Несовместимость

«Иммунологическая несовместимость».* Диагноз, сказанный врачом совершенно равнодушным тоном, прозвучал, как гром среди ясного неба, как выстрел, как приговор. Объяснения оказались не менее сухими и жестокими. Иммунная система Кастиэля вырабатывает антитела, которые отторгают практически все сперматозоиды любого альфы, как нежелательные и опасные антигены. Шанс забеременеть – один на миллион, только с тем альфой, кто совместим с ним на все 100%. Что ж, с Ишимом они совпали лишь на 68%. А это значит, что родить ему наследника Кастиэль не сможет никогда. Он сидел в коридоре возле кабинета врача и сражался с подступающими к глазам слезами. Вся жизнь Кастиэля рушилась прямо сейчас, разъедаемая чёрными буквами, написанными на белоснежно-белом листе бумаги. Ишим теперь точно не захочет иметь такого омегу, как он: дефектного, сломанного, пустого. В начале их отношений он буквально боготворил Кастиэля, водил на свидания, дарил подарки и цветы. Тот таял от всей этой романтики и витиеватых ухаживаний, а потому в итоге всё же согласился стать его омегой, считая, что сильные чувства к такому прекрасному альфе придут позже. Спустя почти три года этого так и не произошло, но Кастиэль слишком привык к Ишиму, чтобы всё бросить и уйти от него. Сам Ишим, так и не дождавшись пылкого ответа от избранника, тоже со временем несколько поостыл к Кастиэлю. Их отношения постепенно портились, секс случался всё реже, а ссоры чаще, и не было ничего удивительного в том, что однажды они оба пришли к идее о переменах в своей жизни. Решение пришло почти сразу – им нужен был ребёнок. Малыш мог добавить красок, занять обоих будущих родителей и этим самым скрепить их разваливающийся союз. Но и первая, и вторая, и даже третья течка Кастиэля прошли без ожидаемой беременности, все их попытки не принесли ожидаемого результата. Тогда-то они и решили обратиться в клинику для консультации и ответа на вопрос: что же они делают не так? И вот сейчас всё стало на свои места: Кастиэль не совместим с Ишимом. Он не совместим практически ни с кем. Шанс, что он вообще может встретить «того самого» альфу ничтожно мал, да и на лбу у них всех не написано, насколько они ему подходят, а каждого встречного в клинику на тестирование не потащишь. Кастиэль всегда хотел иметь детей. Двоих, как минимум. Мечтал, что однажды выйдет замуж и родит своему мужу наследников. Что ж, он так же грезил и о том, что будет всем сердцем любить своего альфу, но уже на этом этапе, по всей видимости, что-то пошло не так. Настоящей любви, как пишут в сказках и показывают в фильмах, он так и не испытал, замуж его звать не спешили, а теперь он оказался ещё и почти что бесплодным. Сплошное разочарование и крушение надежд. И это всё в двадцать три года! Заключение врача лежало в трясущихся от переизбытка эмоций руках Кастиэля. Буквы расплывались у него перед глазами от застилающих их против воли слёз. Он тёр ладонью лоб, стараясь скрыть свою слабость от окружающих, но понимал, что ему едва ли удаётся это делать. Сил подняться и уйти из клиники просто не было, диагноз, словно чугунная плита навалился сверху и прижимал к полу от всё большего осознания масштабов катастрофы. Варясь в нахлынувшем на него горе, как в собственном соку, Кастиэль не сразу заметил пару ботинок, оказавшихся в полуметре от места, где он сидел, а затем кто-то осторожно тронул его за плечо и произнёс негромким голосом с лёгкой бархатной хрипотцой: - Эй, приятель, с тобой всё в порядке? Кастиэль убрал руку от лица и поднял взгляд на альфу, который присел на корточки напротив него и взволнованно смотрел, кажется, на полном серьёзе готовый оказать любую поддержку. На вид он казался чуть постарше Кастиэля, и даже в плохо освещённом коридоре было прекрасно видно, что его внешность довольно приятная. - Н-нет, но… я справлюсь, - хлюпая носом, немного заикаясь, пробурчал Кастиэль, размазывая слёзы по щекам рукавом одной руки, а второй стараясь убрать подальше заключение врача. - Что-то я в этом не уверен. Прости за такую навязчивость, но ты правда выглядишь так, будто тебе нужна помощь, и я просто не мог пройти мимо... – затараторил альфа. – Я, кстати, Дин. А тебя как зовут? - Кас…тиэль, - выдал тот, стараясь глубже дышать, чтобы хоть как-то остановить свою эмоциональную бурю, грозившую вот-вот поглотить его. - Чудненько, - хмыкнул Дин, но сразу же снова стал серьёзным. - Тебя есть кому отвезти домой? Ты ведь не один здесь, так? Вместо ответа тот