Ему это даром не надо

      Наступил вечер. Оптимус возвращался домой, на автобус он опоздал, так что ему пришлось идти пешком. На улице было прохладно, звук проезжающих мимо машин напомнил Прайму о его прошлом. Но, отбросив все мысли о прошлой жизни, парень задумался о предстоящей ночи. «Черт меня дернул ляпнуть такое», — подумал Прайм.       » Парни, может сходим сегодня куда-нибудь?», «Меня такие посиделки не очень устраивают». Эти фразы все крутились у парня в голове. Добравшись до дома, он еще долго не решался зайти внутрь. — Ну и что стоим на пороге? — Сзади него оказался Падший — Да-да, я могу читать мысли людей.       Оптимус от неожиданности резко обернулся. Не удержавшись, он упал на землю и с широко раскрытыми глазами смотрел на Люцифера * Самое главное не думать об этом. Он не должен узнать. Какой позор, если он узнает* — пробежали быстро эти мысли в голове у Прайма.       Люцифер рассмеялся, от его мыслей, но не подал виду, что все знает. — Вставай, парень. — Он легким движением руки поставил его на ноги и потрепал его синие волосы. Оптимус отвел взгляд и тихо пробубнил: — Ты ведь не передумал идти в парк? — А какого хрена я тогда тут стою, малой, ты думаешь, что у меня дел мало? Пошли давай.       Прайм хотел было зайти в дом, чтобы оставить рюкзак, но передумал. По пути в парк ни один из них не проронил ни слова. — А я могу говорить с тобой не раскрывая рта. — Люцифер решил как-то начать разговор.       Парень не привык еще к таком и, по началу, его это немного напугало. — Здорово. А Локи тоже так может? — подумал он, помня, что тот и мысли читает. — Да, он тоже все может, но все-таки он моложе меня, поэтому я опытнее. — Расскажи о себе, Люц.Ты ведь не против, если я буду так тебя называть?       Люцифер с недоверием посмотрел на юнца. — Знаешь… Я гожусь тебе в пра-пра-пра… Прадеды, но я не против, называй. И я не хочу говорить о себе. — Ладно. Прости, если задел за больное. Я не хотел причинять тебе боль… — Прайм поднял голову и посмотрел на небо. — Я скучаю по своему дому. Жаль только то, что я вряд ли вернусь туда снова. — Мы с Локи могли бы тебе помочь, но разве тебе тут не по душе? — Люди были добры ко мне, но, как говориться, без добра нет зла. Если я тут останусь, мой враг уничтожит эту планету и живущих на ней людей. Я не хочу подвергать никого опасности. Хоть в мире и есть жестокие люди, но они должны быть наказаны такими как ты, но не Мегатроном. — А что я? Я ненавижу всех без разбора. — Падший сел на первую попавшуюся лавочку. — Может, просто из-за обиды? — Оптимус пристроился рядом. — Когда-нибудь ты найдешь того, кто поменяет твои стереотипы и ты взглянешь на этот мир по-новому. Поверь, ненависть не лучший выход. Ты не показываешь этим свою силу или что-то типа того. Ты этим показываешь свою слабость. Ты не хочешь подпускать к себе людей из-за того, что боишься снова потерять их, боишься, что они смогут снова предать тебя. Но мне кажется, что рано или поздно ты все равно не выдержишь, ибо одиночество и ненависть ко всем будут разъедать тебя изнутри и, в конце концов, ты будешь лишь пустим сосудом, который пропитан злобой и отчаяньем… Сосудом, который никто не сможет заполнить снова… — Эх, мальчик, что ты можешь понимать в этой жизни? Ты не знаешь обо мне ничего и никогда не узнаешь, а я знаю про тебя все. Прайм вздохнул. — Мой старший брат говорил также как и ты, Люцифер. А теперь страдает из-за этого. И я ничем не могу ему помочь. Решать, конечно, тебе. Ты старше и мудрей меня, но пойми, что ты не сможешь вечно бежать от этого.       Падший промолчал, потому что понимал, что малой прав. Они просидели молча час. Вдруг Оптимусу кто-то позвонил. На рингтоне стояла песня Nickelback — Too Bad. Парень вытащил телефон из бокового кармана рюкзака. — Да. — Прайм услышал знакомый женский голос. Это была его начальница. Она просила его выйти завтра пораньше. — Да, мэм. Хорошо, я приду. Закончив разговор, парень убрал телефон обратно в рюкзак. — Домой? — Люцифер обиженно посмотрел на Оптимуса. — Нет, что ты. Меня просто попросили завтра пораньше прийти. А выспаться я и в любое другое время могу. Работа не тяжелая, официант же. Уставать особо не отчего. — Давай я тебя до дома доведу. Я вижу, что ты устал, да и мы с Локи не дали тебе выспаться. Оптимус одобрительно кивнул.       Люцифер дотронулся до него рукой и они оказались в комнате Прайма. — Нормально перенес такое перемещение? — Немного голова кружится. Ну, а так, весьма терпимо. — Оптимус сел на кровать держась за голову одной рукой, а другой за живот. — Да ладно, я вижу, что тебе херово Люцифер дотронулся до синих волос, — парня и пожелал, чтобы ему стало хорошо.       