Случайная оговорка...

      «И чем Найтмеру outertale не угодил? Впрочем, приказы не обсуждаются…» — думал Эррор, запуская свои нити в код полюбившейся альтернативной вселенной, попутно, подобно каким-то незначительным помехам, убивая встающих на пути и отвлекающих от работы монстров.       — Остановись, черт возьми! Эррор! Убери свои лапы от этого мира! — прикрикнул на Разрушителя Инк, появившись перед Ошибкой без оружия в руках, но в любой момент готовый выхватить излюбленную кисть, висящую за спиной, — я не хочу драться.       «Звёзды, этот мудак! Почему ему всегда надо появится и все испортить? И убивать его совсем не хочется. Скорее совсем наоборот. Отвратительно, чертова природа, » — Размышлял Руру, стараясь сдержать бушующие гормоны, смотря на этого милого скелетика. Он всеми силами придал лицу надменное выражение, стараясь ничем не выдать собственные мысли.       — Размечтался, Радужный, держи карман шире, — прошипел Ошибка, хотя сам внутри готов бегать около него с криками «заметь меня, семпай!»       Эти внутренние распри его убивали. Инстинкты и душа внутри него требовали одно, что совсем не устраивало разум, даже противоречило его главным целям.       — Эррор! Давай поговорим? Может ты оставишь эту АУ? И не будешь убивать? — как всегда начал свою проповедь Инк, решив подойти ближе, чтоб было легче поговорить, и может даже обнять, но Ошибка заметил эту попытку.       «Звёзды, и так каждый раз! Почему тебе обязательно надо приблизиться ко мне, бесчувственный ты чурбан?! Стой где стоишь, млять!» — лихорадочно вопил внутри себя Разрушитель, но, конечно же, ничем своих внутренних метаний не выдал:       — И не мечтай, Радужный… Эта АУ ошибка, такая же как и ты. А я уничтожаю все ошибки!       Несколько выстрелов из Гастер-Бластеров ударили по земле, около ног радужки, заставляя его остановиться.       — Эррор… Малыш… — практически снисходительно улыбнулся Инк, телепортируясь прямо перед лицом глючного, — АУ это не ошибка.       «Сука!» — ещё один мысленный крик.       — Ошибки, — не сдавался Эррор, отшвыривая настырного тактильного маньяка нитями как можно дальше от себя, но Радужный вовремя отскочил, не давая оружию Глюка даже коснуться себя.       — То есть, я тоже ошибка? — спросил Радужный, доставая из-за спины кисть, понимая, что битва всё-таки неизбежна.       И так каждый раз, пора бы и привыкнуть. Жёлтая звёздочка в правой глазнице сменилась на голубую каплю.       — Да! И самая большая! Сколько раз я тебе уже об этом говорил, дырявая черепушка? — фыркнул Разрушитель, чувствуя довольно гадливое чувство за ребрами, хоть и понимая, что все эмоции Защитника АВ ни что иное как фальшивка и искусная игра.       — Ох… Но я не дам тебе больше уничтожать эту АУ! Эррор, милый… Не надо…       «Ты мне и просто не даёшь!» — метался разрушитель, озвучивая совсем другое:       — Ты правда думаешь, что сможешь меня остановить?!       Глюк послал в Инка n-ное количество острых костей, которые натолкнулись на преграду, в виде зверей призванных из свитка.       — Может мы сходим попьем чая? — скорее для галочки предложил Хранитель.       — Черт, может ты просто меня трахнешь?! — совсем не заметил, что озвучил свои мысли вслух Ошибка. — Утопись в своём чае! — пробил нитями звериный щит, ударил залпами ГБ.       Лицо Инка стало от смущения радужным, но он успел уклониться от всех атак.       — Хочешь, чтобы я тебя отымел? — удивлённо переспросил чернильный.       — Чт…что? — бедняжка удивился и сильно посинел, отошёл от радужки. — О чем ты мелешь?!       — Я сам по правде давно хотел этого, — завидев реакцию чернокостного практически пропел Инк.       