Монстр 34

Я лечу, ковыляя во тьме, Я ползу на последнем крыле. Хвост отбит, бок болит и суккуба летит На мане мужа и на одном крыле. (Я лечу на последнем крыле / Песня суккуб-совратительниц)

      Танк затаился всего в полукилометре от ворот, между двумя крепостями. Прогревать мотор не требовалось. Укрытый от случайного взгляда, он стоял среди кустов, сам похожий на куст. В танке было двое: Алексей и Николай. Им предстояло прорваться через преграду на пути к Восьмихолмью. Патрули и дозорные всматривались в сгущающиеся сумерки, ожидая нападения со стороны демонических земель, про атаку с тыла никто не думал. Нужно было дождаться, когда команда переправится через границу. Сигналом должен послужить поджог дальних постов и две пары глаз до рези вглядывались в горизонт. Когда багровое солнце закатилось полностью и над небом распростёрся чёрный плащ ночи, украшенный узором из звёзд, вдали вспыхнула оранжевая искра, затем вторая, третья… Поджогом должна была заниматься Тиаао и она, похоже, перестаралась. Недаром она настаивала на трёх горшках со смолой вместо одного на случай «если вдруг промахнусь». Но ушлая суккуба попала все три раза. Едва только вспыхнул дальний пост, как танкисты уже заняли свои места и завели мотор. Алексей сказал: - Давай, малыш, покажем им, на что ты способна. То есть способен. Вышибем эти чёртовы ворота и прорвёмся! – Оговорка несколько смутила мехвода, но что-то в нём говорило, что танк всё-таки женского пола. Это показалось странным.       Танк взревел мотором и выполз на дорогу, набирая скорость. Из крепостей выскочило два отряда рыцарей, которые направились на правый фланг, чтобы проверить, почему загорелись сразу три поста. Они успели отойти не очень далеко, когда сквозь звуки тревоги и топота множества ног гарнизон расслышал ещё один звук. Сперва они стали напряжённо высматривать врага на передовом крае, пока не поняли, что звук идёт из тыла. Но сделать что-либо они уже просто не успевали. А то, что они увидели, повергло многих новичков в ступор. Из тьмы полз дракон - настоящий, грозный монстр, без симпатичной мордашки и женской груди. - Давай, девочка, рыкни погромче! Пусть знают нас! Коля, целься!       Алексей уже махнул рукой на странности своей речи, он включил танковую фару и направил её на ворота. Машина неслась к врагу на приличной скорости, но при этом её практически не качало и заряжающий смог прицелиться довольно хорошо, высматривая засов.       Увидев, что он обнаружен, монстр взревел и его глаз зажёгся огнём, позволяя видеть всё как днём. Монахи в ужасе молились, маги пытались кастовать заклинания, но первыми в бой вступили лучники. Однако стрелы отскакивали от толстой шкуры монстра. Через пару мгновений монстр ответил ударом. Никто даже не понял, что произошло. Страшный грохот прервал молитвы монахов и заставил магов приостановить волшбу. Воины в ужасе отпрянули. Яркая вспышка у рыла монстра закончилась мощным ударом по засову, разнеся тот в клочья. Не останавливаясь, монстр отвернул рыло назад, подставляя под удар свой затылок и с силой ударился о гигантские створки, распахивая ворота. Несколько цепей, при помощи которых специальный механизм открывал и закрывал ворота, лопнули. Монстр прорвался через ворота и помчался ко рву. Во тьме ночи слышались крики: - Мо-о-о-ост! Уничтожьте мо-о-ост!       Люди были уверены, что сейчас по нему в распахнутые ворота хлынут мамоно. Танк так быстро вылетел на мост, что его не успели разрушить, хотя это было делом минуты. Мост с грохотом рухнул уже за кормой боевой машины. Утром пограничники долго не могли понять, зачем незнакомцам нужно было жечь посты и сносить ворота, если не для атаки на Лескатию? Только одна версия казалась достоверной. Монстр нёс важное донесение или артефакт для самой Повелительницы демонов. И скорее всего это был артефакт, причём настолько тяжёлый, что гарпии не могли его поднять, чтобы перенести по воздуху.       Ольга и остальные участники этого похода перешли границу по-другому. Для начала Вышень определил, на каких постах стоят не настоящие часовые, а механические обманки. Подойти к постам с тыла в сумерках можно было достаточно просто. Часовых интересовала граница, а не собственный тыл. У одного такого поста эльф и провёл команду, поскольку механический «страж» ничего не видел и даже не говорил. Главное, проскочить мимо патруля. В сгущающейся темноте небольшой отряд быстро достиг рва. Но, чтобы его преодолеть, требовалось сначала взойти на вал и стать мишенью для особо ретивых патрульных. Когда началась заварушка с поджогом постов, Вышень отвёл группу чуть дальше, где находились кусты. Прорыва в этой части рва никто не боялся, поскольку куст был просто окружён капканами. Но эльф умудрился все обнаружить ещё в прошлый раз и теперь аккуратно сбросил их в ров. Грохот и шум в крепости отвлёк дозорных и патрульных. Кроме того, Тиаао зажгла сразу три поста вместо одного, что только добавило шуму. Затем все спустились в ров и пришлось преодолеть полсотни метров по колено в грязи, среди острозаточенных кольев. Хотя риск напороться на них был относительно невелик. Большая часть кольев была наклонена в сторону Восьмихолмья, чтобы мешать проникновению оттуда. Но слабо мешали тем, кто уходил туда. Ольгу Вышень посадил на закорки, отказываясь дать ей возможность идти самой, мотивируя это тем, что она человек, а люди - очень хрупкие существа. По той же причине Чиутаха настояла на том, чтобы Ласкин переправлялся на ней. Хотя в этом было мало смысла, ибо впереди шла Зимка, которая благодаря своей силе и массе увеличивала наклон кольев до их приведения в горизонтальное положение, а некоторые даже умудрялась вытащить и отбросить в сторону. Через полчаса блужданий по лесу уже на другой стороне рва отряд с радостью услышал знакомое рычание мотора. Вышень повёл всех дальше к дороге, которую со стороны Восьмихолмья поддерживали в хорошем состоянии монстры. По дороге он старался держаться рядом с Ольгой и рассказывал ей об особенностях местных реалий. Делал он это открыто и достаточно громко, чтобы его слышали, впрочем, особенно не напрягаясь, так как танк снова стал тихим. Но, несмотря на это, становилось ясно, что беседу проводник вёл именно с Лукиной. - Тут сейчас немного мамоно. Земля только начала пропитываться демонической энергией. Никто не знает, почему Друэлла, начав своё наступление на земли людей, внезапно остановилась. Восьмихольмье служит своеобразной стеной для орд монстров и их наблюдательным пунктом. В Зелёный дол иногда приходят рыцари, поохотиться на мамоно. Кто-то остаётся с женой, кто-то возвращается с трофеем, кто-то просто возвращается. Обычно голову монстродевы увозит один из ста этих убийц из Ордена. – Желваки на лице эльфа шевельнулись, а руки сжались в кулаки. – Но примерно треть остаётся здесь или переправляется дальше в Маккай. Радости семейной жизни отвращают людей от желания проливать кровь. – Вышень расслабился. – Остальные уходят, хвастаясь своей удалью и скорбя по товарищам, как по умершим. Хотя почти все люди выживают. Даже те, кто пострадал по вине своих же товарищей или по глупости. Устали? Скоро отдохнёте. Дальше по дороге находится постоялый двор «Железная портянка».       