Тепло чужих тел

Оба, откровенно говоря, не желали отвечать на эти «почему?». — Я первый просил — вставая со своего места, произнёс Мин. Поразмыслив Чон решил, что не хочет отвечать этого. И решил вовсе сменить тему. — У тебя есть выпить? — Да — поплелся на кухню, а за ним Чон. — Расскажешь, что ты тут делаешь? — Я хотел извиниться. Не дождусь от тебя извинений, поэтому решил сам прийти. — Я извинился, разве нет? — невзначай добавил Мин. — Возможно, как бы там не было. Может, начнём все сначала? — сделал глоток соджу, что поставил на стол хозяин квартиры. — Ладно. Они выпивали, рассказывая обо всем кроме себя. Изрядно выпивший Юнги, склонил голову к плечу Хосока и шмыгнул носом. — Что случилось, хён? — просил младший. — Ничего, просто. Стало как-то одиноко — грустно произнес, выдыхая запах алкоголя в лицо напротив. — Ты не один, я ведь тут — широко улыбнулся в полу смехе Хосок и провёл рукой по волосам Юнги. — Эй, ты глупый — отстраняясь засмеялся в ответ. — Кто бы говорил — пролил остаток 5-ый бутылки соджу на стол и снова засмеялся. К его смеху присоединился и Юнги. Хоть они и не были под травкой или чем-то подобным, но им определенно было весело и без этого. Может перебрали чутка, кого это волнует.       Они были расслаблены, пока в какой-то момент Чон не посетила навязчивые мысли. «У Юнги красивые губы» и поддавшись этому порыву он наклонился к чужому лицу и прильнул к губам. В то время как Мин находившийся без мыслей в голове и почувствовавший, что он наконец-то свободен, был явно не готов к такому. Волна мурашек покрыло его тело, когда рука Хо ласкала его шею, а сладкие губы мяли его. В иной раз Юнги бы оттолкнул Хосока, как не крути, у него были здравые мысли о своём статусе «я работаю на него», «я не должен быть в каких-либо отношениях с работодателем». Но в этот одурманенный вечер, и уже ночь мозг Мина бы отключен. Алкоголь взял вверх над ним, и он ответил на поцелуй.       От ответных действий Хосок резко отрезвел, оторвавшись от Мина. Он посмотрел в глаза напротив и увидел в них желание, горящие глаза, пару минут назад наполненные слезами от смеха. Мин улыбался и облизал свои губы, на что Хосок улыбнулся в ответ и хотел бы, продолжить. Но его опередил старший, приблизился, усаживаясь на колени и обвёл руками его шею. — Может не надо? — как-то не уверенно произнес полушёпотом Хосок. В ответ получил поцелуй в манящие губы. — Ты можешь меня остановить — и снова поцелуй теперь уже от Хосока. Расценивать это так согласие на всё.       Думал ли Хосок в этот момент о Чонгуке, проводящий этот вечер дома в одиночестве?

***

      На кровати лежало спящее тело, завернутое в одеяло оно спокойно дышало. Наблюдавший за этим, парень улыбнулся с горькой сожаления. Приняв душ, он как можно тише подошел все ещё спящему и легко, ели заметно поцеловал в висок. — Ты пришел? — сквозь сон потянул руку вперед, желая наконец-то почувствовать тепло. Парень принял его руку и поглаживая переместил на место, то есть постель, тот не открыл глаза. — Спи, сладкий — ласково произнес Хосок.       Он перелез через него и умостился на другой стороне кровати. Хоть он и был пьян, сон так и не приходил. Толи совесть, толи что-то еще мучало его. Переворачиваясь с одного бока на другой, в итоге обнял Гукки со спины и прижался к нему. Не прошло и минуты как на кровати было уже двое спящих.

