Подари мне жизнь

Самый мой главный страх — влюбиться. Боязнь ощутить себя кому-то нужным. Это нелегко принять, когда твоя жизнь наполнена одной ненавистью к твоей персоне. Я часто задавался вопросом, что во мне не так, почему я вызываю в людях лишь презрение и ненависть. Неужели на мне клеймо быть отбросом общества? Словно черное пятно, я существую по сей день в этом мире. И самое интересное, что я даже сам себя ненавижу. Каждый день я терплю побои отца и одноклассников, а ночью сам наказываю себя за никчемность. Глубокие порезы на руках, которые сам оставляю лезвием, я прячу за длинными кофтами и рубашками. Я не помню когда в последний раз ходил без ссадин и синяков. Дома меня избивает отец за каждую провинность, а иногда просто ради веселья. Спасать меня некому, ведь матери не стало, когда я родился. Может поэтому отец ненавидит меня, обвиняя в ее смерти. Иногда я поражаюсь своей выдержки, ведь я всегда молчу, даже когда он наносит удары с такой силы, что у меня наступают открытые раны. Но умолять его о прощении я перестал в девять лет, когда он меня чуть не продал своим друзьям-алкоголикам, которые пожелали поиметь меня. Если бы не тетя Гу, которая пришла за своим мужем к нам, то я не знаю, что со мной сейчас было. Я не боюсь отца и своих одноклассников, которые так же издеваются надо мной в школе. Я правда уже потерял страх снова испытать боль или унижение. Я привык к этому и у меня негде взять новые силы, чтобы остановить все это. Лучше все будет как есть, все равно это когда-нибудь закончится. — Эй, СеХун, поди сюда — выйдя из дома, меня тут же окликнули. Не поднимая взгляда, я подошел к ХенШику. Он был ниже меня на голову, сутулый и с кривыми передними зубами. Я могу бы ему пару раз врезать и дать понять, чтобы он оставил меня в покое. Но шайка позади него давало ему защиту, поэтому он мог вести себя как последний ублюдок. — Я сегодня не смогу придти — знал я о чем он попросит. — Чего? Опять собрался, а прогулку с самим собой? — усмехнулся он, поглядев на своих подчиненных, они вслед за ним стали смеяться. — Я прошу у тебя хотя бы один выходной, я же не могу вечно прибирать за вами в баре — тихо возмутился я, но взгляд не поднял на парня. — А тебя никто и не спрашивает о твоем желании, тварь. Ты никто, понимаешь? И с тобой надо обращаться подобающе. Какой выходной? У тебя вообще даже передышки не должно быть — положил он руку на мое плечо и сильно сжал его. — Пожалуйста…- прошептал я, надеясь на помилование. — Он умоляет… Какая драма! — после этих слов ХенШик со всей силой ударил меня в живот, но я молча устоял, сдерживая боль в себе. — Значит так, сосунок, сегодня вечером ты должен быть в баре и убирать блевотину с пола. Тебе ясно? — Ясно — прохрипел я. — Вот и все. А теперь дуй в школу — швырнул он меня от себя и, развернувшись, ушел со своей шайкой в другую сторону. *** Вернувшись со школы, я снова принялся стирать школьную форму, которую испачкал своей кровью. На этот раз я каким-то странным взглядом посмотрел на одноклассницу, которая тут же пожаловалась своему парню, и меня избили в туалете. Обычное дело для меня получать ни за что, но по заслугам. Набрав воды в таз, я стал застирывать рубашку мылом. Через несколько минут послышался шум в коридоре и отборный мат в мою сторону. Это означало, что папа пришел с работы. Он умудряется работать и пить одновременно, хоть в чем-то я могу гордится. Достирав рубашку, я повесил ее на веревку у окна, а пиджак сунул в рюкзак, чтобы застирать в баре, если будет время. — Ты куда, щенок? — монотонным голосом спросил отец, когда я прошел мимо него, одевая на ходу водолазку. — Ты прекрасно знаешь, зачем спрашиваешь? — спокойно ответил я ему и начал обуваться. — Сын, ты так не разговаривай со мной…- еле делая шаги, стал он приближаться. — Я тебя научу, как со мной правильно разговаривать… — Иди спать, давай не сегодня — посмотрев ему в пьяные глаза, я все так же спокойно отреагировал. — Мне нужно успеть еще уроки сделать на завтра. — Ты, чего, мной командовать еще будешь, скотина? — сжимая кулаки, стал он готовится к удару. — До вечера — быстро ретировался я из дома и побежал в сторону бара. Сегодня мне удалось избежать хотя бы взбучки от отца, иначе мне бы пришлось ползти в бар. Как же мне ненавистна эта бесплатная работа, но она дает мне хотя бы один плюс — другие на районе не трогают меня, так как их договору я принадлежу ХенШику. Проходя по темному переулку, я заметил в углу потасовку двоих человек. Прибавив шагу, я решил быстро проскользнуть мимо них. Но неожиданно к моим ногам подлетел пистолет и с глухим звуком приземлился на землю. — Не бойся, малый — из темноты вышел высокий парень, держа за волосы избитого в кровь соперника. — Дай его мне. — Что? — испуганно попятился я назад. — Ну ты чего? Просто возьми пистолет в руки и принеси мне — так просто улыбнулся он мне, не смотря на страшную ситуацию. — Ну давай же, я тебя не трону. Медленно спустившись на колени, я аккуратно взял оружие, и протянул парню. — Ну-ну…- покачал он головой — Направлять на меня его не стоит. Правильнее было бы подать его мне, держа за дуло пистолета. Я сделал как он сказал и он наконец-то забрал его у меня. Но не прошло и секунды, как он тут же направил его на окровавленного мужчину у него под рукой и раздался глухой выстрел. — Ну вот и все — усмехнулся незнакомец, отпуская волосы уже мертвого человека, и взглянул на меня. Не произнося ни слова, я сорвался с места и помчался в бар. Не смев даже остановится, я бежал пока на настиг здание. Сердце бешено стучало, а в голове все так же звучал выстрел. Спокойное лицо этого ненормального просто пугало, когда оно невольно всплывало в моей голове. Что может быть хуже, как не быть свидетелем убийства, когда ты отчетливо знаешь лицо убийцы. И он тоже знает тебя. Как же мне не хочется верить, что он придет за мной и убьет.