Неделя наоборот

      Весенний Бал коллежа Франсуа-Дюпон, усиленными стараниями Хлои Буржуа, решили провести в отеле «Гранд Париж», принадлежащему мэру города и по совместительству отцу блондинки, отказавшейся от школы, мотивируя это тем, что «не собирается она топтаться в спортзале, боясь провалиться каблуком в дырку на полу». И, хотя ничего подобного в коллеже замечено не было, директор всё же вынужден был согласиться с мнимыми доводами мадемуазель Буржуа — думаю, не стоит объяснять, чем грозят пререкания со столь влиятельными личностями. Так что маленький каприз Хлои Буржуа стал отличным подарком всем ученикам школы, и Весенний Бал официально обещал быть особенным.       Алья и Тикки, как все приличные дамы, прибыли в отель с десятиминутным опозданием. Девушки отдали свои лёгкие накидки швейцару около входа, который услужливо предложил свою помощь.       — Как я выгляжу? — Сезер остановилась около зеркала.       Квами подошла к ней и посмотрела на отражение, оценивая их внешний вид.       На Алье было длинное оранжево-жёлтое плиссированное платье с тонким кожаным коричневым ремешком на талии; волосы девушка выпрямила и заплела в косу, украшенную заколками в виде цветов. В честь праздника Сезер заменила очки линзами, а на лицо нанесла лёгкий макияж.       — Ты выглядишь отлично, — честно ответила Тикки.       Девушка рассмеялась.       — Но я ни в какое сравнение не иду с тобой сегодня, — усмехнулась Алья в ответ, приобнимая подругу за плечи.       Квами польщёно растянула губы в улыбке. Приготовленный Маринетт наряд оказался очень эффектным: красивое платье необычного для Тикки и Маринетт цвета — изумрудно-зелёного — с шлейфом, струящимся по полу, словно морская волна; верхняя часть груди была прикрыта кружевной вставкой, расшитой золотистыми узорами, плечи с руками оставались открытыми; горло опоясывала атласная лента. Платье визуально играло со светом, на фоне чего голубые глаза Маринетт отливали сегодня зеленоватым. Ну, а завершал образ неожиданный тёмно-красный парик: длинная прямая чёлка прикрывала брови, часть передних прядей была убрана назад и закреплена на затылке при помощи специальных палочек, остальные же идеально прямые волосы прикрывали спину.       — Тикки! Ты выглядишь так… по-азиатски! — восхищённо охнула Маринетт, когда Алья отлучилась на пару минут домой, прежде чем они отправились вместе на бал, и девчонки остались одни.       — Это плохо? — испугалась квами, рассматривая свои экзотические махинации с причёской.       — Ты шутишь?! Это невероятно кавайно! — Мари приложила крылья-ручки к щекам.       — Кавайно? — переспросила Тикки.       — Ну, мило, — пояснила девушка, а потом добавила: — Если бы ты была человеком, то ты выглядела бы именно так, — изрекла она, с гордостью поглядывая на квами, как если бы мать смотрела на свою дочь.       Тикки довольно кивнула: честно говоря, она на подобное и рассчитывала — пусть это будет небольшая «подсказка» Плаггу, если он ещё ни о чём не догадался.       Подняв с пола розовую сумочку, квами перебросила её через плечо.       — Давай, забирайся, пока Альи нет. — Она приглашающе приоткрыла молнию.       Маринетт однако же отрицательно покачала головой и выставила крылья вперёд, жестом намекая, что она никуда не пойдёт.       — Нет уж, увольте. — Она скривилась. — Смотреть с завистью весь вечер, как Адриан танцует с Хлоей. Нет, пожалуй, откажусь.       Квами рассмеялась.       — Могу тебя уверить: ни с какой Хлоей Адриан танцевать не будет, — усмехнулась она. — Сомневаюсь, что он сейчас в состоянии делать это.       — Что ты имеешь в виду? — Мари задумчиво склонила голову набок.       — Так, ерунда, — снова рассмеялась Тикки. Как же всё-таки хорошо на душе после того, как всё встало на свои места! — Ты уверена, что не хочешь пойти? — лишний раз спросила она, закончив улыбаться во все тридцать два.       Маринетт уверенно отрицательно мотнула головой.       — Нет, не хочу, — окончательно отказалась она, после чего спохватилась: — Но прежде чем ты уйдёшь, принеси мне, пожалуйста, сыра.       Глаза у Тикки полезли на лоб.       — Принести тебе… что?       — Сыра, — повторила ненастоящая квами, закатывая глаза. — Моцарелла*… О, нет-нет, Ливаро*! Или Бри*? Погоди-ка… Камамбер! Да, я хочу камамбер!       — Что? Камамбер? — Квами не верила своим ушам.       — Ну… да. А что такое? — смутилась Мари.       — Ничего, но… — пробормотала Тикки. — Вот это натуры!       — Ты что-то сказала? Я хочу свой сыр!       Таким образом Дюпэн-Чэн провожала Тикки на бал, уминая свой вонючий — как его окрестила лже-Маринетт — сыр, который она успела купить в сырной лавке прямо перед закрытием. Думается, престарелый владелец лавки будет ещё долго вспоминать, как красноволосая девушка в зелёном платье, вся при параде, ворвалась в его магазин с внезапным желанием приобрести несколько пачек сыра с плесенью, — видок, честно говоря, был у квами тот ещё.       — Хей, Мари, ты чего застряла? — позвала её Алья.       Погрузившись в свои мысли, Тикки не заметила, как Сезер отошла от зеркала и уже поднималась по лестнице, направляясь в банкетный зал, где проходили танцы.       — Ой, да, я иду. — Приподняв подол платья, откуда выглянули носочки окрашенных под золото туфель, лже-Маринетт двинулась следом за журналисткой.       Поднявшись наверх, они пошли по коридору в направлении нужного им зала. Добравшись до него и остановившись около входа, обе издали удивлённый и восхищённый вздох. Помещение, предоставленное отелем под Весенний Бал, выглядело просто великолепно: приглушённый тёмно-красный цвет ламп создавал в зашторенной комнате мистическую, интимную атмосферу; зеркальный диско-шар, закреплённый под потолком, отбрасывал на предметы и людей мерцающие огоньки, делая бал более похожим на вечеринку; вдоль стен теснились столы с различными яствами и напитками, а посреди комнаты был установлен своеобразный танцпол, — выглядело всё это очень стильно. Что тут ещё скажешь — всё-таки Хлоя Буржуа была совершенно права, настояв на отеле.       — Это… мощно, — выдавила Алья, оглядывая зал.       — Вынуждена согласиться, — кивнула Тикки, на которую обстановка произвела не менее шокирующее впечатление.       Оправившись от удивления, квами и Сезер наконец прошествовали к одному из столиков, рядом с которыми они заметили знакомые лица.       — Роуз, Аликс, Джулека, привет, — поздоровалась со всеми Алья, беря со столика большое пирожное с клубникой.       Лавьян, верная розовому цвету, облачилась в платье с пышной юбкой до колена; более консервативная Джулека ограничилась простым фиолетовым платьем, которое, однако, неплохо на ней сидело; спортивная Аликс в своём чёрном коротком платье и чёрных колготках смотрелась на их фоне — особенно на контрасте с принцессой Роуз — более повседневно, но тоже выглядела премило.       — Привет, Алья, — синхронно ответили девчонки, после чего их взгляды упёрлись в Тикки.       — А ты кто? — бесцеремонно поинтересовалась Кубдел, сощурив глаза.       Квами и Алья, переглянувшись, рассмеялись.       — Разве ты не узнаешь: Люк, это твой отец, — мистически прошептала Сезер.       — Что? — не поняла Аликс. — Какой ещё отец?       — Неужели Оби-Ван никогда не рассказывал тебе, что случилось с твоим отцом? ** — неожиданно для себя поддержала Алью Тикки.       Девочки снова рассмеялись, и к ним едва слышно присоединилась Джулека. Роуз и Аликс остались ни у дел.       — Маринетт, это ты? — Лавьян широко раскрыла глаза, вглядываясь в лицо Тикки, скрытое полумраком комнаты. — Я тебя не узнала! Волосы — просто класс!       — Спасибо, — поблагодарила её квами.       Аликс почесала в затылке.       — А к чему эти шутки про какого-то отца?       — Не бери в голову, — бросила Алья, наконец целиком заталкивая в рот своё пирожное.       