Единожды солгав

Послевоенные годы стали, как это ни странно, далеко не самыми счастливыми в биографии Драко Малфоя. Спору нет, победа Поттера над Волдемортом спасла ему и его родителям жизни. Затем, несколькими месяцами позже, Гарри зачем-то выступил в Визенгамоте и вытащил обоих Малфоев – отца и сына – из Азкабана, куда их упрятали сразу после войны по обвинению в пособничестве Темному Лорду. Когда бояться стало уже нечего, на Драко, не являвшегося более рабом Темной метки или узником страшной волшебной тюрьмы, вопреки всякой логике, накатила черная тоска. Он был здоров, молод, обручен с раннего детства с красивой и богатой Асторией Гринграсс. После суда его не ограничили в магии, не отобрали палочку и предоставили полную свободу передвижений. Договорная помолвка с Асторией не препятствовала заводить романы на стороне, вот только делать этого ему совершенно не хотелось. Ему вообще ничего не хотелось. Он целыми днями лежал на кровати в своей спальне и смотрел в потолок невидящими глазами. Обеспокоенные родители вызвали к нему домашнего колдомедика, но тот лишь отпаивал Драко успокаивающими настоями и разводил руками, потому что, в принципе, никаких болезней, требующих особого внимания целителя, у Малфоя не наблюдалось. Разумеется, два с лишним года служения Темному Лорду оставили свой отпечаток на неокрепшей психике подростка, но сейчас ему уже ничто не угрожало, и тем не менее Драко пребывал в глубоком унынии. А потом пришли сны. И главным их героем стал не кто иной, как Гарри Поттер. Во снах он не просто кивал Драко после суда, а подходил к нему вплотную и на глазах у изумленной публики увлекал в страстный поцелуй, стискивал в жарких объятиях, шепча на ухо заманчивые обещания, от которых Малфой-младший просыпался весь мокрый от пота и с таким стояком, что приходилось подолгу принимать ледяной душ. Впавшего было в спячку Драко словно подменили. Он упросил отца задействовать немногие сохранившиеся у того от прежних времен знакомства и устроить его на скромную должность в Министерство магии. Простым клерком по связям с Авроратом. Раньше Драко с презрением отверг бы подобное предложение, а нынче вцепился в назначение обеими руками. Потому что именно так он мог иногда посещать Академию авроров и хотя бы изредка видеть Поттера. Он поражался самому себе: однополые связи никогда не были для него приоритетными. Безусловно, вступать в полноценные сексуальные отношения до достижения им полного магического совершеннолетия не позволяли накрепко вбитые в него отцом принципы. А после того как во время пребывания в Малфой-мэноре Волдеморта Драко стал свидетелем нескольких разнузданных оргий, желание лечь в постель хоть с кем-нибудь вообще сошло на нет. Тем не менее в Хогвартсе он все же успел кое-чего попробовать. Разумеется, не с собственной невестой, честь которой тщательно оберегал. Но это было пару лет назад, и невинные ласки, даримые его тогдашними партнерами и партнершами, так и не дали ему возможности определиться с личными предпочтениями. А вот Поттера он однозначно хотел. До одури, до дрожи, до исступления. Он жаждал почувствовать его руки на своем теле, губы на своем члене. Ни разу ни с кем не занимавшийся сексом «по-настоящему», он мечтал ощутить Поттера в себе, пусть – как он вполне разумно предполагал – это принесет поначалу одну лишь боль. Когда в новогоднюю ночь тысяча девятьсот девяносто девятого года его заветное желание осуществилось, и он заполучил в доску пьяного Гарри в свою постель, Драко понял, что сделает все от него зависящее, но добьется расторжения помолвки с Асторией – и плевать ему на гнев отца и на скандал, который наверняка еще долго будут обсуждать в магическом мире. Неделю он готовился к серьезному