Innocent sin

Юная белокурая девушка устало брела по  особняку, думая о всём том, что с ней происходило за последние пару лет. Допустим, она успела окончить школу и сдать вступительные экзамены в университет. А еще попасть в особняк вампиров-психопатов с садистскими наклонностями, выяснить, что твой отец всё время был приемным, и даже твоё сердце не является и никогда не являлось твоим, стать некой "Евой" в плане безумного древнего короля вампиров, за обладание которой вампиры (и не только) готовы друг другу глотки перегрызть, - не каждая девчонка способна пережить подобный вихрь взаимосвязанных событий, способных запросто сломить волю, разбить на мелкие кусочки веру в лучшее, а вместе с этим уничтожить и надежду на спасение. Да что и говорить, даже взрослый брутальный мужчина сошёл бы от такой жизни с ума, в лучшем случае закончив свою жизнь самоубийством. Но только не она. Воспитанная католической церковью, Комори Юи была кроткой девушкой и принимала всё, что происходит, с высшей степенью смирения, веря, что это лишь необходимые испытания на пути к Раю в загробной жизни. И тем не менее, от всей той грязи, что она постоянно слышала, видела и ощущала, она теряла последние остатки веры. И, глядя на все объективно, было понятно, что такая как она: грязная; опороченная и осквернённая вампирами... Она просто не могла, она уже теперь не имела права на то, чтобы оказаться в Раю. "Господи, да моё сердце на самом деле принадлежит королеве демонов!" - временами отчаянно кричал голос в голове, с каждым разом всё больше убеждая Юи, что она и сама принадлежит этому Аду, а значит, можно и отбросить всю эту "святость". "И наконец-то начать защищать свою честь, дав отпор вампирам, но..." - но что? Взгляд гранатовых глаз остановился на двери спальни девушки. Тихонько войдя в комнату и закрыв дверь изнутри на ключ - хотя против вампиров это бесполезно, и Комори прекрасно знала об этом, но привычку трудно побороть - девушка упала на свою кровать, достала из-под кофты свой крест и в миллионный раз принялась разглядывать. Тонкий, изящный серебряный крест украшенный сверкающими на свету алыми рубинами, символизирующими кровь, - это её сокровище, единственное, что осталось у неё от прежней жизни. По истине филигранная работа. Подарок отца, пусть и приёмного. На вампиров крест никак не действовал и давно перешёл в разряд украшений и милых сердцу вещей, но Комори не стремилась открыто носить его, продолжая прятать под одеждой. Это была привычка, да и банальная мера предосторожности - Канато ненавидел распятия, а Юи очень не хотела бы, чтоб любитель кукол в порыве гнева разрушил его. Девушка сжала распятие, перевернулась на бок и закрыла глаза, погрузившись в свои мысли и воспоминания... - Бог... Отвернулся от меня, - тихо произнесла девушка, находясь в состоянии полудрёмы перед окончательным отбытием в царство Морфея. А по щеке одиноко покатилась кристально чистая слеза... *** Шестеро братьев сидели вместе в главной гостиной комнате особняка, вяло и нехотя обсуждая друг с другом пришедшее пару часов назад письмо от Короля вампиров. Это весьма редкая картина - обычно Сакамаки стараются не пересекаться друг с другом, и дело даже не в том, что отношения между ними сами по себе слишком натянутые, к этому добавляется еще и тот факт, что все они - соперники в борьбе за сердце и кровь Евы, что, несомненно, лишь усложняло ситуацию и без того неприятную. Точнее, они были соперниками до недавнего времени. До этого дня. Письмо Карл-Хайнца содержало крайне интересную и не менее шокирующую братьев информацию. Во-первых, в особняк в ближайшее время будет доставлена новая жертвенная невеста. Это удивило всех, ведь необходимости в подобном не было, крови Комори было вполне достаточно. Но, на самом деле, каждый из братьев, а особенно тройняшки, чувствовали изменения во вкусе крови девушки, и перемены эти не шли на пользу. Кровь Юи стала горчить, стала терпкой. Да и сама она уже настолько привыкла к тому, что у неё силой отбирают алую жизненную влагу, что смирилась со своим положением пищи вампиров и стала весьма апатично относиться к укусам, даже самым болезненным. Юи перестала испытывать боль, пытаться сбежать или кричать, ведь давно уяснила, что это бесполезно. Никто не придёт на помощь и не вытянет её из этого Ада на земле. Она утратила всякую веру, и если что-то у неё ещё было от церкви, так это колоссальное смирение. И Сакамаки ощущали эти перемены, ведь они сказывались на вкусе крови Комори. Было даже банально неинтересно и скучно пить её, ведь девушка не сопротивлялась, и вся эта игра в кошки мышки давно прекратилась. Без боли и страха кровь теряла тот пряный, слегка приторный аромат и привкус. И братья были даже несколько рады новой жертве, которая скоро должна быть доставлена в поместье. Это означало новую чистую душу с