лишь отрицательно помотал головой и принялся растирать новую порцию влаги. - Дин, я закончил, - за спиной альфы появился невысокий омега, который подошёл и остановился рядом с ними. – Ой, здравствуйте. Что-то случилось? – нахмурился он, глядя на Кастиэля. Тёмно-синюю рубашку парня слегка оттягивал выпирающий животик, что явно говорило о его положении. - Мик, познакомься, это Кас-ти-эль, - поиграл с чудным именем Дин и тут же обратился к его владельцу: - Послушай, если ты тоже закончил здесь, то, может, я смогу отвезти тебя домой? Что бы ни случилось, я уверен, что бросать тебя с этим дерьмом одного была не лучшая идея. Кто бы это ни сделал. - Спасибо… Но… Я… Кастиэль, возможно, и хотел бы возразить, но оказался полностью растерян этой обрушившейся на него заботой от совершенно постороннего человека. Из-за полного раздрая, что творился у него на душе, он не сразу заметил, как уже стоял на ногах, поддерживаемый сильными руками альфы. Дин приобнял его за плечи и медленно, словно больного не только душевно, но и физически, повёл к лифту. Мик посеменил рядом, поддерживая одной рукой свой, пока ещё не слишком большой живот, при этом лишь сочувственно посматривая на Кастиэля. Во взгляде омеги не было ни капли ревности. Судя по всему, его альфа далеко не первый раз помогает другим людям и возится вот так с чужими омегами. Кастиэль был безмерно благодарен Дину и Мику, что те вывели его на воздух из душной клиники. На улице уже был вечер, но всё же сумрак пространства вокруг не давил на него так сильно, как стены тускло освещённых коридоров. Несмотря на мрачные мысли о будущем, продолжающие терзать его, дышать оказалось всё же чуточку легче. Кастиэль даже зажмурился и вдохнул полной грудью. Прохлада Остина начала октября заполнила его лёгкие, заставляя хотя бы на несколько мгновений абстрагироваться от всех навалившихся проблем. Недалеко от него хлопнула дверь какой-то машины и Кастиэль открыл глаза, рефлекторно поворачиваясь на звук. В паре десятков метрах от него стояла чёрная тачка и всё, что омега мог о ней сказать: она была довольно старой модели, но при этом выглядела очень ухоженно, словно только вчера сошла с конвейера. Заботливый водитель стоял тут же, и Кастиэль даже задумался о том, что Дину не чуждо внимание не только к людям, но и к машинам. - Эй, Кас, ныряй внутрь. Прохладно, - подтвердил его мысли о заботе альфа, и Кастиэль едва слышно хмыкнул на то, как легко Дин сократил его имя и вообще перешёл на такое непосредственное общение, будто они знакомы куда больше, чем несколько минут. На улице действительно ощущалось не так уж жарко, даже несмотря на надетый на Кастиэля тренч. И всё же он колебался. С одной стороны, было несколько опрометчиво вот так соглашаться на предложение совершенно незнакомого альфы подвести его до дома. И даже беременный омега, сидящий сейчас на заднем сидении, не давал такой уж стопроцентной гарантии безопасности. Но, с другой стороны, Кастиэль был настолько раздавлен, растерян и не уверен даже в завтрашнем дне, что перспектива сесть в машину с возможным маньяком не казалась ему такой уж и ужасной. В конце концов, если бы не Дин, ему всё равно пришлось бы как-то добираться домой на общественном транспорте, и ещё неизвестно, где его ждало бы приключений больше, особенно учитывая его не совсем адекватный сейчас вид. Потерявший бдительность, он мог вполне как минимум проехать свою остановку, а как максимум - стать лёгкой добычей для какой-нибудь подвыпившей компании в этот вечерний час. Дин был прав: бросать его одного в таком состоянии была не лучшая идея, но Ишим, как часто последнее время, снова задерживался в университете, поэтому в клинику Кастиэлю пришлось ехать одному. Взвесив все «за» и «против», он всё же решил, что Дин и Мик внушают ему больше доверия, да и случай проехаться на такой красивой машинке выпадает не каждый день, поэтому, плотнее укутавшись в тренч, он направился в сторону чёрной красавицы, замечая витиеватую надпись на её капоте: «Chevrolet». В салоне было тепло, мягко и уютно. В динамиках играла негромкая приятная музыка, из тех что любил Кастиэль: низкие ноты, электрогитары и приятный голос солиста. Мик, правда, недовольно проворчал на вкус Дина, но тот отшутился фразой: «Водитель выбирает музыку – пассажир помалкивает в тряпочку» и омега больше не стал ему возражать. На самом деле эта пара казалась Кастиэлю довольно странной, не похожей на его представление о влюблённых, ожидающих малыша, и