Я обещаю...

      Тяжесть небес       Золотистая пустыня и практически белое солнце над головой. Темная плотная ткань еле скрывает от вездесущих песчинок, словно поставивших целью своего существования забиться во все доступные и недоступные места. Тонкий Слой щита спасал только первые три часа путешествия, и хоть Рамиль обещал не долгое путешествие, а стены образованной самумом как не было так и нет.       Караван прошел еще немного и все стихло.       - Приближаемся! - пронеслось над верблюдами, - связать караван.       -Не забудьте пристегнуться, Амира, тут чары не действуют, - напомнил девушке провожатый.       Елена лишь кивнула, и плотнее запахнула ткани. Еще с момента представления Рамиль переиначил ее имя на местный манер. Амира - Принцесса. А еще маг называл её Птицей, не птичкой, но Птицей, с почтением и некой опаской. Хоть равную в ней признали только после того как незадачливого мага согнуло под родовой мощью. В тот вечер они долго разговаривали, составляя примерный план прибывания во дворце халифа и прощупывали пути взаимодействия. Елена, выясняла насколько вера и обычаи нынешних магов Востока соответствует заветам Корана или они ближе к язычеству. Итогом оказалась причудливая смесь арабских, шумерских, бедуинских и еще боги знает каких мелких обычаев кочевых племен порождая зыбкость и двоякость мироощущения. Женщине разрешалось все: от прожигания жизни в неге и лености, до обучения наукам магии и владению оружием. Редкая красавица не читала великих поэтов в оригиналах, прекрасно держалась в седле, танцевала, пела или играла на местных струнных инструментах, могла составить астрологический прогноз, просчитать вероятности и отравить вас более чем полусотней способов. Это не говоря о том, что поддержание молодости и красоты здесь возвели в культ. А Азхар-Джанан можно было смело называть колыбелью магической косметологии. Кстати по слухам древние вывели на поверхность вместе с чистейшими родниками парочку то-ли термальных, то-ли минеральных источников, но правда ли то, никто не ведал. Мужчина был её опорой и защитой, кормильцем и хозяином. Состояние мужчины оценивалось по количеству женщин, чью достойную жизнь он мог обеспечить. Если же он не исполнял предназначенного, женщина, доказав свою правоту по строго определенным критериям, могла уйти и продолжить жить в гареме более состоятельного мужчины, но не в качестве жены, а в роли наперсницы-дуэньи, няни либо наставницы для его женщин. Ни кто не оставался без присмотра и покровительства ни женщины, ни дети.       Рамиль же выпытывал истинные цели её присутствия на Аравийском полуострове и границы её знаний и силы. Верховный маг же немного разочаровывал девушку. То ли дала осадок родовая память, то ли опыт общения с Фламелями, Малфоем, другими сильными мира сего. А этот мальчишка... его хотелось потрепать по макушке и дать конфетку.       Тем временем они приближались...       Самум поднимался от горизонта медленно наползая на лазурное небо. Ровная стена рыхлой песчаной массы протоками и вихрями удерживалась на одном месте. В некоторых местах движение песка становилось видно и невооруженным глазом. С природным явлением ЭТО разнилось как небо и земля.       Елена еще раз проверила ремни крепления и чадру, закрывающую глаза прежде чем верблюд нырнул в песок. Девушке пришлось пригнуться к самому крупу животного и виной этому был не только ветер. В тот момент как караван вошел на границу магическое давление возросло в несколько раз. Теперь Елена понимала, что именно её смутило на подходе — магический купол закрывающий арабский магический город опирался на вихревую подушку, но был слишком тяжел для неё, как в прочем и для песка пустыни. Если бы этот купол стоял на земле город давно ушёл под неё. Не веселая арифметика. Снаружи девушка смогла уловить лишь отдельные отблески, сам рисунок удастся изучить только изнутри. Если внутри давит хотя бы на четверть от теперешнего, Леди Принц обязана будет вмешаться, в качестве мастера ритуалов.       