Академия Теней. Принц и Кукла

Следующая фраза сопровождалась взглядом прямо мне в лоб. Возможно, если бы принц владел ментальной речью, сейчас я услышала бы что-то вроде «быстро встала и пошла». К счастью, ментальная речь — то, что осваивают единицы. И вряд ли Рэйнер входит в их число. — Конечно. — Встала, подавая руку принцу. Возможно, это слово должно было прозвучать робко и покорно. И так оно и прозвучало бы из уст любой другой девушки, находящейся в этом зале. Любой другой — но не меня, ведь я ответила не просто недовольно — я рявкнула, недовольная тем, что Кинг опять вмешивается в мою жизнь. Конечно, я не хотела танцевать со старым по моим меркам герцогом, однако и с Рэйнером я тоже танцевать не хотела. Я вообще ни с кем танцевать не хотела! Вот только кронпринц — не герцог. Если шансы отвертеться от танца с последним были, хоть и чрезвычайно низкие, то с принцем — никаких. Разве что отравиться. — Тебе так нравится пользоваться своим положением? — сердито прошипела я, стоило нам отдалиться от поджавшего губы герцога на приличное расстояние. Рэйнер невозмутимо развернул меня к себе лицом и тут же сделал первый шаг. Пришлось в срочном порядке приспосабливаться к ритму танца. — Вовсе нет. Однако уж поверь, герцог Айнфлик — не тот человек, в компании которого тебе стоило бы проводить время. — Не тебе решать, в чьей компании мне стоит проводить время! — Возможно, эту фразу я произнесла сли́шком громко, однако меня это в данный момент не заботило. Нет, ну вы только послушайте! Я — не его собственность, чтобы он решал, что и когда мне делать. Я вообще ничья не собственность. Я — сама по себе. — Я — принц твоего королевства. И не повышай, пожалуйста, голос, на тебя люди оборачиваются. А еще, пока мы не в Академии — будь добра, обращайся ко мне соответствующе титулу. Вся эта реплика была произнесена на одном дыхании, отстраненно-холодным тоном. Богиня, как же мне в тот момент хотелось наступить принцу на ногу и выбежать из зала, громко хлопнув дверью! Мне пришлось приложить титанические усилия, чтобы сдержаться от такого опрометчивого поступка. — Я́ — принцесса своего́ королевства, и ты об этом прекрасно знаешь. — Немного подумав, выплюнула: — Ваше Высочество. — Что не помешало тебе согласиться на танец. И, кстати, не советую произносить это вслух. Стены тоже имеют уши, а ты же не хочешь, чтобы так опрометчиво сказанная тобою фраза докатилась до Всадников? Поджала губы. Рэйнер, конечно, прав, однако все мои нелепые и опрометчивые поступки провоцирует именно он. — То есть, произносимые мною слова мне тоже необходимо согласовывать с тобой, верно? Ты же — «принц моего королевства»! Высочество! — Если бы ты это делала, могла бы избежать огромного количества проблем. В любом случае, следить за языком тебе явно стоит. Нет, ну это уже явная грубость. Он вправду считает, что статус принца дает ему вседозволенность? С трудом дождавшись окончания танца, не стала обмениваться благодарными поклонами (а за что благодарить-то? За в конец испорченное настроение?!), и быстро направилась к выходу из зала. Честно — не желаю оставаться тут ни минуты больше. Быстро найдя глазами в толпе ректора, тут же подошла к нему: — Лорд Лэндфорд, я возвращаюсь в Академию. Ну вот. Ректора предупредила — и отлично. Теперь меня тут ничто не сдерживает, и я могу возвращаться. А уж добраться до филии Совета без кареты я уж точно как-нибудь смогу. — Лина, стой! — Тэйн поравнялся со мной. — Ты куда? — Подальше отсюда! — Ускорила шаг. Чем быстрее я покину королевскую резиденцию — тем лучше. — Я с тобой. Мило. Вот только зря он так старается — уж мне-то поддержка точно не нужна. Хотя не исключено, что ему тут тоже уже надоело. Выйдя во двор, несколько недовольно покосилась на небо, медленно, но верно покрывавшееся тонкими сизыми облаками. Не хочу идти