Немного химии

Очень сложно было сидеть на узком диванчике между красивым мужчиной и не менее привлекательной женщиной в весьма пьяном состоянии и не предложить секс. Остатки разума говорили Кислороду, что Калий, скорее всего, согласится, а вот Водород убьёт его, если это возможно, конечно. Она ведь слишком правильная, чтобы спать с "этой сволочью". Да, они были коллегами и были вместе почти везде, но Водород ненавидела любого, кто хоть однажды посмел только намекнуть на возможность отношений. Но её моральные устои и гордость почему-то не мешали ей одевать настолько короткие платья, открывающие просто всё, кроме самого интересного. - Эй, Калий! - позвал Кислород хриплым шепотом. Тот медленно повернул голову и насмешливо изогнул бровь. - Ваше Величество ещё не потеряли дар речи? - поинтересовался он. И совсем просто и даже почти по-домашнему добавил: - Хватит пить, великий окислитель всего, что движется. Прикосновения прохладных рук, осторожно и почти любя отнимающих бутылку, заставило его хотеть ещё сильнее. Кислород сглотнул, чувствуя, что в штанах становится тесно, и протестующе замычал, пытаясь сложить рассыпавшиеся звуки в слова. Наконец, у него получилось выдавить из себя скомканное "верни" и жалкую, едва слышную половину от "пожалуйста". Калий смотрел на это снисходительно и заинтересованно. Не каждый день увидишь Кислород в таком состоянии. - Нет. - Н-но... - Ты совсем не этого хочешь. Я ведь угадал? Газ закивал головой, справедливо полагая, что ни одного складного слова сказать не сможет. Металл снова насмешливо улыбнулся. Кислород решил счесть это разрешением на всё, что угодно. Он приподнялся, вплотную прижался к своему потенциальному партнёру, чувствуя, как сильные руки сжимают его талию под рубашкой, прикосновение губ к его губам, а потом... А потом Водород сняла наушники и отвлеклась от книги, услышав совершенно не подходящие к ситуации звуки, раздражающие ещё и потому, что они посмели быть громче Шопена в наушниках. Сначала она брезгливо скривилась. Потом попыталась отодвинуться подальше. А потом, чтобы добиться прекращения совокупления прямо рядом с ней, попросту огрела своего соседа по спине книгой. Лев Толстой укоризненно смотрел на происходящее с обложки, первый элемент таблицы страдала из-за сломанного ногтя, Кислород не отреагировал и продолжил самозабвенно целоваться с Калием, успевая попутно расстёгивать его рубашку. Водород тихо паниковала, потому что ей нельзя было уйти из этой адской комнатки, пока не придёт кто-то, кто мог бы заменить их с Кислородом дуэт, иначе молекула распадётся и настанет Апокалипсис ( по крайней мере, именно так им говорили во время всех инструктажей Уран и Плутоний, представлявшие здесь эдакое подобие начальства ). Через час сюда обещали заглянуть Азот с братьями Кислорода. Эх, скорее бы. И скорее бы попасть в кабинет к Урану. Он, верховный жрец местного божества - Менделеева - уж как-нибудь остановит это пьянство и непристойное поведение её напарника. - Алло, Фтор? - Да? - ответил на том конце трубки сонный голос. - Как успокоить Кислород, если он хочет... хочет... - Никак. Беги. Да уж, Фтор любезностью не отличался. Функциональностью тоже. Оставалось только повесить трубку. Кислород мимолётно подумал о том, что, наверное, его сейчас убьют, но это было не важно. Он таял под умелыми ласками, развратно постанывая. Калий обводил языком его соски, медленно, заставляя сходить с ума от желания главного блюда. Водород честно пыталась не смотреть. Потом почувствовала, что что-то определённо не так. Потом поняла, что тоже хочет секса. С ними. С обоими. Это было бы восхитительно. Калий медленно растягивал Кислород. Тот вертел задом, как последняя шлюха, всхлипывал от острой нехватки чего-то определённо бóльшего и иногда просил своего партнёра трахнуть его, но тот был непреклонен. Водород чувствует себя шалавой. Водород опускается на колени рядом с Кислородом. Водород начинает ему дрочить ( тот захлёбывается новой серией стонов ). Начиная ласкать себя, Водород с явно видимым наслаждением отсасывает своему ненавистному напарнику. Калий наконец перестаёт сдерживать себя и входит в Кислород на всю длину, не боясь ему навредить. Тот чуть ли не кричит от ощущений. Чувствуя в себе член Калия, с каждым толчком проезжающийся по простате, и тёплую влажность рта Водород, Кислород теряется в ощущениях. Он кричит в голос, кончая в рот напарницы, его чуть ли не трясёт от пережитого. Обессиленный, он как сквозь вату слышит, как металл трахает Водород, как она развратно стонет и как книга падает с диванчика на пол. Когда Азот пришёл наконец, чтобы поменяться местами с Калием, он был крайне удивлён, когда его послали обратно, сообщив, что молекула КОН будет нерастворимой ещё два часа точно.