вообще не сильно подходящей друг другу. Дин с Миком больше походили на друзей: ни одного лишнего взгляда, ни тёплых слов, ни нежных прикосновений. От такого заботливого альфы Кастиэль ожидал чего-то пылкого и страстного по отношению к своему омеге. Но, с другой стороны, это вообще было не его дело, поэтому он не стал долго заморачиваться, а сосредоточился на пейзаже за окном. Несмотря на все опасения Кастиэля, Дин вовсе не оказался маньяком, а привёз его по указанному адресу в целости и сохранности, при этом развлекая всю дорогу какой-то пустой болтовнёй. И как бы красноречиво Мик ни вздыхал от его почти не прекращающегося потока слов, Кастиэль всё же был благодарен альфе за то, что тот хоть немного отвлёк его от грустных размышлений. При этом Дин ни разу не пытался сам залезть к нему в душу или узнавать о причине далеко не радостного настроения, за что и вовсе поднял свой рейтинг в глазах Кастиэля до невиданных высот. Он даже совсем капельку позавидовал Мику, что тому достался такой душевный парень… муж… Честно говоря, Кастиэль так и не понял, кто же они друг другу. А вот при подъезде к дому воспоминания о всех, едва отодвинутых в сторону бедах, обрушились на него вновь целой лавиной горя, как только он открыл дверь машины и увидел стоящего на пороге Ишима. Скомкано поблагодарив Дина и Мика и попрощавшись с ними, Кастиэль понуро, словно на казнь, зашагал к нему, неся во внутреннем кармане тренча свой личный приговор. Только недавно высохшие глаза вновь застлала пелена слёз, а, сделав последний шаг к альфе, он просто рухнул в его объятия и дал, наконец, полную волю слезам, краем уха слыша едва уловимый шорох колёс отъезжающей Шевроле. *** - Ты такой добрый, Дин, всем помогаешь. Повезёт же твоему омеге, - протянул Мик, откидываясь на спинку сиденья. Он немного устал от всех этих поездок и осмотров врачей, но, тем не менее, совершенно не был против, когда Дин предложил подвести убитого горем Кастиэля до дома. - Если он или она у меня вообще когда-нибудь будет, - фыркнул тот, выруливая Импалу на улицу, ведущую к бару. - Конечно будет! Не отчаивайся! Жаль этот Кастиэль оказался занят. Мне он даже немного понравился. - У парня что-то случилось, а ты пытаешься углядеть в нём предмет для сводничества? – вздёрнул бровь Дин, осуждающе глядя на друга в зеркало заднего вида. - Я просто сказал, что он симпатичный… Хоть и грустный… И вообще, я тебе счастья желаю, всё-таки столько лет, и всё один. Законсервировался уже окончательно. Вон, не знаешь уже, куда свою заботу реализовать, растрачиваешь себя на чужих омег, а о собственном счастье и думать не хочешь. - Мик, когда ты стал таким занудой? Неужели это гормоны тебя так накрывают? Я всегда считал, что беременность красит омег, а не превращает в ворчливых сводников. - Прости, - как-то сразу поник тот. – Просто переживаю за тебя. - А вот это тебе сейчас совершенно противопоказано, так что прекращай. Не всем так везёт, как вам с Артуром. Ты ведь прекрасно знаешь, что, с тех пор, как Ронда бросила меня, я так больше и не встретил никого, кем бы всерьёз заинтересовался, - они остановились возле бара на углу двухэтажного дома. Название на вывеске гласило: «Семейное дело»**. – Пошли уже, а то мне твой муж и так наваляет, что задержались. - Не наваляет, - прыснул Мик. – Я написал ему, что наш рыцарь в сияющих доспехах снова отправился совершать подвиг. - Ну вот когда ты успел на меня наябедничать, а? – наигранно трагично вздохнул Дин. - Когда ты отказался сменить свой ужасный рок на то, что не только приятно мне, но и полезно малышу, - аккуратно прикрыл за собой дверку машины Мик, прекрасно зная, как Дин бесится из-за непочтительного отношения к своей Детке. - Малыш – тоже пассажир, так что правило выбора музыки распространяются и на него. - Иногда ты бываешь не таким уж и заботливым, знаешь? - Кас, к примеру, не возражал против Металлики, - Дин открыл дверь бара перед Миком. - Он вообще был довольно тихий, если ты не заметил, - хмыкнул тот и, не дожидаясь ответа, нырнул внутрь. Впрочем, его и не последовало. На самом деле это был не совсем бар. Собственно, исключительно питейным заведением он становился только вечером, когда приходила ночная смена и превращала то, что было похоже на кафе днём в настоящий бар с громкой музыкой, приглушённым светом и разноцветными огоньками. При свете же дня здесь подавали завтраки, обеды и ужины, под тихие спокойные мелодии, при ярком освещении и с более широким ассортиментом