Бессмертная

Прошло уже три дня с момента моей увлекательной поездки в Россию. Мы упали с высоты трехсот метров, но оба остались целы и невредимы. Чудо, скажете вы. Орихара Изая — отвечу я. Этот подлец предусмотрительно заготовил батут, подушку безопасности, что уберегла нас обоих от того, чтобы разбиться насмерть. Конечно же, не могла же я с дуба решить, что он собирается умереть. Тем более, после того, как нагло поцеловал меня! Мы поспешно убрались оттуда и отправились на самолет до Японии. Орихара без умолку смеялся почти все дорогу, аргументируя это тем, что просто вспоминает мое лицо в момент падения. Но больше он мне ничего не сказал. Что он на самом деле от меня хочет? Чего добивается, и как я должна поступить? Моя голова круглосуточно болит, когда я пытаюсь разобраться в происходящем. Еще и эти чертовы воспоминания о прошлом. Также, в подвешенном состоянии находится вопрос о том, что делать с Шизуо и моими чувствами. Когда я разговаривала с Селти, она дала мне четкую характеристику того, что есть любовь. Именно ее слова я вспоминала, когда находилась с этими двумя. «После встречи с этим человеком у тебя вырастают крылья, и ты скучаешь, когда его нет рядом... » Сейчас, когда их обоих я не видела достаточно долго, чтобы привести свои мысли в порядок, я понимала, что действительно ценю проведенное с ними время и жажду увидеться. Я правда люблю их. Но это неправильно. Чина с Саймоном, Селти с Шинрой... они пример того, что любовь должна быть безоговорочной, вопреки всему, но только для двоих. В сердце должен быть один человек. Но кто же из них... «Тот, кто стал для меня героем. Тот, чьи действия делают меня счастливой, потому что с ним я искренне улыбаюсь каждому мгновению. Он помог мне увидеть мир с новой стороны, понять, насколько прекрасна и красочна человеческая жизнь. Это Шизуо.» «Тот, кто стал для меня наркотиком. Тот, чьи действия граничат с сумасшествием, но, даже так, заставляет меня желать этого. Он открыл мне глаза на то, что всегда казалось нереальным, понять, что, несмотря на мое бессмертие, я остаюсь собой. Это Изая.» «Но, несмотря на это, я не могу с уверенностью утверждать, что, даже после всего случившегося, я изменилась настолько, чтобы в полной мере испытать любовь.» «Чудовище... ты не должна была родиться. Ты заслужила эту кару!» - вот, что я не могу забыть, даже если очень этого захочу. Я все равно, даже против своей воли, неосознанно и иррационально, продолжаю сторониться всего, что связано с людьми. Должна ли я позволить ходу событий Токио поглотить меня с головой? Меня не покидает чувство, что мне стоит остановиться. Пока... не стало слишком поздно.

