Temple of Thought

Дни и ночи главы консорциума Синей Соли де-факто должны проходить спокойно, без напряжения. Однако для Риза это, кажется, никогда ничего не значило. Кто ж знал, что с таким важным постом появится столько свободного времени? Кто ж знал, что юноше будет НАСТОЛЬКО скучно, что он станет пускаться за листами с нотами на другие материки? И ладно бы Западный, но какой то черт потянул Риза на Изначальный материк. Это не сулило ничего хорошего ни ему, ни консорциуму, что на время его небольшой "экспедиции" остался без главы. Но это уже случилось, нет смысла вспоминать прошедшее. Луна мягко поглядывает на юношу, сидящего на ступеньках величественного Храма Нуи в Мэрианхольде — самом большом и значимом городе на Западном континенте. Харниец не предавал значения своему более чем странному местоположению, он знал, что ни один человек в здравом уме не будет трогать посланника Консорциума, что был неприкосновенен на всех материках и для всех. Это было условием, что было обговорено на пятом Великом Совете в Мэрианхольде нуианами и ферре. Несмотря на то, что расы вели друг с другом чуть ли не кровную вражду, они все таки смогли заключить друг между другом перемирие. Это не могло не радовать. Подняв голову на звездное небо, Риз вздохнул. Большой фонтан перед юношей тихо журчал, по левую руку издавали тихий шум врата в Ущелье Кровавой Росы. Странно, что там до сих пор проводятся бои. Очень странно... Люди погибают, но, опьяненные бессмертием, что им дарует Нуи, вновь бегут в битвы. Глупо. Вздохнув, музыкант аккуратно положил лютню рядом с собой на ступеньки и, миновав раскиданные вокруг себя нотные листы и тетради, спустился к фонтану. Разве это не прекрасно — иметь мирное небо над головой, над которым не летают дирижабли с вражескими группировками, спокойно ехать по тракту, не боясь, что из-за кустов на тебя выскочит разозленный человек или ферре? Да даже дворфы и битворожденные ведут себя адекватнее, нежели нуиане с эльфами и ферре с харнийцами. Они хотя бы не кидаются друг на друга при первом неправильном взгляде в их сторону. Вспомнив, что сам принадлежит к этой категории "неадекватных", Риз поморщился. Нет, он ведет себя по другому. То, что он состоит в Консорциуме уже много о чем говорит, а то, что он в свои 27 возглавляет его — так вообще кричит в истерике о том, что он миролюбивый человек. Он ни разу не участвовал в боях, предпочитая более спокойный и размеренный образ жизни. Да, он писал несколько гимнов и воодушевляющих песен для менестрелей, что вдохновляли вояк на бой, он этим даже гордился, но предпочитал именно писать гимны, а не петь их на поле сражения. Помнится, когда он был совсем мальчишкой, главой Западной части Консорциума был какой-то знаменитый инженер и даже кузнец по совместительству, и Риз безумно хотел быть на него похожим. Конечно, родители-харнийцы не одобряли такого энтузиазма к человеку с другого материка, но что уж тут поделаешь. Теперь его положение не то что разрешало, чуть ли не обязывало его разъезжать не только по родному, но и по соседнему материку. Признаться, это было даже утомительно, но Риз любил это. Сев на бортик фонтана и закинув в воду ноги, юноша замурлыкал. Вот, за что он любил эту жизнь. Ему не надо было прятаться и танцевать в каком то извращенном бешеном ритме, чтобы урвать крохи спокойствия. У него этого спокойствия была тьма тьмущая. Прикрыв глаза, он улыбнулся. Легкий ветерок обдувал лицо, трепал темные волосы и раздувал просторную рубаху. Тишина. Спокойствие. Теплота, расходящаяся по всему телу волнами. Однако не все так радужно, верно, Риз? Ничто в нашем мире не дается просто так. Даже за это спокойствие юноша заплатил высокую цену. Он понимал, что и Вон и Иветт желали ему лишь добра, однако даже для них это было очень рискованно. Они знали, что тот поход не кончится ничем хорошим. Гогподи, зачем они потащились в прерии? Безусловно, в прериях много торговцев, что могут продать тебе ноты, но также там ПРОСТО ДО ЧЕРТИКОВ головорезов. Зачем, зачем они пошли туда? Им не хватало острых ощущений? Они хотели внести в рутину что то интересное? Или им просто надоела жизнь?! У Вона был замечательный шанс попасть на передовые врачом, а из Иветт...она могла стать чудесным вождем прайда. Куда их потянуло, черт возьми?! Глупый харниец, глупая ферре!.. Зачем? Зачем они туда пошли одни? Почему ничего не сказали Ризу? Почему позволили себе умереть... Это не справедливо! Ужасно несправедливо! Риз в сердцах ударил по каменному фонтану и понял, что плачет. Плачет, не скрывая этого. Всхлипывает так, что, наверное, весь Мэрианхольд слышит. А впрочем...