В эту секунду к ней со спины подошёл Нино в белом костюме с чёрной бабочкой на шее.       — Привет, девчонки. — Он поздоровался со всеми, однако его взгляд был рассеянным. — Хм, Алья? — смущённо замялся парень. — Ты не хочешь, хм… потанцевать?       Со скоростью света Сезер обернулась, уставившись на парня.       — Э… я… кшвшнш хвшчу, — выдала она с набитым ртом. Нино вопросительно поднял бровь.       — Она хочет, — ответила за подругу Тикки, услужливо подтолкнув Алью в сторону Ляйфа.       — О, Маринетт, это ты? — От Нино тоже не укрылся новый образ. — Крутое платье!       — Спасибо, — снова поблагодарила квами. Сегодня у неё прямо вечер комплиментов, не иначе.       Нино и отчаянно пытающая дожевать свой десерт Алья вышли на танцпол. Роуз, Аликс, Джулека и Тикки остались вчетвером.       — Как это мило! — восхищалась Лавьян, глядя на танцующую пару.       — Так мило, что я сейчас сдохну, — прокомментировала Кубдел.       Вскоре к ним подошёл незнакомый парень и предложил Роуз потанцевать, на что та, ни раздумывая ни секунды, дала своё согласие и упорхнула вместе с ним на танцпол.       Втроём, Аликс, Джулека и Тикки, стали вполголоса переговариваться на нейтральные темы. Тем не менее было бы глупо отрицать, что квами то и дело осматривала зал, выискивая глазами кое-кого.       — Нет, ты только глянь. — Аликс подтолкнула зазнававшуюся Тикки под руку и указала пальцем на одну из танцующих пар. Приглядевшись, квами узнала в ней…       — Это Хлоя и Натаниэль? — опередила её Джулека.       — Да, это они, — кивнула Тикки.       — Ничего себе парочка, — скорее удивлённо, чем насмешливо, усмехнулась Аликс.       — А они неплохо смотрятся, — осторожно заметила Джулека.       Квами кивнула, подтверждая её слова: Хлоя даже выглядела сегодня как-то иначе… спокойнее, что ли.       — Интересно, как согрешил в прошлой жизни Нат, если в этой ему выпало такое наказание, — со смехом выдала Кубдел.       — Ты преувеличиваешь, — по-доброму остудила её пыл Тикки.       Тут к ним в трио вклинился посторонний.       — Привет всем!       — Привет, Макс, — хором ответили Тикки и Джулека.       — Привет, Калькулятор, — бросила Кубдел, потягивая из пластикового стаканчика пунш.       — Калькулятор — это электронное вычислительное устройство для выполнения операций над числами. — За спиной Канта раздался поучительный электронный голос его друга. — Макс не калькулятор, Макс — человек.       — Привет, Марков, — в очередной раз поздоровались Тикки с Джулекой.       Аликс промолчала.       — Тихо, Марков, — шикнул на него покрасневший Макс. — Хм… Аликс? Может, мы могли бы… Ну, я не знаю… Э…       — Прогружайся быстрее, Кант, — поторопила его Аликс.       — Не хочешь ли ты… со мно… потанцевать? — наконец промямлил он.       Тикки и Джулека тихо хихикнули себе под нос. Сегодня, что ни минута, то новые открытия.       Кубдел задумчиво рассматривала Макса, болтая в руке стаканчик. В конце концов, она кивнула.       — Ладно, — согласилась девушка. — Только избавь меня от лекций своего Марио. — Она подхватила ошалевшего парня под руку, увлекая за собой.       — Но я Марков! — надулся робот и полетел следом за ними.       Джулека и Тикки остались вдвоём. Вполголоса девушки вновь стали болтать на отвлечённые темы, не говоря ничего существенного и важного. Заговорившись с подругой, квами совершенно забыла о настоящей цели своего появления на балу. А «цель» меж тем как раз появилась в дверях зала.       Тикки активно жестикулировала, рассуждая на интересующую её тему, и стояла спиной к дверям. Джулека же, слушая квами, через её плечо имела открытый обзор на происходящее на танцполе и входе. Поэтому, когда проницательная девушка заметила замершего Адриана, сразу же обратилась к Тикки:       — Мне кажется, Адриан Агрест кого-то ищет, — задумчиво обронила она.       Стремительно обернувшись, так что красные волосы взметнулись за её спиной, Тикки уставилась на запоздалого гостя.       