Танку пришлось несколько сот метров продвигаться в полнейшей тьме и руководствоваться только словами эльфа, пытаясь разбавить ночной мрак светом фары. Местность пошла в гору и вскоре дорога ушла в сторону, а перед путешественниками возник замок. Его окружал глубокий ров. С одной стороны в ров обрывался отвесный склон холма, с другой он впадал в овраг. Над запертыми воротами со створками, обитыми железными полосами, висела вывеска: «Железная портянка». Зубчатые стены уходили ввысь. Единственным изъяном обороны казался холм. Казалось, что с него было бы удобно расстреливать защитников крепости, но вершина холма венчалась ещё одной постройкой, которая даже во мраке ночи смотрелась внушительно. Вышень соскочил с брони и подошёл к высокой стойке перед рвом, на которой висел колокол. Ударив три раза, контрабандист замер в ожидании ответа. Через пять минут в окне надвратной башни появился огонь масляной лампы, а глухой бас рыкнул: - Кто там бродит ночью? Если это вы, орденские ублюдки, то убирайтесь отсюда. Здесь монстры не ищут себе мужей. - Эй, Ворчун, протри глаза. Это же я Переплут. – Весело крикнул эльф. - Лопни мои глаза! – Голос стал изумлённым. – Вышень? А говорят тебя повесили где-то под столицей.       Огонь в окошке исчез и, пока хозяин опускал подъёмный мост и открывал ворота, Вышень пояснил команде. - Это Карл по прозвищу Ворчун. А меня знают под прозвищем Переплут. И меня за последний год уже дважды вешали, трижды отрубали голову и один раз колесовали. В общем, весело живу. Нет, не думайте, что я такой живучий. Не надо делать во мне дырки с экспериментальной целью. Просто слухи - это такая смешная вещь.       Танк пришлось оставить снаружи. Его загнали в кусты и замаскировали. Поскольку хозяин не был настроен постоянно опускать мост и открывать ворота до утра, то было решено, что первую половину в танке дежурить будет Тиаао. А после часа ночи она перенесёт к нему Алексея и может быть свободна. Карл оказался довольно молодым человеком. Усов у него не было, а вот бородка, делавшая его похожим на боцмана, имелась. Пока он вёл гостей к зданию своего заведения через внутренний двор, пояснил, почему его постоялый двор напоминает крепость. - Надоели эти орденские бандиты. Идут охотиться на монстров, так норовят мой постоялый двор подпалить и купцов пограбить. Ну сперва трудно было. Дорога была не особенно оживлённой, купцов и путников мало. Но последние пять лет тут жизнь начала бурлить, как котелок с водой на драконовом огне. Сразу деньга появилась. Нанял я помощников и строителей, приютил жителей ближайшей деревеньки - вот и получилась крепостица с небольшим гарнизоном. Купцам и путникам у нас всегда готов радушный приём. А бандитам холодное демоническое серебро. Уже три налёта отбили. Вот если бы Лескатия пала и стала бы демоническим царством, то тут торговля пошла куда бы живее. А пока приходится мириться с тем, что есть. Эй, Переплут, расскажешь, как ты в этот раз выкрутился из петли? - Отчего же не скрасить вечер. – Согласился эльф.       Карл открыл дверь и экипаж попал в обеденный зал. Несмотря на поздний вечер, даже скорее ночь и близость к границам враждебного государства, зал был полон. В одном конце зала в огромном камине жарилась нога кабана поистине циклопических размеров. С другой стороны находилась стойка бара, за которой на полках стояли бутылки, кувшины и бочонки с алкоголем со всех концов света. С кухни неслись ароматы выпечки и подгоревшего жира. Не меньше двадцати столов находилось в остальном пространстве, освещаемом почти тремя дюжинами свечей и масляных ламп. За стойкой виднелась лестница на второй этаж, где находились номера. Сам зал был полон людей обоих полов и монстров. Кокетливые официантки разносили заказы, а в центре находилось небольшое возвышение, где вовсю трудился маленький оркестрик. На скрипке играла богомолка, которая вместо смычка использовала свой «серп» с натянутой на него струной. На флейте играла сатирка. Её свирель, способная пьянить своим звуком, висела на поясе. А в барабан ритмично молотил человек. Или инкуб, тут сложно было сказать. Но когда внутрь вошёл отряд Ласкина, поднялся такой шум, что музыкантам пришлось остановиться. Как выяснилось, все были привлечены не экипажем танка, а Вышенем. Кажется, эльф был очень популярен у завсегдатаев «Железной портянки». Музыканты почти сразу уступили место на помосте, а посетители стали наперебой просить эльфа рассказать, как он ушёл от властей в этот раз. Однако это было интересно далеко не всем. Главным образом это касалось Зимки, она потянула Николая за рукав и со страдальческим выражением лица сказала: - Сисечки болят, надо подоиться. - Сейчас, что-нибудь сообразим. – Заверил её Петров. – Эй, Вышень, мне жену подоить надо. - Понимаю. – Серьёзно кивнул эльф и подошёл к хозяину.       О чём-то поговорив с Ворчуном, он вернулся с ведром и протянул его парочке. - Вот! Можете сделать это прямо здесь, тут все свои. - Понимаешь, какое дело. – Старшина замялся. – Боюсь, простой дойкой тут дело не ограничится. - Вот как. Да, оргия пока может оказаться лишней, а то и я женюсь раньше времени. Тогда вам придётся пропустить мой рассказ и подняться в номер. - Мы вам всё потом расскажем. – Ласкин тоже всё понимал. Он и сам спешил уединиться с Чиутаха, но сперва решил послушать эльфа.       