Один шаг

Через некоторое время Артем прервал поцелуй и, как ни в чем не бывало, пошел прочь. Я в изумлении смотрела ему вслед, не понимая, что произошло. Было безумно обидно от того, что он повел себя так. - А чего ты ожидала? – ехидно поинтересовался внутренний голос. – Думала, он после поцелуя встанет на одно колено и поклянется тебе в вечной любви? Такое бывает только в сказках, дура! - Заткнись! – тихо пробормотала я, наконец-то сумев сдвинуться с места. - К тому же, это просто поцелуй. Вы еще даже не переспали, а ты уже размечталась! – не желал униматься внутренний голос. - А мы и не переспим, - шепотом ответила я. Спорить сама с собой глупо, да и, мягко говоря, не совсем адекватно. Однако, в этот момент, я ничего не могла с собой поделать. Когда я пришла домой, сестра уже вернулась из университета и сидела на кухне, делая курсовую работу, которую совсем скоро должна была сдавать. - Наконец-то ты вернулась! – не отрывая взгляда от экрана ноутбука, крикнула она, стоило мне открыть дверь. – Я есть хочу! - Я же в школе была. - Знаю. Но неужели кавалер тебя не задержал? – лукаво поинтересовалась сестренка. - Нет у меня никакого кавалера! – огрызнулась я, сняв пальто. – Если хочешь есть, то завари китайскую лапшу! Я пошла в свою комнату и хлопнула дверью, ясно давая понять, что не желаю никого видеть, но Надька это проигнорировала. - Маш? – позвала сестра, зайдя ко мне в комнату, когда я улеглась на кровать, даже не думая о том, что надо бы переодеться в домашнее. Надя села рядом со мной. - Что? – недовольно отозвалась я. - Кажется, все возвращается на свои круги, - улыбаясь, ответила старшая сестра. – Ты снова начала мне хамить. Я уж думала, что ты окончательно изменилась. - Прости, - буркнула я. И ведь действительно, после смерти родителей я практически не перечила и не хамила сестре, чувствуя себя виноватой в случившемся. – Этого больше не повторится. Сегодня был… тяжелый день. - Ничего страшного, дорогая. Знаешь, я скучаю по прежней младшей сестренке, которая никогда не лезла за словом в карман. С которой было сложно справиться. - Из-за глупости которой погибли родители, - перебив Надю, сказала я. – Если бы я тогда не сбежала, они бы до сих пор были живы и здоровы. - Маш, ты же не виновата, - с неподдельной искренностью в голосе заверила Наденька. Однако я не могла с ней согласиться, хотя и очень хотела. – Это был несчастный случай. - Несчастный случай – это вообще мое существование! – не успели слова слететь с языка, как сестра отвесила мне звонкую пощечину. - Никогда не смей больше так говорить! Нравится чувствовать себя виноватой? Пожалуйста! Но запомни, я не желаю слышать от тебя подобного! Ты единственный близкий человек, оставшийся у меня на всем белом свете. Я не хочу потерять еще и тебя! – всхлипывая, сказала Надя, а затем крепко обняла меня. - Сестренка, прости, - только и смогла сказать я, успокаивающе гладя ее по голове. Когда Надя плачет, она становится похожей на нашу маму. В такие минуты мне хочется ее защитить, чтобы не видеть слез близкого человека. – Я тоже не хочу тебя потерять. Прости. Я такая эгоистка. Прости, - вновь и вновь извинялась я, словно какой-то нашкодивший ребенок. Хотя, наверное, я все-таки и есть ребенок, несмотря на возраст. - Маш? – через некоторое время позвала сестра, все еще обнимая меня. - Что? - Так ты приготовишь обед? Мне курсач скоро сдавать, а готов только титульник, содержание и введение. - Приготовлю, - смеясь, ответила я, лишний раз убедившись, что Надя просто ненавидит готовить.