Удобный предлог

       Уильям Сми брёл по переулку, размышляя о странностях этого вечера. Он готов был поклясться, что видел сегодня двух разных капитанов. И тот, что в чёрном, определённо был фальшивым, хотя сходство с оригиналом было таким, что, если бы не непривычный цвет жилетки, то Сми ничего бы не заподозрил. Наверняка, без магии тут не обошлось! А там, где магия, всегда жди неприятностей.        В глубине души Сми относился к Киллиану, как к безрассудному и беспутному младшему брату. Именно поэтому его так тревожило то, что произошло сегодня.        Хорошо, всё-таки, что настоящий капитан сейчас на корабле, а странный тип исчез.       Эта мысль немного успокоила Сми. Облегчённо вздохнув, он пошарил по карманам, и с досадой обнаружил пропажу фляжки. Скорее всего, он забыл её на корабле, в бухте запасного такелажа, на которой отдыхал, перед тем, как явился Джонс с очередной девицей. Сми поколебался. Возвращаться на «Роджер» не хотелось, тем более, после того, как Крюк попросил "не беспокоить", и доходчиво объяснил, почему желает остаться один. Вернее, вдвоём…       Сми невольно ухмыльнулся. Да уж, судя по тому, с каким нетерпением капитан его выдворил, и каким взглядом проводил уходящую в каюту блондиночку, красотка уже, скорее всего, стонет на весь корабль. Определённо, беспокоить их не стоит, иначе Крюк будет в бешенстве и, спьяну, может переборщить с наказанием. Лучше уж потерпеть до трактира! Однажды Сми уже имел неосторожность побеспокоить Джонса, когда заявились те гвардейцы со своим идиотским указом. Тот был очень занят "переговорами" с капитаном одного из пришвартованных неподалёку кораблей, и нарушивший их уединение Сми потом две недели чистил котлы на камбузе и драил гальюн. Впрочем, часы исправительных работ скрашивало воспоминание о том, как сердитый женский голос, доносящийся из капитанской каюты, поливает сбежавшую в разгар свидания "палубную крысу", отборной бранью.        Сми невольно улыбнулся. Ох и шальная была девка, эта дочурка старого Билли, под стать папочке. На "Роджере" шутили, что встретить в гавани "Чёрную кошку" - к недельной стоянке и еженощному кутежу. Кидд растил из дочери пирата и отлично постарался! "Чёрная кошка" редко возвращалась без добычи, а её команда по своему понимала расхожую поговорку о том, что женщина на корабле - к беде, ведь никто не уточнял, кому именно эта беда грозит. Капитан Китти пила, дралась и сквернословила наравне с мужчинами, была похотлива, как мартовская кошка, и при этом переборчива, как принцесса на выданье.        Но, как говорится, нет худа без добра. Кэтрин Кидд была бы сущим чёртом в юбке, если бы не предпочитала юбкам узкие бриджи, но после знакомства с ней, Крюк начал понемногу оживать. Хотя, вопреки схожести характеров, ладили эти двое, примерно, как кошка с собакой, если, конечно, дело не касалось койки. В остальное время их на пушечный выстрел друг к другу подпускать было нельзя, чтобы дров не наломали. К счастью, "остального времени" у них почти не оставалось, зато в постели они развлекались, как могли. Они с капитаном долгие годы крутили ни к чему не обязывающий роман, и когда она пропала, он снова на время будто окаменел.       Что ж, оно и не удивительно. О том, какова маленькая капитанша в постели, среди моряков ходили настоящие легенды. Говорили, что счастливчики, которым довелось с ней переспать, надолго теряли интерес к другим женщинам. Неизвестно, что из этих слухов было правдой, а что - фантазиями озабоченной матросни, но за то время, что Крюк встречался с Китти, к его славе искусного бойца добавилась слава умелого любовника, из-за внимания которого в публичных домах, порой, вспыхивали настоящие потасовки.       