Часть 1
24 июля 2017 г., 00:34
Иногда знать, чтo идёшь верной дорогой, важнее, чем знать, дойдёшь или нет. Так всегда говорил его отец и Слизерин старался следовать его словам. И у него всегда получалось, он стал сильным магом, способным передать свое знание и умение ученикам, которым только предстояло овладеть всеми тонкостями магии. Но в тот вечер Слизерин понял, что дорога его была другой. Она вела его не в Хогвартс. Она вела его не к ученикам. Она вела его не к магии. Она вела его к ней.
Черные волосы, переливающиеся в лучах утреннего солнца. Сапфировые глаза, в которых плескалось такое же спокойное, как и она, море. Бледные руки, тонкие пальцы которых изящно держали палочку. Мягкие губы, произносящие слова или заклинания. Слизерина околдовали.
Она была сурова. Она была строга. Она была умна. Ее ум частенько заводил его в тупик. Она могла даже читать по глазам и знать, какие чувства одолевают его сердце. Но в то же время она была жестока.
— Что мне скажет такой человек, как ты, Салазар? Неужели ты считаешь, что смогу поверить я тебе? — с презрением произнесла Райвенкло, поднося кубок с элем ко рту.
Она могла унизить его и оказаться правой. Ее глаза горели, а душа оставалась такой же хладной и недосягаемой. Ее слова могли вмиг оказаться острым кинжалом, закаленным ядом, что пронзает сердце насквозь, а сочившуюся кровь остановить не в силах. Ее книги, казалось, очерняли ее разум. Она никого не слушала, не старалась. Она выстроила свою крепость, в которой сама стала заложницей.
***
Слизерин выхватил меч из ножен и устремил острие прямо ей в горло. Но Ровена и глазом не моргнула. Только презрительный взгляд словно прожигал его, но мужчина меч не опустил. — Я вижу твое сомнение, Салазар. У тебя все на лице написано, — спокойно сказала Райвенкло, не обращая внимания на острие, приставленое к ее горлу. — Думаешь, я не знаю, о чем твои мысли? Я — легилимент, если тебя память подвела. Ровена хмыкнула и уже было отвернулась от приставленного оружия, как Салазар схватил ее за талию и прижал к себе. Райвенкло задохнулась от возмущения, но Слизерин даже не думал отступать, сомкнув пальцы левой руки на её шее. Ровена замерла. — Движение — и я задушу тебя. Меня здесь больше ничего не держит, моя дорогая. Я не столь одержим, как вы. Чтоб передавать свое умение ублюдкам, у которых магов и в роду не было? Я только позорюсь, что с вами якшаюсь, — прорычал он, сжимая ее шею. Ровена принялась яростно сопротивояться, но тщетно. — А я ведь предупреждал, Ровена. А вы только отмахивались и не принимали мои слова всерьез. И что же сейчас? Я опять шучу, по-твоему? — ядовито поинтересовался он, обдав ее ухо горячим дыханием. Ровена молчала и ждала, что он скажет еще. Но она ошиблась. Слизерин рассердился и, повернув женщину лицом к себе, впился губами в ее требовательным и жестоким поцелуем. Он явно хотел унизить ее, показать свое превосходство над ней, поиздеваться. «Я знаю, чего он добивается. Моих слез он не увидит никогда» — думала Ровена, ощущая горячие губы на своей шее, где красовались следы от его рук. — Думаешь, я идиот? Не понял, зачем ты заигрывала с тем лордом из Кента? Ты такая предсказуемая, Ровена. До ужаса, я бы сказал, — в его голосе улавливались нотки издевательства и усмешки. — Я всего лишь оказала любезность молодому человеку. Тебя это задело, Салазар? Надо бы почаще так делать, — тяжело дыша, улыбнулась Ровена, чувствуя его злость. Слизерин зарычал и, схватив ее за руку, аппарировал в замок. Оказавшись в ее покоях, он бросил женщину на кровать и навис над ней. Тут Ровена испугалась не на шутку. — Тебе достовляет удовольствие выводить меня из себя. Я это ценю, ты же ведь так стараешься. Но за каждое баловство требуется наказание, ты так не считаешь? — Выйди. Или ты пожалеешь об этом, — пригрозила Райвенкло, выхватывая палочку, которую заметила в его кармане. Она даже не заметила, как он ее вытащил у неё. Слизерин нахмурился, но неожиданно встал. Одарив женщину надменным взглядом, он покинул ее покои, громко хлопнув дверями. Ровена сидела в постели в явном недоумении. «Он не моих слов испугался. Он что-то замышляет и скрывает» — размышляла черноволосая волшебница.***