Весь облачённый в чёрное, Адриан Агрест сегодня казался особенно взрослым и высоким: тёмная, слегка просвечивающая рубашка, чёрные брюки и пиджак сидели на нём великолепно. И только ярко-красный галстук на шее контрастно выделялся на общем фоне. Цепким взглядом осматривая зал, он действительно искал кого-то в толпе учеников школы.       Ещё несколько секунд, которые потребовались парню, чтобы окончить свои поиски, Тикки запомнит надолго: торопливое биение сердца отзывалось дрожью во всём теле, и квами внезапно стало мучительно жарко и холодно одновременно — хотелось и закутаться поплотнее во что-то тёплое, и встать под прохладные потоки воздуха кондиционера. Но, в конце концов, они встретились взглядами: ярко-зелёные и голубовато-бирюзовые пересеклись, и от прямого зрительного контакта Тикки импульсивно порывисто вздохнула. Лицо Адриана выражало пристальное внимание и удивление, но какого они были рода — большой вопрос.       В этот момент парня отвлекло пылкое — как всегда — объятие Хлои, и он был вынужден отвести свой взгляд от Тикки, чтобы ответить на какой-то вопрос Буржуа, которая ради него оставила Натаниэля неловко топтаться в одиночестве посреди танцпола.       Так же быстро, как прежде повернулась, квами вернулась в прежнее положение спиной к входу. Щеки лже-Маринетт пылали, а глаза лихорадочно сверкали.       — Мари, с тобой всё в порядке? — нахмурилась Джулека, заботливо рассматривая раскрасневшуюся Тикки.       — Д-да, — запнулась квами, пододвигаясь к столу с десертами и лихорадочно перебирая стоящие на нём сласти.       — Ты уверена? — Джулека недоверчиво поглядела на подругу.       — Да, да, конечно, — повторила Тикки, пытаясь нормализовать дыхание и привести себя в порядок. Чёрт возьми, ей уже столько лет, а квами не может сдержать каких-то жалких эмоций.       Успокоившись, она снова повернулась к дверям. Там лже-Адриан переговаривался о чём-то с Хлоей, улыбаясь. Приступ ревности захлестнул квами, но та быстро пришла в себя: ревность никогда не приносила ничего хорошего — особенно, когда дело касалось обаятельного Плагга.       Квами-кот тем временем попрощался с Буржуа и стал стремительно продвигаться в сторону Тикки. Не в силах стоять на месте, она тоже зашагала ему навстречу. Но, как назло, именно в эту секунду танцпол, стоящий у них на пути, особенно плотно заполнился людьми, и протираться через двигающие тела было крайне сложно — то локтем в живот заедут, то ногу отдавят. За чужими головами Тикки потеряла из виду светловолосую макушку, а стискивающие со всех сторон ученики школы мешали заняться поисками.       Но рано или поздно их встреча должна была произойти, и, когда это случилось, всё замерло и затихло. В прямом смысле. Кто-то отключил энергичную песенку XY, и все застыли. Тикки и Плагг в эту секунду как раз оказались прямо напротив друг друга.       — Вечер в самом разгаре. — Приглашённый диджей за стойкой взял микрофон, и ребята захлопали в ладоши. — Сегодня лучшую музыку ставлю вам я — диджей Лакки. — Он улыбнулся во весь рот, и половина девушек томно вздохнула. — И сейчас самое время для… медленного танца! Парни, хватайте девчонок, и вперёд — на танцпол!       Ученики снова зааплодировали, и Лакки включил лирическую песню. Люди вокруг стали разбиваться на пары, а Плагг и Тикки засмущались.       — Хм, может, потанцуем? — хриплым голосом предложил пришедший в себя первым квами-кот и протянул Тикки руку. Кивнув, она приняла её.       Опустив кисти на плечи Плагга, лже-Маринетт испытала дежавю: несколько дней она точно так же танцевала со своим старым напарником, будучи уверенной в том, что он — это Адриан. Какой же глупой она была!       — Мне нравятся твои волосы, — через какое-то время заметил Плагг, когда они плавно стали двигаться под музыку.       Тикки почувствовала, как краска приливает к щекам, и ничего не ответила. Её волновал вопрос, знает ли Плагг, что она — не Маринетт?       — Ведь красный всегда был твоим цветом. — Хитрый кот наклонился прямо к её уху с широкой усмешкой на губах.       Здесь Тикки, наконец, поняла, что этому прохвосту давно всё известно, и все её страхи исчезли.       — Ах ты, мелкий! — Она несильно стукнула его рукой по груди. — Небось давно знаешь, что к чему, да? Не мог мне сказать?!       Плагг звонко рассмеялся, привлекая девушку к себе плотнее и стискивая её в объятиях.       — Но я сам только сегодня всё понял, — со смехом возразил он. — Кто же знал, что всё так просто!       — Да уж…       Кот не удержался:       — Хотя стоило догадаться: ты всегда на меня западала, — выдал он.       — Дурак! — Тикки попыталась высвободиться из его объятий, но хватка котообразного квами была крепкой.       Смирившись, Божья Коровка сдалась, перестав сопротивляться, и они в обнимку замерли посреди зала. Забывшись на пару мгновений, она закрыла глаза, и, открыв, поняла, что на них смотрят почти все.       — Давай-ка отсюда выйдем, — тихо шепнула она Плаггу. Не оставляя ему никакого выбора, Тикки потянула квами-кота за собой, и тот, пожав плечами, позволил ей это.       Спокойное место отыскалось на террасе балкона отеля. И парочка, выйдя на воздух, подошла к перилам и остановилась у них, с высоты рассматривая открывающиеся пейзажи ночного Парижа и Эйфелевой Башни.       — Так что подтолкнуло тебя к пониманию того, что Адриан — это я? — обратился к Тикки Плагг, опираясь локтями на перила и слегка перевешиваясь через них.       — Здравый смысл, — коротко и конспективно ответила квами.       — Другого ответа я и не ожидал, — рассмеялся Плагг, и Тикки закатила глаза.       — А ты почему? — поинтересовалась она.       — Ну, знаешь ли, девушки, конечно, всегда теряют при виде меня голову, но в твоём случае это всегда особенно заметно. — Он драматично отбросил с лица волосы.       — Ты неисправим, — вздохнула, притворно надувшись, Тикки.       — Но ты меня любишь. — Плагг пошевелил бровями.       — Ага, как же, — хмыкнула Божья Коровка. — Мечтай.       — Ну, давай, признай это, — ехидно подначивал напарницу квами-кот, пододвигаясь к ней ближе и обхватывая руками талию. — Скажи: «Я лю-блю Пла-гга».       — Ты и-ди-от, — протянула по слогам Тикки, но, заметив выпяченную нижнюю губу и кошачье выражение на лице, вздохнула: — Я тебя люблю, — продекламировала она, закатывая глаза.       Плагг поднял в воздух кулак.       — Ура! — Он обнял Божью Коровку. — Я тоже тебя люблю, — серьёзно сказал он. Но спустя пару секунд не смог не добавить: — Правда, чуть меньше, чем Брайана Джонса***…       В этот раз Тикки с громким вздохом оттолкнула Плагга от себя.       — Нет, ты серьёзно?       Кот рассмеялся.       — Да ладно тебе: ты слышала, как он поёт «Back in Black»****?       Махнув на него рукой, Тикки зашагала прочь.       — Ну, чё ты обижаешься? — Лже-Адриан последовал за своей возлюбленной.       — Ты всегда портишь все романтичные моменты.       — Неправда! Я придаю им пикантную остроту!       — Плагг, почему ты всегда такой… Плагг?       — Давай сведём Адриана и Маринетт!       — Это-то тут при чём?       — А почему бы и нет?       — О, Господи, с кем я связалась?..       Шутливо препираясь, герои возвращались в зал.       Что было дальше — вопрос открытый. Может, они танцевали всю ночь или прогуливались по тёмным улицам Парижа, наслаждаясь обществом друг друга, или беззлобно препирались; может, наутро всё встало на свои места и их души вернулись в свои тела, или же у них было ещё два месяца, которые они счастливо провели друг с другом; а может, они свели Маринетт с Адрианом и с тех самых пор были неразлучны. Кто знает?       Но эта история заканчивается именно здесь — часы бьют полночь и наступает новый, восьмой день. И это конец рассказа о самой странной, запутанной, сложной и забавной недели — недели наоборот.