our own anatomy

Кости. Много, много костей. И все они – внутри меня. Почему я не задумывался об этом раньше? И Санс, и Папирус – скелеты. Мои лучшие друзья, которых я всегда считал обычными монстрами, только уж очень похожими на людей... Я ведь такой же, как они. Ну, в каком-то смысле. Внутри, по крайней мере, мы схожи. Странно то, что до меня это дошло, только спустя 5 лет жизни совместно с ними. Мы выбрались на поверхность вместе, а затем, когда я понял, что уже слишком взрослый для проживания с Ториэль, стали соседями с этими двумя братьями. Братьями-скелетами. Папирус никогда не нянькался со мной, а Сансу просто было глубоко плевать на мое присутствие или отсутствие в их доме. В школу провожали меня только первый год, а затем я был предоставлен сам себе, и делал, что хотел. На самом деле, это оказалось не так-то легко. На Санса вечно нельзя было рассчитывать, а Папирус слишком много суетился, но, черт, они оба были чересчур классными ребятами, чтобы из-за мелочей нам стало неуютно вместе. И вот, сейчас мне уже пятнадцать. И только теперь до меня дошло, с кем я, собственно, вообще общаюсь? С какими-то иными существами или действительно с тем, что находится во мне самом? Захотелось понаблюдать за ними. Папирус был больше похож по пропорциям на нормального человека, только, пожалуй, он был немного повыше нужного. И такой подвижной мимики у обычных костей просто не должно быть. Мы ведь не можем моргать глазницами? А они могли. Эти двое. Я поглядывал на них вечером, уткнувшись носом в учебник и сидя на диване, который всегда, непременно стоял в гостиной. Отсюда было хорошо видно кухню, где Папирус мучился с очередным новым рецептом неизвестно чего, переставляя баночки, помешивая что-то и периодически поправляя фартук, завязанный на узких бедрах. Таз у него и правда был узковат, и все фартуки, если их не затянуть на максимум, рано или поздно сползали вниз. Мимо меня неспеша прошел Санс в одной футболке и широких мужских трусах в цветочек, открыл холодильник и задумчиво застыл перед ним, видимо, забыв, что именно он собирался оттуда взять. - Санс, не держи холодильник так долго, он сломается! - Ок, сори, бро, - старший скелет сделал свой выбор, взял со средней полки полузамороженный хотдог, баночку кетчупа и захлопнул дверцу пяткой правой ноги, после чего ушлепал обратно. Папирус с порицанием покачал головой и вернулся к своему занятию. Они были, ну… совсем как люди. Только вот... Санс, когда куда-то не дотягивался, врубал телекинез и доставал все магией. Папирус иногда использовал кости, чтобы размешать макароны, если не находил поварешку вовремя. Я, вот честно, так и не понял, нужен им наш унитаз или нет. Как-то я поинтересовался об этом у Папируса, тот пожал плечами и протянул: - Н-ну… Нам это не так необходимо. То есть, мы же живем за счет магии, да? Часть уходит, часть мы тратим, когда пользуемся способностями. Вот и все, ничего лишнего, как видишь. Больше я предпочел в это не углубляться. В конце концов, ели мы одно и то же; когда я вывел всех на поверхность, Санс нашел новые продукты и новые способы доводить Папируса. Он брал кока-колу и заливал ее в рот вместе с ментосом, после чего из его глазниц и носа брызгали мини-фонтанчики. Младший скелет это ненавидел и бесился едва ли не до матерных воплей. Хотя я всегда ржал над этой выходкой так, что сваливался со стула, чем подогревал недовольство Папируса. В итоге мы с Сансом ползали по всей кухне и драили ее, такое у нас было наказание за подобную развлекуху с липкой газировкой. Словом, мне нравилось с ними жить. Особенно, стало лучше, когда Папс так-таки научился готовить приличные спагетти, которые даже можно было назвать вкусными. И, вот, вдруг… мне