Алый фамильяр.

Као успел вернуться до того как солнце осветило крышу приюта. — Лорд Каотарадж? — Баркистар с удивлением выглянул из-за стула. — Ты этого не видел. — сухо произнес оборотень, и рухнул на простыни меняясь местами с другим Као. — Ну дела… — Вздохнул баркистар, и отвернулся. Лис видел абсолютно все что произошло в лазарете и мог лишь качать головой. Этот человек смог покорить лорда Каотараджа, не допусти Коккеральд он узнает о происхождении оборотня. Лис никак не мог этого допустить, и уже подумывал в самом деле незаметно резануть душу человека, что бы она будто сама по себе улетучилась из его тела, но если Као узнает о смерти человека, то очень сильно расстроится, так что нельзя. — Аууу… — проскулил оборотень поджав хвост. — А я говорил, не ешь те ягоды. — Усмехнулся лис. — Пошути мне тут еще — Оборотень перевернулся на спину ворча что-то. — Как спалось? — Прекрасно, если не считать что у меня все нутро крутит. — Ягоды. — Убедительно заверял лис — Нефиг жрать что с лотков тягаешь. Не все подходит для оборотней. — Иди ты… — Начал было Као, но тут же прислушался. — Мана зовет… — Хозяйка ушла в город час назад. — Констатироал факт лис. Каотарадж спустился по ветхой лестнице в приют, и не скрываясь вошел в детскую. Ребятня собралась вокруг одной из кроватей. Некоторые пытались колдовать, но не имели необходимых познаний. — Мана? Что случилось? — Дети расступились открывая оборотню вид. — Алый, новенькая… Ей плохо… — Мана, магдорашинка с двумя аккуратненькими рожками держала девочку, судя по черному хвостику, аморанку, за ручку. Као не знал ее, Похоже ее привели сюда недавно. — Давно она так? — Оборотень подошел и коснулся ее лба тыльной стороной ладони. И тут же отдернул руку. Девочка была холодна как лед. — С ночи. Она держалась долго, а когда ушла хозяйка, сдалась. — Хозяйка не в курсе? — А хозяйка поможет? — Антараль, паренек который здесь уже давно, самый старший из десятка детей. — Убедил. — Помоги алый… — Я не могу ей помочь. — Оборотень вздохнул. — Но я знаю кто может! Согрейте ее, я приведу помощь! Сказав это, Каотарадж стрелой вылетел из приюта, и пересек несколько кварталов до академии. Перед вратами он неуверенно помялся, и почуяв неподалеку дыру в защите, пролез через стену. Запах парня привел его в само здание академии. В коридорах на него все косились, но не препятствовали. Судя по всему, у студиозусов было свободное окно, и Орама нашелся в столовой. Каотарадж завистливо присвистнул заглядывая в тарелки мимо идущих студиозусов. — Орама! — крикнул оборотень видя знакомую фигуру. На красногривого обернулась вся столовая. — КаааО? — Обернулся парень. Едва не опрокинув стакан с каким-то ароматным содержимым. — Орама… Мне нужна твоя помощь… — Оборотень сбавил голос подойдя к столику парня. Девушка что сидела с ним просто выпучила глаза. — Ты чего пришел сюда? Это опасно! — Это срочно! — Оборотень нагло сел рядом. — Одной из наших плохо… Нужен волшебник жизни. — Плохо конечно, но я все еще студиозус да и то на третьем месяце… Не лучше обратиться к выпустившимся магам? — Они не лечат сирот. — Сухо сказал Као. — Опиши симптомы. — Холодная, будто лед… Бледная… Дыхание слабое, пульс вроде не сбивается. — Думаю я могу помочь. — Сказала Найята. — Правда? — Хором сказали человек и оборотень. — Я недавно читала о болезнях с такими симптомами, но мне нужно увидеть ее. — У нас есть пара часов до травалогии… — Орама поднялся. — Пошли. Они бегом добрались до приюта, и не стесняясь забежали вовнутрь. Као сбегал за водой, которую Найята использовала для лечения. Орама же плел чары по учебнику, тихо матерясь