***

- Я беспокоюсь о тебе, Хикару. - Чина крепко обняла меня. Я вздрогнула. Черт, я даже не заметила, как она пришла домой. - Я просто сидела на кухне и пила кофе. - я помотала головой и выдавила жалкую улыбку. Но она видит, как меня разрывает на части. - Сорок минут. Ты пьешь свой кофе сорок минут. - она произнесла это без укора и нежно погладила меня по голове. - Пожалуйста, расскажи мне, что творится в твоей жизни. Я всего лишь хочу быть рядом, помочь тебе. Я никогда не говорила тебе этого... но, только благодаря тебе, я смогла встать на ноги. Посмотри! Она схватила меня за руку и привела к столу, на котором располагался ноутбук. - Здесь статистика продаж моих работ. Я собираюсь уволиться из «Либ`Еро» и полностью посвятить себя вязанию. Благодаря тебе я познакомилась с Саймоном и стала любимой и желанной. Что еще нужно для жизни простой женщине? Спасибо тебе, Хикару. Всю мою признательность не выразить словами, но я хочу повторять «спасибо» каждый раз, когда вижу тебя. - Я... безумно рада за тебя. - ее речь растрогала меня до глубины души. Я действительно смогла помочь ей? Неведомое ранее чувство... словно, я жила не зря. Чертовы несколько сотен лет были прожиты не зря, если я смогла помочь близкому мне человеку! - Я говорю это, чтобы ты понимала, насколько болезненно мне видеть тебя такой подавленной. - Чина опустилась передо мной на корточки и положила свою голову мне на колени. Ее шелковистые волосы щекотали мои ноги, а такое родное тепло растапливало лед моей души. - Я понимаю. - мой голос звучал сдавленно, словно мне мешал говорить ком в горле. - Но есть вещи, которые не должны беспокоить тебя. Я просто хочу оградить тебя от ненужной информации. - Эта информация не может быть ненужной, если она касается тебя! - Она посмотрела на меня глазами, полными праведного гнева. Почему же она так зла на меня? Я совсем перестала разбираться в людях... - Знаешь, я ведь тоже с тобой не до конца была честна. У меня нет права давить на тебя, пока я сама во всем не признаюсь. Я смотрела на нее, раскрыв глаза от удивления. - Помнишь наши переписки в интернете? Я говорила, что мой отец погиб, а мать осталась инвалидом. И, чтобы прокормить ее, покупать лекарства и закрыть бесчисленные долги, мне приходилось работать в борделе. - Да, я помню. - в моем горле пересохло, я едва смогла кивнуть головой. - На самом деле, я была не такой хорошей и благородной. Мне хотелось получать легкие деньги и не напрягаться, поэтому я выбрала самую унизительную и простую работу. Но однажды... я разозлилась. Вечно недовольная мать, лишившаяся рассудка, доставала меня сутками на пролет. Она догадалась, чем я занимаюсь, и без конца осуждала. Ее слезы до сих пор иногда навещают меня во сне. Мне казалось, что она должна быть мне благодарна и целовать мои руки только за то, что я обеспечиваю ее жизнь. И, когда она сказала, что я изменилась, что я стала легкомысленной дурой, и что не хочет больше иметь такую дочь, я решила покончить с этим. И я дала ей яд вместо лекарства. Я убила ее. После этой фразы воцарилась тишина, что тяжелым грузом оседала на плечи. Как же... тяжело ей было все это время. Жить с осознанием того, что она натворила. - Чина... - Но мне удалось сослаться на несчастный случай и, в итоге, я избежала наказания. Но я не могла долго существовать с этим чувством вины. Даже после ее смерти, я считала, что именно из-за своих родителей я так страдаю. И мне хотелось умереть им назло. Хотелось избавиться от постоянного чувства, что ломает мою волю. И я решила умереть. - Но ведь сейчас все иначе. Теперь ты понимаешь, что совершила ужасную ошибку. Возможно, тебе нет прощения, но я не берусь судить. Я могу лишь с уверенностью сказать, что ты должна жить и радоваться тому, что у тебя есть, несмотря на твое прошлое. - Да. И поэтому, теперь, когда у меня есть ты, я хочу, во чтобы то ни стало, твоего счастья. - она благодарно улыбнулась мне, и я сжала ее в объятиях, вдыхая такой родной запах ее волос. Чина больше, чем друг, она — моя семья. И теперь я знаю, что она чувствует то же самое. Я смотрела в ее чистые искренние глаза, что все это время дарили мне покой и подбадривали, и понимала, что должна ей рассказать. Я не могу говорить о бессмертии, ради ее же блага. Но я хочу, чтобы она хоть немного разделила со мной мои чувства. Это и называется - быть близкими.

