Sleepover

Юнги~я Не спишь ещё?

Уснуть не получается

Ты странно себя вёл сегодня Что-то не так? Заметил всё-таки. Разговор с Тэхёном для Хосока даром не прошёл — успокоиться не получалось до сих пор. Легко ли объяснить своему другу/парню, что встречаться ты с ним больше не хочешь и вообще он был просто заменой для другого человека? Ни капли не легко. Не успевает Хосок написать ответ старшему, как приходит новое сообщение. Не против поговорить? Хосок оглядывается на часы — половина второго ночи, почему бы и не поговорить по телефону — и сам набирает номер Юнги. — Дай угадаю, — первое, что он слышит от старшего, — ты хочешь прекратить это. — И вот откуда ты у меня такой догадливый, — Хосок устало хихикает. Если всё пойдёт такими темпами, разговор, которого он так боялся и потому откладывал, окажется легче, чем казалось. — А ещё умный, симпатичный и вообще гений. Спасибо, — стебётся же, по голосу слышно! — а если серьёзно, то ты как открытая книга. С самого начала же не в кайф было, так зачем? А вот и он, момент, когда нужно всё объяснить. Хосок выбирается из-под одеяла, куда зарывался в неудачных попытках заснуть, и садится на край кровати, свешивая обе ноги вниз. — Насколько сильно ты обидишься, если я скажу, что так пытался забыть о влюблённости в другого человека? Словами не описать, насколько Хосок благодарен, что Юнги не делает бесконечно неловкой паузы перед тем, как ответить: — Думаешь, я не знал? Он сейчас сказал что?! — В смысле?! — Хосок едва не роняет телефон, от шока у него дрожат руки, — Что значит знал? У Юнги ещё и хватает наглости усмехаться: — У меня, конечно, не самое идеальное зрение, но чувак, того, что ты во мне не заинтересован, мог не заметить только слепой. — Так ты не злишься? — Хосок всё ещё не может поверить, что он так легко отделался. — Не обижаешься, не хочешь придавить меня своим пианино? — Пианино мне слишком дорого. — Ага, я тоже тебя люблю. Странно даже, говорить это, обращаясь к Юнги, даже проблемы не представляет. Даже не подумав, он может заявить, что да, Юнги он любит, и притом нигде не соврёт. — А ты почему в такое время не спишь? — опомнился Хосок от своих мыслей. — А, — теперь Юнги странно мнётся и его голос звучит так, словно он не может остановиться кусать губы, — я над треком работал, потом мне Чимин написал и… — И? — Хосок откровенно не понимает, к чему клонит старший. При чём тут Чимин? На другом конце провода слышен долгий вздох и малоразборчивое ворчание: — Не успел с одним расстаться, блин, так второй тут же объявляется… — Хён, как это… — и тут у Хосока распахиваются глаза, — Чиминни предлагает тебе встречаться?! — Не встречаться, — снова вздох, — просто пишет, что я давно ему нравлюсь. Хотя, именно это и подразумевается. Наверное. Старший позволяет себе немного поныть: — Почему именно я, а? Из всех людей именно тот, кто лажает в отношениях больше всех! Юнги картинно вымученно стонет, а Хосоку только смешно. Ясно же, что хён не против. Чимин явно будет лучшим выбором для Юнги, чем сам Хосок, и точно сумеет его расшевелить. — Ты ведь можешь ему отказать, ты это знаешь? — Вопрос провокационный, чтобы воду проверить, так сказать. Хосок знает, что его иронично изгибающиеся брови Юнги увидеть не может, но не в силах устоять. Снова пауза. — Я слышу, как шевелятся твои извилины, хён! — он имеет полное право потешаться, думает Хосок, у него такой груз только что с плеч упал. — А ну, не издевайся над старшим, — Юнги сам фыркает и тут же серьёзнеет: — Нет, не могу отказать. Не обижайся, но с Чимином встречаться — более выполнимая задача, чем с тобой. — Так ты из-за этого и решил расстаться со мной? — Не говори «расстаться», мы и не встречались толком, — Юнги старается звучать грубее, а это может значить только одно — он до безумия смущён. Должно быть, он и правда искренне заинтересован в Чимине. — И нет, я и согласился, и прекратил это по собственному