А хозяин постоялого двора, давая ключи, даже сказал, что готов купить молоко по выгодной цене. В Восьмихолмье, оказалось, голставровое молоко в дефиците. Из Лескатии товар не поступает, а все умеренные монстры предпочли уйти в глубь королевства Маккай. Только вот купцов об этом не предупредили и они старались не связываться с таким распространённым, по их мнению, товаром.       Когда Николай и Зимка удалились, команда села за свободный столик и, заказав ужин, с удовольствием стала слушать о приключениях Вышеня. Тот, стоя на помосте, в лицах показывал всё действо. Он действительно не походил на высокомерного эльфа. Был весел и каждую реплику своих врагов сопровождал прибауткой. Оказалось, что в этот раз Переплута обвинили в воровстве. А ведь он хотел просто продать оленину. Правда, с точки зрения властей Лескатии, незаконно добытую. Конечно история была приукрашена. Враги были выставлены полными дураками, а хитрый эльф избежал наказания легко и непринуждённо. Собственно и сама история была не про то, как Вышеню удалось выкрутиться, а как ему удалось не попасться и почему всё-таки был пущен слух, что его повесили. Посетители хохотали так, что некоторые падали на пол. Даже сексуальный голод кентаврицы поутих на время рассказа. Но потом и она заторопилась заказать номер и уединиться с Дмитрием. За столом остались только Алексей и Ольга. К ним присоединился и эльф. - Ну как, Оля? Лихой я парень? - Да уж, просто ураган. – Девушка всё ещё пыталась отсмеяться. – Устала я, так спать хочется. Не знаю, найдутся ли у хозяина свободные номера. – В подтверждение своей усталости Лукина широко зевнула, прикрыв рот рукой. - Найдутся. – Успокоил её Вышень. – Я и Алексей снимем одну комнату, тебе вторую. А будет страшно, зови меня. Будем спать вместе. Я ещё очень тёплый, так что со мной не замёрзнешь. - Я лучше Тиаао обниму. – Девушка задумалась. – Даже не знаю, с кем безопаснее спать. С тобой или с этой суккубой. Ей удаётся даже у меня вызвать интерес. Забудусь случайно и на утро обнаружу себя её сестрой. - А ты не хочешь быть суккубой? – Удивился Вышень. – Тогда мне с тобой тоже спать опасно. - Почему? - Эм… Помнишь, Тиаао сказала, что я не совсем эльф? - Да, я это слышала неоднократно. - Дело в том, что я инкуб. Уже примерно год. И если я не сдержусь, а, глядя на тебя, я понимаю, что точно не сдержусь, то ты превратишься в суккубу. И поверь, что я тебя соблазню так, что ты попросишь ещё. Сила инкубов велика. - Погоди. – Ольга подняла ладони. – Но ведь инкуб - это муж монстра? А ты вроде говорил, что холост? Или твою жену убили? - Хвала Арес, нет. Но есть другой способ стать инкубом. Я просто «погулял» в королевстве Маккай. Хотел посмотреть на тамошние леса. Демоническая энергия постепенно расплавила мою духовную энергию и заменила её. Я могу восполнить её запасы, как и всякий инкуб, но и демонической остаётся во мне немало. А ты мне нравишься, Оля, очень сильно нравишься. Думаю, ты уже и сама это заметила. - Не понимаю, о чём ты! – Танкистка стала изображать глупую девушку, поскольку ситуация была щекотливая. - Злая ты. – Улыбнулся эльф-инкуб. – Но я просто подожду. - Ладно, с вами хорошо было, но мне пора идти. – Внезапно поднялся Алексей. – Меня Тиаао, наверное, ждёт. - Да, я тоже уже хочу лечь в постель, так что, Вышень, договорим в следующий раз.       Переплуту ничего не оставалось, как подозвать хозяина, расплатиться за ужин и заказать две комнаты. Мехвод скрылся в ночи. А Ольга и эльф-инкуб поднялись наверх. У номера девушки Вышень не выдержал и обнял девушку, жарко зашептав ей на ухо. - Я могу овладеть тобой хоть сейчас и навсегда остаться вместе, но я не хочу быть причиной твоего выбора. Я за добровольное решение. Я подожду.       Лукина не вырывалась, она внезапно почувствовала, что её ноги стали ватными, во рту пересохло, а между ног появились сильные зуд и жар. Только гордость позволила ей не кинуться в объятия контрабандиста, когда тот оставил её и ушёл в свой номер. Едва добравшись до кровати, девушка чуть не разрыдалась. Она была в смятении. В таком состоянии её и нашла Тиаао, когда пришла в номер, оставив за себя Алексея. - Эй, подруга, ты чего? – Суккуба озабоченно склонилась над всхлипывающей Ольгой. - Ничего! - Не-ет! Так дело не пойдёт. Подруги мы или нет? В нашем экипаже не должно быть грустных девушек с невысказанными обидами. – Тиаао решительно села на кровать и притянула к себе безутешную радистку. – Давай рассказывай, кто тебя обидел? Я ему или ей… все лобковые волосы повырываю! - Не надо. – Всхлипывала Лукина на плече суккубы. – Это всё Вышень. - Что? Вот же негодяй. А я уж думала, что инкубы не умеют обижать женщин, только соблазнять. Прости, я уже давно порывалась тебе сказать, что Переплут на самом деле… - Я знаю. - Слушай. Ты не убивайся так. Я как суккуба вижу, что ты ему очень сильно нравишься. - Это я тоже знаю. - Так. – Монстродева почесала основание рога. – Тогда я вообще не понимаю, к чему эти слёзы? - Я не хочу быть суккубой. Я хочу домой вернуться. - У тебя там семья? - Не знаю. - Хорошее дело. – Кивнула Тиаао, теряя вообще всякое представление о проблеме девушки. – Но знаешь, в том мире суккубе будет непросто. Мы до срамных ласк, знаешь какие жадные? - Знаю. Поэтому и не хочу становиться суккубой. Вернусь домой, а у меня хвост, рога и крылья. Меня сразу на опыты пустят. - Вот звери. Тогда домой тебе лучше не возвращаться. Причём сразу сейчас. - Не поняла. – Ольга подняла на подругу заплаканные глаза. – Что ты имеешь в виду? - Я думала, ты знаешь. – Удивилась суккуб. – Вообще-то ты уже превращаешься в суккубу. - К-как? Я же не спала с тобой и с другими монстрами! Почему? – Девушка вскочила и стала раздеваться, пытаясь увидеть изменения. – У меня всё ещё хвоста нет и рога не растут. - Я поговорила с твоими соратниками и кое-что выяснила, сядь и успокойся. – Монстродева дождалась, когда Ольга сядет рядом с ней. – Послушай, девушка становится монстром, а мужчина - инкубом при закачивании в них демонической энергии, но секс лишь один из способов. Самый эффективный, конечно, но не единственный. На сегодняшний день их известно семь или восемь – я не считала. Итак, давай по порядку. Где ты получила столько демонической энергии? Первый раз ты столкнулась с ней, ещё когда на вас напала мантикора, как носительница этой энергии, но