искренним эмоциями ужаса, с воплями боли, и лишь одна мысль о предстоящем веселье приносила безумное удовольствие. - Эй, Посудный отаку, а что нам делать с Плоскодонкой в таком случае? Ни одна из этих шлюх церкви ещё не доживала до приезда следующей, - голос Аято звучал несколько грубо и с усмешкой. Его немного раззадоривала сложившаяся ситуация и у него была пара мыслей насчёт того, как поступить с Юи. Он переглянулся с Лайто и ухмылка рыжеволосого пианиста означала, что он понял ход мыслей Аято и даже разделял их. Рейджи вздохнул и бросил на тройняшек строгий взгляд. - Не смейте причинять Комори вред. Карл-Хайнц хочет, чтобы мы отпустили её. Очень глупо, на мой взгляд; не вижу логики в его требовании. Она слишком многое знает, и это просто высшей степени тупость - вот так просто даровать ей свободу выбора и действий, - Рейджи, хотя и не подавал виду, был напряжен. Карл-хайнц никогда ничего не делал просто так. У него всегда был план, выверенный до мелочей. Как бы сильно братья ни ненавидели своего отца, отрицать тот факт, что он является гениальным стратегом, просто бессмысленно. Неожиданно голос подал спавший до этого момента Шу. - Если она уедет и начнёт жить обычной жизнью, для неё же будет лучше молчать о существовании вампиров и других рас, Пандемониума и о всём произошедшем с ней. Кто сможет поверить в бредни какой-то жалкой школьницы? После подобных заявлений её просто упекут в психбольницу, - Шу говорил лениво и без особого интереса. Его мало волновала дальнейшая судьба Юи. - Одно ясно точно: мы не должны идти против слов этого человека. Шу помнил, прекрасно помнил методы наказания Карл-Хайнца. И помнил, как холодно было на Северном полюсе. И помнил, что бороться с белым медведем весьма проблематично и отнимает много сил. Впрочем, никто из братьев, к большому удивлению, не возражал словам старшего. В ответ Рейджи решил продолжить пересказывать информацию из письма. - Комори заканчивает школу, получает все необходимые документы и уезжает из поместья. В день отъезда Комори нам доставят новую жертву. Мы должны забыть о существовании этой леди, а она, в свою очередь, забудет о нашем. К письму был приложен договор о неразглашении информации, - из бумаг, лежащих на столе, учёный достал два документа, которые дожидались своего подписания, - Ровно через неделю станут известны результаты выпускных и вступительных экзаменов. Насколько я помню, Комори Юи пыталась поступить в Токийский университет искусств. С влиянием Сакамаки Того у неё это должно получиться без проблем. Каждый из братьев Сакамаки думал о своём, дожидаясь, когда Рейджи закончит пояснять детали письма. Они, вампиры, прожившие сотни лет, видевшие так много всего в своей вечной жизни, сейчас чувствовали себя очень странно. Была ли это привязанность к белокурой девушке, прожившей с ними более двух лет? Это не была привязанность, никто из них не мог так запросто открыться кому-либо. Они стали слишком независимы от подобных чувств, которые так обожествляют смертные. Да и значит ли что-то столь короткий промежуток времени, когда твоя жизнь бесконечна? Нет. Просто Комори Юи проявила поразительную стойкость и выносливость и лишний раз доказала, что человек может адаптироваться к любым условиям. Она продержалась дольше остальных. И это удивляло. Но в то же время, все знали, что в её хрупком теле скрыто сердце дочери Брая, могучей королевы демонов. И это несомненно, было одним из главнейших факторов её жизнеспособности. *** Неделя пролетела незаметно, словно за одну секунду. Все были заняты своими делами, готовились к экзаменам, провалить которые было бы настоящим позором. За это время никто так и не сказал Юи о том, какой неожиданный поворот примет её судьба. Она только что забрала утреннюю почту, доставленную буквально пару часов назад в особняк. Среди многочисленных писем, связанных так или иначе с управлением особняком и отношениями между вампирскими кланами, на этот раз было и письмо для самой девушки. "Ответ из университета! Боже, так волнительно, так страшно открывать!" - мысленно кричала Юи, она была на пределе и находилась в приподнятом настроении, думала о будущем. Девушка постучала в дверь кабинета Рейджи, но ответа не последовало. Поэтому она решила все письма, не касавшиеся её, потихоньку положить на письменный стол и быстро побежала в свою спальню. Сердце билось быстрее обычного, а руки дрожали, пока девушка вскрывала конверт. На секунду она даже решила оставить письмо непрочитанным, на случай, если там всё очень плохо. Огромный выброс адреналина в кровь, словно девушка только что прокатилась на американской горке с большим количеством мёртвых петель и различных переворотов. - Отступать уже поздно. Я сделаю это! - Юи подбадривала себя, голос звучал решительно. Она задержала дыхание и прочитала ответ из университета. "Я поступила!" - эта