Оптимус посмотрел на Дьявола и дотронулся кончиками пальцев до его руки — У тебя холодные руки. Падший нервно убрал руки за спину. — Ну я же Сатана..... У меня все тело холодное и никогда никто не сможет его согреть. — Может, мне попробовать? — Парень нервно засмеялся. — Ладно, не обращай внимания, это всего лишь шутка. — Оптимус от смущения закрыл глаза и отвернулся от своего собеседника.       Люцифер взял его за подбородок, повернул лицом к себе и посмотрел в его глаза. Взгляд был холодным и бесчувственным, от этого у Прайма пошли мурашки. — Что-то не так? — тихо произнес парень. Он отстранился от Падшего и уперся спиной в стену. — Хах, ладно, не хочешь смотреть мне в глаза, не смотри, я знаю, что всем становится не по себе, даже Локи. — Прости… — Оптимус встал на колени и взял руку Дьявола. — Ээээ… Прости? — Извини, я случайно. — До Прайма наконец дошло что он сделал глупость, которую и сам не мог себе обосновать. — Аха-ха-ха-ха-ха, да нет, все хорошо. — Он сжал руку юнца. — Люц, мне больно. Отпусти, пожалуйста — парень посмотрел на Люцифера, потом на руки. — Вот видишь, я тот, кто приносит боль людям в разных проявлениях. — Он отпустил Оптимуса и сделал шаг назад. — Ты не должен любить меня, понимаешь? Я сам не способен на любовь. Парень сначала удивился неожиданным словам, но потом взял себя в руки. — А я так не думаю. Каждый способен чувствовать. Вот только другое дело, хочешь ли ты этого или нет. — Да, но ты не сможешь смотреть мне в глаза, это действительно обидно. — Я буду пытаться. Пытаться никогда не отводить взгляд, когда ты смотришь. Я постараюсь, ради тебя. Чтобы тебе было приятно, — Прайм мягко улыбнулся и подошел к Падшему.       Люцифер понимал, что его взгляд доставляет дискомфорт абсолютно всем, но через силу посмотрел в глаза юнца. Парень смотрел в эти холодные голубые глаза, ему было не очень приятно и неловко, но он перебарывал в себе эти чувства и не отводил взгляда. — У тебя слезы на глазах. — Люцифер отвел взгляд в сторону и снова посмотрел на Прайма. Парень утирал слезы футболкой. — Прости. — Давай не будем смотреть друг другу в глаза, мне уже надоело, что от меня плачут.       Оптимус подошел в плотную к Падшему и обнял его. — Чтобы ты не говорил, я не смогу разлюбить тебя. И сколько бы ты боли не причинял мне, не изменю своего решения. — Был уже один такой… Так я его убил, ты этого хочешь?       Парень широко раскрыл глаза от испуга, но не отстранился от него. Люцифер неуверенно приобнял Прайма. — Он был человеком и не смог выдержать очередного взгляда, с тех пор я боюсь смотреть в глаза людям, которых я знаю. — Мне очень жаль. — из ярко-голубых глаз юношу снова потекли слезы, он зарылся в плече своего нового друга. — Я тоже потерял того, кого любил… — Я не любил его, я никого не люблю. — Не говори так. Слышишь, не говори! — парень еще крепче обнял Люцифера. — Ты же не думаешь, что я люблю тебя? — Нет… — тихо прошептал паренек и утер слезы. — Господи, за что мне это? Снова обжигаться? — Ты ведь можешь снова отправить меня обратно. Почему ты не сделал это тогда, когда была возможность? Может тогда бы я не смог причинить тебе боль. — Мне никто не может причинить боль, но я пришел к тебе, потому что привязался.       Юноша нежно поцеловал Сатану в щеку и снова зарылся в его плечо. Падший опешил. — А ты совсем ничего не боишься… Связался с самим злом, хах, и почему тебя так тянет ко мне? — Я даже сам толком не знаю — засмеялся парень — Ты просто… особенный какой-то. — Конечно, особенный, благо, что люди не знают о моей личности.       Поскольку Оптимус был ниже Дьявола, он одной рукой взял его за подбородок и слегка коснулся его губ.       Парень смотрел на Люцифера огромными удивленными глазами, но потом приятные ощущения взяли вверх и Прайм запустил руку в волосы Падшего, от удовольствия прикрывая глаза. — Тебе всего 17, а ты так целуешься. Был опыт? — Девушка была, — смущенно произнес юноша. — Уууух, девушка, это так мило, а почему на парней потянуло? Мне то все равно, я не мужчина и не женщина. — Ты любишь много говорить. — Эм, ну да, я способен на долгие разговоры, особенно, если человек мне приятен.       Парень звонко засмеялся. — Хватит, я ему тут душу изливаю, а он смеется.       Прайм еще громче засмеялся и от смеха упал на кровать держась за живот. — У тебя есть душа? — Так говорят жалкие люди, а у меня. Конечно, нет. Он сел на молодого и одной рукой зажал его руки над его головой, затем устремил свой взгляд Оптимусу в глаза, чтобы тот немного помучился. — Хэй, это уже не смешно! Слезь с меня! — Парень закрыл глаза и начал брыкаться, пытаясь выбраться из-под Дьявола. — Действительно думаешь, что сможешь выбраться из-под меня? — Я хотя бы попытаюсь, — пробубнил юноша.