тогда вам ничего не перепало. То же самое произошло и в ваших походах. Но затем вы прибыли в Кривой Ворон, где монстры живут с людьми и выделяют в воздух, воду и почву эту энергию. А местный маг-элементалист так стремится сделать из своих элементалей тёмных, что, могу поспорить, его комната просто источает миазмы на весь город. Там ты и получила начальную дозу. Тебе название «хмельник» знакомо? - Да. Кажется, из него было сделано вино, которым меня угощала сатирка Ифида в лавке «Суккубьи няки». У неё там были товары из демонических земель. - И ты провела некоторое время в окружении вещей, некоторые из которых наверняка источали немного демонической энергии. И к тому же пила вино из демонического плода. Ты получила немного и процесс ещё можно было обратить. Но затем вы направились в Булатоград, где монстров больше, а значит и демонической энергии тоже больше. И провели там больше суток. Потом вы вернулись за танком и ваш бравый командир всю дорогу миловался со своей монстрицей. Всё бы ничего, но ты выпила ведьмовское зелье, которое превратило тебя в девочку. И поверь мне, в этих зельях энергии предостаточно. Ты сделала несколько глотков и зелье было разбавлено водой, но раз этого хватило, чтобы «омолодить» тебя, то, надо понимать, концентрация всё равно оставалась немаленькой. Затем вы едете на моторе, работающем от демонической энергии. А знаешь, для неё стенки мотора не являются непреодолимыми. И снова всё бы ничего, но уже в Аль-Финике вы получаете полную заправку демонической энергией. Внутри вашего танка уже кусочек демонической земли. Теперь расскажу тебе кое-что о Кривом Вороне, Булатограде и Аль-Финике. Во всех трёх городах людей больше, чем монстров. Но соотношение монстры плюс инкубы стремительно увеличивается по отношению к людям. Если в Кривом Вороне монстров и инкубов около десяти процентов всего населения, то в Булотограде их уже треть. А в Аль-Финике чуть-чуть не хватает, чтобы была половина. Скоро этот город преобразуется в демонические земли. Кстати, заметила, что там законы к монстрам более лояльны, чем к людям? А в Кривом Вороне ещё не всех монстров готовы принять. В Булатограде в этом смысле намного проще. Там закон един для всех и отношение ко всем ровное. Всю дорогу вы пьёте Зимкино молоко. Конечно, даже после появления мужа голставровое молоко не приводит к мамонизации – концентрация ДеЭ маловата. Но и это вносит свой грошик в общий барыш. Я думала ты это знаешь, поскольку в течение всего пути проявляла большую осведомлённость о монстрах. А теперь я вижу, что точку невозврата ты прошла. Даже если тебя сейчас перекинуть в твой мир, то достаточно будет три-четыре раза помиловаться с мужчиной и ты получишь всё то, что получает девушка, становясь суккубой.       Ольга потрясённо молчала несколько секунд, пытаясь переварить услышанное. Она конечно слышала о том, что демоническая энергия может передаваться от милующейся парочки в окружающую среду, но никогда не думала, что сама по себе энергия может попадать в тело человека иными путями. Потерянным севшим голосом она спросила у суккубы: - И что? Совсем-совсем ничего нельзя поделать? Я превращусь в суккубу? - Нет, есть, конечно, варианты. – Тиаао задумалась. – Например, можем провести змеиный ритуал и превратить тебя в ламию. Ещё можно превратить тебя в нежить, но я сильно сомневаюсь, что ты этого захочешь. Можно обратить тебя в волкодлаку. Один укус девушки-волкодлаки и ты уже её сестра. Тёмная слизь может обратить тебя в тёмную слизь, а верёвочница - в верёвочницу. Но самый лучший способ - это, конечно, встреча с лилим. - А нельзя всё это обратить вспять? – Ольга просяще посмотрела на суккубу. - Эм, нет. Даже у Ордена нет такой магии, чтобы повернуть мамонизацию вспять, особенно когда точка невозврата пройдена. – Сконфузилась Тиаао и тут же попыталась приободрить сникшую подругу. – Ну что ты так грустишь? Ты не о том думаешь. Надо думать не о том, как тебе не хочется быть мамоно, а почему тебе не хочется быть мамоно. - А что в этом хорошего? – Возмутилась девушка. - А что плохого? – Парировала суккуб. - Я превращусь в чудовище! - Очень миленькое, заметь. Не будешь знать ни болезней, ни старости. - Меня все будут ненавидеть. - Только Орденские прихвостни и неподготовленные граждане. - Я не буду человеком! - Ты будешь сильнее и быстрее людей, да ещё и магией овладеешь. - Я стану просто вожделеющей шалавой! - Верной только своему мужу. Вспомни, ты сама говорила об этом командиру. - Я буду хотеть только сношений. - Если у тебя есть любимое занятие, ты сможешь заниматься и им. Самое похотливое существо в этом мире – Повелительница демонов, но она занимается ювелирным делом. В перерывах между управлением и соитиями с мужем. – Тиаао решительно перехватила инициативу в разговоре, воспользовавшись паузой. – И ты, и муж останетесь такими же, какими и были, только станете миловаться чаще обычного. - Но я не смогу вернуться домой. - Это, конечно, грустно, но кто у тебя остался там? Как я поняла, твой отец погиб, братьев, сестёр нет, мужа и детей тоже. Мать пропала в неизвестном направлении. Вернуться только ради призрачной надежды найти её? Вы переместились во времени и пространстве уже в нашем мире. Кто знает, что произошло у вас? Предположим, что время идёт равномерно и здесь, и там. Вы переместились в начале лета. А уже его конец. Вас дома сколько не было? Я понимаю, что это тяжело, но тебе придётся начинать жизнь заново. Если Дмитрий был прав, когда рассказал мне и Чиутаха о том, из какой войны вы к нам свалились, тебе нужно будет начать жить заново и там, после войны, и здесь, после мамонизации.       Наступило минутное молчание. Ольге пришлось признать правоту суккубы. Но ведь там её Родина и Родина нуждается в ней. Но даже если она сможет вернуться и жить, то что будет с ней, когда её муж умрёт? Мир так несовершенен. Случайная пуля, осколок или даже нападение в подворотне. А она уже не сможет жить без него и ей никто не нужен будет. Или поселят их в общежитии, а через три-четыре месяца у всех соседей женского пола начнут расти рога, хвосты и крылья. Даже если всё скрывать, то эта зараза пойдёт по всей стране, а потом и по миру. Так может ей лучше остаться здесь и спасти свой мир от заражения? Её мысли прервала суккуб. - Давай спать. Утро вечера мудренее. Завтра поедете к этому безумному учёному, посмотрим, что ещё скажет. Может тот зелёный туман был билетом в один конец?       