в меню, включающим в себя куда больше, чем винную карту и закуски. Внутри было довольно просторно. Стены были сделаны из камня и кирпича, покрашенного в тёмно-серый цвет. Одну из стен занимали огромные окна от пола и до самого потолка, возле которых стояли круглые деревянные столики с высокими стульями. У противоположной располагалась барная стойка, за которой виднелась еле приметная дверь, видимо, на кухню. В конце зала за стеклянной перегородкой находился красный коридор и лестница, ведущая на второй этаж в комнату администрации и служебные помещения. На самих стенах местами висели постеры различных рок-групп, пара гитар и немного атрибутики прошлых лет, но большинство всё же оставались голыми. Дин с Миком приехали в начале седьмого вечера, как раз, когда дневная смена уже отправилась отдыхать, а на её место вступила ночная, успевшая погрузить бар в приятный полумрак, а музыку сменить на более громкую и тяжёлую. За стойкой стояла довольно крепкая на вид темнокожая омега Билли, с гривой чёрных кудряшек, обрамляющих улыбчивое лицо, а по залу уже разошлись официантки Тэсса и Эйприл, разносящие заказы посетителям бара. Дин приветливо помахал девчонкам и, наконец, заметил стремительно приближавшегося к нему мужчину, только что вышедшего из стеклянных дверей. - Ох, ну, наконец-то, вы приехали! Я уж было хотел послать сообщение, что буду дожидаться Мика дома. Как ты, мой милый? Как поживает наш малыш? – темноволосый альфа с широкой тёплой улыбкой и лёгким британским акцентом подошёл к ним и приобнял омегу, по-хозяйски кладя руку на его животик. - Врач сказал, что всё хорошо. Растём и развиваемся, как по учебнику, - чмокнул своего мужа в щёку Мик. - Прости, что не смог съездить с тобой сегодня. Я, наверное, сойду с ума, пока мы не найдём второго официанта на дневную смену! – альфа стал подталкивать Мика и Дина к выходу, чтобы поскорей оказаться на улице, вдали от шума. - Не ной, Артур, ты же знаешь, что я работаю над этим, - закатил глаза Дин, так же радуясь снижению децибел. - Да. А ещё я благодарен тебе за то, что свозил Мика на приём. Кстати, что это за история с омегой, которого вы там встретили? - Я не знаю, что у него приключилось, но паренёк был в полном раздрае, и при этом совсем один. Я не мог его там просто бросить! – пожал плечами Дин. - Мы отвезли Кастиэля домой и передали в руки его альфы, - поддержал друга Мик. - Кастиэль? Какое странное имя, - хмыкнул Артур. - Да, что-то такое, не то эльфийское, не то ангельское, - прыснул Дин. - Что ж, надеюсь с ним всё будет хорошо. Мы, пожалуй, всё же пойдём домой, если ты не против. Останешься тут? - Нет, тоже поеду. Сэм, наверное, уже потерял меня. До завтра! Уже отъезжая от стоянки рядом с баром, Артур остановился около подошедшего к Импале Дина и высунулся в окно. - Совсем забыл сказать: звонила миссис Харвелл, просила напомнить тебе о завтрашней доставке. - Да, я не забыл. Спасибо, - Дин проводил взглядом внедорожник друзей, глубоко вдохнул и уселся в машину. В отличие от Артура, его внутри салона никто не ждал, но он уже привык, что пассажиры в Детке не такие уж частые гости. Всю дорогу до дома он провёл в тишине, даже не выкручивая звук на магнитоле, а его мысли, изначально крутившиеся около хлопот о младшем брате, постепенно перетекли в волнение о встреченном им в клинике несчастном омеге. Дин не стал допытываться у парня, что же с ним стряслось, считая, что это просто не его дело, но всё же не мог сейчас не переживать о его дальнейшей судьбе. Он только надеялся, что когда-нибудь он его ещё увидит, и в следующий раз Кастиэль будет не таким несчастным, как сегодня. *** Несмотря на прохладные вечера, дневная температура в Остине стояла довольно жаркой даже в это время года. Техас был безжалостным, и Дин ощущал это всем телом, медленно нагреваясь в своей Детке. Уродовать раритетный классический дизайн Импалы современными новомодными девайсами вроде кондиционера Дин считал верхом кощунства, поэтому предпочитал естественную вентиляцию вместо паров хладагента. В лёгкой чёрной футболке, с открытыми окнами, подпевая старому доброму року из динамиков, он направлялся в Локхарт, везя в багажнике товар для давней подруги их семьи, держащей свою забегаловку. И, вероятно, он мог бы срезать путь из Дрипинг Спрингс*** загородными улочками, но Артур очень просил заехать с утра в бар, чтобы обсудить пару документов, так что пришлось делать крюк почти через центр города. Сейчас время приближалось уже