пришла в голову эта мысль. Я сидел, тупо разглядывая свою руку, а затем принялся ощупывать ее, будто она выросла только что. Кости внутри… А ведь ни Санс, ни Папирус почти не держались за мою руку без перчаток. Как-то так вышло. Мне стало любопытно. В школе я сидел и, пялясь на доску, думал об этом. Почему они ходят в перчатках? Мы ведь давно уже не живем в Сноудине. Вернувшись домой, я уселся на этот диван. И вот, теперь слежу за Папирусом. Как-то неловко просить его пожать мне руку… - Хэйа, что-то беспокоит? Я подскочил, роняя учебник и испуганно уставившись на Санса. Этот мерзавец всегда подкрадывался незаметно и чертовски тихо… Хотя, сейчас он даже был удивлен моей реакцией. - Ч-что? Да так... – вздохнув, я сел обратно и поерошил волосы. Обычно, это успокаивало, привычка – дело неплохое. – Я вдруг подумал, что мы с вами много в чем похожи. - Вот как? - Ну да. Ты ведь знаешь, что изнутри, фактически, я выгляжу так же, как вы? - Ага, я в курсе, как устроены люди, - кивнул Санс. – Но что в этом удивительного? - Не знаю… - Поэтому ты подглядывал за Папирусом? - А? Мне стало стыдно. Со стороны и вправду могло показаться, что я задумал нечто нехорошее. Санс усмехнулся. - Да все в порядке, малой. Без понятия, как люди терпят переходный возраст, но, учитывая, что ты живешь с нами, неудивительно, что у тебя возникают такие вопросы. Может, я подсоблю чем-то, если тебе интересно, из чего мы сделаны? Я моргнул. - Я знаю, из чего вы сделаны – из магии. Этим у вас все объясняется. Кажется, его улыбка стала шире. - Не хочешь ли пожать мне руку? Иногда в мою голову закрадывались подозрения, что Санс читает мысли. Либо он всегда был гораздо внимательнее, чем я думал, либо умнее… - Хочу. Скелет преспокойно вытащил ладонь из кармана шорт и протянул мне. Я задумчиво уставился на фаланги костяной руки, и немного неуверенно протянул свою. Его пальцы сжали мои, и я изумленно вздрогнул. Кости, наверное, грело магией – они были теплыми и живыми, совсем не похожими на мертвые холодные палки, которых я касался в кабинете биологии. Стало легче. Санс пару раз качнул рукой, имитируя рукопожатие, и отпустил, подмигнув. - Не парься насчет природы вещей, малой. Проще жить станет. И ушел. А я остался сидеть с каким-то странным чувством. Будто мне приоткрыли некую тайну, совсем на чуть-чуть. Но фокус был в том, что никакой тайны ведь не было. Санс, возможно, думал, что этим разговором умерил мое любопытство, однако оказалось, что наоборот – он лишь сильнее разжег его. Я стал читать книги по анатомии, как монстров, так и людей. Внутри мы отличались гораздо больше, чем можно было представить: магия в составе их тел меняла все. На ней держались все их жизненные процессы, такие как: пищеварение, размножение, активность, разум. Все. Я, например, понятия не имел, что монстрята появляются от слияния двух душ – неважно, мужских или женских, причем появляются так редко, что за все время, пока монстры сидели под землей, они не заполнили пещеру. А ведь их изгнали туда чудовищно давно. Многие вещи оказались сюрпризами. В частности, про монстров-скелетов я нашел невероятно мало в интернете, и, в основном, это были фотки Санса с Папирусом, как едва ли не единственных в своем роде. После этого я раздумывал, откуда братья вообще могли взяться. Возможно ли, что они произошли от людей?.. Короче, Санс был прав. Следовало это бросить, а то неизвестно, куда меня могли бы привести все эти мысли. Увы, я так почти ничего и не узнал про существ, с которыми жил. Мне все еще было любопытно. Ощущал ли Санс что-то, когда прикасался ко мне, или он ничего не чувствует тактильно? Хотелось это узнать. Просто спросить я не рисковал. Это могло показаться