались чем-то вроде университетской достопримечательности. Они были неразлучны - за исключением времени, когда у них не совпадали лекции. Сначала над ними пытались смеяться. Потом начали заключать пари - трахаются ли они, а если нет - кто сдастся первым. Почему-то при взгляде на них никому не приходило в голову, что они могут быть просто друзьями. Но парни оставались невозмутимы. Вскоре шутки приелись, и приметная парочка перестала вызывать такой острый интерес. Дженсен скучал. Учёба в голову не шла, просто так шляться не хотелось. А у Джареда, будто назло, сегодня была эта чёртова эстетика. Промучившись больше часа, Дженсен решил посидеть в коридоре. Его бы никто не выгнал из аудитории, но не было никакого желания слушать гнусавый голос Роше. Дверь оказалась приоткрыта, и Дженсен, кинув случайный взгляд, увидел Джареда сидящим на самом последнем ряду: привалившись плечом к стене, он что-то рисовал в своём таинственном блокноте. Именно рисовал, а не писал. Рисунки Джареда нравились многим - сплав хорошей школы, острого взгляда и точной руки был беспроигрышен. Джаред охотно рисовал разные мелочи на заказ или в подарок, но что таил в себе большой зелёный блокнот - не знал никто. И сейчас Джаред сидел, настолько углубившийся в процесс рисования, что наверняка не заметил бы наблюдателя у себя за плечом. Дженсена разобрало жгучее любопытство. Поколебавшись немного, он решил, что всегда сможет потом извиниться перед Джаредом. Искушение было слишком велико. Больше всего Дженсена поразил огромный дилдо, заткнутый ему в глотку. То, что на плотной зернистой бумаге изображён именно он, Дженсен не сомневался - Джаред рисовал совершенно реалистично. Расчёт Дженсена подтвердился - когда он вошёл в полупустую аудиторию, его никто не заметил, а Джаред, увлечённый рисованием, не почувствовал его приближения. И теперь, справившись с первым шоком, Дженсен с любопытством разглядывал аккуратные рисунки на весь разворот, с каждой секундой убеждаясь в том, что хвалёные французские порнокомиксы - детская мазня по сравнению с ними. Героев было всего двое. Одним из них, как Дженсен заметил минуту назад, был он сам, а другим... Дженсен почувствовал, как щёки, уши и шею заливает краской. Да, другим был Джаред, нарисованный чуть более схематично, но абсолютно узнаваемо. Обнажённые парни на рисунках и занимались тем, чем заняться с Джаредом в обычной жизни Дженсен бы не предложил и под страхом смертной казни. Всё это время он был свято убеждён в том, что Джаред натурал, и слишком ценил его дружбу. Поэтому желание залезть к Джареду в постель Дженсен отправил в самую дальнюю ссылку. Джаред на рисунках смотрел на Дженсена с обожанием и страстью. И при этом вытворял с ним такое, что Дженсен, считающий себя очень раскрепощённым, даже не мог представить, как это осуществить физически. Особенно притягивал взгляд рисунок, который Дженсен заметил первым. На нём Дженсен распластался на кровати, широко раскинув ноги, а Джаред нависал над ним, засовывая ему в горло огромный искусственный член. Между ног у Дженсена виднелся шар размером с кулак; а из припухшей щели на головке жёстко эрегированного члена тянулись посверкивающие нити. В углу рисунка, в огороженном толстой, намеренно неровной линией окошке были изображены приспособления, которыми Джаред трахал Дженсена: большой дилдо в крупных пупырышках по всей длине, и странный предмет, состоящий из двух шаров, соединённых толстой изогнутой скобой. Получалось, что у Дженсена на рисунке один из этих шаров полностью... О, Господи. Заинтересованный Дженсен подвинулся поближе, чтобы разглядеть, как на рисунке растянут его рот вокруг пупырчатого латекса. - Нет, не получится, - пробормотал он вслух, - угол не тот... В следующую секунду он столкнулся взглядом с Джаредом и едва не отшатнулся - такой ужас вспыхнул в его глазах. Джареду показалось, что