***

      Утро выдалось не очень хорошим.       Ну, во-первых Хосока разбудил орущий над ухом Чонгук, потому что-то, как расслышал Чон-старший, Гукки куда-то опоздал или уже опоздал или ещё что-то.       Во-вторых, у Хосока раскалывалась голова. — Хён, вставай. Нам нужно идти, мы опаздываем — нависая над хёном, произнес младший. — Ага, иди, люблю тебя, позвонишь — не прислушиваясь словам произнёс Хосок, всё еще находясь в полусне. — Не Я, а Мы. Ты тоже идешь — расталкивая. Ибо, ну сколько можно спать. Полдня прошло. — Я не пойду, отстань. — Пойдешь, ради меня — включился милый голос Чонгука — Пожалуйста, СокДжин сказал прийти и помочь, я не могу отказать. — Ну, Гукки, он же тебя позвал, не меня — простонал, окончательно проснувшись. — Оппа — радость протянул и чмокнул в щеку — Ты тоже идёшь — и ускакал прочь, не забыв подсунуть под руку стакан с американо. — Чертёнок — пробубнил в ответ. … Через какой-то час они были готовы ехать к своему другу Киму. Выходя из дома, Хосок решил спросить: — Что за повод? — Повод? — СокДжин просто так к себе не зовёт. — уточнил Хо. — Не знаю, сказал, что к нему кто-то придёт и я просто (обязан) помочь прибраться. — манерно подражая голосу Джин произнес ЧонГук. — Ммм — протянул — Родители чтоль приезжают? — задумался Хосок. — Не знаю.       Добрались они до пункта назначения относительно не долго, но даже за то время и Чонгуку, и Хосоку СокДжин успел позвонить пару раз со словами (поторапливайтесь). Дверь СокДжиновской квартиры была не заперта и больше-чем-просто-браться Чон зашли, не позвонив в звонок. — Хён, мы пришли — крикнул с порога Чонгук. — Ну, наконец-то, — где-то отдаленно послышался голос. — Проходите в гостиную.       Квартира не принадлежало самому Сокджина, а была семейным гнёздышком, но родители Кима отсутствовали по дела и вроде как говорили, что приедут не раньше, чем через неделю. Поэтому четырёхкомнатная квартира в данный момент была полностью под контролем единственного отставшего Кима. — Хён, что ты делаешь? — на этот раз произнес Хосок, удивившись, что Джин действительно прибирается. — Скоро НамДжун придёт. — громко и слишком эмоционально произнес, на что Чоны переглянулись. — А ты понимаешь, ты тут на лишние. — не смело проговорил Гукки. Сокджин оторвался от вытирания и так уже идеально чистого столика и вопросительно поднял бровь. — В смысле лишние? — а после разъяснявшего жеста со стороны Чонов добавил — А, вы совсем? К тому же он с другом придёт.       Чоны снова переглянулись и не удержались от смешка. И почему им в голову ничего кроме 18+ не приходит — подумал Ким. Тем не менее, Чоны с радостью разделили обязанности и помогли прибраться, хотя и шептали друг другу. Мол: — тут и так чисто — видимо, нет — почему ты до сих пор возишься с этим цветком? — нет, это уже другой цветок. — это тот же — займись своим делом — да помыл я всё, что можно было — а вон, там — там, тоже — а вон там прошёлся пару десятков раз — Чем там, хён занимается — в полный голос, обращаясь к своему брату. — Он в сортире — разлегся на диване ЧонГук — Он туда зашёл 20 минут назад — поглядывая на дверь в ванную — Ну, видимо не чисто, что-то — многозначительно, на что они опять засмеялись. Их смех был на столько, по мнению СокДжина громким, что он не выдержал и крикнул из-за двери: — Я всё слышу. — Прости, хён — они, правда, уловили раздражённость Кима и в таких случаях лучше сдаться и замолчать, пока не стало хуже, а именно угрозы насчет домашней еды. — Мы любим тебя.       В этот момент прозвенел дверной звонок.       Ким вылетел через мили секунду, словно все это время он за дверью держался за ручку и вот-вот открыл бы. Направляясь к дверь он поправил свою одежду, жестом показал Чонов оценить его и получил удовлетворенный жест большой палец вверх. Чоны пошли следом за Кимом, и тот распахнул дверь, улыбнулся, приветствуя пришедших.       На пороге стоял Ким Намджун и рядом Пак Чимин и еще, какой-то чувак, которого не видели двое из троих, кто находился в квартире.       Увидев Чимина, Гукки стиснул зубы и прижался к Хосоку, переплетая с ним пальцы. Хосок будто почувствовал, что Гукки неспокойной и сжал руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону руки Гукки.       Как не странно Сокджин был тоже не очень положительно настроен не в отношении Чимина, как Чоны, а в отношении третьего, потому как его звали как помнилось СокДжину Ким Тэхен.