до здания Совета под дождем но, боюсь, особого выбора у меня нет. — Ну и далеко ты так собралась? — Тэйн схватил меня за руку, останавливая. — До портала, если ты еще не понял. — Возможно, прозвучало несколько резко, но кто ж виноват в том, что у меня такое плохое настроение? «Принц виноват!» Ох, если бы я только знала, что в тот злопамятный день мои неприятности только начинаются. — Лина, Лина, Лина, и когда же ты научишься думать? — Адэрфорст горестно вздохнул, после чего поднял вверх и чуть в сторону руку с двумя оттопыренными пальцами. Всего через несколько секунд неподалеку от нас остановилась карета. Хм. Так, и вправду, проще. За то время, что мы доехали, — на этот раз оно показалось мне вечностью, — я успела остыть. Да, принц — глупый, заносчивый и ужасно эгоистичный. Как ребенок. На детей ведь не обижаются, когда они сделают глупость? Тем более — учитывая также то, что всё сказанное им было чистой правдой, преподнесенной в не самой красивой обертке. Тэйн, естественно, почти всю дорогу пытался узнать подробности произошедшего на балу, однако я отвечала вяло и односложно. В какой-то момент захотелось даже, чтобы он исчез. Просто, чтобы я открыла глаза, и оказалась в карете сама. А он, он чтобы был на балу — «развлекался» вместе со всеми. Тут же отогнала возникшие мысли: он пытался помочь, и я не имею права даже думать о том, чтобы прогнать его. Задумалась еще вот над чем: Аделиссия показалась мне очень милой и очаровательной, да и Сейрелин тоже выглядит вполне приятным человеком. Так каким, простите, образом дети, выросшие в одной семье, могут так сильно отличаться? На этот раз проводить до помещения с порталом нам не стали — раздраженно бросили «комната прямо по коридору» и всё. Возле самого телепортационного зала нас встретил еще не пожилой мужчина в длинном, до самого пола, балахоне. Бесстрастно покосился на нас, быстро просканировал пропускные значки — такие были выданы каждому студенту, которого пригласили на бал. Кивнул и, сказав нам ожидать тут, куда-то удалился. Вернулся минут через пять. Не знаю, что изменилось — балахон, вроде, всё тот же. Доложил начальству о нашем прибытии? Что ж, вполне возможно. — Проходите. — Дверь, открытая прислужником, громко скрипнула, неприятно резанув по ушам. Я вошла в комнату первой. Адэрфорст — сразу за мной. Дальше вошел мужчина в балахоне. Я, не оборачиваясь, подошла к телепорту. Что-то казалось мне неправильным. Картина окружающего мира казалась незавершенной — словно книга с вырванной страницей. Чего-то явно не хватало, чувство ожидания царапнуло изнутри. Чего я жду? Чего не хватает? Обернулась, и тут пришло осознание — не хватало повторного скрипа двери. Она не была закрыта. А в проходе стояло несколько хорошо вооруженных воинов. Судорожно вдохнула. Что происходит? Первая мысль — «Меня опять арестовывают», — была поспешно отметена, ибо не за что. Нападение? Вполне возможно. Громкий, протяжный скрип, щелчок — дверь закрыли и заперли. Мгновения на то, чтобы опомниться, нам не дали — сразу ринулись в бой, уверенные в легкой победе. Оружие. Мне нужно оружие. Тэйн метнулся к стене и приложил к красному кругу на ней раскрытую ладонь — подал сигнал тревоги. Теперь надо продержаться минуты две. Только две минуты. Вечность. Тогда я поняла, что за две минуты можно успеть очень много всего. Можно ввязаться в бессмысленную битву, исход которой предрешен. Можно разглядеть лица противников. Можно сказать всего одному человеку, как он дорог мне, а можно лишь осознать это. Можно утереть внезапно выступившие слёзы. Выступившие от осознания того, что этот бой не выиграть. Можно сосчитать противников и понять, что их ровно в пять раз больше. Можно вознести последнюю клятву Богине. Можно вспомнить все значимые моменты в жизни — счастливые, и не очень. Можно умереть. Однако