Red Bangkok Night

На этот весёленький отпуск двое друзей копили деньги последние несколько месяцев. На работе оба коллеги пахали, как лошади, ради этих несчастных двух билетиков в Бангкок и пары пачек денег. На счетах они деньги не хранили: наверное, неосознанно гнались за шикарной жизнью, когда деньги лежат аккуратными пачками, а потом с пафосом раскидываются в номере пятизвёздочного отеля с девочками в бикини. Чон Юно в этом плане был прост до безобразия: он реально ехал за экзотическими фруктами, солнечным пляжем и красивыми девочками/мальчиками. Выбор для него был возможен, он не видел в этом ничего постыдного. Просто его кругозор пошире будет, чем у других, хотя тут не в нем дело. Дело в его дружке в штанах, которому нравились все замечательные особы вне зависимости от половой принадлежности. А вот его друг, Накамото Юта, ехал исключительно за приключениями на свою пятую точку. И эти приключения вполне могли быть и секс-трипами. Он хотел исследовать все укромные уголки Бангкока, на какие ему хватит времени отпуска. И такие вещи, как Квартал красных фонарей, его особенно занимали, потому как он мужчина, которому не чуждо всё мужское в общем-то. Чуть ли не в первый день приезда Юта потащил Юно по «укромным уголкам». Тот согласился не сразу, потому что хотел для начала привести себя в форму, но Юта заверил его, что Юно даже когда сдохнуть от усталости хочет, выглядит, как Аполлон. И они попёрлись вглубь Бангкока, за многочисленные рынки и мерцающие вывески, к красным огням, к которым так стремились всё это время. - Слышал, что тут стали происходить странные исчезновения, - с горящими глазами поведал Накамото Чону, хотя того вся эта мистика и невероятные истории совсем не занимали. - А я слышал, что тут лучшие проститутки во всем Бангкоке, - ответил Юно, скептически оглядывая скачущего у красных ворот Юту, - И, да, я когда-нибудь их попробую. Не знаю, как ты, а я приехал сюда оттянуться. - Так и я оттягиваюсь! – воскликнул Накамото, - Видишь, как тут интересно. И местных представителей древнейшей профессии я бы тоже не прочь испытать! Пройдя в первый раз по закоулкам, они не отважились вот так сходу подцепить кого-нибудь и войти в их домики. Безусловно, выбрать было из чего: здесь были высокие и худые девушки в национальных одеждах, дамы покрупнее с изящными пышными юбками и глубокими декольте, а если пройти дальше, то можно было обнаружить худых азиатских мальчиков в белых одеяниях. Юту увлекал новый открывшийся перед ним мир улиц красных фонарей, он бежал впереди Юно, который в это время подыскивал себе хорошую пару на вечерок-другой. Дальше начались уже трансвеститы, к которым Чон Юно не хотел соваться по простой причине: не хотел он смешивать одно с другим. А вот Накамото уже на всех парах нёсся туда. - Накамото, мать твою, стоять! – крикнул Чон, разрезая тишину квартала. Никто даже не посмотрел на нарушителя тишины, но таинственная атмосфера была безнадежно испорчена. - Хорошо, Чон Юно, мы вернёмся сюда позже, - сдался наконец Накамото и зашагал обратно, так и не добравшись до последних домов квартала. А там уже с интересом приметили несносных туристов, интересовавшихся столь странным, но, безусловно, популярным местом. И, надо сказать, наблюдатели отметили, что таких красавцев в их края давно не заносило. *** Алкоголь затмил всё. Накамото и Чон бухали уже третий день, и то, что они делали, правда, нельзя было назвать просто «выпивали». Они бухали, как черти, закрылись в своём номере и заказывали литрами пиво, вино и рисовую водку. Они уже и забыли про Квартал, но на следующий день похмелья, когда к ним в номер зашёл приятной