разговору с родителями. Основательно залечил порванный к драклам зад: Поттер, у которого он оказался первым – ПЕРВЫМ, по крайней мере, так Гарри сам ему и сказал! – явно перестарался, да еще и не один раз. Купил в аптеке Малпеппера настоящую смазку взамен ароматического масла для ванны, не слишком подходящего для данных целей. А потом прилетела сова с тем Мордредовым письмом... Поттер изъяснялся весьма сбивчиво. Он был, несомненно, очень расстроен и взволнован, когда сочинял послание Малфою. В нем Гарри сетовал, что ничего не соображал, был до неприличия пьян и страшно винил себя за подобное поведение по отношению к сыну хозяина дома, оказавшего ему гостеприимство. Что понимает, как сильно навредил Драко, просит прощения за свой ужасный поступок и готов компенсировать причиненный ущерб. В заключении стояло: «Я надеюсь, ты не будешь держать на меня зла и поверишь – я не хотел отомстить тебе за нашу многолетнюю вражду в Хогвартсе». Драко дочитал до конца. Трясущимися руками порвал письмо на мелкие кусочки, а обрывки швырнул в камин. Его еще никто и никогда так не оскорблял! Поттер считал секс между ними ошибкой и чуть ли не предлагал Малфою деньги за обладание им. Словно дешевой шлюхе из Лютного переулка! Драко вытер выступившие на глазах злые слезы. Если бы не Долг жизни перед Поттером, он бы вызвал наглеца на дуэль. Страсть в его сердце была близка к тому, чтобы обратиться в ненависть. Но... Желание против его воли только возросло. В течение полугода он прилагал титанические усилия, чтобы ни при каких обстоятельствах не встречаться с Поттером. Бросил должность в Министерстве и пытался какое-то время вести праздную жизнь богатого наследника. До тех пор, пока Гарри на операции по поимке оставшихся на свободе Пожирателей смерти не получил тяжелое ранение. Несколько дней, до того как в состоянии Поттера не наметилось явное улучшение, Малфой просидел под дверью его палаты, наплевав на любопытные взгляды, которыми одаривали его целители и посетители, и отказываясь уходить. Он почти ничего не ел и не мог спать. Когда к лечению подключился Снейп, у Драко появился луч надежды. Гарри действительно пошел на поправку, но тут выяснилось, что бывший декан, исполнивший свою роль в спасении национального Героя, собирается остаться возле Поттера вплоть до его полного выздоровления. У Снейпа единственного был неограниченный доступ в палату, и он этим нагло пользовался. Чувствуя, как от ревности сносит крышу, Драко решил уловить момент и пробраться к Гарри для откровенной беседы наедине, для чего подкупил одного из молодых колдомедиков, который и доложил Малфою, что Снейп наконец-то куда-то ушел. Разговор получился сложным и нанес Драко очередной удар по самолюбию. Кроме того, не вовремя вернувшийся Снейп практически выгнал его из палаты. Малфой провел бессонную ночь, а утром сообщил ошарашенным родителям о намерении отправиться в Париж и поступить на факультет артефактологии в магической Сорбонне, где уже второй год повышала уровень своего образования Астория. Идея была воспринята с осторожным оптимизмом, и уже через пару недель Драко переехал в небольшой родовой особняк близ Парижа. *** Астория Гринграсс, будучи воспитанной в лучших традициях старинных магических родов, а потому, несмотря на свободу, предоставляемую ей договорной помолвкой, ведущая скромный образ жизни, приезду жениха весьма обрадовалась. Они начали встречаться, ходить в Гранд-Опера (1), Лувр и музей Орсе (2). Несколько раз аппарировали в Версаль (3) полюбоваться тамошними фонтанами. Драко пришлась по вкусу изысканная французская кухня. В одном из маленьких ресторанчиков недалеко от Сакре-Кёр (4) он опустился перед Асторией на колено, протянул раскрытую