Однажды Сми видел, как две шлюхи едва не вцепились друг-другу в волосы, но смеющийся Джонс разнял их. — Дамы, дамы! — он сгрёб в каждую руку по девице — К чему эти ссоры? Если уж на то пошло меня на всех хватит. — ухмыльнулся он, увлекая обеих к лестнице — Но скандалов я не потерплю! Ну же, поцелуйтесь, чтобы я убедился, что мир между вами восстановлен.       К огромному удовольствию окружающих, девушки охотно повиновались. — Великолепно! Продолжайте мириться! — Крюк отправил их наверх, снабдив каждую шлепком по мягкому месту — Я сейчас к вам присоединюсь.       Он опрокинул очередную рюмку, вытер ладонью рот и, подмигнув ухмыляющимся матросам, отправился ублажать обеих красоток.        Эти размышления настроили Сми на игривый лад. "Роджер" частенько захаживал в эту гавань, так что старпом успел хорошо ознакомиться с местными достопримечательностями и с ходу прикинул список развлечений на сегодня. Он как раз терзался сомнениями, нанести визит Агнес из "Ласковой Бухты" или Рыжей Мэгги из "Укромного уголка", как вдруг его поразила ужасная мысль. Ещё раз обыскав карманы, он окончательно приуныл. Кошелёк остался в сундуке, так что впереди маячил одинокий, трезвый и унылый вечер. Кто-нибудь из команды, скорее всего, угостит его парой рюмок, вот только этим не напьёшься, а на большее рассчитывать не приходится. Эх, а фляжка-то была почти полна! Впрочем, если снять сапоги, можно тихонько прокрасться на палубу, достать флягу, а если повезёт и кошелёк, и вернуться. Вряд ли те двое что-нибудь заметят. Им сейчас, наверняка, не до него.        Ещё пару мгновений поколебавшись, Сми развернулся и потрусил обратно к гавани. * * *        Киллиан привалился к стене ближайшего дома и перевёл дыхание. Капитан не должен нестись, как угорелый, это выглядело бы странно, а Сми итак недоверчиво косился на него в прошлый раз.       Впрочем, если Эмма, сдуру, сунулась на корабль, то сейчас там, за исключением их с Крюком, нет ни души. Деревянные переборки плохо гасят звук, и уединяясь с дамой, он всегда, первым делом, старался избавиться от лишних ушей.       Нет, Свон не могла так сглупить! Она ведь наверняка понимала, что Крюк зовёт её не в бирюльки играть. И, кстати, об играх... он легко может принять сопротивление за игру. Особенно, если вспомнит Китти.        Киллиан почувствовал, как по телу, внезапно, пробежал холодок. Перед глазами отчётливо возникла потрёпанная широкополая шляпа, из-под которой струился ворох тонких смоляных косичек, и дерзко смотрели на мир огромные чёрные глазищи, обведённые, по капитанскому обычаю, углём. Кэтти Кидд, Китти. А ведь он много лет не вспоминал о ней. Очень много лет... * * *       Бесшабашная пиратка была его последней постоянной подругой, после Милы. Если, конечно, то, что было между ними, можно назвать постоянным. Ни о какой верности речь не шла, а постоянство заканчивалось, как только они теряли друг-друга из виду. Их встречи были нечастыми, но всегда невероятно горячими. Китти отличалась буйным нравом, и в постели он проявлялся во всей красе.        Они виделись пару раз в год и, проведя вместе несколько бурных ночей, расходились, как в море корабли. Кэт возвращалась к своим грабежам, а он - к охоте на Крокодила, до тех пор, пока их вновь не сталкивало друг с другом волею случая. И однажды Киллиан поймал себя на том, что ждёт этих встреч и, входя в гавань, невольно, первым делом ищет глазами у причала косые паруса "Чёрной кошки", шхуны, чьи изящные очертания напоминали плавные изгибы тела её очаровательного капитана.       