наружности молодой мужчина, им любезно об этом напомнили. - Видите ли, я работаю для иностранных туристов, - улыбнулся мужчина, говоря на ломаном английском, - И у нас есть такой сервис услуг… интимного характера. Вы меня понимаете? Юно кивнул, заинтересованно выгнув бровь. Он как-то работал в Америке в течение года, оттуда и подтянул иностранный язык на нормальный уровень. Юта же плохо говорил по-английски (он и по-корейски говорил на среднем уровне, пусть и жил в Сеуле уже 3 года), поэтому делал вид полной заинтерсованности, хотя понимал только примерно треть разговора. - Вы слышали о Квартале красных фонарей? После этого вопроса весь разговор можно было заканчивать. Но Юно терпеливо выслушал мужчину и отправил восвояси со словами, что они сами с этим справятся. Вечером следующего дня Чон Юно и Накамото Юта, основательно подготовившись, отправились в Квартал красных фонарей. Там для них ничего нового не обнаружилось, поэтому Юта всё-таки потащил Юно чуть дальше, туда, где фонари горели слабее, оттого манили загадочностью. - Заблудились? – услышали парни неуверенный корейский из какого-то домика в тусклом освещении. Юно сразу же среагировал, Юта чуть позже повернулся на голос. Из полутьмы маленького домика выплыла утонченная худая фигура в длинном красном платье в китайском стиле. Фигура, потому что не сразу было понятно девушка это или парень. - А ты можешь помочь нам найти то, что ищем? – вкрадчиво спросил Юно, подойдя ближе, чтобы разглядеть лицо незнакомца. Или незнакомки. - Если вы ищите немного запретного удовольствия, то вам сюда, - тихо произнес парень. По его коротким чёрным волосам и угловатой фигуре в красноватом тусклом освещении Юно это понял. - Да, это то, что нам нужно, - сразу же провозгласил Юта и, подхватив Чона под руку, потащил его в домик. Парень же скрылся за дверьми, пряча улыбку за ладонью. В домике было очень уютно. На полу были расстелены татами, на стене висела длинная картина с цаплей и закатом. У другой стены стояла ваза с белыми орхидеями. В помещении сладко пахло персиками и ванилью. В целом атмосфера была какой-то смешанно-азиатской. Но, как ни странно, японские татами, тайские орхидеи и красное китайское платье парня сочетались вполне замечательно. - Ты один здесь? – спросил Юно, аккуратно присаживаясь на татами и скидывая свой рюкзак рядом с собой. Юта сел рядом с ним. Отголоски родины в виде татами очень грели японскую душу. - Для вас обоих здесь найдется всё, что пожелаете, - уклончиво ответил парень, - Подождите здесь. Несколько минут ожидания показались вечностью. Юта разглядывал татами, поражаясь его схожести с теми, что были в его детстве в бабушкином доме. А вот Юно ёрзал, не мог усидеть на месте и без конца разглядывал картину с цаплей, не находя в ней ничего нового и любопытного. Вскоре тот парень вернулся, приведя с собой другого, облаченного в японское кимоно сиреневого цвета. Юта был поражен этим прекрасным цветом, и в его душе в который раз всколыхнулось нечто родное. Парень в кимоно имел выразительные круглые глаза и полные губы, небрежно накрашенные алой помадой. - Это ВинВин, - представил его тот в китайском платье, - Думаю, он подойдет для господина… - Накамото, - быстро ответил Юта, завороженный красотой вошедшего ВинВина. ВинВин поднял на него свои большие глаза с длинными пушистыми ресницами и спрятал за ладонью улыбку. - Замечательно, - мурлыкнул тот, - Тогда я буду с Вами. Можете называть меня Тэном… Юно понял, что этот Тэн имеет в виду его. Он нервно сглотнул, оглядывая высокую и утонченную фигурку Тэна в этом красном платье, и был готов уже ко всему. ВинВин же подошёл к Юте и опустился