к полудню и солнце поднималось в зенит, что не могло не радовать Дина, потому что в таком положении оно хотя бы не светило прямо в глаза, отвлекая от дороги. Улицы Остина в этот будний день казались загружены не так уж и сильно, но всё же нестись сломя голову, возможно, нарушая пару правил дорожного движения, у Дина совершенно не было желания. Время от времени мимо него проносились другие машины, а также пейзажи и редкие люди, прогуливающиеся в этот ясный денёк. Особенно много их, праздно шатающихся, оказалось возле проезжаемого Дином парка. Здесь были и омежки с колясками, и родители с детьми постарше, и влюблённые парочки. Дин невольно всматривался в мелькающие за окном фигуры, пока не выловил среди толпы то, что на первый взгляд не сильно вписывалось в общую картинку. Почти по самой обочине дороги, низко склонив голову, таща за собой небольшой чемодан, шёл парень, который, несмотря на довольно жаркий денёк, умудрился вырядиться в плащ! В такой знакомый бежевый тренч, что Дин почти на рефлексе резко затормозил, едва проехав мимо него пару десятков метров. Сзади тут же просигналили другие участники движения, не обрадованные таким раскладом, но он полностью проигнорировал их недовольство, выскакивая из машины. - Кас? - Д-дин? Кастиэль поднял на него удивлённые, но при этом покрасневшие и опухшие глаза, и, несмотря на застилающую их пелену слёз, Дин всё же смог разглядеть их нереальный цвет. Вчера они встретились в коридоре больницы, где освещение ламп было довольно тусклым, чтобы различать вообще какие-либо оттенки. Затем сумерки и не более светлый салон Импалы… А сейчас, при свете солнца, радужка Кастиэля казалась настолько насыщенно-синей, будто перед Дином оказались два кусочка ясного неба. - Зайка, что у тебя снова приключилось? Почему ты опять плачешь? И вообще, что ты делаешь здесь, в таком виде, да ещё и с чемоданом? Дин сам от себя не ожидал такого ласкового обращения к этому омеге, но всё же выписывать себе мысленный подзатыльник не стал. Он подошёл чуть ближе к Кастиэлю, не уверенный в том, как ему поступить дальше, на горьком опыте зная, что не все порой в восторге от физического контакта, да и обнимать чужого омегу в принципе не особо хорошо, а если его альфа где-то поблизости, то так и в бубен схлопотать недолго. Но Кастиэль сам развеял все сомнения разом, бросаясь в его объятия, как в спасительный кокон. Когда его нос ткнулся Дину куда-то в плечо, Кас словно расслабился и дал, наконец, волю своим чувствам, прорвавшим плотину едва сдерживаемой истерикой. Дин тут же, словно крыльями, своими руками укрыл его от всего внешнего мира, прижимая крепче, терпеливо давая парню выпустить эмоции. Запах Кастиэля своей лёгкостью и свежестью чем-то напоминал Дину аромат арбуза, а ещё он почти не уловил в нём посторонних ноток, что говорило о том, что с альфой, по всей видимости, омега был последний раз давно. Дин украдкой зарылся носом в почти чёрные пряди и молча наслаждался этим приятным ароматом, несмотря на всю сложившуюся ситуацию. Спустя несколько минут футболка Дина стала совершенно мокрой от слёз Кастиэля, но, по крайней мере, тот, кажется, начинал успокаиваться, всхлипывая всё реже и трясясь всё меньше. В конце концов, Кас совершенно расслабился в объятиях Дина и даже почти перестал шмыгать носом, но поднимать голову с его плеча не спешил, словно физически ощущая ту безопасность и защиту, которой он его окутал. Но вечно так стоять они всё же не могли, поэтому, как бы, возможно, Касу этого не хотелось, ему пришлось отстраниться. Не решаясь поднять на Дина взгляд, он всё же разжал руки, отпуская его многострадальную мокрую и напрочь измятую футболку и сделал шаг назад, тут же обратно хватая ручку своего чемодана. - Извини. - Извини? – даже удивился Дин. После такого бурного проявление эмоций он ожидал как минимум хоть каких-то объяснений. – Кас, может всё-таки расскажешь, что с тобой произошло? Быть может, я смог бы хоть как-то тебе помочь! - На самом деле можешь, - всё ещё не поднимая глаз еле слышно пробубнил тот. – Отвези меня, пожалуйста, в аэропорт, если не сложно. - Ты улетаешь? – удивился Дин. – В таком состоянии? - У меня нет другого выбора. Здесь у меня больше ничего нет, - совсем поник Кастиэль, и Дин понял, что очередная волна слёз совсем не за горами. - Погоди, что значит нет? А как же тот альфа?.. - Дин, пожалуйста. У меня просто не хватит денег и на билет, и на такси, - поднял жалостливый взгляд на него Кастиэль. - То