Суровая реальность

      — Себастьян, мне нужно с тобой поговорить.       Утро в поместье графа Фантомхайва началось совершенно неожиданно. Дворецкий, переодевавший Сиэля, сейчас с недоумением смотрел на своего хозяина, который меланхолично пил чай и всеми силами пытался не взирать на демона. Что ж, за последние месяцы Себастьян привык к тому, что граф избегает прямого контакта глазами. Михаэлис понимал, в чем причина и почему его господин так себя ведет, но демон не поднимал эту тему сам. Он ждал, пока Сиэль созреет для этого разговора, и, судя по всему, момент настал. — Моего господина что-то тревожит? — глаза Себастьяна на мгновение вспыхнули малиновым пламенем и тут же погасли. Нет, не стоит выдавать то, что он знает, о чем сейчас пойдет речь. — Да, ты прав, кое-что меня беспокоит, — Сиэль сделал глоток свежезаваренного чая и продолжил: — Ты. — В каком смысле? — демон попытался сделать удивленное лицо, но, судя по гневно сверкнувшим глазам Фантомхайва, в искренность его эмоций не поверили ни на грамм. — Кажется, я влюблен в тебя, Себастьян, — обыденным тоном произнес Сиэль. Но Михаэлис уловил нотки страха и переживаний в душе мальчика. Это было вполне естественно, но демон на секунду удивился тому, что Сиэль так спокойно об этом сообщил. Воистину необычный человек, этот надменный лорд. По тому, как старательно Фантомхайв избегал последние месяцы смотреть на своего преданного слугу, Михаэлис ожидал, что сейчас мальчишка стушуется и покраснеет, делая такое признание. Однако Сиэль в очередной раз удивил Себастьяна.       Да, Михаэлис давно понял то, что его господин к нему неравнодушен. То, как он отводил глаза, стоило Михаэлису на него посмотреть, то, какие взгляды он бросал на демона, когда тот отворачивался, все это выдавало Сиэля с головой. Именно глаза его и подвели. В остальном же поведение Фантомхайва было обычным. Даже в его душе практически ничего не изменилось. Стоило отдать графу должное, он умело держал все свои чувства на замке. Но, по всей видимости, борьба с самим собой в любовных делах ему надоела, и он попросту решил открыться. В конце-концов, как считал Сиэль, это всего лишь чувства, а чувства — вещь непостоянная, в мире нет ничего вечного и со временем они пройдут. — Милорд, я думаю, вы ошибаетесь, — начал демон. Он прекрасно понимал, что Сиэль не ошибся, но Себастьян не мог допустить того, чтобы все это переросло в нечто гораздо большее. Еще было слишком рано. Михаэлис и сам (что уж скрывать), был влюблен в своего маленького графа. С самого первого взгляда, с самого первого прикосновения к хрупкому телу. Его манила душа, что скрывалась в телесной оболочке. Такая прекрасная, желанная. Но демон и не заметил, как со временем желание вкусно пообедать переросло во что-то другое. Он не спешил расставаться со своим хозяином, не спешил выполнять цель, из-за которой в ту роковую ночь и был заключен контракт между смертным и исчадием Ада. Но на данном этапе жизни своего хозяина демон считал, что Сиэлю еще слишком рано отдаваться во власть чувств и эмоций, которые хоть и были взаимны, но могли знатно подкосить Фантомхайва. Все-таки он еще ребенок, который не готов к таким жизненным поворотам, и стоит подождать. — Вероятнее всего вы увидели во мне опору, того, кому вы доверяете и кто всегда рядом с вами. Но, поверьте, это все пройдет. — Возможно ты и прав, — Сиэль издал еле слышный отчаянный выдох и отдал дворецкому пустую чашку из-под чая. Что ж, скорее всего Михаэлис действительно прав и скоро эти чувства уйдут, позволив Сиэлю и дальше жить обычной жизнью.       Себастьян поставил грязную посуду на тележку и продолжил переодевать Фантомхайва. Оставшееся время до завтрака ни один не проронил ни слова. И лишь изредка глаза демона полыхали адским пламенем, выдавая его истинную сущность.