грубым. Да и… не толерантным, что ли. Следовало разобраться с этим своими силами. Но в итоге все получилось так, что лучше бы я спросил. Вечером мы поставили стираться одежду, а стиралка у нас стоит в ванной. И, когда ее включали, протягивали шланг в туалет, чтобы грязная вода лилась в унитаз, из-за чего дверь в ванну нормально не запиралась. В это время никто не мылся, по крайней мере, обычно. Только вот Санс как раз пришел домой пьяненький (это бывало часто) и залитый кетчупом по самые глазницы, так что Папирус с руганью сразу же затолкал его в душ. Старшему было плевать всегда, закрывается дверь или нет. И… И я решил, что это неплохой шанс увидеть его без одежды. Никаких низких помыслов у меня не было. Только голый интерес к этим непонятным монстрам. Пользуются ли они горячей водой? Мне просто не пришло в голову, что это, возможно, будет выглядеть странно. Я подождал, пока Папирус отправится в свою комнату спать дальше, и тихо подошел к приоткрытой двери в ванную. После чего заглянул туда, боясь вздохнуть громче нужного. Санс стягивал с себя перепачканную в кетчупе футболку, что-то напевая и периодически прерывая это пение иканием. Затем легко сбросил шорты, перешагнул через них и крутанул кран, опираясь свободной рукой на край ванны. Он действительно напоминал скелет, только кости прилегали друг к другу гораздо плотнее, а пропорции были неестественны. Слишком короткий и мощный позвоночник, широкие бедренные кости, копчик был гораздо длиннее человеческого и походил на хвостик, а, кроме того, все это двигалось само по себе, питаемое магией. Живое. Когда он вдыхал, ребра поднимались, а, когда выдыхал – опускались. Санс выпрямился, разминая шею и похрустывая позвонками, и вдруг уставился прямо на меня. Взгляд у него был совершенно непередаваемый. Я отшатнулся от двери, одновременно сознавая, что Санс мог неверно понять мои действия, и как можно тише ушел в свою комнату. Он, скорее всего, решил, что я подглядывал за ним в душе с каким-то сексуальным подтекстом. Любой бы так подумал. Кроме идиота-меня. Этим вечером он, видимо, вырубился сразу, выйдя из душа. И только поэтому меня не настигла пара неловких вопросов о том, что я, собственно, вообще делал. Зато они настигли меня утром. Какого черта Санс встал так рано, знать мог только я, потому что он, судя по всему, сделал это исключительно для того, чтобы поймать меня до школы. Когда я, сонный и невыспавшийся, в одних семейниках пришел на кухню за кофе, он стоял там. И лакал этот самый кофе. Я никак не ожидал его там увидеть и застыл. Даже Папирус не вставал в такую рань. Кроме того, мы оба были в трусах и напоминали двух холостяков, которые давно жили в одной квартире, но увидели друг друга впервые. Санс опустил кружку на стол. Зрачки у него погасли, что уже было не самым лучшим знаком – он так делал, если злился или не хотел показывать эмоций. Чтобы не смотреть на закаменевший кирпич вместо его лица, я опустил глаза на ребра. Которые мягко вздымались и опускались. - Что ты в этом нашел? – резко прозвучал прохладный голос Санса, и я вздрогнул. - Хе-хе, ты про вчерашнее? Поверь, мне просто было интересно, как вы устроены, я не увлечен тобой или еще чего… - Я и не думал такого, - хмыкнул он. – Только, знаешь, больше так не делай. - Почему?.. Ой! То есть… - Я что, по-твоему, часто хожу без рубашки? - Ты, прямо скажем, и не встаешь так рано никогда… - Ну, есть такое, - он почесал затылок и отвернулся, ставя турку обратно на конфорку. – Кофе хотел? - Ага… - Сам следи, - он уселся за стол и уткнулся в свой телефон, - и можешь разглядывать меня, сколько тебе влезет. Хоть щупай. Но, ей-богу, если я моюсь, не лезь ко мне. А то вчера я мог бы тебе и всыпать, если