Хельга как раз тренировала учениц в технике применения чистящих заклинаний, как рядом оказался Слизерин. Ученицы поздоровались с Мастером, но поспешили удалиться, дабы не быть на близком расстоянии от опасного, на их взгляд, колдуна. Салазара это, впрочем, нисколько не задело. — Салазар? Каким северным ветром тебя занесло сюда? — рассмеялась она, оглядывая мужчину. — Ветром, что дует с твоей родины, Хельга, — с улыбкой ответил Слизерин. Хельга была довольно добродушной и не искала конфликтов с кем-либо. Даже сглаживала их там, где он только-только назревал. — Я даже спрашивать не буду. Нет, она мне ничего не говорила. Правда, — ответила Хаффлпаф на его немой вопрос. Хельга знала, что Слизерин мог легко проникнуть в сознание и прочесть мысли. Она давно к этому привыкла. — Где она? Она не спустилась на завтрак. И на ужине ее не было. Какого черта? Что за фокусы? — не контролируя себя, рвал и метал Слизерин. Хельга изогнула брови и скрестила руки на груди. — Спроси сам у неё, — и вернулась к ученицам. Салазар прищурился, а в следующий момент материлизовался у дверей Райвенкло. Стражу он прогнал, а двери оказались запертыми. Упрямая. — Открой, — грубо потребовал Салазар. Тишина. — Я сказал — открой. Или я выломаю дверь и тебе, поверь, это не понравится, — и вновь тишина послужила ответом. Слизерин, не отличавшийся терпением, даже палочкой не воспользовался. Ударом ноги, обутой в дорожные сапоги, ему удалось разломать дверь. Сначала показалось, что покои пустовали. Однако, чутье его не подвело и он уже через мгновение подворачивал руки Райвенкло ей за спину. — Не двигайся, — огрызнулся он, одной рукой придерживая ее, а другой, взмахивая палочкой, восстановливал дверь. Салазар обернулся к Ровене и явно не ожидал, что за этим последует. Звонкий удар пощечины раздался в покоях. Красное пятно стремительно расползалось по небритой щеке Слизерина. Ярость снова взяла вверх. — Ненавижу тебя. Я всей душой желаю тебе смерти. Долгой и мучительной, — сквозь зубы, проговорила Ровена, чувствуя, как затекает все тело под его натиском. — Надо же, какое я чудовище. Убей же. Не медли, — усмехнулся он, наклоняясь к ней все ближе и ближе. Райвенкло была готова закричать, как почувствовала горячие губы на своей шее. Влажные поцелуи, которыми он одарил ее ключицу и спускался все ниже. Ровена снова приняла попытку отолкнуть его от себя, но напрасно. Слизерин, радуясь своей победе, рванул на ней платье и прижал нежное тело к себе. Ее глаза не горели мольбой о пощаде. Ее глаза горели недобрым огнем. Салазар вновь усмехнулся. Та ночь была не для сна. Казалось, Ровена сдалась. И, возможно, так и было. Он ушел, когда зари не было еще видно. В голове Райвенкло тут же возникли мысли: «Он меня использовал. Он насмехался». На столе она увидела свиток пергамента, которого вчера там не было. Райвенкло, пожав плечами, вскрыла свиток: «Я твой, ты моя»***
— Леди, Ваша прелестная дочь. Словно ангел поцеловал ее, — нянька, что принимала роды, подала Ровене кричащий сверток. Малышка распахнула глазки и Ровена улыбнулась изумрудным глазам, которые когда-то одаривали ее с ненавистью. Когда малышка Хелена подросла, Ровена и не думала, что та будет настолько любознательной. А в тот вечер и подавно. Райвенкло задержалась в своем кабинете, а юная Хелена разбирала книги на столе матери в ее покоях. Ей казалось странным, что на каждой книге в самом начале и на каждом свитке пергамента гласила одна и та же строчка: «Я твой, ты моя». — Хелена, уже поздний час. Иди-ка к себе, — уставшим голосом проговорила Ровена, завидев дочь. Улыбаясь, женщина подошла к дочери, чтобы поцеловать на ночь, но увидела разложенные перед ней свитки и книги с этой проклятой надписью. Ровена окаменела. — Что это, матушка? — поинтересовалась Хелена, оборачиваясь лицом к Ровене. «Ты выиграл, Салазар. Ты выиграл. Ты мой, а я твоя»