желанию. Чимин ещё недавно даже не показывал, что рассматривает меня как что-то большее, чем друг. — А ты, можно подумать, прямо в ноги ему падал, до того хотелось стать к нему поближе, — не подстебать друга он не может, — но я понимаю, образ надо держать. Суровый безэмоциональный хён и всякое такое. — Да кто бы говорил! Сам-то слюнями по Тэхёну драгоценному истекаешь, и что-то я не вижу прогресса. — Какого-, — глаза Хосока сейчас увеличились, наверное, вдвое, — откуда ты знаешь?! — Ты забыл, что мы вообще-то лучшими друзьями считаемся? — теперь смеётся уже Юнги, — и мне плевать, что для тебя это Тэ. Когда он будет твоим парнем, я останусь с этим статусом. — Да я теперь сомневаюсь, что он хотя бы друзьями захочет остаться, — он быстро отходит от шока и тут же грустнеет, — ему не нравилось, что мы с тобой… ну ты понял. Мы даже поссорились из-за этого. — Вот только обсуждения проблем в отношениях и не хватало, — Юнги морщится, — и это при том, что ни ты, ни я пока не в отношениях. Пока Хосок хочет возразить, что такими темпами они ему и не светят, Юнги словно кое-что вспоминает: — Хотя, это многое объясняет. Поссорились, значит? — он многозначительно тянет. — Знаешь что? Поговори об этом с Чимином. Думаю, кое-что для себя прояснишь. — Почему ты говоришь так, словно знаешь больше, чем показываешь? — Хосок откидывается обратно на кровать. Он на удивление устал, но усталость эта приятная — он разобрался с одной проблемой и Юнги подсказал ему, что делать с оставшейся. Хосок убеждает себя, что всё будет хорошо, и вроде немножко в это верит. Зевок сдержать не получается. — Ты спишь там уже что ли? — Почти, — снова зевок, — просто кое-кто скучный старый дед, понимаешь. — От ворчливой старухи слышу. Спокойной ночи, Хосокки. — Спокойной ночи, хён. Уже проваливаясь в сон и едва держа телефон у уха, Хосок бубнит: — И где же наша гетеросексуальность, а, хён? — Там же, где и плоский зад моего Чимина. Нет её.

***

Выловить Чимина на перемене между уроками не представляет особой сложности, младший всегда заметен по приличному количеству одноклассников вокруг него. Общение с людьми явно приносит ему больше удовольствия, чем учёба, и как Чимин при этом остаётся прилежным учеником в глазах учителей, всё ещё является загадкой для Хосока. Сейчас же Хосок находит его в компании Чонгука. Оба идут, закидывая рюкзаки обратно на спины, и Чимин при этом умудряется набирать сообщение, направляя всё внимание в телефон и держась одновременно за локоть Чонгука, чтобы не упасть. Самый младший этим явно недоволен, судя по его картинно измученному выражению лица, которое однако проясняется, когда он замечает подходящего к ним Хосока: — Хён, ну скажи ему! — он продолжает на той же наигранно обиженной ноте. — То, что у него появился парень, не значит, что всех остальных можно игнорировать! — Господи, Куки, я не игнорирую тебя! Чимин неубедителен, учитывая то, что он всё ещё не поднял глаз от экрана. Хосок сам приостанавливает их, хватая Чимина за локоть, одновременно бросает взгляд на его переписку и его тут же пробивает на смех. — Вы правда шлёте друг другу по сто сердечек в одном сообщении или меня зрение подводит? Чонгук от такого оскорблённо мычит и отпускает руку Чимина. — Хён, проследи, чтобы он не грохнулся нигде, пока до кабинета дойдёт, — он резко бросает через плечо, уже двигаясь в противоположном направлении от них. Чимин останавливается в растерянности, прекращая печатать: — Понять не могу, что это с ним? — Не обращай внимания, — Хосок всё ещё смеётся, — он хотел быть первым из нас, кто в серьёзные отношения вступит. На правах самого очаровательного. Чимин на это лишь фыркает и закатывает глаза: — Он давным-давно опоздал, вспомни сколько у Тэ было парней и девушек. Он помнит и сам удивляется почему. Две девушки и один парень, имена которых сам Тэхён скорее всего давным-давно забыл, а Хосок помнит. Как и причину