коробочку с лежащим в бархатном гнездышке кольцом с бриллиантом редкой огранки и предложил ей руку и сердце. Та мило улыбнулась, надела кольцо на палец и сказала, что согласна выйти за него, как только они ОБА получат образование. То есть не раньше осени две тысячи четвертого года. А до тех пор она была бы счастлива остаться в тех же чудесных отношениях и не переходить рамок приличия. Кроме того, мудрая Гринграсс добавила, что она прекрасно осведомлена о потребностях молодых людей и не будет устраивать сцен ревности, если Драко вдруг захочет поразвлечься, чтобы снять напряжение. *** В начале июня две тысячи четвертого года повзрослевший, возмужавший и отрастивший длинные волосы Драко прибыл на неделю в Малфой-мэнор. Празднование очередной годовщины победы над Волдемортом по каким-то бюрократическим причинам было перенесено больше чем на месяц, и Люциус, изо всех сил старавшийся продемонстрировать лояльность новому правительству с Кингсли Шеклболтом во главе, озаботился приглашениями для себя и Драко. Нарцисса в этот раз не смогла присоединиться к ним. В последнее время ей немного нездоровилось, и семейный колдомедик прописал ей покой и постельный режим. – Поттер со Снейпом, разумеется, тоже будут? – с деланым равнодушием спросил Драко. – Северуса нет в Лондоне, – последовал ответ, – он в Праге. На конгрессе. – Вот как? – протянул Малфой-младший, смакуя зародившуюся в голове идею. Гарри с Северусом уже пятый год были вместе, но браком – ни магическим, ни гражданским – похоже, даже не пахло. Значит, к величайшей радости Драко, не все между этими двумя шло гладко, и еще имелся шанс убедить Поттера в том, что отношения с представителем древнего рода Малфоев предпочтительней для него с любой стороны, с какой ни посмотри. Естественно, где-то в глубине души его грыз червячок сомнения: а порядочно ли он поступает с Асторией? Но в конце концов Драко уговорил себя, что сделал для своей нареченной невесты все от него зависящее, несколько лет назад предложив немедленно заключить брак. И в ответ на его благородный порыв Гринграсс, следуя собственным эмансипированности и устаревшим законам родовой чести, отказалась не только выйти за него замуж, но даже переспать с ним. Выходит, его, Драко, вины в их расставании не будет: не мог же молодой человек соблюдать целибат (5) вечно! На протяжении банкета в Министерстве Драко неотступно наблюдал за Поттером. Сначала тот находился в компании четы Уизли и Лонгботтома, но затем неожиданно отделился от своих друзей и пересел за самый дальний столик. Настало время для решительных действий! Сейчас или никогда! Драко повернулся спиной к окружающим и незаметно добавил в бокал с эльфийским вином сильнодействующее возбуждающее. Он и сам не понимал, на что рассчитывал: по словам отца, Гарри искренне любил партнера, и сказочный секс с Драко мог остаться в памяти Поттера как приятный эпизод из жизни, не более. Но тут у слегка поехавшего от страсти Малфоя тоже имелась лазейка. Он планировал в удобный момент послать копию своих воспоминаний о проведенных с Поттером часах Снейпу. Конечно, после такого рискованного шага существовала реальная возможность, что ревность толкнет того вызвать Драко на магическую дуэль. И убить. Но интуиция подсказывала: Снейп, разумеется, оскорбится, но до мести сыну лучшего друга опускаться не будет. Он просто бросит Поттера, отдалив его от себя презрением и ненавистью, а уж Малфой, в отличие от Снейпа, своего не упустит! Нескольких месяцев не пройдет, как Драко сможет залечить душевные раны бывшего врага и сделать Гарри по-настоящему счастливым. Единственной проблемой было заставить мало пьющего (или, точнее, почти совсем непьющего) Поттера принять из его рук бокал обильно