есть ты его ещё не купил. И насколько я понимаю, тебе это не совсем к спеху. Чудненько, - улыбнулся Дин. – У меня есть к тебе встречное предложение. Мне сейчас нужно съездить к одной моей знакомой в Локхарт, отвести заказ. Это почти по пути в аэропорт, но я предлагаю тебе всё-таки сделать со мной этот небольшой крюк и немного развеяться. Обещаю, что если ты не передумаешь, то позже я отвезу тебя куда скажешь. Идёт? - Хорошо, - немного подумав, ответил Кастиэль. В конце концов, этот вариант, наверное, в любом случае лучше, чем добираться около полутора часа до аэропорта пешком по такой жаре. Дин, как истинный джентльмен, подхватил в одну руку чемодан, а другую подставил Касу, но тот лишь покачал головой, решив понуро плестись сзади альфы. В машине тоже первое время стояла тишина, не считая тихо играющей для фона музыки, но долго выдерживать паузу Дин всё-таки не смог, решив активно начать воплощать в жизнь свой план по отвлечению Каса от чего бы то ни было. - Ладно, давай знакомиться что ли, - улыбнулся он омеге. – Меня зовут Дин Винчестер. Я водолей. Люблю закаты и долгие прогулки по пляжу. Мне двадцать семь. Живу с младшим братом. У нас есть пивоварня «Семейное дело», оставленная нам в наследство родителями, а пару месяцев назад я стал счастливым обладателем ещё и собственного одноимённого бара. Сейчас в багажнике стоят кеги с пивом, которые я везу одной из наших заказчиц – Элен Харвелл. А ещё я люблю рок и бургеры. Эм… Твоя очередь? Кас, широко распахнув глаза, смотрел на альфу всё то время, что тот рассказывал о себе, но по крайней мере, по мнению Дина, перестал хотя бы временно загоняться, а значит план хоть немного отвлечь его сработал. Какое-то время после этого Кастиэль молча рассматривал его, напротив, немного хмурясь, и всё больше наклонял голову на один бок, но позже Дин всё же не выдержал и прокашлялся, напоминая о том, что тому нужно что-то говорить, и Кас словно отмер. - Джеймс Кастиэль Новак. Двадцать три года. Я тоже люблю бургеры… и мне нравится рок. - А пиво? – подмигнул ему Дин. - Я не особо люблю алкоголь, но… Я пробовал пару раз, правда, оно показалось мне на вкус, как… молекулы. - Ха-ха-ха! Ты просто пил какую-то ерунду, Кас! Дорога до бара Элен не заняла много времени, и как бы Дин ни старался больше разговорить Кастиэля, тот в основном отмалчивался или отвечал односложно, но, по крайней мере, его глаза при этом оставались сухими, а губы больше не дрожали в преддверии новой истерики. Питейное заведение, около которого они остановились, называлось «Дом у дороги»: одноэтажное деревянное здание, располагающееся недалеко от бензоколонки и стоящее действительно практически около самой трассы. Строение не выглядело новым, а местами и вовсе напрашивалось хотя бы на косметический ремонт, но при этом крепким, а внутри оказалось ещё и просторным, и уютным. Внутри работали три омеги: сама хозяйка бара Элен Харвелл, её дочь Джо и чудаковатый паренёк по имени Эш, хотя Дин всегда подозревал, что это не имя, и даже не сокращение от него, а скорей прозвище, которым тот сам себя окрестил, но поинтересоваться напрямую никогда не решался. Дин попросил прощения у Каса за то, что ему придётся оставить его ненадолго, и сказал Джо подыскать ему местечко в баре, а сам стал вытаскивать из багажника машины полные кеги и относить их в подсобку, забирая оттуда такие же пустые и закидывая их на место прошлых. Пока Кастиэль наблюдал за тем, как светловолосая девушка, выделившая ему столик, о чём-то шепталась с парнем со странной причёской и засаленной джинсовой жилеткой на голом торсе, он пропустил тот момент, когда Дин покончил с разгрузкой-погрузкой и подошёл к нему с двумя кружками в руках. - Итак, я обещал угостить тебя хорошим пивом, - он поставил свою ношу на стол и пододвинул один из запотевших сосудов с пышной пенной шапкой Кастиэлю. - Ты не обещал, - непонимающе наклонил голову тот. - Когда я говорил, что раньше ты пил какой-то отстой, я именно это и имел в виду. Давай, Кас, я правда хочу услышать твоё мнение об этом, - Дин кивнул на кружку с напитком медового цвета перед омегой. Тот немного неуверенно всё же взял её в руки и сделал несколько глотков, прикрывая глаза. - Вкусно, - Кастиэль рассматривал пиво так, будто видит его впервые, при этом даже не замечая, что часть пены осталась над его губами, образуя забавные усики. Улыбка Дина расплылась до ушей и от этого зрелища, и от мнения Каса о его пиве. Он протянул ему салфетку, показывая