Часть 1
23 июля 2017 г., 18:02
Ударяется о ноздри медикаментозный запах, а на глаза стелется блеск витрин и мельтешат зеброй чёрно-белые ценники. Сонно позёвывая, Слава протискивается к кассе, плавая в бассейне из бабулек. Приходится отстаивать очередь. Маленькую, но плотную. Слушать жалобы старушек на жизнь, которые они изливают бедному фармацевту. Славик кидает на него взгляд и вешает глаза на вешалку. Молодой мужчина. Странно, обычно такие не идут на подобные работы.
В такт размышлениям мужчина подбирается, наконец, к окошку. Одолевает желание смачно зевнуть и Слава широко открывает рот, выглядя достаточно нелепо, чтобы вызвать у продавца усмешку.
— Мне жаропонижающее, — всё же извлекает из сонного тела слова Карелин.
— Вам какое? У нас есть…- приятным голосом фармацевт начинает перечислять и показывать.
Слава рассеянно следит за его движениями и хочет получше рассмотреть татуировки на руках. Что он, хуже бабок что ли? И начинает растягивать время, на ходу подбирая истории.
— Ты знаешь, у нас тут макарошки по 37.50 всего, я вот всегда закупаюсь по скидкам, а ты? — боже, как нелепо.
— А я не слежу за таким, — спокойно отвечает привыкший к болтливым людям мужчина.
— Ты мечтал когда-нибудь о сексе с карлицей? — уж лучше бы ты про макарошки разговаривал.
— Теперь буду думать над этим, спасибо, — улыбка на лице и милые носогубгные складки, в которых Слава тонет глазами, крепче хватаясь за прилавок. Продавец рассказывает ему, что вылизывал девушке глаз по её просьбе.
— Я бы полизал твои глаза, — выкидывается мусор изо рта прежде, чем к владельцу приходит осознание сказанных им слов.
Он слышит короткий сдержанный смех.
— Буду считать это за комплимент.
Впрочем, Славе не очень-то и стыдно. Говаривал вещи и поразвязнее, только обычно будучи под градусом или бошками. Пальцы неловко сгребают лекарства и складывают в пакет.
— Заходите ещё.
Элемент менеджмента. Но Слава заходит ещё. Теперь он уже здоров, просто пришёл рассказать историю. В конце концов, аптека находится на первом этаже его дома, почему бы и не зайти. Он словно в бар туда вваливается в любое время суток свободное от работы. Мирон улыбчиво его встречает, сразу узнавая. Истории он слушает внимательно, с улыбкой подпирает подбородок рукой, смотря на Славу. А Слава со своим ростом сгибается над окошком, чтобы было лучше слышно. Они мало внимания обращают на покупателей, потому что увлечены беседой. Те только недовольно цокают.
Карелин так смеется с ответной шутки на свой рассказ, что разливает чай. Да, он пришёл в аптеку с кружкой горячего чая и купил гематоген на закуску.
— Ну вы видели, — машет рукой Мирон, ища тряпку за прилавком. Ему пофиг, что прилавок теперь будет липким. Мужчине очень смешно и плечи сотрясаются от мелкой дрожи и тихого шелестящего как полиэтиленовый пакетик смеха. Мирон приглашает Славу погулять после смены.
Бутылка пива в руке как влитая. Обыденные вещи раскрашиваются новыми красками, пока они гуляют по городу, облегченно дыша. Немного усталости и растекающаяся по венам лень. В выходные Слава приглашает Мирона в океанариум. Там много рыб. А Карелин говорит, что Фёдоров похож на дельфина.
— Это ещё почему, — смех щекочет уши.
— Они такие же умные и загадочные.
— А ты знал, что дельфины насилуют людей?
— Читал как-то, как правильно дрочить дельфину, — Слава отпивает молочный коктейль. Они сидят на скамейке у входа в дельфинарий перекусывая.
— Да ты прямо вместилище всех необходимых человеку знаний.
Позже парни гуляют по дворам бесцельно. Останавливаются покурить. Сигареты кончились. Терпение терпко теряется. Слава тянется к Мирону с поцелуем. После первого короткого мужчина выдыхает в чужие губы.
— Слава, — еще один поцелуй, дольше на пару секунд.
— Я, — смачный чмок.
— Не, — новый раунд теплоты губ и влажности скользнувшего языка.
— Педик.
После разорванной фразы ещё каскад рваных поцелуев, против которых Мирон, что важно, не возражает, рукой даже тихонько прикасается к бледной шее Славы.
— Что ты там пытался сказать? — насмешливо спрашивает он, просто и прямо смотря голубыми глазами. Чисто и невинно, будто не творил всего этого.
— В жопу иди, Славик.
Мирону неловко. Неожиданно и смутно. Он машинально подносит чуть трясущиеся пальцы к губам. Вытаскивая себя из лужи смущения он сообщает другу, что тот ведет себя нетактично и с чего вообще взял то, что симпатичен Мирону как мужчина.
— Да я просто, — бесхитростно пожимает плечами, явно довольный собой и без капли стыда или сомнения, — Если не нравится, зачем отвечал? Вот, можешь стукнуть меня по лицу прямо сейчас.
Слава подставляет щеку, указывая пальцем на место, куда надо бить.
Но Мирон вместо этого целует мужчину в щеку.
— Не буду. Бывай.
И идёт домой, насвистывая песенку. Очень легко на душе. В кармане куртки звякает мелочь.