разбавленного зельем вина. Впрочем, Гарри же не откажется почтить память погибших? Драко сам видел, как он буквально полчаса назад осушил стакан с огневиски, когда Кингсли в конце своей прочувственной речи провозгласил: «За почивших в борьбе! Да упокоятся их души с миром!» – Гарри, вот ты где прячешься! А я тебя повсюду ищу! – Драко изобразил на лице искреннюю радость от встречи. – Драко, пожалуйста, извини, – сквозь зубы, скривившись, словно от сильной головной боли, сказал Поттер. – Я бы хотел побыть один, если ты не против. – Я надеялся, что ты выпьешь со мной, – не сдавался Малфой. – Мне так одиноко здесь, а ведь и я потерял на той войне друга. Я до сих пор не забыл, как кричал Винсент, падая в пасть огненного чудища. Давай выпьем за Винсента, пожалуйста! Он протянул Поттеру «адский коктейль», и тот, разумеется, не смог отказаться. Список его друзей, погибших в той войне, был куда длиннее, чем у Драко. Все оказалось гораздо проще, чем Драко себе представлял. – Хорошее вино! – причмокнул губами Малфой, ставя свой фужер на стол. – Ты не находишь? – Мне нужно домой, – не отвечая на вопрос, Гарри тяжело поднялся из-за стола, сделал шаг в сторону и покачнулся. – О, друг мой, да ты совсем набрался. Пойдем, я тебя хоть до Атриума доведу. С удовлетворением отметив, что несколько волшебников проводили еле переставлявшего ноги Гарри и приобнимавшего его за талию Драко изумленными взглядами, Малфой-младший вывел победителя Волдеморта из банкетного зала и направился с ним к Атриуму, в котором располагалось множество огромных транспортных каминов. Драко практически силой впихнул в камин повисшего на нем Поттера, бросил им под ноги горсть летучего пороха и скомандовал: – Блэк-хаус! ______________________________________ 1. Пари́жская о́пера (фр. Opéra de Paris), то же, что Гранд-опера́ (Гранд-Опера́; фр. Grand Opéra), в современной Франции известна как Опера́ Гарнье́ (фр. Opéra Garnier) — театр в Париже, один из самых известных и значимых театров оперы и балета мира. Расположена во дворце Гарнье (Palais Garnier) в IX округе Парижа, в конце проспекта Оперы (avenue de l’Opéra), около одноимённой станции метро. Здание считается эталоном эклектической архитектуры в стиле боз-ар и относится к эпохе крупных преобразований города, воплощённых Наполеоном III и префектом Османом. https://ru.wikipedia.org/wiki/Опера_Гарнье 2. Орсе́, или Орсэ, музей Орсе, или музей д’Орсе (фр. Musée d’Orsay) — музей изобразительных искусств, находится в Париже на левом берегу Сены, одно из крупнейших в мире собраний европейской живописи и скульптуры периода 1850 – 1910 гг. Третий по популярности музей Парижа и десятый – в мире. Основу коллекции составляют работы импрессионистов и постимпрессионистов. Коллекция богата также произведениями декоративного искусства в стиле ар-нуво, фотографиями и предметами архитектуры. https://ru.wikipedia.org/wiki/Музей_Орсе 3. Верса́ль — дворцово-парковый ансамбль во Франции (фр. Parc et château de Versailles) —бывшая резиденция французских королей в городе Версале, ныне являющемся пригородом Парижа; центр туризма мирового значения. https://ru.wikipedia.org/wiki/Версаль 4. Базили́ка Сакре́-Кёр (фр. Basilique du Sacré Cœur или просто Сакре-Кёр, буквально «базилика Святого Сердца», то есть Сердца Христова) — католический храм в Париже, построенный в 1875—1914 гг. по проекту архитектора Поля Абади в римско-византийском стиле, расположенный на вершине холма Монмартр, в самой высокой точке (130 м) города. https://ru.wikipedia.org/wiki/Базилика_Сакре-Кёр 5. Целиба́т (лат. Coelibatus или caelibatus) — безбрачие (обязательный обет безбрачия), как правило, принятый по религиозным соображениям. https://ru.wikipedia.org/wiki/Целибат