бы не наклюкался. - Окей-окей! – я примирительно поднял руки, медленно просыпаясь. – Понял. Не буду, обещаю. Ничего особого я там все равно не увидел. - Хех. Стало ясно, что больше Санс говорить не расположен. Его слова про «всыпать» были чистым враньем, так как он ни разу в жизни не порол меня даже в детстве. Наверное, от лени. А может, не любил наказывать. Как часто повторял Папирус, его самого следовало бы наказать. Я сполоснул турку, засыпал кофе и залил воду, потом поставил посудину на огонь и покосился на согнутую спину Санса. - Что, правда можно? - Чего? – не понял он. - Пощупать? Ответом мне был пренебрежительный смешок. - Да на здоровье. Главное – не убейся. Угрозы у Санса часто переплетались с шутками, так что я даже не обратил внимание. На этой самой шутливой ноте я решился все же дотронуться пальцем до его лопатки и сразу убрал руку. Судя по всему, он весь был теплый, как печь. - Если ты будешь так «щупать» Папируса, он точно никогда не позовет тебя на второе свидание. Это только что пошлая подколка была? - Ой, заткнись! – я демонстративно обхватил грудную клетку Санса, просовывая пальцы между ребер. Он вдруг вздрогнул и выпрямился, оборачиваясь. - Это перебор, малой. - Да ладно? - Кофе побежал. - Черт! Пока я ловил кофе и вытирал то, что пролилось, Санс уже смылся. Мне было немного не по себе: кажется, я снова ухитрился смутить его. Но ведь это с его стороны шли провокации. Или я опять чего-то не понял? В ладонях до сих пор чувствовалось тепло костяного тела. Из-за этого, наверное, мне показалось, что его ребра гораздо гибче и податливее, чем человеческие? В любом случае, больше приставать с этим к Сансу не стоило, он и так позволил мне довольно-таки много. Через какое-то время я уже размышлял о школе, потягивая кофе. Кстати, мне раньше казалось, что Санс вовсе не пьет его. *** Спустя неделю мы всем общим дружеским скопом решили сходить в кино. Это был дебют МТТ, и посмотреть на подобное однозначно стоило. Альфис позвонила Папирусу, и из многочисленных взволнованных, прерывистых из-за заиканий слов мы поняли, что частично это ее заслуга тоже, так что нам непременно следует туда сходить, чтобы, во-первых, не обидеть ее, а, во-вторых, не пропустить самое офигенное-что-могло-бы-быть-в-нашей-жизни. Никто и не возражал; в кино мы давно не были, Ториэль согласилась пойти вместе с нами, как и Асгор, у которых я раньше жил. Они были парой – сошлись снова - так что им-то в кино уж точно следовало сходить. Из-за них и Андайн мы взяли билеты на задние места. Воительница бы так и так приперлась на представление МТТ, а уж в кино, куда ее обычно не пускали по причине слишком буйного нрава… В общем, все хотели и все были счастливы. Кроме меня. Мне отчего-то было слегка не по себе. Сложно было объяснить, почему. Это стало ясно, только когда мы уселись на свои места. По левую руку от меня никого не было – там возвышалась колонна, а по правую сидел Санс. Хуже вариантов, учитывая недавние события, просто не нашлось. Я моментально почувствовал себя, как на иголках. - Расслабься, приятель, - сразу же произнес Санс. – Все нормально, мы сейчас будем смотреть кино и лопать попкорн. И что бы у тебя там в голове ни творилось, забей. Это меня успокоило. Санс, в принципе, умел успокаивать. И я действительно доверял ему. Поэтому, полфильма прошли замечательно. Меттатон блистал в женской роли, играя эпатажную кибер-шпионку, правда, пару раз он переиграл, но это было не слишком заметно. Улыбаясь, я автоматически перевел взгляд на лицо соседа, то бишь, Санса, опустил глаза и… Он положил руку на подлокотник. Мне моментально стало некомфортно. Просто так? Он сделал это просто так или… Мне захотелось положить поверх