расставания с каждым из них и сколько раз Тэ их целовал. Ни одни из этих отношений Тэхён, кстати, серьёзными не считал, так что Чимин немного не прав. Но сейчас не это важно. — Я вообще извиниться хотел, — чёрт знает почему он понижает голос, Чимин и так должен его прекрасно слышать, — за то, что с Юнги встречался, когда этого хотел ты. И за то, что ты вообще узнал об этом. Ему правда жаль, Чимин — да и вообще никто — не заслуживает такого, и его выражение лица должно было выражать сильнейшую степень раскаяния, так что Чимин утягивает его в обьятия, даже не давая закончить предложение. — Не переживай, хён, я и не обижался! Хосоку на ум приходит сегодняшняя ночь и то, как на вопрос об обиде реагировал Юнги («Пианино мне слишком дорого»), и он уже было начал умиляться, насколько они разные, как Чимин хитро добавляет: — Но я не буду возражать, если ты вдруг купишь мне шоколадного молока. Чисто случайно. — Ясно всё, вы с Юнги достойны друг друга! — зато друга он отдал в хорошие руки. — А вы с Тэ, значит, сегодня ночью остаётесь вместе, — Чимин поигрывает бровями и, чёрт, хотелось бы Хосоку, чтобы за этим намёком на самом деле что-то стояло и он мог подмигнуть ему в ответ, например, ибо да, это мой парень и мы остаёмся на ночь вместе, кто знает, что может произойти. Но нет. Вместо этого Хосок с шумом приземляется на подоконник рядом с Чимином и облокачивается спиной на стекло сзади. — Просто ночёвка, как и обычно. Ничего такого. — Не скажи, — тянет Чимин, — для Тэ это всегда огромное событие. Даже наших собраний самых младших он не с таким нетерпением ждёт. — Что ещё за собрания младших? — Ну знаешь, как макне-лайн нашей группы мы тоже устраиваем такие штуки, это важно для установления дружественных связей, — Чимин даже указательный палец поднимает, чтобы подчеркнуть важность. Сюрприз номер два за сутки. — И почему мы с остальными не устраиваем таких сборищ? — Хосок даже заинтересовался идеей. — Очень зря, — Чимин бросает на него непонятный подозрительный взгляд, — вам всем следует быть… более открытыми друг к другу. Хосоку уже начинает надоедать ощущение того, что все вокруг что-то о нём знают и не признаются. — Ты о чём? Мы с Юнги встречались, а Намджун практически живёт с Сокджином, куда уж ещё ближе? — Вот об этом я и говорю, — тяжёлый вздох, — простите, хёны, но вы понятия друг о друге не имеете. И снова Чимин говорит так, словно имеет представление обо всём, что происходит у него в жизни. — Мы хорошо знаем друг друга! — Хосок возражает, однако звучит на удивление неубедительно даже для самого себя. Что-то в тоне Чимина говорит о том, что ему ещё есть что сказать. — Тогда ты обязан знать, что Намджун-хён и Джин-хён оба считают, что безответно друг друга любят. Поэтому Намджун-хён и встречает его всегда после работы, а Джин-хён его бесплатно там кормит. Сюрприз номер три. — И они не догадываются даже?! — Глупо, правда? — снова тот нечитаемый взгляд, — а что ты скажешь на то, что среди нас есть ещё двое таких беспросветно тупящих? — Если ты говоришь о вас с Юнги, то я за вас рад, правда, Чиминни, но хвастаться нехорошо. Маленькие глаза Чимина обалдевше раскрылись, такие же маленькие ладони сжались в кулачки у него на коленях. — Да ты шутишь, — он произносит медленно, — пожалуйста, хён, скажи, что ты сейчас не серьёзно. Ответить Хосок не успевает из-за начавшего дребезжать школьного звонка. Его уроки закончились, а вот у Чимина ещё один, на который он сейчас явно опаздывает. Хосок уже хочет сползти с их насиженного подоконника, но Чимин останавливает его, отрезая: — Ты никуда не пойдёшь, пока мы это не проясним! Я не позволю вам тормозить и дальше! — Эээ, я всё ещё старше! — Хосок возмущается, но остаётся на месте. — Я больше не могу называть тебя хёном, хён. Как старший из макне-лайн, я торжественно посвящаю тебя в одного из младших. Здесь тебе самое место. — Чимин, о чём ты вообще? — Невероятно, как