мысль не могла перестать крутиться в голове, но Комори до сих пор не верилось в то, что это происходит наяву. Она была зачислена в один из самых престижных университетов Японии. Это был её счастливейший день за долгое время. Она была искренне рада. Ни с чем не сравнимое ощущение завершённого этапа жизни накрыло с головой так, что Юи была готова прыгнуть до потолка. Алоглазая девушка действительно постаралась на славу. Вдруг раздался стук в дверь и послышался голос Рейджи, попросившего немедленно явиться к нему в кабинет. Юи зашла в хорошо освещённую комнату с большим количество стеллажей, уставленных редкими экземплярами книг и антикварной посудой, и шкафов, где самый ответственный из братьев хранил свои препараты и чаи. Девушка тихо закрыла за собой дверь и подошла ближе к рабочему столу Рейджи, который задумчиво глядел на неё. - Комори Юи, полагаю, моя обязанность объяснить тебе твоё нынешнее положение. Присядь, - вампир указал на стул стоящий рядом с белокурой девушкой. - Ты более не являешься пищей для нас, и сегодня же ты покинешь особняк. Насколько мне известно, ты смогла поступить в университет искусств. Мои поздравления, - вампир говорил сухо и сдержанно. Он не разбрасывался похвалами направо и налево, поэтому Юи была действительно счастлива услышать подобные слова. Она поблагодарила его за поздравление, и Рейджи продолжил, - Как только ты покинешь территорию особняка, ты должна забыть обо всём, что произошло здесь. Если ты хоть кому-нибудь что-то расскажешь о существовании вампиров, будь уверена, я узнаю об этом, и тебе не поздоровится. Есть вопросы? Вопросы у девушки, конечно, были. - Но, Рейджи-сан! Почему я покидаю особняк? Почему мне вдруг сейчас предоставляется эта свобода? После стольких вещей, которые произошли!.. Я не понимаю... - голос девушки звучал отчаянно и растерянно. Она не имела представления о том, как ей теперь жить. Рейджи недобро ухмыльнулся. Он поправил съехавшие на нос очки и ответил на волновавшие её вопросы. - Это не моё решение. И никто из нас не принимал решение так легко избавиться от такого послушного сосуда с кровью, это не от нас зависело. И у тебя, конечно, есть выбор. Уехать и сымитировать амнезию или... Быть убитой. Что же предпочтёт юная леди? Юи ощутила страх за свою жизнь. Да и было бы действительно глупо вот так взять и не использовать возможность уехать отсюда, когда она два года только об этом и грезила. - Хорошо. Я выполню требования. - Отлично, - Рейджи достал из ящика письменного стола два пакета документов, один из которых был уже подписан братьями. - Подпиши этот договор в двух экземплярах. Один остаётся у тебя, другой - у нас. Также держи договор от нашей стороны. Это гарантия того, что никто из нас не станет подвергать огласке события последних лет. Сторона, невыполнившая условия, понесёт существенные убытки. Юи поставила свою подпись в документах, и это был её первый шаг в новую жизнь, таившую много неизвестностей, несмотря на то, что она должна была более походить на жизнь среднестатистической студентки. И всё же кое-что немного беспокоило девушку. Словно прочитав мысли Юи, Рейджи предвосхитил последний её вопрос и тут же на него ответил. - Тебе в дальнейшем стоит позаботиться о своём жилье. Первый месяц проживания в студенческом общежитии оплачен, но не более. За это время ты должна устроиться на подработку и со второго месяца жильё и все расходы ты оплачиваешь самостоятельно. Это ясно? Юи в ответ лишь кротко кивнула. - Превосходно. А теперь поспеши собрать вещи. Машина будет ждать у крыльца через два часа. Рейджи взглядом проводил вышедшую из кабинета Юи и вернулся к работе с письмами, которые несколько ранее Юи доставила ему. Тем временем Юи торопливо складывала чемодан, с которым когда-то приехала в особняк. Вещей, к счастью, было не так много, и в оставшееся время она привела в порядок себя. Пора было выходить из дома. Взяв чемодан в руки, девушка зашагала по особняку, и впервые после дня её приезда он снова предстал перед ней пустым и тихим, гнетущим и роскошным. Истинным домом с привидениями. Уезжала Юи из молчаливого дома. Ровно как два года назад её никто и не встретил, так и сейчас никто не проводил. Дворецкий семьи Сакамаки взял багаж у вышедшей на крыльцо девушки и отнёс его в машину. В последний раз девушка оглянулась на поместье, в котором, как ей казалось, провела целую вечность, после чего поспешила сесть в автомобиль и умчаться вперёд, навстречу к новой жизни. *** Незнакомая девушка, облачённая в плащ, сидела на крыше особняка Сакамаки и широко улыбалась, обнажая свой оскал. Облизнув пересохшие губы, она с ехидной усмешкой наблюдала за отъезжающим лимузином, в котором находилась Комори Юи. - Веселье... Только начинается, моя дорогая Падшая Ева. После чего растворилась в воздухе, спеша убраться с чужой территории.