рядом с ним на колени. - Господин Накамото, я в Вашем распоряжении, - на ломаном японском произнес парень. Родные звуки будоражили кровь Юты. Он потянулся руками к оби на талии ВинВина и слегка дернул. Нетугой узел поддался его мягким, но настойчивым движениям и оби легко соскользнул на колени ВинВина. Полы кимоно разошлись сами, и Юта с удивлением отметил, что на парне было кимоно без нижней юкаты. И под кимоно не было ничего, кроме худого бледного тела парня. На его бархатной коже не было ни одного шрама, пигментного пятна или даже родинки. Его худое тело было идеальным, будто точёным из белого камня. Накамото с замершим на секунду дыханием прикоснулся пальцами к слегка выпирающим ребрам, погладил кончиками каждую проступающую под тонкой кожей косточку и думал, что ему это снится. Потому что настолько идеальных тел и существ на этой бренной земле Юта, пожалуй, не видел. - Господин Накамото, мне снять кимоно? – по-японски спрашивает ВинВин и вопросительно смотрит на Юту. А тому просто крышу срывает от немного шепелявого и неуверенного «господин Накамото» из этих невозможных красных губ. - Да, пожалуй, - задумчиво отвечает он тоже по-японски, наконец чувствуя себя в своей тарелке, - Знаешь…зови меня так всегда. ВинВин кивает, встает на ноги и сбрасывает кимоно на пол. Кимоно, кажется, шёлковое, мягко соскальзывает с худых плечиков и падает в ноги парня. Его худые белые бедра находятся на уровне глаз Юты, а когда парень поворачивается к нему передом, тот отмечает, как гладко выбрит ВинВин. Идеально подготовлен для известных целей, и это просто крышесносно. Он напоминает Накамото чудесную гейшу с безупречно белой и гладкой кожей и красными полными губами. Это считалось и считается в Японии безумно красивым. И Юта сходит с ума от красоты ВинВина, хоть тот и не японец, судя по ломаному говору, но это совершенно неважно. - Ты идеален, - шепчет Юта и обхватывает руками бедра ВинВина. Он проводит кончиком носа по его бедру до колена и вдыхает чудесный запах клубничного молока. Этот ВинВин так сладок, что у Юты спирает дыхание. Он требовательно тянет ВинВина вниз и оглаживает ладонями узкие острые плечи. Затем касается губами левого, присасывается ими на секунду и отстраняется, разглядывая маленькое алое пятнышко на безупречно белом. ВинВин слегка ведёт плечом и раскрывает свои соблазнительные алые губы в тихом вздохе. Накамото мягко валит его на татами. Ему хочется как можно больше таких распаляющих желание вздохов, а ещё громких стонов, вырывающихся из ягодных полных губ. Он готов всю ночь выбивать из нежного создания такие пошлые звуки, марающие безупречно белое. Иначе зачем бы ВинВину вести ту жизнь, которую он ведёт, если не придется марать безупречно белое? В это время Юно уже вовсю лежал на татами, разглядывая сидящего перед ним на коленях парня. Тот был весь такой длинный, утонченный и идеальный. Юно протянул к нему руку, чтобы потрогать его лицо, но его рука была перехвачена тонкими пальцами Тэна с длинными ногтями в форме наконечника стрелы. - Трогай осторожно, - предостерег его Тэн и плавно выпустил его руку. Чон недоуменно смотрел на него и с каждой секундой удостоверялся, что перед ним какое-то божество, которому он на полном серьёзе был готов приносить дары и делать жертвоприношения. Весь образ Тэна был таким божественным, его светлая кожа будто подсвечивалась изнутри, а все конечности казались длиннее обычных человеческих. Юно думал об этом, и всё это казалось ему каким-то сном, сказкой, воплощенной в реальности… Юно притянул Тэна к себе за талию, стараясь быть осторожным, чтобы не навредить. Тэн, конечно, не сломался бы в его