сейчас я метнулась наперерез врагам, желая лишь продать свою жизнь подороже. Солдаты, явно не ждавшие от меня такой реакции, лишь на миг притормозили. Этого мига оказалось достаточно, чтобы с разворота ударить ближайшего из них в солнечное сплетение. Воин на некоторое время вышел из боя — нагнулся, хватая ртом воздух, не имея возможности вдохнуть. Эта заминка позволила мне выхватить из его ножен кинжал и воткнуть его в бок ближайшего нападающего. Тот качнулся из стороны в сторону и, не сгибая коленей, упал. Мысли в сторону — сейчас они только мешают. Действовала на чистом автоматизме, отработанном на многочисленных тренировках. Увы, моего автоматизма оказалось маловато — атакующие быстро оправились от первого потрясения и ринулись в бой. Я попыталась воспользоваться магией, но тут же с ужасом поняла, что не могу этого сделать. В чем дело? Комната блокирует магию? Сразу же почувствовала себя маленьким, беззащитным котенком. Теперь, когда на магию надежды не осталось, остается лишь вспоминать все занятия с Рейвом, молиться Богам и держаться до прихода стражников, вызванных Тэйном. Отвлеченная, я пропустила несколько ударов. Нападать старались в основном на меня — лишь трое сдерживали Тэйна, не давая тому возможности прийти мне на помощь. На меня же напали пятеро, еще один почти пришел в себя. Шестеро взрослых вооруженных мужчин и напротив них я — в неудобной обуви, длинном платье и с кинжалом в руках. Почему-то подумалось, что в сравнении с оружием солдат он кажется зубочисткой. Поудобнее перехватила кинжал и попыталась нанести им удар. Естественно, ничего не вышло — я привыкла орудовать анкаром, а не кинжалом. Сейчас от этого оружия в моих руках не было никакого прока. Чей-то неслабый удар пришелся прямо мне в ключицу. Послышался неприятный хруст, невероятная боль пронзила правое плечо. До крови закусила нижнюю губу, сдерживая крик, однако следующий удар не заставил себя ждать. Удар в живот был настолько сильным, что мне даже показалось, что мои органы вот-вот вылезут. Попятилась назад, постаралась закрыться руками, ограничить себя от ударов. Это, естественно, не помогло — уколы, удары, порезы сыпались теперь со всех сторон. Лишь поразительная неумелость моих противников и помощь Богини спасли меня от мгновенной смерти. Тэйн, тем временем, расправился со своими противниками, и атака на меня ослабла — еще трое вступили в схватку с герцогом. В прочем, это не сильно улучшило мою ситуацию. Перехватив кинжал левой рукой, наугад пырнула им перед собой. Послышался сдавленный сип, однако падения не последовало — кажется, я попала неприятелю в руку. Зато моя ключица от резкого движения заныла еще сильнее. Я отступала до тех пор, пока не уперлась спиной в чуть округлую стену комнаты. Еще один удар заставил меня осесть на землю. Всё. Финал. Следующий удар окажется для меня последним. Звуки смешались — лязг, стоны, мой собственный крик, сопение, скрип, пыхтение, треск — я уже ничего не отличала. И очень удивилась, когда воины вдруг начали отходить от меня. Появившаяся на полу полоска света подсказала мне, что дверь открыли. Пришла вызванная Тэйном подмога. Как вовремя… Не успела я облегченно выдохнуть, как резкая боль рассекла мой бок. Я пыталась сделать вдох, но воздуха отчаянно не хватало. Удивленно покосилась на тонкое лезвие, торчащее из моего правого бока. Словно и не мое тело вовсе. Кажется, на лезвии был яд — мышцы живота сокращались в судорогах, правая рука и нога онемели. Картинка в моих глазах поплыла, смазываясь в единое пятно. Теперь они вызовут лекаря, чтобы спасти меня, но они не успеют. Мне осталось жить буквально несколько минут. В глаза потемнело, а меня накрыло легкое, неуловимое чувство полета. Мне казалось что я падаю в бездонную яму, но никогда не упаду. Никогда. Конец первой книги. июль 2017 — июнь 2018