Этот странный "не-роман" продлился целых пятнадцать лет, и за это время они лишь пару раз говорили по-душам и то, как правило, спьяну. "Знаешь, Ки, мы с тобой встречались тридцать три раза." - сказала она однажды, за год до того, как навсегда исчезнуть из его жизни, оставив кое-что на память - "Мне нравится это число! Давай на нём остановимся." К тому моменту Китти сравнялось тридцать шесть. Они с Киллианом выглядели ровесниками, но неумолимое Время, до поры щадившее "маленькую капитаншу", понемногу брало своё. Кэтрин Кидд, невиданное дело, решила скопить побольше золотишка, и пришвартоваться в какой-нибудь тихой гавани. Да и какая женщина захочет медленно увядать на глазах нестареющего любовника?       Он не пытался её разубедить, но ему удалось отвоевать три лишние свидания, уговорив её "сравнять счёт". Через несколько месяцев они снова встретились, и ещё раз, спустя пол-года, а потом Киллиан узнал, что "Чёрная Кошка" со всем экипажем сгинула где-то в Мерцающем море.        Это было не так, как с Милой. Он не сразу осознал, что Китти больше нет. Жил по-прежнему, скитался по морям, рискуя головой, искал способ отомстить Крокодилу, и лишь иногда вздрагивал, завидев на горизонте двухмачтовую шхуну, а заходя в гавань, по-прежнему искал глазами "Чёрную кошку".       Время было не властно над Киллианом Джонсом, и он не замечал его течения, пока однажды не полез, за какой-то надобностью, в один из рундуков, и не обнаружил на его дне старую коробку из-под сигар. Он немедленно вспомнил изобретательную пиратку, подсказавшую ему отличную идею, и вдруг понял, что с момента её исчезновения прошло почти полсотни лет, и она уже не вернётся.       В тот вечер Киллиан сильно напился, пытаясь залить образовавшуюся в сердце пустоту. Несмотря ни на что, Кэт много для него значила, и её потеря причинила ему неожиданно сильную боль. Он даже собирался вышвырнуть в море "шкатулку с секретом", как называла её Китти, но в последний момент передумал.       «Кэт просто взбесилась бы!»       Киллиан так до конца и не осознал, что она мертва. Гораздо проще было думать, что Чёрная Кошка по-прежнему рыщет у каких-нибудь дальних берегов, наводя ужас на торговые суда, а её капитан всё так же меняет любовников, как перчатки. Но с тех пор долгосрочных отношений Киллиан больше не заводил. Когда ты бессмертный, привязанность - непозволительная роскошь.       "Шкатулка с секретом", как ненужное воспоминание, была убрана с глаз долой, и оставалась там до тех пор, пока Киллиан вновь случайно не наткнулся на неё. В тот день он пригласил на корабль плотника, намереваясь внести небольшое изменение в обустройство своей каюты, для чего ему потребовалось освободить один из рундуков. Обнаружив на его дне коробку, Киллиан почувствовал, как на долю секунды замерло сердце. Но на этот раз боли не было, была тихая грусть.       Он уже хотел перепрятать коробку подальше, как вдруг, будто наяву, услышал голос Кэт.       "Не глупи, всё это тебе пригодится! Будешь трахать какую-нибудь девку и вспоминать меня."- так она сказала, когда он, в одну из их последних встреч, хотел отдать ей коробку.       Открыв шкатулку, Киллиан внимательно осмотрел её содержимое. У него как раз была на примете одна бойкая барышня, падкая на эксперименты. Тем вечером он устроил ей знатное развлечение, а заодно, почтил, так сказать, память другой любительницы острых ощущений. * * *        Резкий порыв ветра, неожиданно налетевший с моря, погасил несколько факелов на набережной. Очнувшись от воспоминаний, Киллиан нахмурился.       «Нашел время ворошить прошлое! О будущем думать надо! Об Эмме...»       Возможно, конечно, он тревожится зря. Дон не видел, как Крюк с Эммой покинули кабак, а значит, они вполне могли сделать это порознь. Если Крюк в кабаке получил отпор, то, скорее всего, просто отпустил Эмму, и нашел кого-нибудь посговорчивие. А вот если она всё-таки пошла с ним на "Роджер"...        