***

После этого мне стало легче. Чина теперь знает о двух мужчинах, что не покидают моей головы, о воспоминаниях, что стали возвращаться ко мне после амнезии. И, пусть она не смогла мне объяснить всего, но она посоветовала мне взять паузу. Заняться тем, что мне нравится, и проводить время с теми, кто не обременяет моих мыслей. Именно поэтому она привела меня в Русские суши на старую добрую попойку. Поначалу я чувствовала себя неудобно, но обстановка в заведении всегда такая уютная и домашняя, что я постепенно раскрепостилась и вновь смогла смеяться на отвлеченные темы. - Хикару, а ты знаешь, что у тебя фамилия, прямо как у одного из персонажей «Евгения Онегина»? - вдруг вспомнил Саймон, что сидел с нами за одним столиком. Видимо, чтобы не травмировать мою душу, они с Чиной не вели себя, как парочка. Вот уж спасибо! Точно, а я ведь Ленская сейчас по паспорту. - Надеюсь, это не отразится на моей судьбе так же трагично. - иронично вздыхала я, осушая очередной стаканчик водки. Я пью без конца, а рестарт все не наступает, и я никак не могла этому нарадоваться. - О, смотрите, кто зашел! - вдруг Саймон поднялся из-за стола и пошел навстречу, к выходу. Вероятно, один из его знакомых решил заглянуть, повидаться. - Да, хочу чего-нибудь выпить. - этот голос прозвучал, как гром среди ясного неба. - О, в первый раз ты заходишь к нам с такой целью, Шизуо. А мы тоже выпиваем, не присоединишься? - И Саймон пригласил его к нам за стол. Когда блондин подошел, то мы тут же пересеклись с ним удивленными взглядами. Краем глаза я увидела, как Чина мысленно швырнула в своего молодого человека пару молний. Повисла неловкая тишина. - Я, пожалуй, пойду. - я произнесла это прежде, чем успела подумать и, глядя себе под ноги, выскочила из Русских суши. Что я, черт возьми, творю? Мое сердце колотится, как сумасшедшее. Как только я вышла на улицу, то поспешила нырнуть во дворы, быстрым шагом скрываясь с места встречи. Шизуо ведь ничего плохого не сделал, это может оскорбить его чувства... Дура! Но мои ноги уже нельзя было остановить. Мне хотелось убежать как можно дальше. И дело было не в Шизуо. Мне хотелось убежать от самой себя. - Добрый вечерок, Пелагея! - как только я забежала в подворотню, то почувствовала, как меня резко остановили за руку. Я обернулась и увидела Изаю. - Прошла мимо и даже не заметила... право, я расстроен. - И-извини... - мое сердце сжали в ледяные тиски, когда я посмотрела в его глаза. Плохо, плохо, плохо. - С тобой все в порядке? - вдруг он спросил меня об этом, с легкой тревогой в голосе. Информатор положил свои руки мне на плечи и опустил голову на один уровень со мной. Он слишком близко. Хочу убежать. - Хикару, подожди! - вдруг я услышала голос Шизуо и тут же посмотрела туда, откуда тот донесся. Слегка запыхавшись, блондин направлялся в мою сторону. Но вдруг он застыл в оцепенении. - И-за-я... - зарычал он страшным голосом, не сводя обезумевшего взгляда с брюнета. - Шизу-чан, давно не виделись! - Орихара убрал руки с моих плеч и повернулся к нему. Казалось, Хейваджима уже оглядывался вокруг, чтобы выцепить дорожный знак или автомат, как вдруг я попала в его поле зрения. Слегка дернувшись, он выпрямился и обратился ко мне: - Хикару, отойди от него. - сказал он ровным тоном и протянул мне руку, настаивая, чтобы я немедленно подошла к нему. Изая, наблюдавший за картиной с недюжинным изумлением, вдруг притянул мое тело к себе и демонстративно оперся на меня своей рукой. - Он зовет тебя этим вымышленным именем, забавно! - улыбался он по-старому: мерзко, выворачивая душу наизнанку. Я могла лишь молча следить за происходящем, но, и дураку понятно, что происходит нечто очень странное. - Не смей ее и пальцем тронуть, кровосос! - рявкнул Шизуо и начал угрожающе приближаться к нам. Мое сердце ушло в пятки и слабо раздавалось оттуда. Я никогда не видела его таким... взбешенным. - А то «что»? У меня, знаешь ли, планы на нее намного интересней, чем ты даже можешь себе представить, Ши-зу-чан. - пропел Изая и провел ладонью по моей щеке, отчего у меня тут же сбился пульс. Его тон также сильно отличался от того, к которому я привыкла. Ирония на провокации погоняют издевательством. Я хотела уже, наконец, спросить что, черт возьми, здесь происходит, как вдруг Изая легонько толкнул меня в сторону. В этот момент Шизуо вплотную подскочил к нему и, взяв одной рукой за воротник, другую уже отвел для удара. Однако, в этой позе он и замер, потому что в руках Изаи, словно по-волшебству, тут же возникло излюбленное флик-лезвие, которое он подставил к горлу Хейваджимы, чье лицо исказилось от лютой злости и презрения. Орихара же смотрел на него свысока, но абсолютно точно с той же ненавистью. В этот момент, в моей голове, наконец, собрались воедино бесчисленные намеки, что я так упрямо старалась игнорировать: «Есть еще одно чудовище, но оно является человеком по своей природе. А вот так.. ни ранить, ни застрелить, ни сжечь его... к тому же, тупой, как валенок. Но я когда-нибудь его все равно убью.» - это сказал мне Орихара, когда я последний раз ночевала у него. А когда я прятала Шизуо от полиции? Он ведь гнался за тем, кого назвал не иначе, как «Чертов кровосос». Тогда он был зол не на шутку, бросался этими своими автоматами. А если вспомнить то шоу, про которое мне на днях рассказывала Чина... сомнений нет, что бомбу подкинул Орихара, а спас от нее - Хейваджима. И то, что именно они разнесли ту самую часть города... Конечно же, меня ведь предупреждала Селти: «И запомни еще кое-что... до тех пор, пока ты не разберешься в своих чувствах, постарайся сделать так, чтобы эти двое не пересекались при тебе. Просто постарайся избежать этого, во что бы то ни стало. Обещаешь?» С моих глаз спала пелена тумана, осознание постепенно захватывало мою голову. Я смотрела на этих двоих, не в силах принять все, как есть. Словно этого не может быть. Кто тот шутник, что решил все так обернуть? Удивительно, как это выяснилось именно сейчас, после всех удивительных событий, что произошли со мной из-за их участия в моей жизни. Но они сошлись. Волна и камень. Стихи и проза. Лед и пламень.* И я стояла между ними, как на расстреле. Мое тело задрожало, а голос едва слышно произнес: - Вы... враги.