вы оба друг друга стоите, поверить не могу просто. — Да кого ты имеешь в виду?! Чимин театральным жестом запускает обе ладони в волосы, распушая и одновременно поправляя их. Хосок вроде как благодарен ему за то, что он делится информацией и помогает ему сейчас, но это не отменяет того, что часть его хочет взять и встряхнуть Чимина за плечи, чтобы получить ответ быстрее. Да, Чимин искренне заботится обо всех друзьях, всегда готов встать на их сторону и внимательно выслушать, однако прямота явно не является его лучшим качеством. Хосок чувствует, что Чимин немного слишком наслаждается развернувшейся драмой, поэтому не может ничего поделать с собственным раздражением. — Окей, только слушай внимательно, — Чимин так же внимательно вглядывается в его лицо, — Первое. Мы с начальной школы тусим втроём — я, Тэхён и Чонгук. Не могу похвастаться тем, что знаю Тэ как облупленного, в отличие от тебя, однако вторая вещь — информация всё равно достоверная. Мы с Гуком слышали это постоянно, цепкий взгляд Чимина всё так же не отпускает его. — Поэтому я могу с уверенностью сказать, что, — и это второе, — Тэ влюблён в тебя уже невесть знает сколько времени. Вполне возможно, что как раз-таки с начальной школы. Школьный коридор замирает в тишине. …что. — Что? — Тэхён. Ты. Влюблённость. Много лет. Достаточно просто? — Мы точно об одном Тэ говорим? Ким Тэхён, высоченная такая башня с огромными ладонями, вечно что-то жуёт и постоянно спотыкается? — Один и тот же, — снова вздыхает Чимин, — и тот же, который влюбляется в персонажей аниме чаще, чем в живых людей, и ты почему-то исключение, хён. Чимин разговаривает словно сквозь слой ваты. Слова не доходят, не укладываются в голове, как бы Хосок это не обдумывал. У Тэхёна такие же чувства к нему? Его неправильная влюблённость взаимна? В какой вселенной это вообще может быть правдой? — Не могу процитировать точно, но самым запоминающимся было обсуждение того, насколько ускоряется сердцебиение людей, когда они на тебя смотрят. Мне ещё и убеждать его пришлось, что у тебя нет никаких афродизиаков, которые заставляют людей чувствовать чувства, и что ему стоит обдумать вероятность того, что ты ему на самом деле нравишься! — Чёрт, это так смущающе, — Хосок прячет лицо в ладонях, даже не осознавая, что улыбается от уха до уха. Кажется, он начинает понимать, что ощущает от этой новости — приходилось сдерживать счастливый смех, руки дрожали и сложно усидеть на месте. — Ты это мне говоришь? Он даже о том, что сдуру поцеловал тебя, не затыкался… Не ухмыляйся на меня так, хён, это пугающе. Хосок хихикает, тоненько и высоко. — О Господи. ТэТэ меня любит. Он меня любит? Чимин усмехается, снова улыбаясь Хосоку. — Прямо как в избитом сюжете почти каждой дорамы, — подтверждает он. — О Господи! Ему срочно нужно что-то сделать, как-то выразить скопившиеся эмоции, поэтому он хватается за руку Чимина и обвивает свои собственные вокруг него. — Я так счастлив, — Хосок выдаёт, словно раскрывая секрет. А потом его резко спускает с небес на землю. Хосок танцор, он привык к выступлениям перед почти тысячей человек. Социализация определённо то, в чём он профи, и даже конфликты и сложные ситуации разрешать не проблема, однако даже в те моменты он не ощущал такого мандража, как при мысли о том, что ему ещё нужно признаться в этом Тэхёну. — Твоя резкая смена настроения меня пугает, — Чимин замечает опасливо. — А если он после этого не захочет меня знать? — Хосок нервничает, уставившись пустым взглядом в Чимина. — Ай, хён, — Чимин воркует, снова притягивая его в обьятия и укладывая голову к себе на плечо, — это же невозможно, ты сам знаешь Тэ. Он полон любви ко всем окружающим, а к тебе особенно. Учитывая то, что это взаимно, у вас всё не может не быть хорошо. Просто поверь мне, окей, хён? Хосок практически верит и надеется на то, что не расплачется, когда будет пересказывать это всё Тэхёну.

