MagicTale

      — Итак, что у нас есть? — спросил Гарри.       Близилось время экзаменов. Ребята уже готовились прыгать в кипы учебников и конспектов, но пока что были дела поважнее.       В субботу в Большом Зале на завтраке можно задержаться намного дольше, чем ребята и воспользовались.       — В школе хранится Философский камень Николаса Фламеля, который пытались выкрасть из Гринготтса, — начал Гарри. — Камень стерегут как минимум цербер Пушок и тёмный артефакт Зеркало Еиналеж. По лесу шляется кто-то, кому очень нужна кровь единорогов, а Квиррелл и Снейп странно себя ведут.       — Профессора Снейпа можно вычеркнуть, — уверенно сказала Гермиона. — Он ведёт себя слишком подозрительно. Настолько, что это давно уже все заметили, но профессор и в ус не дует. Ему всё равно. А значит, он уверен, что если будут обыскивать его «шкаф», то никаких «скелетов» там не будет.       — А Квиррелл слишком жалок, чтобы что-то замышлять, — заметил Рон.       — Либо искусно притворяется, — парировал Азриэль. — Он иногда заикаться перестаёт, а потом вдруг ещё сильнее начинает. То ли действительно у него какая-то болезнь, которая временами то обостряется, то утихает, то ли просто забывается и начинает говорить нормально, а потом резко вспоминает про маскировку.       — А вообще, может действительно тут кто-то третий? — спросил Невилл.       — Ауч! — вдруг выдохнул Гарри. Мальчик поднял глаза и посмотрел на спину удаляющегося профессора Квиррелла. — Знаете, я тут заметил. Когда я смотрю в спину Квирреллу, у меня начинает болеть шрам.       — Тот, который тебе оставил Волан-де-Морт? — спросила Фриск.       — НЕ ПРОИЗНОСИ ЕГО ИМЯ! — рыкнули Рон и Невилл.       — Да ладно! Он мёртв, до него не дойдёт, — фыркнула Чара. — И да, его имя нельзя называть, потому что если кто-то скажет это имя, Воланчик тут же узнает и сможет туда аппарировать.       — Пфхкхре, — подавился соком Гарри. — Кха-кха… Как ты его назвала?       — Сам-знаешь-кто и Тот-кого-нельзя-называть — слишком длинно. Тёмный Лорд — слишком уважительно для него, а я на него плевала. Имени не знаю. А по прозвищу — народ вздрагивает, а если этот гад оживёт, то вообще выслеживать сможет, — пояснила Чара. — А так Воланчик и всё.        — Если оживёт? Ты правда думаешь, что он вернётся с того света? — удивился Рон.       — Хагрид, кстати, также уверен, что Во… ланчик не умер, — сказал Гарри. — А просто ослаб.       — Мы идиоты! — аж вскочил Азриэль, схватившись за голову.       — Мы всегда это знали! — донёсся наигранно-радостный выкрик со стола Слизерина.       — Цыц, Драко! На него снизошло Озарение! Сейчас ты его с мысли собьёшь, и мы опять ничего не узнаем! — возмутилась Фриск.       — В общем, — уже значительно тише начал принц. — Если отталкиваться от того, что Воланчик жив… Сами посудите, Гринготтс практически неприступен, но кто-то умудрился вломиться в хорошо защищённый сейф с Философским камнем, а после уйти оттуда, что значительно сложнее. Этот кто-то настолько отчаянный, что ради Философского камня пьёт жутко токсичную кровь единорогов и ошивается прямо под носом у Дамблдора. И при этом Дамблдор его не может обнаружить! Помните, распоряжения МакГонагалл кто-то подменил, а значит этот кто-то был или даже присутствует в школе! А Дамблдор на защиту камня бросил как минимум жуткую опасную зверюгу…       — Которая засыпает от любой мелодии, а это Хагрид разболтал всем в Хогсмите, — вставил ремарку Рон.       — … и темномагический артефакт, тоже довольно жуткий, должен заметить, — закончил Азриэль. — Много таких сильных самоубийц знаете, для которых нужны такие драконовы меры?       — Но это может быть и какой-нибудь псих, который решил стать новым Воланчиком! — тут же предложила другую теорию Гермиона.       — Его должность называется Тёмный Лорд, так, для справки, — фыркнула Чара.       — Короче, вы поняли.       — МагБритания — большая деревня, здесь все всех знают, — покачал головой Азриэль. — Все на виду. Новый кандидат в Тёмные Лорды непременно бы засветился.       — А иностранец… — начала было Гермиона, но потом осеклась. — Точно же, сигнализация.       — Вот-вот. И остаётся один вариант.       — Так это что, — начал Рон с каким-то удивлением и предвкушением в голосе. — Нам придётся драться с самим Тем… В смысле, Воланчиком?!       — Нет, нам надо вычислить Воланчика и сдать его Дамблдору, — закатила глаза Гермиона. — Мы не потянем Тёмного Лорда.       — Не факт, — тихо пробормотала Чара.       Её оговорку снова услышал лишь один Гарри. Ну и Фриск.       — Пособник Воланчика — это Квиррелл, — начал рассуждать Рон. — Или Снейп, но ладно, поверю вам, значит не Снейп. Давайте сдадим Квиррелла.       — Он всё будет отрицать, а у нас на руках нет чётких доказательств, одни теории, — махнул рукой Азриэль.       — А Омут Памяти? — удивилась Чара.       — Нас за все эти художества могут и отчислить. Или как минимум нам крепко влетит, а по баллам Гриффиндор уйдёт в глубокий минус, — с тяжёлым вздохом упёрся лицом в стол Дримурр. — И не факт, что это Квиррелл. Может, Воланчик действует один. А Квиррелл либо просто сам по себе такой странный, либо решил украсть камень для себя. А может, работает на заказ, а заказчик — «фигура в тёмном балахоне, и лица его я не видел, и голос он изменил магией». А может мы всё напридумывали, и Воланчик всё-таки мёртв. Не вариант.       — Тогда нам остаётся только следить за комнатой и ждать, — погладила по голове Азриэля Фриск.       — Ненафифу фдать, — прочавкал Рон.       — Вот и будем готовиться к экзаменам, — отвесил подзатыльник Рону поднявшийся Азриэль.       На том и порешили.