Верблюды шли медленно, хвост одного подчас щекотал нос другого. Погонщики то и дело меняя направление движения, и только твердая дорожка под ногами животных так не похожая на рыхлые барханы давала уверенность в правильности пути.       Песок закончился через пол часа. Караван вышел из пелены и остановился в некотором отдалении от барьера, давая путешественникам привести себя в порядок.       Елена ослабила все ремни и завязки, аккуратно перекинула ноги на одну сторону и выскользнула из одеяний оставляя пропитанные писком покрывала на седле.       - Легче уничтожить чем выстирать, - с долей сожаления констатировала она.       - Как, Вы? - Рамиль так же скинул верхний плащ.       - Могло быть и лучше, - девушка уперлась ногой в трансфигурированную подставку и тщательнейшим образом вычищала жестким драконьим скребком песчинки из стыков меж мелких чешуек. Сапоги из кожи песчаных драконов не справились с самыми мелкими частичками немного забившись, но свое дело сделали.       Маг осмотрел бесстыдно обтянутые плотной тканью штанов ягодицы и с сожалением вздохнул, скорее всего Халиф захочет её себе, да и старший братец наверняка в той же очереди будет, а жаль.       Закончив с песчаной пылью Принц поправила многослойное короткое до локтя покрывало, защищающее волосы и голову во время перехода.       - У Вас всегда так давит?       - Давит? - не понял мужчина.       - Давит, на магию и голову заодно. Хотя, при вашем оттоке силы, скорее всего вы этого и не замечаете, а вот караванщики мучаются мигренями, так же как и остальные жители. И средство от головных болей и давления у вас безмерно популярны. Не правда ли?       - Последнее точно, а первое я уточню. Но откуда вам знать такое?       - Я же говорю — давит. Ваш защитный купол давит на всех кто находится под ним, вы привыкли так жить, люди ко всему привыкают, особенно не зная другого, но это не правильно.       - Как у вас говорят: в чужой монастырь со своим укладом?       - Ну что вы, - девушка растянула губы в злой усмешке полной сарказма и превосходства, - вымирайте на здоровье...       - Угрожаете? - маг подобрался, тут же теряя игривое настроение.       - Констатирую факт. Уже сейчас продолжительность жизни здесь прискорбно мала, выдающихся колдунов рождается все меньше и меньше. Вы с братом одни из немногих исключений ибо скорее всего резонируете и тем самым снимаете напряжение ядра. Такими темпами лет через триста некому будет поддерживать купол. И все это я узнала лишь взглянув на ваше небо. Что же я увижу дальше, уважаемый Рамиль?       Мужчина сглотнул и прикрыл глаза. Шайтан-женщина, как восхищенно позволял себе вздыхать Абдул, глава погонщиков.       - Вы можете исправить?       - Не могла, молчала бы. Я мастер Ритуалов, а значит защитные плетения и создающие их ритуалы моя прямая обязанность как Мастера и как Леди своего Рода. Но об этом я буду говорить с Халифом. С вас, почтеннейший, мне необходим полный доступ к личным вещам и книгам Джафара Саагди*, известного как Магрибский колдун. И путь в пещеру Чудес.       - Как прикажет Халиф.       - Никуда не денется, я уже здесь! - темные глаза недобро сверкнули. Она боялась столкнуться с вольными эфритами, а получила угнетенных магов. Что-бы расшатать её ядро надо что-то побольше глухого купола, а уж с пятью якорями, этим может похвастаться пожалуй лишь архимаг. Сила и ответственность поселились в характере жесткостью и нетерпимостью.       -Здесь! Черная Птица с Севера! Не терпите приказов? - Сильный глубокий голос заставил спорщиков обернуться.       На темном как ночь тонконогом жеребце гарцевал мужчина. Против солнца его силуэт казался черным, а лицо невозможно было рассмотреть. Только белый плащ летящий по ветру.       - Ни в коем разе, Магир, - его выдала магия и цвет плаща, у халифа он золотой. А девушка тем временем разомкнула последнюю заколку и стряхнула с волос мешающиеся тряпки превратив их в легчайшую нежно-голубую пелерину и золотой обруч с кольцами-заколками, которым и укрепила ткань на вмиг распустившихся волосах, прихватив ее на макушке и в трех местах по длине. - не доставите Леди до места?       - С Удовольствием, - Великий визирь легко подхватил девушку усаживая впереди себя на седло и бросив брату грозный взгляд, - не обижайтесь - тихо начал он разговор, а лазурь неба вдруг начали укутывать миллиарды разноцветных нитей, проступая из ниоткуда. заметив внимательный взгляд в небеса мужчина грустно усмехнулся, - вы очень чувствительны почтеннейшая, любуйтесь пока мы едем к дворцу, но не вмешивайтесь в рисунок.       - Угу, все еще хуже чем я думала. Кто вам её ставил?       - Быка за рога? А как же приличия и этикет? Прелестнейшая.       - Магир, - Елена скосила на него глаза не сулящие хорошего отношения, - сейчас опять поругаемся.       Вот именно этим они и занимались последние пол года - ругались по переписке. Вестники носились через пол мира чтобы передать одно слово. Но писавшим было глубоко плевать на расстояния. Наканец-то Леди Принц нашла мужчину с которым можно было от души покричать друг на друга, пусть и письменно.       - А мы разве прекращали? - шепот на ушко стал интимным.       - По идее, еще даже не начали.       - Тогда немного отложим. Твои ментальные способности действительно поражают.       - А ты профессионально подслушиваешь, я тебя и не заметила.       - Впитал, как говориться с молоком матери. Твое менние, - резко перевел он тему кинув взгляд к небу.       - На обстоятельную лекцию по щитам у нас времени не хватит.       - А кратко?       - Кратко? С матом можно?       - Нет.       - Тогда не получится. А лекцию я вам лучше всем сразу прочитаю, после полного обследования.       - Лечить будешь?       - Легче ампутировать. С вашими скудными познаниями в предмете и не более впечатляющими магическими возможностями...       - Стерва, - ласково пропел мужчина в самое ушко.       - Все познается в сравнении, Магир.       Так перебрасываясь подчас понятным лишь двоим фразами группа сопровождения добралась до города, а потом и дворца. Азхар-Джанан был построен магами а посему отличался от любого другого восточного града. Укутанный в зелень разноцветный мрамор, отделка из крапчатого песчаника, беседки, яркие цветные крыши и открытые террасы. Арки и фонари, служащие подставками для вазонов с цветами. искусно подобранные камни брусчатки. Женщины и девушки словно невесомые видения укутанные с ног до головы в летящие полупрозрачные ткани. Они плыли над тротуарами, иногда склонялись друг к другу. Следом шествовали грозные и самодовольные мужчины. Охраняя и хвастаясь.       Дворец вместил в себя шик и изящество, легкость и монументализм. Огромные залы, своды которых назвать потолком язык не поворачивался. Окна-арки переходящие во внешние галереи открывающие взорам сады с привольно разгуливающими в них газелями и павлинами на беломраморных фонтанах. Залу приемов украшала по верху забраная кованными решетками балюстрада, за которой несомненно собралась вся женская половина дворца. Поглядеть на чужачку хотелось всем, от престарелой Валиде, матери Халифа, до последних служанок, мышками притаившихся в самых уголках, дабы "хоть одним глазочком..."       Елена еще на ступенях сменившая дорожное на церемониальное черно-белое. единственным добавлением была вуаль вызванная скользящим движением пальцев от переносицы по нижнему веку и к вискам, словно смывающее дорожную пыль вместе с усталостью. Волосы переплетенные в сложный рисунок увивали нити серебра с вкраплениями из черных бриллиантов.        Добрую треть залы занимало возвышение застланное мягкими коврами и разбросанными там и здесь подушками. На них расположилось несколько приближенных советников. Сам же Нуриман Фаттахетдин восседал на низком кресле-троне. Его голос усиленный прекрасной акустикой звучал раскатисто и внушительно:       - Боги предупредили твое появление, Черная птица с севера. Да не будет тебе препятствий в доме моем. Да достигнуты будут цели твои. Да не будет полет напрасен. Добро пожаловать в Азхар-Джанан.