он сейчас умрёт. Более страшного позора просто не могло быть. Он приготовился к чему угодно - к тому, что Дженсен разобьёт ему голову о стену или наоборот - полностью проигнорирует, встанет и уйдёт из его жизни навсегда. Но к тому, как Дженсен отреагировал на самом деле, оказался не готов совершенно. - Ну ты и маньяк, Джей, - протянул Дженсен, расплываясь в улыбке. Щёки и уши у него пылали, но физиономия была откровенно довольная. Словом, Джаред точно понял одно: Дженсен не собирается его убивать, равно как и сам не собирается удаляться с видом оскорблённого достоинства. Наоборот, пожалуй - он просто вертелся на месте от любопытства и нетерпения. Прежде всего он бесцеремонно сцапал блокнот - Джаред не мог его не отдать - и погрузился в изучение рисунков. Каждый разворот представлял собой короткий комикс, и на каждом рисунке Джаред и Дженсен занимались сексом в немыслимых позах. К концу просмотра Джаредом можно было запросто обогреть полярную станцию, а Дженсен выглядел одновременно безумно озадаченным и возбуждённым. - И давно? - поинтересовался он, закрывая блокнот. Джаред сейчас не мог выдавить ни слова, поэтому просто кивнул. - Придурок, - констатировал Дженсен почти ласково. - Я вам не мешаю, молодые люди? - любезно осведомился Роше, направляясь прямо к ним. По аудитории пронёсся шорох - всем было любопытно посмотреть на уникальное явление - Эклз на лекции Роше. Впрочем, оно оказалось крайне непродолжительным, как и все уникальные явления. - Прошу прощения, профессор, - как можно вежливее поклонился Дженсен, - мне необходимо забрать с лекции студента Падалеки - у него только что скончалась троюродная тётка в Австралии... Джаред раскрыл рот. - ... Ты не знал её, но крепись, такая утрата! - продолжил Дженсен, - и поэтому... - Вы сделаете мне огромное одолжение, - желчно перебил его Роше, - если избавите от своего присутствия. Впрочем, Дженсен, ухвативший Джареда за руку, потащил его к двери уже на середине фразы. Все вновь сосредоточились на лекции - импровизированное шоу завершилось, толком не начавшись. Дженсен не знал, что ему делать раньше - задавать вопросы или валить Джареда на пол прямо здесь и сейчас - рисунки произвели на него неизгладимое впечатление. Он старался взять себя в руки, но получалось плохо. Вернее, совсем не получалось. Поэтому Дженсен принял единственно верное в этой ситуации решение: - Пойдём... куда-нибудь. Джаред сопротивляться не стал, и вскоре они сидели на прохладной траве под большим тенистым деревом. Джаред ни о чём подобном и не помышлял ещё десять минут назад. Всё время, что они находились рядом, он тщательно скрывал свои, как ему казалось, нездоровые наклонности. Дженсен нравился ему неимоверно, и Джаред готов был сделать что угодно, чтобы остаться его другом. Но фантазии одолевали его постоянно, и Джаред, наделённый прекрасным талантом рисовальщика, начал переносить их на бумагу. Не то чтобы сублимация хорошо помогала, но позволяла ненадолго отвлечься. И теперь он едва верил в то, что Дженсен не зарядил ему в челюсть или в глаз. Напротив - тот едва не подпрыгивал от... любопытства? Предвкушения? - Слушай, - наконец решился Дженсен, - а ты... на самом деле хочешь... всего нарисованного? Джаред опустил голову, а потом подумал, что уже нет смысла запираться. - Просто я очень тебя хотел... хочу, - поправился он и у Дженсена прыгнуло сердце, - а это... само в голову пришло как-то. Ну знаешь, когда... На этом терпение Дженсена закончилось. Он подобрался к Джареду поближе и повалил в траву, намертво присосавшись к его губам. Джаред успел только слабо пискнуть и взмахнуть руками. Дорвавшийся Дженсен целовал его так, что Джаред готов был потерять сознание на месте. Или кончить. Или кончить и потерять сознание. Дженсен оказался жадным и незакомплексованным. Когда Джаред почувствовал, что вот-вот спустит прямо в