пальцем, где нужно вытереть, но вместо того, чтобы взять её, тот стал активно пытаться слизать эту пену языком, что и вовсе рассмешило Дина. Смутившись, Кастиэль всё же принял салфетку и вытерся, а затем сделал ещё пару глотков уже более аккуратно. - Самые крутые вкусности на этом континенте для мистера Винчестера и… его спутника. А также ещё пиво. На этот раз тёмное. Рядом с ними оказался тот самый парень в засаленной жилетке и поставил на их столик две тарелки с довольно большими и аппетитными бургерами, обложенными ломтиками запечённой картошки и парой ёмкостей с разными соусами, и новую порцию хмельного напитка. Кас повёл в воздухе носом и проглотил слюну: время уже давно перевалило за полдень, а из-за всего случившегося ему не удалось даже позавтракать. - Ты говорил, что любишь бургеры, и я вижу, что ты голоден, так что налетай, - кивнул на одну из тарелок Дин, а вторую придвинул ближе к себе. - Дин, я очень сильно тебе благодарен за… всё! Ты так добр ко мне, но… Почему ты это делаешь? – Кастиэль притянул к себе бургер и впился в него, чуть ли не мурлыча от удовольствия. Дин же задумался над вопросом омеги и не сразу нашёлся, как объяснить это всё. - Знаешь, Кас, - после долгой паузы начал он, закидывая в рот один из ломтиков картошки, смазанный соусом, - наверное, я всегда был таким. Сэму было всего полгода, когда умерла мама. Лихорадка буквально выжгла её, скорая ничего не успела сделать. Мне тогда было почти одиннадцать. На похоронах отец попросил меня помогать ему приглядывать за Сэмми. Это просто стало моей задачей номер один в жизни. Но однажды я не справился… Я не стану рассказывать, что произошло, но я до сих пор не смог простить себя, что не уследил за ним. - С твоим братом ведь всё в порядке? – испуганно спросил Кастиэль. - Да, сейчас он выглядит как вполне обычный семнадцатилетний оболтус, - усмехнулся Дин, но тут же поправился: - По крайней мере, на первый взгляд. Но, наверное, именно всё это и повлияло на меня, сделав таким, какой есть. К тому же, буквально за год до случившегося с Сэмом, мы потеряли отца, и всё это буквально свалилось на меня: бизнес, мелкий брат и целая жизнь! - А что случилось с твоим отцом? – речь Кастиэля стала немного медленнее, кажется, парень слегка захмелел. Не мудрено, ведь омеги от природы более восприимчивы ко всему, в том числе к алкоголю. Да и много ли нужно человеку, который раньше практически и не пил? - Самолёт, на котором он летел разбился, так что с тех пор небеса для меня закрыты навсегда. Ни за что не сяду в эту консервную банку с крыльями, - развёл руками Дин. - Мой брат пилотирует самолёты одной авиакомпании в Сан-Франциско. - У тебя есть брат? – был рад переключиться на другую тему альфа. - Да. И сестра. Оба старшие. - Расскажешь? - Ну, вся моя семья родом из Далласа. Мы выросли там, а потом разъехались кто куда. Сначала улетел Габриэль. Он всегда бредил полётами, мечтал пилотировать самолёт, так что ничего удивительного, что сейчас он капитан одной из крупных компаний США. Затем Ханна вышла замуж и уехала жить к мужу в Орландо. Когда у них родилась дочь, я как раз заканчивал школу и решил учиться дальше. Я знаю, что не все омеги горят желанием строить карьеру, многие предпочитают выйти замуж и всю жизнь зависеть от мужа… Видимо, я был не из их числа. Да у меня на тот момент даже парня не было, так что я подал документы в несколько учебных заведений сразу, решив не забивать себе голову всеми этими романтическими бреднями. Меня приняли в экономический колледж Остина, и так как путь до него от дома был не такой уж близкий, мы с родителями договорились, что я просто буду снимать квартиру рядом с учёбой. Вскоре после моего отъезда они поняли, что я справляюсь, решили продать наш дом и уехать во Флориду к Ханне, чтобы помогать ей с ребёнком. Я… на тот момент уже состоял в отношениях, так что согласился с родителями. Но теперь я тоже улетаю к ним в Орландо, - невесело закончил Кастиэль, почти залпом опустошая половину второго бокала с пивом. – Ммм, тёмное мне нравится больше светлого. У него тааакой карамельный привкус. Дин только прыснул на это, думая о том, что такими темпами Кас вряд ли куда-то сегодня полетит. Но в какой-то степени он даже порадовался этому, а потому не стал мешать омеге хмелеть и дальше. К тому же, кажется, Кас становился более открытым под действием пива, немного болтливей, а потому Дин, наконец, мог допытаться у него о том, что же с ним всё-таки произошло. Странно, что