свою. Эта идея появилась и больше не исчезала. Что за хрень происходит между нами? Я поерзал на сидении, стараясь полностью увлечься фильмом снова и выкинуть лишние проблемы из мыслей, но вышло у меня плохо. Санс, похоже, все понимал. - Что не так, малой? Черт, я давно уже не малой. - Ничего. Не обращай внимания. - Хочешь выйти? - Я не… Внезапно он положил ладонь мне на плечо и еще тише сказал: - Хочешь уйти – уйди. Я подвинусь. - Санс, да нет же… - я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Рука, теперь лежащая на моем плече, не давала мне покоя. - Если захотелось в туалет, так бы и сказал. - Санс! – мне стало совсем неуютно. - Что? - Ты можешь просто… перестать? - Окей, понял тебя, - он убрал свою ладонь и больше не задавал вопросов. Я немного расслабился. Что-то заставило меня спросить шепотом: - Какого черта ты такой проницательный, а? Он усмехнулся. - Просто очень хорошо тебя знаю. Ну да. Я же рос у него на глазах. А вот он сам совершенно не изменился. И я абсолютно не знаю его. - Мне… понимаешь, до сих пор неловко, что я подглядывал за тобой, типа «изучал» тебя, - слова сами полились непрекращающейся рекой, - это было тупо. - Ах, вот оно что, - кажется, Санса это не удивило. – Могу отплатить той же монетой, если это очистит твою суровую совесть. Я подзавис, переваривая то, что он сказал. - Как это… отплатить?.. Вместо ответа он скользнул рукой мне под безрукавку и провел вдоль живота. От таких прикосновений дрожь пробежала по моему телу, и я схватился за его ладонь, уставившись в насмешливые глаза. Возникло желание заорать, возможно, матом. Но мы были в кинотеатре, фильм подкатывался к кульминации. Я решил промолчать, удерживая Санса за предплечье. Скелет перестал смотреть на меня, повернувшись к экрану. Мне оставалось только недоверчиво отпустить его. Костяная ладонь снова заскользила по животу, потом поднялась к груди, пальцы «изучающе», да, именно «изучающе» прошлись по соскам, послав импульс всему телу, и я чуть дрогнул. Возникли нешуточные подозрения, что у меня встанет прямо здесь, пока я сижу в кресле. Наверное, я действительно покраснел, как рак. Санс покосился на меня, решив ощупать бок и пересчитать еле ощутимые ребра под кожей и мышцами. В этот момент я порадовался, что у меня все в порядке с фигурой. - А ты прав, - его голос был внезапностью, - мы похожи. Но не совсем. Черт побери, он точно читает мысли! Я дернулся, протягивая собственную руку и сразу ныряя за его шорты. Санс раскрыл глазницы, подаваясь назад, причем больше от удивления. - Хээй, ты же не собрался… - Я ничего не говорил. Он замолчал, осторожно вытягивая ладонь из-под моей безрукавки. Я схватил ее левой рукой, не останавливая правую. Да, там и вправду были только кости, но я большего и не ждал. Стал поглаживать, ощупывать все, что там нашел: лобковые кости, подвздошные, залез прямиком внутрь таза, дотягиваясь до крестца и этого чрезмерно длинного копчика. Санс вжался в кресло, явно пытаясь избежать моих рук. Его кости стали гораздо горячее, чем прежде. Тут я понял, чем мы занимаемся и где. Опустил его ладонь, которую все еще удерживал, и положил ее на свою ширинку. Санс невольно уставился вниз. Я бы объяснил ему, что конкретно он там нащупал, но делать это в кинотеатре было бы рискованно. Однако, кажется, скелет все понял сам. Он взаправду был чертовски проницателен. - О, боже, - вырвалось у него. Мне стало смешно. Мои пальцы нащупали внутреннюю сторону его крестца, и, кажется, дело начало принимать совсем резкий оборот. От потираний Санс стал напряжен, зрачки окончательно исчезли из его глаз, а улыбка затрещала по швам. Когда он невольно толкнулся тазом навстречу моей руке, я язвительно усмехнулся: - По-моему, это