Через одну

Когда ты отмечаешь своё совершеннолетие, ты начинаешь слышать в своей голове музыку, которую слушает твоя родная душа. Это благо, которым вроде как награждает судьба каждого человека. Через музыку и музыкальный вкус ты лучше понимаешь свою пару и принимаешь её задолго до личной встречи. Когда Дин перешагнул рубеж постоянных склок и прыщей, он отчасти был рад, что не слышит надоедливой музыки в голове. Впереди его ждала работа, и не было времени да и желания на поиски пары. Младший брат и дорога – всё что нужно было молодому охотнику. Не обременённый никем, Дин ловил популярность и не отказывал себе ни в чём. Слава шла впереди, открывая новые пути и даруя связи. Когда Сэм впервые услышал ненавязчивый мотив баллад, Дин выдохнул. Ему теперь придётся думать за двоих. Времени на отдых не было, и анализировать приходилось свою неправильность после очередной горячей ночки на полу какого-нибудь вонючего отеля. Демоны, Лилит, срыв печатей – страх потери брата и шок от того, что пара Сэма – Дьявол. Дьявол, любящий Канцлера и Мельницу! Приходилось только успевать вытаскивать брата из Ада, а точнее из лап озабоченного демона. Сэм плыл, сопротивляться не хотел, и тогда Дин впервые обратился к Богу. Ему просто необходима была помощь. Иначе бы он не выжил в театре абсурда. Люся и Лось – одна Сатана. Уровень охренивания Дина достигал отметки накладных рожек, которые напялил на своего соулмейта его брат. Господи, помилуй! Впервые Дин даже и не понял, откуда это взялось в его голове. Что за ерунда сопливая повторяется в его мозгу по сотому кругу! «Я кричу в пустоту, я каюсь, я маюсь... Это странное чувство, это глупое чувство, Я хочу полететь, но я не лечу. Верните мне крылья - зачем вам они? Верните мне крылья - счастливые дни... Я не понимаю кому в этом прок, Что я не летаю, а мог...» Отвратительное настроение было обеспечено на весь день. Когда всякая гадость начала лезть из щелей, а Сэм был потерян в этой реальности, Дин понял, что единственное, что его держит – странные песни, которые все-таки появились в его голове на третьем десятке. «А я тебе никто, и не друг, и не враг, я не верю тебе и не лгу. И было все у нас просто так, просто так, да что ж я жить без тебя не могу!» Раненный, злой и уставший Дин ночами искал в сети, что за песни он слышит и был слегка поражен. Это НЕЧТО было совсем далеко от рока. Когда все песни этого всратого исполнителя начали повторяться, Дин понял, что знает две вещи: все тексты песен Киркорова и, что он никогда не хотел бы встречаться со своим соулмейтом. Что за издевательство над ушами! «В белой, белой, белой дали грустный ангел пел о любви, пел, что вечной нет на земле любви…» Бесит, как же это всё бесит. Дин рвал и метал. Что происходит, откуда весь этот бред. Заброшенный склад и головная боль. Грохот. Взрыв лампочек и тишина в голове. Тишина. И новый армагедец. - Я ангел Господень. «Загляни в мои глаза - в них застывшая слеза, страсть и боль, и стон отчаяния, одиноких, долгих слов молчание. Мир покажется пустым, за собой сожгли мосты, оба были мы не правы, как найти друг к другу переправу?» И Дин понял, как он попал. Связь каждый день только усиливалась, и Дин видел, что у Сэма было нечто подобное. А по ночам сводило челюсть, когда Дин сдерживался от напевания очередной ангельской депрессивной песни. Онемевшие руки тянулись в пустоту, в надежде дотянуться до вихрастой тёмной макушки и падали на смятую постель, так и не находя цели. Всё бы так и продолжалось, если бы однажды Дин просто не проснулся утром. Сэм поднял на уши весь Ад, и его паре ничего не осталось, кроме как побыть сводником. А кто же не согласится, если в ход идёт шантаж?.. «Ну что, танцуем? Так дай огня, зажги меня, детка! О-э-о! О-э-о! Давай! О-э-о! Так дай огня, зажги меня, детка!» В старой обветшалой больнице всю ночь горел яркий свет. Двое мужчин смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Обещания, которые так и не произнесены, были приняты и нанесены печатями на сердце. История длинная, дорога извилистая, передряг ещё море, но без сомнений через одну будут играть песни Киркорова.