***

Когда Хосок открывает Тэхёну дверь, его ноги на секунду подкашиваются. Тэ просто стоит перед ним и Хосоку уже хочется выть, ибо ну нельзя же так с его бедным сердечком! Заходящее солнце играет на его загорелой коже и подсвечивает волосы так, что он выглядит просто эфемерно, словно в любую секунду может растаять в вечернем туманном воздухе. Все проходит замечательно, словно они и не отдалялись друг от друга за эти несколько недель. Тэхён много смеётся и из-за этого смешно и Хосоку, Тэхён шлёт улыбки его родителям и старшей сестре, Тэхён с неугомонным щебетанием валяется на полу вместе с его собакой. А ещё Тэхён в него влюблён и это взаимно. Осталось только собрать мужество для того, чтобы сказать, что хопа, мы оба безбожно тупящие придурки, но я всё-таки в немного большей степени. Выручает его снова Чимин. Уже после полуночи, когда они оба, уже переодетые в пижамы, залипают на новые клипы Тэяна (Тэхён гнусавым высоким голосом повизгивает «Тэян-оппа, я люблю тебя!» и Хосок всё-таки падает с кровати, не удержавшись от смеха), экран телефона Тэ загорается и выдаёт трель песенки популярной женской группы. — Это от Чимина, — удивлённо тянет Тэхён, сваливаясь с кровати вслед за Хосоком, чтобы дотянуться до телефона. — Грустные смайлики… извинения? Некоторое время он молчит и это интригующе. — С Чиминни всё в порядке? — Хосок даже забеспокоился, причём сразу за обоих младших. — Хоби… — голос Тэхёна внезапно хриплый, — что именно рассказал тебе Чимин? У Хосока мурашки побежали по всему телу. Он не готов, ещё не время! — Только не говори, что это о том, что я тебя… — в конце Тэ будто давится воздухом, Хосок избегает его взгляда. Ему достаточно обречённой интонации, чтобы понять — Тэхён сам этого не хотел. Новая трель сообщения. — Он пишет, что… тебе самому есть что мне сказать. Почему, ну почему Чимин решил, что может решать что-то за его личную жизнь?! — Видимо, я задолжал тебе объяснение… и извинение, — он надеется, что звучит не так убито, как ему кажется. Признание уже не кажется хорошей идеей. Почему он вообще решил, что всё должно закончиться хорошо? — Ты ненавидишь меня после такого? Вопрос бьёт сразу под дых, а ещё больнее то, насколько разбитым Тэ при этом выглядит. Такого Хосок вынести точно не может. — Нет, нет-нет-нет, ты вообще понимаешь, о чём говоришь? — он подползает на коленях ближе к Тэ, который сидит, опираясь спиной на бортик его кровати, и берёт его лицо в ладони, чтобы младший точно не отвёл взгляд. — Я физически не могу тебя ненавидеть, и не знаю, сможет ли кто-нибудь вообще. Чёрт, я благодарен тебе просто за то, что ты существуешь, и ты даже не представляешь, насколько я тебя люблю! Ты красив и изнутри, и снаружи, ты — это всё, что я имею в виду и я даже не представляю, почему скрывал свою любовь к тебе и почему так долго. Я не могу прятать то, что ты самый чудесный человек на земле, как и то, что я безумно боялся, и всё ещё боюсь, что… — его внезапный запал потухает, и Хосок остаётся наедине со своими наконец-то высказанными мыслями и Тэхёном в ступоре, — ты сам меня отвергнешь и мы станем друг другу никем. — А теперь повтори, — Тэхён медленно выдыхает, запуская руки в волосы на затылке. Хосок не хочет, ему сложно и больно снова объяснять то, за что ему невероятно стыдно, но перед Тэ он тоже провинился, и сильнее