ТЫ обещал изучить меня. Зря я это сказал. Он с силой сжал меня через джинсы, это было немного больно, но все равно вышибло из меня тяжелый вздох. Похоже, фильм уже шел к развязке. А мы только начали, какая ирония. - Ребят, в-вы чего там д-делаете? – громко прошептала Альфис, сидевшая возле Санса. Мы замерли и быстро вытащили руки из штанов друг друга. - У Фриск спина зачесалась, сори, - сразу же ляпнул скелет. - Вы вместе, что ли, ее чесали? Ай, неважно, смотрите уже! Я досматривал концовку, думая о проблеме, которая неприятно упиралась в ширинку джинсов. Сансу, кажется, тоже было неудобно сидеть сейчас возле меня. И эти чувства были вполне взаимными. Мы оказались единственными, кто, выходя из зала, не спешил обсуждать фильм. Вернее, я тут же сбежал в туалет. Санс не пошел за мной, и слава богу; мне понадобилось совсем немного времени, чтобы кончить и здорово испачкать бочок общественного унитаза. Еще минут десять я все это убирал при помощи туалетной бумаги и жидкого мыла. Мы… Мы едва не занялись сексом. Существа разных видов. Мужики. В кинотеатре. Я прервал мытье рук и, втемяшившись в зеркало лбом и не обращая ни на кого внимания, глухо протянул: - Блеа-а-а-а… *** Дома было тяжело. Из-за Папируса, который трещал без умолку о фильме, о красавце-Меттатоне и нас, двух молчаливых идиотах. Санс как-то отшучивался, получая легкие сердитые подзатыльники за это, а я вообще воды в рот набрал. Они были моей семьей. Что же такое случилось?.. Какое-то время мы сидели на кухне, затем Папирус ушел, и мы остались одни. Совсем одни. Я с головой залез в холодильник и долго-долго искал там, чего бы перекусить. Хотя уже был поздний вечер, и есть мне не хотелось. - Ладно, пойду-ка я спать, - бросил Санс, отодвигая стул с неприятным скрежетом. Не помню, как я вообще оказался напротив него, когда успел схватить за руки и повалить на стол. Кости с грохотом ударились о столешницу, а расстегнутую синюю толстовку неряшливо разметало по сторонам. Тут вдруг вся моя решимость закончилась, и я просто испуганно уставился в глазницы Санса. Он выглядел так, как будто ожидал всего этого. - Я-я хочу с то… Оно само вырвалось, я вовсе не планировал ничего говорить. Тем более, этого. - Хочешь что? Низкий голос, который раньше у меня ассоциировался исключительно с шутками и почесыванием задниц, показался неожиданно будоражащим. - …Тебя? Я зажмурился, ожидая какого-то бума. Или что Санс, наконец-то, всыпет мне по первое число. - Оу. Приоткрыв глаза, я не увидел ни единой эмоции на его лице. Он лишь пристально смотрел на меня, и улыбка у него была не очень-то веселая. От такого становилось не по себе. - Что ты сделал с той штукой? - Штукой?.. – я заморгал. Тут до меня дошло, о чем он говорит, и уши загорелись красным. – В туалете я… убрал ее. - Вот почему тебя так долго не было. - Д-да. - Знаешь, как называются те, кто желает существ не своего вида? - Э-эм… - Ксенофилы. - Санс! - А? - Заткни хлебало, пожалуйста, - грубо сказал я, проскальзывая пальцами под его футболку и протискивая их через ребра, оглаживая грудину изнутри. Санс хмыкнул, закрывая глаза. Эта ночь была чертовски, чертовски долгой. *** Кости. Везде, везде кости. В моей жизни, в моих мыслях. Я состою из костей. Из них состоит и Санс. И Папирус. В Андайн тоже есть кости. В Ториэль. Во всех монстрах и во всех людях. Во всех книгах по анатомии, про монстров и про людей. Значит ли это, что мы – одинаковые? Да, но не совсем. Я такой же, как Санс? Нет, мы разные. Его нельзя назвать красивым монстром, меня нельзя назвать обычным человеком. Но у него есть скелет, так же, как и у меня. Думаю, поэтому все так случилось, когда пришло время. Время для нашей собственной анатомии.