Утром отряд двинулся дальше. Вся мужская часть экипажа выглядела довольной и умиротворённой, чего нельзя было сказать о женской части. Ольга была хмура и неразговорчива, отвечая на вопросы односложно. На вопрос «Что случилось?» отвечала «Ничего!» и вообще пребывала где-то глубоко в себе. Вышень пытался её развеселить, вытаскивая из уха платки, доставая из её волос монетки или заставляя появляться будто из ниоткуда прекрасные цветы. Но девушка никак не реагировала на это.       При свете дня открылось много интересных вещей. Оказалось, что постоялый двор не так уж и похож на крепость. Задняя часть, где размещались телеги купцов, была просто обнесена частоколом. А внушительная постройка на холме была деревянной и служила личным домом Карла. От него к верхнему окну башни на постоялом дворе тянулся подвесной мост. Холм же был неприступен в силу своей крутизны и наличия острых камней по всему склону. Настоящая причина спокойствия «Железной портянки» находилась чуть дальше. За поворотом располагалась деревня, в которой жили рыцари Ордена, обретшие семейное счастье с монстродевами. Конечно тут были не все рыцари, что пропали в походах. Большей частью мужчины уносились своими жёнами в глубь демонических земель, подальше от оголтелых охотников на монстров. Всего деревня могла выставить 15 конных и 75 пеших рыцарей, плюс 47 монстродев, имеющих боевую жилку, вроде ящерок или арахн. Дорога вывела танк и всю команду в большую долину, которая была окружена восемью большими холмами. Тот холм, на склоне которого располагалась «Железная портянка», был небольшим и скрылся за одним из холмов Восмихольмья. Вышень сделал широкий жест рукой: - Добро пожаловать в Зелёный дол. Это просто пищевой центр будущей Лескатии. В том, что рано или поздно она падёт, я не сомневаюсь.       Долина действительно была зелёной, несмотря на конец лета. Через долину текли три ручья и их воды питали густую зелень равнины. Вдали виднелась деревенька, а среди сочной травы прогуливались коровы, овцы, козы, голставры и овценамбулы. У подножья холмов были разбиты сады. Это была идиллическая картинка сельской глубинки. Холмы тоже не оставались пустыми. На склонах можно было видеть террасы с грядками или небольшие скопления домиков. Несколько зданий стояло и на вершинах холмов. - Вот этот холм называется Звёздным холмом. – Эльф указал на самый высокий холм. – В башне на его вершине живёт звездочёт. А вот тот холм называется Гриб Братика. – Указанный холм был столь крут, что на его склонах были только сорняки и потёки красной глины. - Он очень крутой и на его вершине живёт ведьма. Но нас интересует Горбун. – Теперь Вышень показывал на невысокий холм, который выглядел довольно необычно из-за того, что поверх пологой части внезапно резко вверх уходили крутые склоны. Казалось, что это оплывшая от времени башня на холме, только очень широкая, хотя и низенькая. На вершине этого холма стоял дом с собственной башней. Он очень походил на дом гремлина в Булатограде. Тоже был весь оплетён трубами и торчащими механизмами. Между двумя мачтами в центральной части дома периодически пробегали разряды с характерным треском. Порой вверх то и дело вырывались струи пара. Чем ближе подъезжал танк к холму, тем отчётливее слышались стук и грохот. Становилось понятно, почему на этом холме больше никто не живёт: довольно беспокойное соседство. Танк проехал только половину пути по холму, дальше следовало идти по дорожке, уходящей вверх. Так что Ласкин взял с собой только Николая и Тиаао и поднялся вверх к дому учёного. Эльф, желая развеселить Лукину, рассказывал ей и остальному экипажу очередную историю. Она была о том, как безумный Макс создал гигантскую мамоно-зомби и что из этого вышло. Ольга вылезла из танка под предлогом того, что ей хочется размяться, однако рядом с машиной она расхаживала недолго. Вскоре девушка скрылась в ближайшем лесу, что рос на дальней от танка стороне холма. А затем тропинка и вовсе увела её к его подножию уже по другую сторону Восьмихолмья.       Бредя по лесу, Ольга не заметила, как снова стала плакать и повторять вслух то, что говорила про себя. - Не хочу, не хочу, не хочу! - Эй, что случилось? – Внезапно окликнул её детский ломающийся голосок. – Леди, почему вы плачете?       Обернувшись, Ольга увидела между берёз подростка-суккуба. Монстродева стояла далеко, но женщина почувствовала странную дрожь, которую вызывало одно присутствие этой мамоно. Незнакомка имела белые крылья, белый хвост и такие же волосы. На ней был короткий кожаный доспех, правда, очень короткий и к тому же украшенный различными аксессуарами сверх всякой меры. Девочка сочувственно смотрела на танкистку. Лукина вытерла слёзы и попыталась улыбнуться. - Нет, ничего. Соринка в глаз попала. - Врать нехорошо. Мне мама говорила, что врут только те, кому есть что скрывать. Вы говорили «не хочу». Чего вы не хотите? – Суккуб подскочила ближе, ловко перемещаясь между кустами подлеска, и Ольга почувствовала, как у неё подгибаются колени. Ей пришлось опереться спиной о ствол ближайшего дерева. Она не понимала, что происходит. Кроме того девочка начинала казаться ей довольно красивой и в голову полезли всякие непристойные мысли, которые раньше даже не появлялись там. - Вы обязаны отвечать честно. – Незнакомка наставила на Лукину палец. – Потому что я генерал армии мамоно. Видите, на мне генеральский доспех. - На генералах должен быть генеральский мундир. – Попыталась хоть что-то сказать Ольга. - Вот как? Ладно, об этом поговорим потом. – Девочка подошла вплотную и радистка почувствовала необходимость сесть. Её руки сами тянулись к суккубе и сдерживать их было трудно, но танкистка не давала слабины. – А ты довольно сильная. – Заметила девочка. – Давай знакомиться. Меня зовут Натария. - Ольга. – Представилась девушка. Она чувствовала, что тело уже готово было восстать против своей хозяйки. Низ живота потеплел и дышать стало труднее. - Итак, леди Ольга, что же вы не хотите? Вас заставляют выйти замуж за немилого или заставляют убивать монстров? Я могу помочь. Правда-правда. – Натария смотрела на женщину с такой заботой, с какой взрослые смотрят на ребёнка, и тепло улыбалась при этом. – Не смотрите, что я маленькая, я как-никак лилим, дочь самой Повелительницы демонов.       