всего. Он отстраняется и усаживается вместо этого прямо перед Тэхёном, сразу наклоняя голову, чтобы избежать его взгляда. — Я встречался с Юнги, потому что, — он сглатывает, собираясь с силами для продолжения, — пытался скрыть то, что влюблён в тебя. — То есть, — Тэхён снова делает паузу, — тебя пугало даже не то, что ты можешь влюбиться в парня, а то, что ты… влюбился в меня? Хосок кивает, не отводя взгляд от пола. Поднять глаза и увидеть осуждение в глазах Тэ он не в силах. Он ожидает пощёчины, осязаемого осуждения, злобного шипения — любого вербального знака и выражения недовольства. Где тэхёнова эмоциональность? Насколько Хосок видит боковым зрением, так и не поднимая глаз, Тэхён даже не шевелится. — Может, ты всё-таки посмотришь на меня? Ага, конечно. Внутри всё сжимается — голос Тэхёна не звучит… обычно. Но и от гнева или раздражения он тоже не дрожит. Никогда еще Хосок так не колебался перед настолько простым действием. Поднять голову кажется непосильной задачей с очень плохими последствиями. Тэхён, видимо, решил не ждать этого шага от Хосока. Он повторяет его недавнее действие и берёт его лицо в свои ладони, перед этим нежно-нежно проведя большими пальцами по щекам Хосока. Что. Почему? — Чон Хосок. Я даже говорить не буду, что ты мне нравишься. Он не ослышался? Тэхён ещё и язвит в такой ситуации? Видимо, недоумение отображается у Хосока на лице, потому что Тэхён ещё и слабо смеётся, продолжая: — Потому что я чертовски тебя люблю. И как друга, и как человека, которого я хочу держать за руку каждую минуту своей жизни. И то, что ты мой лучший друг, только это усугубляет. О неет, нет-нет-нет! Хосок злится сам на себя — он счастлив, он никогда не ощущал себя лучше, чем сейчас, но всё равно — нос уже больно щипет и в глазах собираются слёзы. Стоит только Тэ это заметить, как он, воркуя над Хосоком, притягивает его ещё ближе к себе, полностью закрывая его своим телом. Хосок, устроившись на полу между его ног, утыкается ему в грудную клетку. Ему хорошо, ему спокойно, а Тэхён шепчет что-то очаровательное ему в макушку, — У тебя глаз не видно, когда ты улыбаешься, — словно каждый солнечный лучик собирается в улыбке Тэхёна, когда он это произносит, кажется Хосоку. Солнце на небе зашло и в его комнате темно, но прямо перед ним находится и выписывает узоры у него на запястье намного лучший источник света и тепла. — Твоя улыбка по форме как кирпич, — не должна эта фраза звучать так нежно! Однако Тэхён умиляется даже этому, про себя отмечая еще и трепетный шёпот, которым это было сказано. — А теперь может ты перестанешь тормозить и наконец скажешь, что любишь меня? — теперь на шёпот срывается Тэ, — ибо я, кажется, умру, если не поцелую тебя прямо сейчас. Последние слова Хосок слышит плохо, ему мешает шум сердцебиения в ушах. — Стой, — он отстраняется как раз в момент, когда их лбы соприкасаются, и его встречает полный обиды взгляд напротив. — У меня просто есть крутая идея, — он снова шепчет, — хочу показать тебе кое-что. — Чон Хосок, я клянусь, не будь ты моим другом и любовью на протяжении хрен знает какого времени… Тэ продолжает ворчать на протяжении всего пути к выходу из его дома и ошарашенно замолкает, когда они выходят на улицу. За разговорами прошла вся ночь, и садовый участок встречает их рассветом, мокрой травой и тихим воздухом. Стоит