штаны, Дженсен, с трудом оторвавшись от него, сиплой скороговоркой прошептал: - Идём, идём... а то сейчас раздену тебя прямо здесь. Ввалившись в коридор, они, не сговариваясь, неуклюже продвигались к комнате Джареда - тот уже вытер спиной Дженсена все стены в коридоре. Лишь закрыв дверь на защёлку, Джаред зарычал и впился губами в подставленную шею Дженсена. Тот лишь слабо застонал и Джаред на секунду оторвался, чтобы посмотреть на него. - Не верю, что я это делаю, - прошептал он, проводя пальцем по влажным горячим губам Дженсена. - И не делал бы, если бы не я, - чуть сварливо ответил Дженсен, нетерпеливо прижимая к себе его голову. Джаред потёрся щекой о плечо Дженсена, а потом принялся целовать прямо через футболку. У Дженсена дрожали колени, и Джаред, придавив его к стене, кусал его соски сквозь тонкий, сразу же намокший от слюны трикотаж; от мокрых поцелуев они проступили сквозь ткань твёрдыми тёмными вершинками. Под непрерывные стоны Дженсена, потихоньку сползающего по стене, Джаред раздел его, едва не разорвав вещи по швам, и бухнулся на колени. Дженсен только заскулил, когда его член оказался глубоко во рту у Джареда. Через минуту Дженсен всё же сполз на пол окончательно, и Джаред, с сожалением выпустив его член изо рта, скомандовал: - Поднимайся и в постель! Оказавшись на кровати, Дженсен слегка пришёл в себя и жадно наблюдал, как Джаред раздевается. Когда тот, взъерошенный и абсолютно голый, рухнул прямо на Дженсена, он пожаловался: - Слишком быстро! Рассмотреть не успел. Джаред, покрывая его поцелуями, пробормотал: - В следующий раз будет стриптиз. - Ловлю на сло... - тут Дженсен захлебнулся воздухом, потому что Джаред потащил в рот его пальцы. Он прижимался всем телом - горячим и сильным, и Дженсен, едва не кончивший несколько минут назад, приготовился сделать это сейчас. Не получилось - Джаред перестал сосать его пальцы и принялся опять покрывать поцелуями всё тело - это было чертовски приятно, но кончить так не было никакой возможности. Дженсен даже захныкал, и Джаред всунул пальцы ему в рот, бесстыдно глядя прямо в глаза. Джаред мерно двигал рукой и тянул воздух сквозь зубы, глядя, как Дженсен, давясь от жадности, обсасывает его пальцы. Видимо, в глазах Джареда что-то мелькнуло, потому что Дженсен вдруг вытолкнул языком его пальцы и надсаженным голосом спросил: - Представляешь ту здоровенную хрень у меня во рту?.. Джаред покраснел, но взгляд не отвёл. - А если да? - осторожно поинтересовался он. - Да мало ли... - осклабился Дженсен, - всё равно её нет, не проверишь. - А если есть? - спросил Джаред чуть слышно. Дженсен открыл рот. - Правда - есть? Джаред кивнул. - Вот та здоровенная фигня с пупырышками? Джаред слез с кровати и пошарил у стены. На кровать легла длинная пластиковая коробка. Джаред забрался обратно и сел рядом с Дженсеном, скрестив ноги. Голый, немного смущённый и с прижимающимся к животу членом, он выглядел так забавно и горячо, что Дженсен заколебался: стоит ли открывать коробку, когда можно заняться чем-то гораздо более интересным? В конце концов он решил всё же коробку открыть. Но потом сразу же переключиться на Джареда. Под двумя слоями целлофана в коробке оказалась именно та огромная чёрная штука с картинки, затянутая тонкой плёнкой с белой наклейкой "Не стерильно". Дженсен избавил её от плёнки и провёл пальцами по всей длине. - Я сейчас кончу, - подал голос Джаред. Дженсен потянулся к нему и поцеловал, а когда отстранился, смущённо сказал, удивив сам себя: - Хочу попробовать, Джей. Джаред несколько раз открыл и закрыл рот, а когда справился с голосом, нервно хохотнул: - Ну и кто из нас маньяк, Дженс? Но всё же пошёл мыть пахнущую клубникой чёрную пупырчатую палку. Дженсен ждал, едва не ёрзая от нетерпения. Он и сам бы не сказал, зачем ему приспичило засовывать в себя полицейскую дубину. Видимо, это было временное