он и сам не лучше. Продался ордену Дауты. Этим убийцам, чертовым убийцам и лжецам! Из-за какой-то там руки, которую он обречен вечно прятать под обилием одежды, чтобы никто не заметил, как она неестественно разливается водой и как через нее видно мостовую. Отвратительно! Спрятав лицо в руки, Риз судорожно вздохнул. Слезы лились рекой, так что остановить их уже просто не представлялось возможным. Создавалось ощущение, что у него там чертов водопад. Харниец не заметил, как сзади к нему подошли и рывком подняли на ноги, вытаскивая из фонтана силком. Конечно, чего еще можно было ожидать от неотесанных стражников? Пнул под зад и не заметят. Встав на твердую землю, Риз вытер щеки тыльной стороной ладони и поднял опухшие глаза на человека, стоящего перед ним. И это заставило его отпрянуть назад и чуть не упасть обратно в фонтан, но уже с головой, однако сообразительный спаситель догадался схватить нерадивого парня за грудки и подтянуть к себе, тем временем отходя на шаг назад, чтобы Ризу было где развернуться после того, как он твердо встанет на ноги. — Давно не виделись, Риззи. Ты вырос с нашей последней встречи. И оборзел. Не страшно появляться в Мэрианхольде одному, а, малыш? На Риза уставились холодные разноцветные глаза главы Консорциума Синей Соли Западного материка. Юноша так давно не видел Джека, что встреча в позапрошлом году на саммите Консорциума двух материков ему казалась всего лишь прекрасным сном. Однако он прекрасно помнил этот холодный взгляд, усмешку, почти всегда гуляющую на губах мужчины и огрубевшие от долгого инженерного дела руки. Он помнил тепло его тела, помнил его манеру разговаривать и ходить, помнил все, что было с ним связано. Нет, Риз никогда специально не запоминал все особенности Джека, это запоминалось как то само собой, без значительной его, Риза, помощи. Просто автоматически. — Неужели на Западном материке настолько забросили политические отношения Консорциума, что теперь уже один глава дерзит другому? Слова, несмотря на всю тишину города, едва долетели до уха инженера. Вообще, Риз хотел бы, чтобы их вообще не услышали, но милостивая Нуи решила одарить своего подопечного другой...радостью. Джек в недоумении уставился на Риза. Он бы таращился на этого идиота еще минут двадцать, пока его не пробрал хохот. Истерический, в меру безумный, похожий на раскаты грома, хохот. В какой то момент Риз почувствовал себя уязвленным и даже оскорбленным, так что решил побыстрее спрятать покрасневшее лицо, отвернувшись от собеседника лицом к фонтану. — Прости, я не расслышал? — Джек отдышался. — Главе Консорциума? Пирожочек, ты что, добежал за такой рекордный срок до верхушки? Кого такого сердобольного нашел, что он так пропихнул тебя наверх? Риз слышал усмешку в голосе Джека. Из-за этого становилось еще хуже. Он все еще не отошел от воспоминаний о друзьях, а тут еще и эта туша решила над ним издеваться. На глаза нахлынули слезы. Плечи предательски задрожали. Наверняка, Джек заметил это, раз перестал посмеиваться. Воцарилась тишина. Риз не знал, что делает Джек, но, судя по всему, он отошел к Храму. Зная, что так просто он не уйдет, юноша стал ждать очередной колкости или, Нуи упаси, ножа в спину. Но вместо этого он услышал пение его малышки. Его лютни. Развернувшись на пятках, так, что чуть не потерял равновесия, Риз глазами-тарелками уставился на сидящего на ступенях инженера, что с такой легкостью играл по нотам юноши, будто видит их в сотый или даже тысячный раз. Он играл до неприличного виртуозно. — So when you're restless I will calm the ocean for you, In your sorrow I will dry your tears. When you need me I will be the love beside you. I'll take away all your fears. I'll take away all of your fears. So you can let go all your fears... К лицу юноши хлынула краска. Это были его строчки. Его строчки! Он никому ведь не хотел их показывать! Он бы с радостью мог называть Джека вором, но ноты не украдешь с бумаги. Встав, Джек медленной, издевательской походкой направился к стоящему в ступоре и смущении юноше. Достигнув заветной цели в лице Риза, Джек тихо, с садистским наслаждением выдохнул прямо тому в лицо. — Когда устанешь - океан утихомирю, Слезы больше ты не будешь лить. Когда буду нужен, я приду в тот же миг, Страхи твои излечить, Страхи твои излечить. Ты сможешь о страхах забыть. Издевательство какое то! Его же строчки поют на чужом наречии, а потом же и "добросердечно" переводят на твой родной! Джек — ублюдок! Однако голос этот ублюдок имеет хороший. — Я ненавижу тебя... — тихо произносит Риз, на что Джек лишь победно ухмыляется. — Я знаю, сладенький. Я знаю. Он мягко целует музыканта. Целует так, будто бы это их первый поцелуй. Будто бы ничего не было раньше, до этой встречи. Будто они лишь подростки, которые целуются в первый раз. Джек чувствует дорожки от слез на щеках Риза, но так же он чувствует, как тот улыбается. Может, оно и к лучшему? Может, следует поблагодарить бессонницу, что так любезно приходит к инженеру уже третью неделю подряд? Возможно, это лучшее, что было за несколько месяцев, а то и лет его жизни. И он уверен, Риз думает абсолютно так же. So when you're restless I will calm the ocean for you, In your sorrow I will dry your tears. When you need me I will be the love beside you. I'll take away all your fears. I'll take away all of your fears. So you can let go all your fears...