руках, но у Юно было полное ощущение того, что это может произойти. Он провел носом по его длинной шее, вдыхая тонкий цветочный аромат, и плавно прикусил мочку уха, в которой тихо покачивалась длинная золотая серёжка. - Тэн, ты можешь сделать мне одолжение? - обдавая ухо жарким дыханием, прошептал ему Юно и проворными пальцами начал забираться под тонкую мягкую ткань его платья через боковой вырез. Кончиками пальцев он чувствовал, насколько кожа под ними была мягкой и будто бархатной, такой приятной наощупь, что хотелось трогать её снова и снова. - Да, хозяин, - тихо и непривычно четко по-корейски ответил Тэн. Юно забывает, как дышать, когда слышит смиренное и такое покорное «хозяин» из его уст. Кажется, одного этого слова хватает для того, чтобы поднять его член. Как всё просто оказалось с этим Тэном… - Да, я твой хозяин теперь… Отсосешь мне? – продолжает жарко шептать Юно, и у него только от фантазий болезненно жмется к животу член. Тэн мягко соглашается и поднимается на ноги. Чон краем глаза замечает кожаную черную подвязку на его бедре. Ему до дрожи хочется вцепиться в нее зубами, оттянуть и резко отпустить, чтобы та звонко шлепнула Тэна по его молочному женственному бедру и разбила его сдержанный образ раз и навсегда. А пока Тэн давит руками на его плечи, заставляя лечь, и устраивается между его разведенных ног. У его глаз лисий хитрый прищур, от которого его лицо сразу же меняется, и вместо прежнего сдержанного образа Юно может лицезреть лукавый и даже чуть-чуть развратный. Он облизывается и быстро освобождает ноги Чона от одежды. У Юно давненько постыдно стоит, на белье красуется говорящее мокрое пятно. Тэн отбрасывает его одежду в сторону и оттягивает крайнюю плоть его члена своими невероятными длинными пальцами, не сводя узких чёрных глаз с его раскрасневшегося лица. Он снова облизывает свои губы, отчего они влажно блестят в красноватом освещении с улицы, и это, чёрт возьми, так возбуждает, что Юно готов обкончаться только от одного блядского красного света и слегка розового блеска на тонких губах. Эта чёртова тайская шлюха знает толк в том, что делает! - Вы смотрите, хозяин? – недобро ухмыльнувшись, спрашивает Тэн, на что Юно только нервно сглатывает, - Смотрите и запоминайте… Он плавно опускается к члену Юно и самым кончиком языка дразнит его чувствительную головку, давит на маленькую дырочку, чтобы потом широко лизать всю головку, оттягивая пальцами крайнюю плоть. Тэн не спускает глаз с лица Юно и лижет его член, после глядя на сам член. Он недолго мучает его, чувствуя, как у него вдруг вздрагивают ноги от перевозбуждения. Юно скребет пальцами татами и хочет зажмуриться, но не может не смотреть на Тэна. Ему кажется, что это будет безумным неуважением к божеству, если он не будет смотреть на то, как оно его ублажает и дарит ему, простому смертному, частичку своей благодати. Тот поворачивает голову немного вбок, демонстрируя золотую сережку в ухе, и плотно обхватывает губами его горячую пульсирующую головку. У Юно спирает дыхание от такого вида. Тэн игриво ему подмигивает и в следующую секунду полностью проталкивает его член в бархатную глубину своего рта. Чону так горячо, как никогда не было, потому что этот чёртов Тэн, эта тайская блядь, умудряется ещё смотреть ему в глаза в этот момент и насаживаться ртом на его член. Он ритмично двигает головой, заставляя член Юно каждый раз долбиться прямо в его восхитительно узкое горло. Юно вдруг стонет, мечется, стараясь держать себя в руках, но получается просто херово. - Хотите кончить мне на лицо, хозяин? – выпустив его член из горла, спрашивает Тэн и коротко лижет его напряженную