Улыбка сползла с лица Ольги. Перед ней сидела та, кто могла обратить её в практически любого монстра, если верить слухам. - Нет, только не это. – Прошептала она, глядя на белую суккубу. - Ох-ох-ох, что же делать? – Натария обхватила ладошками свои щёки и покачала головой. – Как только все узнают, что я лилим, так сразу пугаются. – Девочка всё ещё улыбалась, но теперь в её улыбке было что-то хищническое. – На самом деле мы же разумные монстры, с нами можно договориться. Я смотрю, ты практически превратилась в суккубу. Пару соитий с милым или небольшая прогулка к моей маме окончательно избавят тебя от любых проблем. Мы даже маму тревожить не будем. Просто прогуляемся до её дворца и всё. Хотя думаю, что даже так далеко не придётся заходить. Кстати, на севере, сразу за Восьмихолмьем земли уже полностью преобразовались. Так что мы можем просто переночевать у подножья Звёздного холма с северной его стороны. Ты станешь суккубой и сама не заметишь, как все твои печали пройдут. - Но я не хочу! Не хочу становиться суккубой! – Запротестовала Ольга. - Ах, так вот чего ты не хочешь? – Натария удивлённо посмотрела на девушку, а потом задумчиво нахмурилась. – Ольга, а ты любишь летать? - Летать? - Да. Хочешь летать свободно, как птица, быть свободной, как ветер? - Летать?       Лукина задумалась. Она любила полёты. За всю жизнь она летала только два раза. Это были короткие учебные полёты, где она сама не управляла самолётом, а была «полезной нагрузкой». Когда танки стояли неподалёку от аэродрома, они часто пересекались с лётчиками. Там находились знаменитые У-2. На них и довелось Ольге подняться в воздух. Конечно, не для развлечения, но ощущение полёта с тех пор навсегда запомнилось. - Да, я люблю летать, но не хочу быть суккубой только ради полётов. - Ну, этому горю легко помочь. – Лицо лилим озарилось радостью и она стала снимать с себя одежду. – Давай, раздевайся. Буду тебя спасать от суккубьей доли. Заодно кое-чему поучу.       Ольга сперва сомневалась, что это может привести к чему-то хорошему. Ведь Тиаао говорила, что точка невозврата пройдена. Однако перед ней сама принцесса демонов, наверное ей больше известно о демонической энергии? Так что она стала расстёгивать пуговицы, надеясь, что Натария высосет лишнюю энергию. - До пояса раздеваться? – Уточнила танкистка. - До пояса? – Лилим как-то странно посмотрела на женщину. – Интересный вариант. Знаешь, моя сестра Друэлла вообще не раздевает девушек. Просто разрывает одежду в нужных местах. Понимаю, что тебе, как военному человеку, хочется сделать всё побыстрее, но я предпочитаю работать с полностью обнажённым телом. У меня, знаешь ли, опыта пока не так много, как у сестры. - Но меня это так смущает. - Ты стыдишься своего тела? – Лилим внезапно прекратила обнажаться и внимательно посмотрела на Ольгу. - Что? Нет, конечно, но ведь это не совсем прилично, показываться голой посреди людей. Вдруг кто увидит. Я просто стесняюсь. - Это первая и самая главная проблема людей. – Голос монстродевы стал более строгим. – Вас сковывают оковы, которые мешают во всём. Они мешают вам развиваться, мешают радоваться жизни. Незримые и неосязаемые кандалы, которые всю жизнь вам приходится таскать на себе. - Не понимаю. – Ольга уже разделась до пояса и сейчас пыталась одной рукой прикрыть грудь, хотя, кроме девочки-подростка, пусть и монстра, рядом никого не было. - Слово «стеснение» происходит от слова «теснота». – Натария избавилась от последних деталей одежды. – Тебе тесно. Но разве вокруг нет простора? Тебе тесно не физически, а духовно. Твоя душа закована в тесные колодки того, что вы называете нормами морали. Но посмотри правде в глаза. Изначально одежда использовалась для того, чтобы защититься от холода. Затем она стала означать статус. И только потом появилось это странное и глупое заблуждение, что одежда нужна. Что без неё нельзя показываться другим, что это неприлично. – Лилим, ничуть не стесняясь, подошла вплотную к девушке и стала одной рукой снимать с неё остатки одежды, а второй - массировать грудь. – Какая большая. А у меня ещё только растёт. Потрогай её, не бойся, она не кусается.       В этот момент Ольгу охватило странное двойственное чувство. С одной стороны, она боялась эту монстродеву, ей захотелось оттолкнуть её, поскольку во всём этом было что-то неправильное и страшное. С другой стороны, девочка была невероятно соблазнительной. С ней хотелось сделать что-нибудь развратное и самой оказаться развращённой этой чертовкой. Рука девушки после некоторого колебания коснулась груди девочки. Такие же когда-то были и у неё. Тело танкистки было чужим и довольно тяжёлым. А между ног уже ощущалась влага. - Приподними попу. – Приказала Натария и Ольга подчинилась, хоть и с трудом. Юбка и трусы покинули её бёдра. – Теперь мы обе голенькие и можем продолжить. Итак, зачем тебе одежда? Тебе холодно? - Чуть прохладно. - Но ведь тепло? А от моего тела даже жарко. Ведь так? Ходить в одежде мокрой от пота – не самое большое удовольствие.       Внезапно девушка заметила странное чёрное облако позади лилим. Из него вытянулись длинные щупальца и тут же обвили оба тела, Но танкистку они ещё и лишили способности активно двигаться. Ольга испугалась. - Что это такое? Отпусти! Что ты собираешься делать? - Не дать тебе превратиться в суккубу, разумеется. Что же ещё? – Девочка просунула одну ладошку между ног Лукиной и немного там пошевелила пальчиками. Щупальца же несильно сжали груди Ольги. Сама Лукина сжала грудь девочки, которая всё ещё находилась в её ладони. Лилим вскрикнула от удовольствия. – А ты ещё та шалунья. Итак, тебе не холодно. Может, лишившись одежды, ты перестала быть девушкой или воином? Я заметила, как ты шла. Такая походка у людей, привыкших маршировать. И выправка у тебя военная. Так ты теперь не воительница? - Нет. То есть я военная. Это не зависит от формы. - Вот видишь. Отбрось догматы церкви! Твоё тело прекрасно, как произведение искусства. А кто прячет такие вещи в кладовых и чуланах? Такие вещи показывают всем. Хотя, я понимаю, когда ты хочешь, чтобы на самое прекрасное мог смотреть только тот, кого ты любишь. Я не против одежды. Но не надо стесняться. Скажи мне, ты любишь свободу? Что такое свобода для тебя?       