Из-под земли выросли корни, они связали ноги глючного, так что он не может и шевельнуть ими. Хранитель подошёл к Руру вплотную и повалил на землю.       — Инк?! Прекрати! Эт…то не смешно! — в глючном голосе слышны панические нотки.       Разрушитель пытается пошевилить ногами и сбросить обнаглевшую радужку — Инк!       — Ммм, люблю тебя, особенно злым, — усмехнулся Инк, усаживаясь на пах глючного и провокационно потираясь. — Мнгх, ах.       — И.Инк… — со сбитым дыханием выгнулся под радужным Глюк. От сильного прилива возбуждения создался женский неон, — Инк…       — Какое тело, — восхищённо отметил радужный, задрав на противнике майку. Он укусил сосок, несильно сжимая зубы, жестоко сжав ладонями грудь. — Мазохист?       — Не особо, — голубые нити разрезали сковывающие ноги корни и связали хранителя. Эррор перекатился, подминая под себя, прижимаясь в слабом трении к его паху своим. — Инки.       Радужный румянец стал очень ярким. Инк немного вздрагивает, чувствуя себя всё более возбуждённым.       — Эррор… Нгх, с-сильнее! — бесстыдно попросил разрушителя художник.       — Просто трахни меня, ублюдок, — рыкнул на чернильного Дестрой.       Ошибка развязал радужного и отнюдь не деликатно содрал с него одежду.       — Хехе, раз ты так этого хочешь, — не стал упрямится Инк, перекатом меняя их позицию и оказаваясь снова сверху, нагло ухмыляясь. — Давай, малыш.       — Инки, сделай меня своей сучкой, — с великим стыдом попросил разрушитель, активно помогая избавить себя от одежды.       — Как же я могу отказать, такой послушной сучке? — издал мрачный смешок Чернила, разводя чернокостному ноги. Он один заход вогнал радужный член по самые яйца, глубоко входя внутрь, жестоко раздвигая стенки. — Нгх! Т-так узко!       — За…чем…же, — от неожиданности вскрикнул Ошибка, вцепляясь когтями в разрисованные плечи, — так…резко… — он выгнулся, —Больно… — На землю стекли небольшие ручейки крови. — Ох чёрт…       — Девственник. Как мило, что ты теперь мой, — самодовольно произнес хранитель, немного выходя и более нежно проталкивая член обратно, постепенно наращивая темп.       — Инки, я люблю тебя, — с долей раздражения признался разрушитель, обвив ногами белые бёдра, и обнял художника, прижимая к себе ближе. — Боже, Инк, — откровенно громко простонал он. — Пожалуйста, я так долго хотел этого!       — Все… Я не могу… — рыкнул радужный, резким рывком войдя внутрь, переходя на бешенный ритм. — Нгх! Эррор!       — Инки, — урчал чернокостный, сокращающимися стеночками сжимаясь вокруг долбящего его члена и кончая с хриплым криком. — Инк!       — Что? Так быстро? Или мой член так хорош, сученька? — удивился хранитель, сменив позу и усадив Руру на руки, продолжая долбиться в него, насаживая максимально глубоко.— Мхххх, Ах… бля… мммгх…       — Инк… я так люблю тебя…— постанывал от каждого толчка Глюк. — Пометь меня… — он отклонил голову, представляя больший доступ к шее.       — С радостью, — оскалился Инк, сильно вцепившись своими клыками в подставленные шейные позвонки, оставляя кровавую метку укуса, а потом, проходясь по шее ещё и языком, чмокнул укус.       Художник самым глубоким толчком вошел в матку и, не выдержав этого наслаждения, излился внутрь неё. Сперма быстро заполнила все внутри, и с брызгом вышла наружу. Инк тяжело дышал, уткнувшись в шею глючного, снова немного укусив ее.       — Да!!! Ох, звезды!!! Инк!!! — сорвался на крик Эррор, сильно выгнувшись, и снова кончил от смешанных ощущений.       Разрушитель блаженно потерял сознание, обнякнув в руках радужного.       — А? Выдохся?.. Похоже я переборщил… Хехехе, он такой милый, — неловко улыбнулся художник.       Инк сноровисто одел глючного и положил у дерева, сам же устроился рядом и, держа его за руку, уснул.