плоть между словами. «Ещё бы», - думает Юно и с трудом садится на татами ровно, чтобы схватить Тэна за короткие чёрные волосы и снова с силой насадить на свой член. Тэн послушно расслабляет глотку, принимает всю длину и двигает головой, поддаваясь рукам Юно. Это выходит у него внешне очень легко, что не может не подкупать клиента. Ближе к моменту разрядки, Юно резко оттаскивает его за волосы от своего члена и доводит себя рукой до конца. Белесые капли спермы покрывают щеки и шею Тэна, неопрятными вытянутыми мазками скатываясь к невыраженному кадыку. Тэн удовлетворенно ухмыляется и, смотря в глаза Юно с расширившимися зрачками, собирает длинными острыми пальцами сперму, чтобы потом с наслаждением погрузить грязные пальцы в свой рот. - Вот же блядь! – не удерживается от комментария Юно, завороженно следя за тем, как Тэн сосёт свои длинные пальцы с его спермой на них. Тэн подмигивает ему и раскрывает рот, демонстрируя ему, как он собрал всё его семя у себя во рту. И Юно кажется, что он будет сегодня кончать беспрерывно и всё в этот чёртов рот. Тем временем Юта уже распластал худое тело на татами и поглаживал руками впалый живот ВинВина и в целом его мягкую, слегка угловатую фигурку. Он осторожно наклонился к его груди, чтобы прямо языком пересчитать каждое рёбрышко. И он ловко занялся этим, слушая, как тот прерывисто задышал. Накамото обводил каждую выпирающую косточку кончиком языка и поднимался выше, оставляя влажную блестящую дорожку после него. Его язык с нажимом забрался в ключичные впадины, после чего добавил зубы для легкого покусывания таких тонких косточек. ВинВин неловко и как-то неуверенно обхватил руками чужие сильные плечи, чувствуя, как крепкие мышцы перекатываются под небольшими аккуратными ладонями. Широкие ладони Юты в это время гладили тонкие бока ВинВина, плавно спускаясь ниже, к нежным округлым бёдрам. Краем уха Юта слышит, как шелестит голос Тэна где-то там, и отстраненно думает, что ВинВин не так опытен, поэтому по большей части молчит, но это его не пугает, а даже как-то очаровывает. ВинВин уже был крайне возбужден, его небольшой член стоял. Юта обратил на него особое внимание, потому что он был небольшим и аккуратным, как и всё в теле ВинВина. Накамото обхватил его член в кольцо своих пальцев и несколько раз подвигал рукой, предвкушая горячие невозможные стоны. ВинВин только тихо захныкал, подаваясь бёдрами вверх, и прикрыл рот ладонью. Накамото отдернул его руку и запрокинул обе его руки ему за голову, держа их над его головой одной рукой. Запястья у ВинВина тонкие и безумно трогательные, оба помещаются в широкой ладони Юты, что нравится ему безумно. И он не может выбраться из захвата одной руки, потому что слабее его, Накамото. А того сводит с ума эта беззащитность и беспомощность, которые распаляют желание обладать им, подчинять всё его естество себе и только себе. - Господин Накамото, - тихо зовёт его ВинВин, а после буквально выстанывает это с каждым движением руки Накамото на его члене. Его ощутимо потряхивает от нахлынувших чувств, что буквально сводит с ума Юту. Он наконец добился своего: слушает невозможные стоны на грани крика, видит смазавшуюся на щеки алую помаду ВинВина и его растрепанные смоляные волосы. Но теперь ему дико хочется, до зуда в одном месте, растрахать его так, чтобы тот вообще забыл, кто он и где находится. И теперь Накамото не видит ни единой причины откладывать это на потом. ВинВин лежит безвольной куклой, ждёт, пока Юта избавится от своей одежды и сделает то, что собирался. В горле пересохло от стонов, а губы болят от поцелуев. Но Юта непривычно медлит. - Тебя нужно растянуть? – выкидывая