на их витиеватость. Причина болезни нашлась быстро. Безобидная казалась бы заноза, занесла серьезную инфекцию. Для аморанцев, что выросли в песках, сантивийская буйствующая растительность таила много гадостей, к которой у тех просто не было иммунитета. Студиозусы вывели заразу из крови, и довольно долго залечивали нанесенный телу ущерб. Когда они закончили, в детскую зашла хозяйка, сильно удивившись двум студиозусам. — Что вы здесь делаете, молодые люди? — Тактично поинтересовалась она, но тут ее взгляд упал на ведро и запятнанные кровью тряпки. Прежде чем начать вопить. Орама поднялся, и сменив убийственный взгляд на доброжелательный, о всей добротой в голосе, что мог выцедить из себя ответил. — Мадам, мы здесь из-за того, что одна ваша девочка сильно приболела. Как только мы узнали, мы прибыли сюда. — Его не удивило то что Каотарадж куда-то испарился. — А… Ооо… — ее взгляд прошелся по детям, что выстроились барьером перед хозяйкой. — Благодарите хранителя приюта. — Сухо произнесла девушка что испарила воду со своих рук после того как убрала все за собой. — Хранителя? — Вот же… А еще и хозяйка. — Ухмыльнулся парень и просто обошел хозяйку отправляясь на выход. — Нам пора. Доброго дня. Оборотень нашелся несколькими кварталами дальше. — Не знаю как вас благодарить. — он улыбнулся, протягивая студиозусам мешочки с монетами, но те лишь переглянулись. — Оставь Као. — Сказал парень, девушка кивнула на это. — Купи детям чего-нибудь, и дай пинка этой мадам, а то уж больно она невнимательная… Усмешка Парня была прервана тем, что оборотень приблизился, и обнял студиозусов, после нескольких секунд, Каотарадж, сильно краснея побежал в сторону приюта. — Орама, это был… — Ага… - Многозначительно протянул парень, беззаботно шлепая в сторону академии. — Значит вы помирились? — Да, он интересный. Еще и сирота, как и я. — Быстро вы сдружились. — Была причина. — Орама отвернулся смущенно краснея. Ну дела. Найята показала себя прекрасно! Я конечно знал что она поглощает знания как губка с каждой прочитанной книги, но знать и уметь — вещи разные. Теперь она заслуженно гордится собой. Ну, а я… А я отбивался от вопросов сокурсников по поводу оборотня. Пришлось рассказать что мы с ним знакомы. В эту ночь Каотарадж не пришел, на следующую тоже. Две недели от красногривого не было вестей, и на выходном я пошел в приют, где узнал от детей что лисья морда и алый куда-то делись после того дня. Мне это категорически не понравилось, и остаток дня и всю ночь, я сжимал в руке пробирку, обходя город. Солнце уже выглянуло из-за городских стен, когда пробирка дрогнула. Это было на площади, там, где наказывали провинившихся на показ народу. Куча стражи намекало на то, что сегодня что-то будет, и давя отвратительное чувство, я решил дождаться процесса, наплевав на занятия в академии. Ждать пришлось несколько часов. Сперва наказывали людей — магов. Им запечатывали энергорезерв, что было довольно неприятным, а в случае с большим энергорезервом — мучительным действом. За это время я обошел всю площадь, и убедился в том, что оборотень находится в здании из которого выводили провинившихся. — Что ты здесь делаешь? — Прорычал голос лиса за моей спиной. — Ищу Као. — Я обернулся и тут же уперся в гневный взгляд. — Его поймали стражники. — Это я уже понял. Что с ним сделают? — Обычно оборотней развоплощают и отнимают силы, после чего вывозят на историческую родину. — Но его душа! — По спине пробежался холодок, помня что тот, второй Као боялся моего оберега, а тут такое… — Именно, я не допущу этого. — Баркистар оскалился. — Каков план? — Его выведут, и я убью