Щупальца активно начали ласкать обеих собеседниц. Руки Натарии не уступали щупальцам, порхая по телу Ольги, гладя её груди, шею, живот, бёдра и промежность. Лилим искала и находила эрогенные зоны. А затем она уделила много внимания самому сокровенному, целуя губы Лукиной, пока её рука без устали ласкала розовую раковину девушки, её створки и жемчужину наслаждения. Ольга была ошеломлена. Она не думала, что её тело могло испытывать такие ощущения. Танкистка не сразу заметила, что влага на её теле не только принадлежит ей и её партнёрше. По щупальцам стекала слизь, отливавшая багрянцем. Девушка снова переполошилась. - Натария, что это? - Всё в порядке. – Нежно ответила девочка. – Мы же не хотим всё пустить на самотёк? Иначе мне придётся убеждать тебя, что суккубой быть не так уж и плохо. Но ты не ответила мне на вопрос. Итак, свобода. – Давая Ольге ответить, лилим прервала поцелуй и припала к правому соску женщины.       Ольга расслабилась и попыталась отдаться чувствам. Они были очень хороши, но, с другой стороны, невероятно развратны. Руки девушки были скованы щупальцами, а под её ладонями находилось тело её юной совратительницы. - Свобода. А-а-ах! Нет, Натария, там не надо. Это чувствительное место. – Говорить было трудно, наслаждение волнами прокатывалось по телу Ольги, которая раньше ничего подобного не испытывала. – Я люблю свободу. Наш народ вообще свободолюбив… Ой. Нет, там тоже чувствительное место. Прекрати… - Не отвлекайся. Я занимаюсь твоей проблемой. Но для этого я должна познать тебя. Так что для тебя свобода? – Натария сменила сторону, позволив своему ротику заняться левым сосочком Ольги. - Я могу выбирать свою судьбу. А-а-ах. Я могу быть кем хочу, могу работать там, где хочу. И замуж выйду за того, за кого хочу.       Пока Ольга всё это говорила, щупальца привели двух любовниц в вертикальное положение и теперь одна парочка стала тщательно массировать девушке ступни, едва ли не облизывая их, активно заливая слизью. Танкистка неожиданно для себя поняла, что ей это очень нравится, хотя и немного щекотно. Лилим отвлеклась и чуть отстранилась. Она стала растирать слизь по груди девушки, отдав свой «пост» в её междуножье опытным щупальцам. - И ты можешь отправиться куда хочешь? Можешь в любое время просто встать и пойти туда, куда тебе хочется? - Конечно, если это не мешает службе. – Девушка уже всё добровольнее отдавалась ласкам лилим. - А ты можешь просто подойти к любимому мужчине и сказать ему: «Я тебя люблю»? - Конечно. - Ай-яй-яй. – Натария ущипнула Ольгу за сосок, который до этого тщательно разминала пальчиками. – Опять врёшь. Я вижу в твоём сердце любовь, но не вижу в тебе маны мужа. А раз ты уже стала превращаться в монстра, то должна уже была получить её. И кроме того, ты девственница. Ты сказала кому-нибудь, что любишь его? - Нет. Это не так просто. – Томно простонала женщина. - Видишь, вот где кончается твоя свобода. Если уж слова не имеют свободы, то как могут иметь свободу твои действия? И раз ты военная, то обязана подчиняться приказам. А что если тебе не нравится приказ? Ты ведь всё равно его выполнишь? Даже если это приведёт к смерти. - Да. - Это не свобода, а только её иллюзия. – Покачала головой Натария, продолжая ласкать Ольгу и стремясь довести начатое до конца. Она стала страстно шептать ей на ухо. - Я хочу подарить тебе абсолютную свободу. Когда ты честно будешь говорить всё, что думаешь, и делать то, что считаешь правильным, невзирая на то, что по этому поводу думают другие. Но самое главное, что ты сможешь свободно признаваться в любви своему возлюбленному и открыто проявлять все остальные чувства.       Ольга не понимала, какая связь может быть между свободой и её исцелением от демонической энергии. Но спросить она уже не могла щупальца и руки лилим усилили ласки и девушка пережила что-то такое, от чего даже дыхание перехватило. Это было такое волшебное чувство, что тело само выгнулось навстречу принцессе и похотливым щупальцам. Ничто ещё не приносило девушке такого наслаждения. Когда она пришла в себя после экстаза, то спросила: - Что… что это было со мной? Сейчас. - Это называется оргазм. – Улыбнулась Натария. – Понравилось? - Да.- Ольга была счастлива и плохо понимала, что они вообще делают. - Знаешь, а ведь это может быть намного приятнее. Хочешь скажу, как этого добиться? - Хочу. Хотя мне трудно поверить, что может быть ещё приятнее. - Может. То, что мы делали, называется секс. - Секс? Знакомое слово. Его использовала Тиаао для описания того, что делал командир с кентаврицей и Коля с голставрой. – Ольга помотала головой, пытаясь собраться с мыслями. – Но это же женщины делают с мужчинами. А мы что делали? Неужели то же самое? - Ну не совсем. – Усмехнулась Натария. – Кстати, именно с мужем это будет по-настоящему приятно. Сама узнаешь, когда попробуешь. Ну что, продолжим?       Ольга задумчиво огляделась. Она и лилим находились на некоем облаке из щупалец, в котором обе утопали по пояс. Слизь с багровым отливом покрывала их тела. На вкус слизь была сладковатой, но не приторной. Её руки были свободны и она с энтузиазмом ласкала тело своей юной любовницы. - Слушай, Натария, у меня ещё остались сомнения в нормальности происходящего. - Ольга, ты могла бы просто признаться в любви любимому человеку, помиловаться и стать суккубой. Но по каким-то причинам ты не хочешь становиться демоном высокого ранга, коими и являются суккубы. Но я не думаю, что тебя прельщает участь стать гарпией. Или я ошиблась? - Нет. Гарпией я тоже не хочу быть и ни голставрой, ни кентаврицей, если уж на то пошло. - Вот видишь? Я сразу поняла, чего тебе хочется. Ты честно отвечала на мои вопросы и я смогла познать твою душу, а наши упражнения, назовём это так, помогли познать мне твоё тело. - То есть мою анатомию? Она обычная. - Нет, не анатомию. Понимаешь, в чём дело, каждый человек уникален. Для каждого нужен свой подход. Это касается не только души, но и тела. Так что если ты всё ещё не хочешь становиться суккубой, то нам стоит продолжить, только теперь мне придётся полностью раскрыть свои силы. Так что обещай, что не будешь пугаться и будешь полностью мне доверять. Что бы ни случилось. - Хорошо. Я готова. – В этот момент Ольгу кое-что насторожило. Ей показалось, что она и лилим не понимают друг друга. Но, что было не так, девушка не смогла бы сказать и решилась полностью отдаться на милость Натарии.       