свою одежду в сторону, спрашивает Юта и раздвигает ноги ВинВина в стороны, мысленно поражаясь его гибкости. Если очень захотеть, его ноги можно растянуть в одну сплошную линию, но это потом. ВинВин мотает головой, сам тянет пальчики к своим ягодицам, раздвигает их и демонстрирует Юте красноватую широкую дырку, которую уже любезно растянули. По краям виднеется белёсый лубрикант, и Накамото искренне надеется, что это он, и ВинВина просто хорошо подготовили, а не то, что его до него трахали. Почему-то мысль о том, сколько в принципе могло быть партнеров у ВинВина, больно ужалила сердце ревностью. А ещё откуда-то взявшейся брезгливостью. - Скажи, сколько человек тебя трахали за всю твою карьеру? – озвучивает свой вопрос Юта и придвигается к разведенным ногам ВинВина. Тот ещё не знает, что вопрос с подвохом и имеет правильный и неправильный ответ. Неправильный – это, конечно, тот, который просто не понравится Накамото. ВинВин молчит, потому что реально не знает. Потому что, правда, сбился со счёта, потому что даже между собой в этом чёртовом домике они перетрахались уже все. Потому что Тэн, которому недавно спустили в рот, трахал его несколько раз, а потом наоборот еще столько же, и хуй пойми, сколько ещё таких фрагментов было в его жизни. - Много, - коротко отвечает он. Мозгами-то он понимает, что надо было сказать «никто, кроме вас, о, господин Накамото», но режет правду-матку. И Накамото этот ответ не нравится. Юно лежит на татами и совершенно не вдупляет в то, что происходит вокруг. Его будто накачали чем-то, он лежит и видит перед собой только хитрую мордаху Тэна. Тот уже обнажён, сидит на его бёдрах и елозит по ним туда-сюда, потому что у него давно зудит в одном месте, не может он меньше четырех раз в день трахаться. Профессиональная привычка, так сказать. А у Юно вполне такое приличное достоинство, почему бы не отдаться? При этом всём он умудряется краем глаза следить за Накамото и ВинВином. И ему совсем не нравится повисшая у тех тишина. Он чувствует, что это его обязанность - всё наладить. - Пойдём туда, - игриво шепнул он Юно и помог тому подняться. Тот снова возбужден до подкашивающихся коленей, но покорно идёт за Тэном, потому что доверяет ему в этом деле и хочет делать так, чтобы им обоим было хорошо. Тэн опускается на колени рядом с головой ВинВина и неожиданно мягко укладывает его голову на свои колени. Накамото это уже мало заботит. Он плавно качнул бёдрами, входя в довольно узкую дырку ВинВина. Его пальцы крепко вцепились в ноги ВинВина, пока он пытался плавно войти. Но заслоны-то все уже сорваны. Он резко подаётся вперёд, входит во всю длину и начинает быстро, размашисто вдалбливать ВинВина в татами. Тот неожиданно высоко стонет, пытается спрятать лицо в руках и коленях Тэна, на что тот успокаивающе гладит его по волосам, а после сладко целует, заглушая его стоны. Накамото оттягивает Тэна от ВинВина за волосы, чтобы тот не мешал слушать чудесные звуки чужих стонов. Чон тоже не остается в стороне, буквально выдергивает Тэна из-под головы ВинВина и усаживает на себя. Его член уже болит от перевозбуждения, и ему срочно нужна помощь. Тэн не прекращает следить за мечущимся на татами ВинВином, хотя Юно неплохо его занимает. Он держит его крепко за бёдра, резко насаживает на свой член, и это выбивает из лёгких Тэна не только весь воздух, но и громкий стон. Он, постепенно набирая темп, плавно прыгает на члене Юно, стонет в голос и косится на ВинВина, но тому уже гораздо лучше. Юта встал на колени и подтянул ВинВина за бёдра к себе. Тот лежит лопатками на татами, а вот бёдра остались на весу. Член Накамото мягко долбит его, если