стражей, заберу Каотараджа, и увезу его из города. — Холодно ответил баркистар. Меня даже передернуло. — Так не пойдет. В чем стражи то виноваты? — Они убьют Каотараджа. — Есть иной выход. — Если бы он был, я бы его уже применил!. — Ты — нет. Я могу. — О чем ты? — Смотри… — Я кивнул в сторону здания, из которого выводили алогривого. Я ужаснулся. Его сильно побили. Сейчас я был солидарен с баркистаром, чьего имени я так и не узнал. Да, Као та еще сволочь если судить по слухам, второй и того хуже, но я хочу защитить Каотараджа. — Проклятый алый зверь! — кричали люди на площади. И еще кое-что, менее цензурное, но оборотень лишь гордо выпрямился. — За воровство, порчу имущества, нанесение телесных повреждений… — Зачитывал список каратель. — За наложение заклятий на имущество, за наложение чар на людей, за вредительство, Оборотень по прозвищу алый зверь приговаривается к развоплощению! Есть несогласные? Народ замолк выказывая свое одобрение. — Есть! — Крикнул я, и на меня тут же обернулась вся площадь. — Прошу, — усмехнулся аликинец, что исполнял наказания — растолкуйте нам, почему же студиозус не согласен с решением города? — Этот оборотень, чье имя не алый зверь, а Каотарадж, лишь мелкий вредитель, и этот вред с лихвой компенсируется его добротой, что он проявляет к сиротам, и людям что нуждаются в помощи! — Он убил моего брата! Он выпил его досуха! — крикнул кто-то из толпы. — Каотарадж никогда в жизни не осушал живое существо! — Гаркнул в ответ баркистар, скидывая капюшон. — Могу вас заверить, что ваш брат, который наверняка быль заядлым алкоголиком, это тот человек что окочурился в канаве во время заморозков! Крикнувший на это ничего не ответил. — Буквально несколько дней назад, именно Каотарадж спас сиротку из приюта, наплевав на осторожность, проник в магическую академию и позвал нас, магов жизни на помощь! — Он воровал золото, да — усмехнулся лис. — Но на себя эти деньги не тратил, он раздавал их тем, кто не мог заработать что бы прокормить себя. Это вы - хорошо рассказываете — бровь аликинца даже не дрогнула — Но приговор эти слова, сказанные заморской лисицей, и студиозусом недоучкой, не отменят. — Я знаю. — По спине пробежал холодок, и я, распихав зевак перед собой поднялся на эшафот, где смотря изумленным взглядом, брякнул цепями Каотарадж. — Раз так, чего распинаешься? Возвращайся в академию и лису с собой прихвати. — Я Орама Ван, студиозус первого курса кафедры жизни Кельтанской академии волшебства и высоких магий, изъявляю свое право взять оборотня Каотараджа в фамильяры! Вот тут то эмоциональный барьер карателя не выдержал, и у того подскочила бровь. Народ на площади стал роптать, а судя по расплывшейся ехидной улыбке на морде баркистара, все получится. — Парень… Да ты охренел. — В итоге выдохнул каратель. — Я знаю. — Ухмыльнувшись, я подошел к Као. Похоже он плакал недавно. — Ну, заключай контракт, иначе я его запечатаю. — Нервно отмахнулся каратель. Я вздохнул, и подошел еще ближе. — Что ты делаешь? — Голос оборотня дрожал от страха. — Тебя спасаю. — Не стоит. — Он отвел взгляд. — Стоит. Као, я не могу допустить твоей смерти. — Смерти? — Оборотень вздрогнул. — Меня же не убьют, а просто выгонят! — Ты не знаешь многого о себе. Я как волшебник вижу это. Ты не переживешь печать. — Орама… — Као, прошу, доверься мне. — я взял его руки своими. — Я… — Я буду с тобой. Мы больше не будем одиночками. — Орама… я согласен… — Он склонил голову. Я улыбнулся, видя как в его гриве забегали алые змейки — молнии контракта. — Условия? — Спросил я. — Сам выдвигай. — Не вредить людям. — Согласен. Я очнулся в лазарете.