***

      Время шло, Сиэль взрослел и становился все более прекрасным во всех смыслах. Сейчас молодой граф был в самом расцвете сил. Двадцать лет — довольно красивая цифра. Но осознание того, что через несколько месяцев совершеннолетие, слегка огорчало. Это значило, что близилась свадьба с Элизабет, которой Фантомхайв ох как не хотел. Он надеялся, что все-таки к тому моменту Михаэлис заберет его душу. А пока граф жил обычной жизнью. Постепенно его поведение стало прежним, теперь он спокойно мог смотреть на Себастьяна и не отводить взгляд. Разговора о чувствах Сиэля больше не заходило. Да и некогда было особо. С процессом взросления Сиэль перестал нуждаться в услугах Себастьяна: он научился сам совладать с одеждой и этими чертовыми пуговицами на рубашках, сам принимал ванну и не нуждался в помощи демона как учителя. Все было давным-давно выучено и освоено. С Михаэлисом Фантомхайв теперь виделся редко, лишь когда тот приносил утренний чай и сопровождал в столовую, а также в делах, если приходило письмо от королевы.       Но Сиэль не подозревал, что демон сопровождал его всюду. Себастьян сливался с тенями, но всегда втайне от господина присматривал за ним, даже любовался. С годами грозный мальчишка превратился в прекрасного юношу, которого так и хотелось склонить к греху. Нет, к акту любви. Все же за эти годы демон понял, что определенно любит господина, он делал все, чтобы интерес Сиэля к его персоне не потух. Однако, что-то пошло не так, и, кажется, Сиэль все же задушил в себе все чувства по отношению к Себастьяну. Но Фантомхайв решил все же проверить свои догадки.       Одним летним утром, когда Михаэлис уже собирался уходить, Сиэль решился вновь вызвать демона на разговор: — Себастьян, стой, — голос господина был как сталь. Он звучал холодно, а просьба (приказ?) был произнесена тоном, не терпящим возражений или неповиновения. — Да, милорд? — Себастьян оставил тележку с посудой у двери и подошел ближе. — Ты помнишь наш разговор несколько лет назад? — Фантомхайв слегка поморщился, вспоминая детали того утра. Возможно сейчас он находил свой поступок крайне глупым и опрометчивым, но на тот момент это казалось правильным.       Губы Михаэлиса тут же скривились в усмешке, а глаза полыхнули. Он-то прекрасно помнил то утро и тот разговор, будто бы это было только вчера. — Конечно помню, мой лорд. Почему вы вспомнили об этом? — демон чувствовал, что сейчас случится что-то необычное, и ничуть не прогадал. — Я хочу кое-что проверить. Себастьян, поцелуй меня, — глаза Сиэль поспешно отвел в сторону. Просить о таком слугу было странно и непривычно, а тот факт, что это был мужчина, да еще и демон, подливало масла в огонь. Себастьян тем временем продолжал улыбаться, глядя на Фантомхайва, чей тон шел абсолютно врозь со словами. — Милорд, это приказ? — Нет, это просьба, но это не значит, что я не могу… м-м-м! — договорить Сиэлю не дал Михаэлис, в одно мгновение преодолевший расстояние между ним и господином и впившийся в его губы поцелуем. Нет, он не хотел быть грубым, ведь это был первый поцелуй Сиэля. Себастьян хотел, чтобы его Фантомхайв запомнил навсегда. Дворецкий осторожно провел языком по губам Сиэля, размыкая их и скользя во внутрь. Юноша сидел как вкопанный, неумело пытаясь отвечать демону, которого спустя несколько секунд оттолкнул от себя. Сиэль демонстративно вытер губы рукой, глядя прямо в глаза Михаэлису, чьи глаза опять полыхали.       Эксперимент Фантомхайва удался, и теперь он с чистой душой и совестью мог сообщить своему дворецкому: — Забудь тот разговор, Себастьян. Я больше к тебе ничего не чувствую. А сейчас пошел вон! — Сиэль указал демону пальцем на дверь, тем самым показывая, что не желает больше его видеть сегодня. Себастьян склонился в почтительном поклоне и, произнеся извечное «Да, мой лорд», удалился из покоев графа, оставляя его одного.       Улыбка Себастьяна теперь все больше напоминала звериный оскал. Поступок господина говорил о том, что он готов принять чувства демона, пускай сейчас он и утверждает, что все прошло. Нет, не прошло. Михаэлис это чувствовал, знал. Этот поцелуй послужил разрешением Себастьяну действовать дальше и масштабнее. Он добьется добровольного признания Сиэля, даже если на этой уйдет целая вечность. Их вечность. Ведь Себастьян дьявольски хорош во всем.