это вообще возможно. У ВинВина разве что искры из глаз не летят, так ему хорошо. Юта всерьез начинает задумываться, что тот сорвёт голос к чертям с такими стонами. А еще он отдаленно думает, что весь этот гребанный квартал слышит эти крики, хотя должен слышать только он. - Господин Накамото! Ещё, пожалуйста! «Ну вот же блять», - думает Юта, потому что как раз этой чёртовой блядской фразы и не хватало, чтобы он кончил. И он еле успевает вытащить, доводит себя рукой до пика и спускает прямо на впалый живот ВинВина. Сперма катится вниз, как по накатанной, пачкая длинными полосами весь торс ВинВина и немного шею. Тот еле дышит. Накамото осторожно укладывает его бедра на татами и падает без сил рядом. ВинВин отдаленно думает, что за все миллионы раз, что его трахали, так его не трахал ещё никто. Юно старается не слышать соблазнительных стонов ВинВина. Голос Тэна мешается с голосом Вина, поэтому бедный Чон нихрена не понимает вообще. Становится легче, когда ВинВин наконец замолкает. Юно крепко цепляется за бёдра скачущего на нем Тэна и задушено стонет, потому что у того получается еще и скакать на члене как-то по-особенному. Он наконец приводит в действие то, о чём мечтал около часа назад: с удовольствием оттягивает кожаную подвязку на его бедре и звонко отпускает. На молочном бедре Тэна проступает красная полоса. То место нещадно горит. Юно чувствует близкий конец и начинает размашисто шлёпать Тэна по бёдрам, как бы подгоняя. В итоге ему всё равно приходится опрокидывать Тэна на спину, чтобы было удобнее довести себя рукой до оргазма. У Тэна уже подсохли следы спермы на подбородке и шее, как его окатывают новой порцией, пачкая весь живот. Он высоко вскрикивает и лежит без сил. Юно вообще ни о чем не думает и валится рядом. Проходит около десяти минут. За это время приходит осознание, и Юно с Ютой переглядываются. ВинВин и Тэн, кажется, уже восстановились. Тэн медленно встаёт, кидает ВинВину кимоно и набрасывает на плечи своё платье, которые слабо их покрывает. Из вещей на нем осталась только злосчастная подвязка, в то время как ВинВин абсолютно раздет. Засосы на его шее ярко горят, особенно при красном освещении с улиц. - Платите по двойному тарифу, - хрипло произнес Тэн, - Засосы и метки – это отдельный прейскурант. Юно слабо соображает, что там бормочет Тэн. А вот Юта серьезно так понимает, что даже тех отложенных на отпуск денег не хватит, чтобы расплатиться полностью. А ведь этих денег ещё меньше, ведь многое было выкинуто на выпивку в отеле… - А если не хватит денег? – осторожно предполагает он, глядя на Тэна и совершенно притихшего ВинВина. - Отработаете, - безапелляционно отвечает Тэн, придавая своему лицу, как можно более серьезный и грозный вид, - С нами. Не зря же мы вас нашли… Вот теперь становится совсем не смешно. Юно наконец начинает догонять, что происходит, он даже поднимается с татами, чтобы посмотреть прямо в глаза этого Тэна. Юта сейчас выглядит так же ошарашенно. - Вот чудные, - продолжает Тэн, - Менеджера к ним послали, в квартале перехватили… Просто так, что ли? ВинВин, скажи мне, просто так? - Для пополнения нашего штата, - тихо отвечает ВинВин и почему-то даже не смеет поднять глаз на Юту. Он закрывает лицо широким рукавом кимоно и встает. Тэн так же закрывает лицо частью своего платья. Только сейчас Юта понимает, что в комнате странно пахнет и видимость стремительно снижается. - Спокойной ночи, - громко говорит ВинВин и разворачивается к выходу. - Увидимся завтра, мальчики, - машет рукой Тэн и идет следом за ВинВином. А потом тьма съедает их фигуры. Квартал прячет в себе ещё двух любопытных и ещё не скоро их отдаст.