Щупальца взвились вверх и окутали обеих любовниц. Натария прижалась своей растущей грудью к уже сформированной груди Ольги. Начав свои ласки, она сказала: - Ольга, я тоже хочу получить удовольствие, а то будет нечестно, если всё достанется тебе. - Я готова тебя отблагодарить, но не знаю как. – Призналась девушка. - Просто повторяй всё за мной. И не сомневайся в своих действиях. Освободись от глупых оков. Это приятно, безвредно и не задевает ничьих интересов. Ты никому не изменяешь, ведь у тебя ещё никого нет. Ты познаёшь своё тело, поскольку, как я поняла, ты его не знаешь. Ты изменяешься сама.       Щупальца действовали теперь в меньшей степени, лаская своими объятиями женщин в равной степени. Натария запечатала ротик Ольги долгим поцелуем, обучая её язычок длительным ласкам во рту. Четыре руки гладили разгорячённые тела, размазывая слизь по ним. Пальцы девушки повторяли движения пальцев лилим, только шли не к своей промежности, а к соседней и там старались повторить то же, что делала монстродева. Впрочем, в какой-то момент Лукина поняла, что нужно делать и как, и каким-то образом догадалась, что от неё хочет получить принцесса. Дыхание любовниц стало частым, их сердца как бешеные выстукивали ритм страсти. Обеим было трудно удержаться, дабы не лишить друг друга невинности там, куда теперь каждая мечтала получить мужа. Натария откинулась немного назад в плотное сплетение щупалец и её лицо скрылось под слоем слизи. Ольга не раздумывая устремилась за ней, уже ничего не страшась, полностью окутываясь этой слизью, не оставляя ни единого сухого волоса. Одно из щупалец устремилось в её рот, даря свою сладковатую слизь, второе активно натирало нижние губы, третье щекотало её у самого анального колечка. Теперь Ольга не только шла за Натарией, но и сама участвовала в этом действе. Сложно сказать, почему она так безоговорочно отдавалась неизвестной монстрице и настолько ей доверяла, но сейчас, когда наслаждение затопляло её мозг, она совсем не задумывалась об этом. Полностью отдавшись этим чувствам, Ольга потеряла всякую ориентацию и оценку ситуации. Они кончили вместе с Натарией одновременно. Два тела изогнулись, сотрясаясь в оргазме, две пары крыльев распахнулись под берёзами. Белоснежные крылья лилим и зелёные крылья дракона.       Идиллия длилась минуты три и едва не закончилась скандалом. Когда щупальца исчезли вместе со слизью, Лукина поняла, что её внешность сильно преобразилась. - Ух ты! У меня получилось! – Радовалась Натария. – Я обратила свою первую девушку и сразу в дракона! Полечу, похвастаюсь маме и старшим сестрёнкам. - А-а-а-а! Что ты сделала? Ты, крылатое чудовище! В кого ты меня превратила? - Так, спокойно. Я не поняла. Ты же не хотела превращаться в суккубу, и в гарпию тоже. Теперь ты стала драконицей. Ты же радоваться должна. И потом, мне показалось, что сам процесс тебе понравился. – Ответила лилим, начиная одеваться. - Да, это конечно так. – Ольга вспомнила, что они только что делали, и успокоилась. – Но я не хотела вообще превращаться ни в кого. Я хотела остаться человеком. - А зачем? – Удивилась Натария. – Ты зато теперь можешь летать и плеваться огнём. Твои когти могут резать сталь, но это не главное. – Лилим доверительно обняла новоявленную драконицу за плечи. – Теперь ты сможешь признаться ЕМУ в любви и надеяться на ответные чувства. А теперь, где благодарность? - Прости. – Ольга смутилась. - Надо было яснее высказывать свои желания. - Никто не может вывести демоническую энергию из тела, когда точка невозврата пройдена. – Продолжила лилим. – А у тебя она была пройдена. Оставалось только два пути. Либо плакаться о своём «горе», пока не обратишься суккубой, либо как-то повлиять на дальнейшее изменение. - Но я тогда не смогу вернуться домой. - Это ты должна решать сама. Думаю, дело совсем не в этом. - Да. Наверное. Я как раз думала о том, что домой я не смогу вернуться в любом случае. И это было действительно приятно и познавательно. Прости, Натария, и благодарю тебя. - Благодаришь? За что? За то, что я превратила тебя в драконицу? – Лилим склонила голову набок. - Нет, не за это. – Ольга старалась подобрать слова. – Не думаю, что стоит себе отказывать в удовольствиях. Но если ничего нельзя вернуть вспять, то нужно двигаться дальше. Думаю, что тут тоже есть некий смысл свободы. Пытаясь вернуться, ты ограничиваешь себя в количестве выбранных путей. - Хм. – Натария задумчиво кивнула. – Тогда мне нечему тебя учить. Ты всё поняла сама. Чтож, я не прощаюсь. До встречи. – И лилим исчезла в глубине леса.       Ольга прошла несколько метров, пока не выбралась на поляну. Она впервые задумалась о том, каково это, иметь хвост. Один взгляд в небо решил всё. Крылья сперва неуверенно, а потом уже смелее ударили по воздуху и новая драконица поднялась в небо.       Когда мужчины хватились Ольги, она уже беседовала с лилим. К моменту возвращения Ласкина и его сотоварищей экипаж серьёзно обеспокоился её пропажей. Но тут из леса вышла суккуб с белыми волосами и белыми крыльями. Монстры и эльф-инкуб тут же припали на одно колено и склонили головы. Они не могли не узнать юной принцессы, поскольку все дочери Повелительницы демонов имели сходные черты. - Вы друзья Ольги? – Спросила Натария. - Да, ваше высочество. – Ответил Вышень. - Не ищите её и не беспокойтесь. Она скоро вернётся. Ей просто нужно побыть немного одной. Но с ней будет всё в порядке. - Благодарю, ваше высочество, за такие вести, а то мы все тут переживаем. - Ой, а ты кто или что такое? – Натария обратила внимание на танк. - Это новейшее оружие словичей, немного усовершенствованное гремлиншей. Называется танк. Думаю, о нём лучше расскажет командир небольшого отряда, сэр Дмитрий. – Учтиво ответил эльф. - Это вы? Да, забыла представиться. Я Натария, дочь повелительницы демонов и генерал монстров. - Приятно познакомиться. – Через силу выдавил Ласкин. Сила лилим подействовала на всех людей. - Расскажите мне про танк. И ещё про то, как у вас выглядят генеральские доспехи. Генерал - это ваш воевода. Я хочу сделать такой доспех, чтобы все сразу видели, что я генерал.