Джонс неосознанно сжал кулак и с удивлением понял, что одна мысль о том, что у Крюка с Эммой может случиться близость, вызывает у него желание убивать. В трактире Свон поддразнила его...       «Ещё немного, и я решу, что ты ревнуешь!»        ... и попала в точку.       Киллиана не утешало даже то, что фактически, любовником Эммы станет он сам. Он готов был до полусмерти избить Крюка, если тот посмеет коснуться Эммы. А он посмеет! Зная себя, он вряд ли позволил бы такой девушке, как она, просто так уйти. Единственное, что успокаивало - сколько Киллиан себя помнил, он ни разу не брал женщину силой. Впрочем нет, однажды нечто подобное было.       «Правда, Кэт сама напросилась. Интересно, она знала, что та комната в таверне предназначалась для особенно шумных гостей?»       ...тот вечер стал откровением для обоих. Это была их первая близость, первая постельная игра. Китти отбивалась, как бешеная, но от этого он только сильнее заводился. Киллиан силой укротил эту дикую кошку, и Кэт, о которой говорили, что она "ест на завтрак мужскую гордость, обедает разбитыми сердцами, а ужинает крепкими членами", не только стерпела насилие, но и испытала истинное наслаждение.       А он впервые не думал о Миле.       Киллиан встряхнулся, отгоняя непрошеные воспоминания и ёжась на холодном ветру. Странно, почему именно сегодня мысли о Кэт так настойчиво лезут в голову? И это в то время, как он должен думать о том, как выручить Эмму, по-возможности, не слишком наследив в прошлом.       Хватит уже того, что Сми почуял неладное. Киллиан оказался не готов к вопросу о жилете, и глупо солгал, наверняка ещё больше встревожив своего ближайшего помощника. Чёрт бы его побрал, вместе с его наблюдательностью! Надо же было так глупо попасться! Теперь старпом будет настороже, а значит, придётся как-то объяснить своё очередное возвращение.       И всё-таки, надо признать, что появление в его жизни мистера Сми - большая удача. Толстяк стал его верным помощником, можно сказать, другом, если бы Крюк, в то время, умел ценить дружбу. Сми с первого дня заботился о нём, и без той заботы которой он окружил раненого Киллиана, кто знает, выжил бы капитан Крюк, или умер от заражения крови и тоски по любимой женщине.       Мистер Сми не раз помогал своему капитану словом и делом. Порой, в своей заботе он даже перегибал палку, и становился похож на курицу, квохчущую над цыплёнком. Китти как-то, смеясь, предположила, что Сми приверженец "любви для настоящих мужчин", и просто по-уши влюблён в своего капитана. Конечно, Киллиан не воспринял её слова всерьёз, но всё-же, присмотрелся к старпому повнимательнее.       Ханжеством Киллиан никогда не страдал, тем более, что на кораблях, подолгу проводящих в море, порой, всякое случалось. Но он был очень рад узнать, что большую часть своей доли мистер Сми тратит в домах терпимости. * * *       Осторожно выглянув из-за угла, Киллиан осмотрелся. В лицо ему ударил холодный ветер. Несколько факелов освещали набережную неверным пляшущим светом, на покачивающихся у причала кораблях горели кормовые огни, а горизонт утопал в клубящемся мраке.       Луна на миг осветила залив, и сердце Киллиана пропустило удар, когда он заметил вдалеке, на внешнем рейде, призрачные очертания двухмачтовой шхуны. Он вздрогнул и пригляделся, но луна уже скрылась, и видение исчезло в чернильной темноте. Новый порыв ветра загасил ещё один факел на набережной.       «Привиделось.»       «Мало ли на свете шхун? К тому же, ни один корабль не станет сниматься с рейда такой ветреной ночью, да ещё и без сигнальных огней. »       Старательно изобразив на лице беззаботную ухмылку, Киллиан направился к своему кораблю.