только Хосоку обернуться, его встречает самый очаровательный вид из всех возможных. Мягкий и сонный Тэхён в мятой пижаме, крепко держащий Хосока за руку так, что его собственная даже не видна за тэхёновой широкой ладонью, на фоне розового восходящего солнца. Ему самому хочется поцеловать Тэ прямо тут и в данный момент, но он сдерживается во имя сюрприза и торжественности момента. Они окончательно останавливаются только в дальнем углу сада, рядом с деревом настолько старым, что его породу разобрать уже невозможно. — Я здесь раньше прятался и ты никогда не мог меня найти, — Тэхён снова улыбается, когда Хосок поворачивается к нему, и переплетает их пальцы ещё крепче. — А вот это помнишь? Хосок наконец открывает то, ради чего они сюда пришли — раздвинув нижние ветки, растущие на уровне доступа ребёнка, он являет его взору неумело вырезанные инициалы на коре дерева. Ч.Х. + К.Т. У Хосока не получается сдержать смех, когда лицо Тэ вытягивается от ностальгии. Младший растроганно тянет: — Нам ведь было по семь лет… — И мы думали, что это навсегда. — А мы и есть навсегда. Посмотри на это, — он обводит взглядом всю безмолвную округу, — разве мы не бесконечны? Разве нам нужен кто-то другой? Хосок думал, что сильнее влюбиться он уже не сможет и, как оказалось, ошибался. Прямо сейчас он любит Ким Тэхёна сильнее, чем когда-либо, прямо такого — босиком, в пижаме и вдохновлённо осматривающего — ТэТэ. Я люблю тебя. Я вроде ещё не говорил этого прямо тебе, так что… — Непростительно. Тебе нужно говорить это как можно чаще. И улыбаться тоже. И носить пижаму на улице. Я тоже люблю тебя, Хоби. — А теперь поцелуй меня наконец! — Тэхён снова хмурит брови, — и только попробуй еще хоть раз решать за меня то, что я чувствую! Уже не разобрать, кто из них приблизился первым. Просто в один момент Хосок насмешливо щурил глаза («Мой парень мне угрожает!»), а в следующий они уже целовались и, хотя Хосок никогда и никому в этом не признается, ему пришлось встать на цыпочки. — Хренов романтик, — сложно целоваться, когда с губ не сходят улыбки, поэтому Хосок дотягивается поцелуями до всего, куда только может — острая линия челюсти, подбородок, щёки, ямочка над верхней губой, кончик носа, и его буквально уносит, когда Тэхён мурчит под его прикосновениями. — Я расцелую Чимина, когда его увижу, — Хосоку сложно фильтровать речь в данный момент, он выдаёт то, что первым приходит в голову. С какой-то стороны он прав — если бы не Чимин, они бы так и топтались в неуверенности, но на Тэ это действует как красная тряпка. — Только попробуй, — он едва не рычит — насколько это возможно, когда расстояние между их губами меньше миллиметра. — Ты снова угрожаешь, — да где его серьёзность в такой ответственный момент?! Сейчас Тэхён целуется властно, но не менее аккуратно и осторожно, чем до этого, и у Хосока колени слабеют, когда он разбирает прерывистое: Солнце, ты такое солнышко… Самый красивый, самый забавный, идеальный Я так тебя люблю Как я вообще мог целовать кого-то ещё Колени подкашиваются в прямом смысле — это так непередаваемо нежно, у Хосока слабеют все конечности — и они оказываются в горизонтальном положении прямо на влажной траве. — Куки снова будет беситься. — Ты что, говоришь о других мужчинах, находясь в моих обьятиях? Наглеешь, Хоби. Лучше уже быть просто не может.