помутнение рассудка. На этой оптимистической ноте из душа вышел Джаред с вымытым резиновым членом в руке. Торопиться Джаред не стал. Сначала он долго целовал Дженсена, сладко вылизывал его рот, скользил языком по нёбу и кромкам зубов, и Дженсен уже был готов просто раздвинуть ноги, а эксперименты отложить на более спокойное время. Но Джаред оказался целеустремлённым человеком. Напоследок чмокнув Дженсена в подбородок, он чуть отстранился и положил дилдо ему на грудь. А потом медленно облизал его по всей длине - от нереалистично раздутых яиц до закруглённой широкой головки. Дженсен задышал чаще, и Джаред подпихнул облизанный дилдо к его губам. Дженсен открыл рот, потихоньку впуская упругую резину. Джаред придвинулся к нему совсем близко, аккуратно проталкивая дилдо между губ Дженсена, влажно блестящих после недавнего поцелуя. Дженсен чувствовал каждый пупырышек, проскальзывающий в рот через кольцо натянутых вокруг чёрного латекса губ, и глубоко дышал носом, чтoбы подавить рвотный рефлекс. Палка медленно, но неумолимо проскальзывала по языку в горло, и Дженсеном на секунду овладела лёгкая паника. Но в глазах Джареда, кроме желания и любопытства, светилось ещё и внимание - он был готов прекратить сладкую пытку в любую секунду. Между тем дилдо проникал всё глубже, и Дженсен испытывал уже лёгкий дискомфорт от плотно заполнившего горло латекса. Джаред нагнулся и медленно провёл языком по растянутой верхней губе, и Дженсен чувствовал, как влажный кончик ощупывает пупырышки, елозя поверх его кожи. - Неужели мы это делаем? - восхищённо прошептал Джаред. Он протолкнул член ещё глубже, и Дженсен почувствовал, что резиновая мошонка упёрлась ему в подбородок. Джаред шумно выдохнул и потянул член назад. Дженсен приготовился вздохнуть, но Джаред вытащил его лишь до половины, а потом быстро вогнал назад, и у Дженсена выступили слёзы на глазах. - Больно? - тут же остановился Джаред. Дженсен лишь замычал и попытался мотнуть головой. - Хорошо, детка, - нежно, чуть ехидно улыбнулся Джаред и опять потащил член наружу. Джаред втянулся в игру - он вгонял дилдо в горло Дженсену и держал так, слегка пошевеливая, пока Дженсен не почувствовал, что его собственный член дёрнулся и засочился смазкой. Дженсен громко сопел и мычал, Джаред хрипло дышал и резко двигал рукой, вставляя дилдо Дженсену в рот и вытаскивая почти до конца. Во рту хлюпало от слюны и слизи, из глаз бежали слёзы, а живот был испачкан непрерывно подтекающей спермой. В какой-то момент Дженсен прекратил мычать и с воткнутым в глотку пупырчатым орудием пытки кончил, выгнувшись на постели. Джаред аккуратно вытащил дилдо из мокрых истерзанных губ. Из уголка рта вслед за чёрным латексом потянулась толстая нитка слюны и Дженсен жадно схватил воздух раскрытым ртом. - С ума сойти от тебя, Дженс, - бормотал Джаред, обхватив его лицо ладонями и нежно целуя вспухшие скользкие губы. - Пить хочу, - прохрипел Дженсен, едва отдышавшись. Джаред вскочил и засуетился. Притащил пакет сока из холодильника, а когда Дженсен напился, опрокинул в себя остатки. Потом принёс из ванной комнаты мокрое полотенце и аккуратно обтёр Дженсену лицо, грудь, живот. Сам быстро ополоснулся под краном и вернулся к успокоившемуся и умиротворённому Дженсену. Разговор откладывался на потом - такое бурное начало отношений отняло много сил. Дженсен отвернулся к стене и с удовольствием почувствовал, как Джаред устраивается сзади, обнимая его и поплотнее прижимая к тёплому голому телу. - Ой, - вдруг спохватился Дженсен, - ты же не... - Я да, - хохотнул Джаред, целуя его в затылок, - ты думаешь, на это можно было спокойно смотреть? Через несколько минут оба сладко сопели, улыбаясь во сне, а под кроватью в запечатанной картонной коробке мирно дожидалось своего часа странное приспособление - два металлических шара, соединённых толстой, круто изогнутой дужкой.