его вообще интересовала история человека, которого он видит почти что в первый и, быть может, в последний раз. Но Кастиэль вызывал в нём довольно непривычные для едва знакомого омеги чувства, и желания помогать и оберегать среди них стояли на первом месте. - Ты поссорился со своим альфой и потому улетаешь, – сделал вывод Дин из всего рассказанного ему. - Ишим… - Кас замолчал, не решаясь продолжить, но в конце концов глубоко вздохнул и стал рассказывать. – Мы познакомились с ним на втором курсе. Он пришёл на замену ушедшего в декрет мистера Романа и стал вести у нас основы маркетинга. Сначала наши отношения ограничивались учёбой, но затем он стал ухаживать за мной: цветы, конфеты, приглашения на чашечку кофе, в кино или просто на прогулку в парк… Мне было интересно с ним, он казался мне очень умным, романтичным и состоявшимся в жизни альфой. Мне льстило, что Ишим выбрал именно меня, поэтому я просто позволял этому происходить. Когда мы начали встречаться, он стал уговаривать бросить колледж, переехать к нему и стать официально его, говорил, что сможет обеспечить меня, и что омеге в нашем мире вообще не пристало учиться. Но я не хотел бросать учёбу. Ишим отвлекал, он мешал заниматься, делал всё, чтобы я всё-таки сделал это... – Кастиэль хлюпнул носом и Дин понял, что намечается очередная буря, но всё же не стал мешать, давая ему высказаться. - И ты бросил? - Меня отчислили. Он добился своего, - зло припечатал Кас, опустошая свою кружку. – Тогда я не знал, зачем он это делает, верил, что он действительно хочет серьёзных отношений, семью… - первая слезинка медленно покатилась по его щеке. - А на самом деле? - А на самом деле он просто не хотел, чтобы я узнал о его изменах с другими студентами! – голос Кастиэля дрожал, а слёзы текли уже по обеим щекам. – Сегодня утром в машине он рассказал мне, как всё было. Как он крутил романы с другими омегами, пока я ждал его дома с работы. До меня доходили слухи о его похождениях, но я не верил в них. Я был так наивен! – Кас подался вперёд и уткнулся в грудь Дина, давая, наконец, волю слезам. Дин приобнял его одной рукой, а второй стал гладить по голове, успокаивая и снова даря ощущение защиты. - И он просто выкинул тебя посреди шоссе? - Нет, я сам попросил меня высадить - не смог больше слушать всю эту грязь. - Вот ублюдок, - почти прорычал Дин. Он уже сейчас готов был поехать к этому Ишиму и просто напросто оторвать ему яйца, чтоб отбить похотливые желания на всю жизнь. - Мы были вместе почти три года… Он стал моим первым… и единственным. - Ты любил его? - Мне было хорошо с ним… Но я так и не смог полюбить. Я думал, что это придёт со временем… Но не пришло. Дин, мы хотели завести ребёнка, - почти шёпотом сказал Кас куда-то в грудь альфе. - Хорошо, что так и не сделали этого, - в тон ему ответил Дин. Наступила тишина, и он даже подумал, что Кастиэль уснул - тот больше не всхлипывал. Но это оказалось не совсем так. - Я бесплоден. Дин даже не сразу понял, что Кас сказал. Так тихо и приглушённо, он был уверен, что ослышался. Но потом смысл сказанного медленно начал доходить до него и в голове выстраивались один за другим события, постепенно проливая свет на всё произошедшее. Вчера они встретились в клинике, и Кас был убит горем. По всей видимости, врач только что поставил ему диагноз. Затем Дин отвёз его домой и тот альфа на крыльце… Не зря он показался ему склизким типом. Выходит, последняя надежда хоть как-то сохранить их отношения рухнула, когда Кастиэль рассказал ему, что не может иметь детей. Этот гад просто выгнал его, добив напоследок своими откровениями. И теперь этот ангелочек лежит захмелевший в объятиях практически чужого альфы и… всё-таки спит? Кастиэль действительно спал, уютно устроившись на груди Дина, посапывая, уткнувшись носом во вновь намокшую от его слёз и измятую футболку, но это интересовало сейчас альфу меньше всего. Милое создание в его руках было таким уставшим, вымотанным и несчастным, что хотелось оградить его от всего мира, окутать своим запахом и защитить, в первую очередь от таких ублюдков, как этот Ишим. - Ни один урод больше не посмеет обидеть тебя, зайка. Я этого не допущу. Дин как-то по-отечески улыбнулся, глядя на спящего омегу, а потом чуть наклонился и чмокнул его в растрёпанную макушку, вдыхая аромат арбуза и едва заметно улыбаясь. Кажется, у него начинал зреть неплохой план, как выполнить своё обещание, а ещё помочь Кастиэлю и самому при этом не остаться в проигрыше.