***

      Закончились экзамены. Семёрка Гриффиндорцев относительно легко отбилась от всего, включая Историю Магии — призрак Бинс за пересказ учебника не глядя ставил П — и Зельеварение — Снейп уже смирился с поражением и угрюмо раздавал нормальные оценки, не пытаясь никого завалить. Ребята блаженно разлеглись на берегу Чёрного Озера, с помощью левиоссы и выловленной тут же рыбы играясь с Гигантским кальмаром — тот пытался щупальцами достать рыбу, парящую над водой. Но отдаться блаженному безделью полностью мешало две вещи: угроза похищения Философского камня и жутко болящий шрам у Гарри. Ожидание убивало ребят, но вскоре они были вознаграждены. До них донёсся обрывок разговора старшекурсников:       — Видели? Дамблдор без метлы полетел! — возбуждённо щебетала какая-то девушка.       — А? А, да, есть у старика забава. Он просит Министерство вызывать его на несколько часов раньше, чем надо. Любит наш директор размяться таким вот полётом до Лондона, — ответил девушке парень.       — Бли-и-ин, хотела бы и я, чтоб полёт до Лондона без метлы был «лёгкой разминкой», — вздохнула девушка.       — Ну так учись летать. Это, говорят, сложнее аппарации, — фыркнул парень. Он говорил что-то ещё, но ребята уже этого не слышали — они на всех парах неслись к третьему этажу.       Дойдя до Запретного Коридора, ребята горестно застонали — дверь была открыта, а за ней мирно посапывал жуткий цербер Пушок, убаюканный мелодией стоящей рядом арфы.       Арфа играла сама по себе.       — Опоздали! Невилл, Гермиона, найдите кого-нибудь из преподавателей и приведите сюда, — приказал Азриэль. — Мы постараемся задержать похитителя. Если вам попадётся Квиррелл, его не приводите. И… а, чёрт с ним! Снейпа тоже не надо, он всё ещё под подозрением.       — Ясно, — синхронно ответили Невилл и Гермиона, после чего рванули вглубь Хогвартса.       — Можете привести старост! — крикнул им вслед Гарри. — Пошли!       Люк был открыт, но Пушок мог проснуться в любой момент и от любого шороха. Подумав секунду, ребята резко рванули к люку, ничуть не беспокоясь о шуме. Пушок, естественно, проснулся, но компания уже прыгнула в люк. Звук арфы смолк. Если бы они решили тихо пробираться, то успели бы дойти максимум до середины комнаты.       — Хэй, а тут мягко, — удивился Рон. Он, как и остальные, уже приготовился к жёсткому падению. — Эм… ребят! Мы тонем!       — Тьфу ты! Это дьявольские силки! Не двигайтесь, и они нас пропустят. Будете дёргаться — попробуют задушить, — с этими словами Азриэль перестал брыкаться и скрылся под зарослями лиан. — Ауч! Внизу твёрдо, если что!       Фриск и Гарри повторили за Азриэлем, а вот Рон всё никак не мог успокоиться. Но тут у него в голове всплыли слова Гермионы «…силки боятся света…». Мальчик совсем не был уверен, что речь шла именно о дьявольских силках, но это не помешало ему махнуть палочкой (ребята перед прыжком достали их) и крикнуть:       — Люмос максима!       Силки в ужасе отпрянули от ненавистного света, а Рон свалился на пол.       — А, точно, они же света боятся, — смущённо сказал Азриэль. Он об этом маленьком факте забыл.       — Прошли и ладно. Хм, вряд ли бы силки остановили сколь-нибудь компетентного мага, — задумалась Фриск.       — Мне кажется, это вообще не для вора, — хмыкнул Азриэль и зажёг очень-очень тусклый люмос. — Видите, как лианы тонкие? Они в принципе не способны никого задушить. Скорее всего, они нужны для смягчения посадки и чтобы вылавливать забравшихся сюда учеников.       Коридор был тёмным и сырым. Откуда-то сверху капала вода. В тишине раздавались лишь шаги четырёх учеников.       — У нас в школе трубы текут? — удивился Гарри.       — Я слышал от своего брата Билла — он как раз с гоблинами работает — что в Гринготтсе есть такая ловушка, — начал Рон, нервно косясь на потолок. — Гоблины могут в любой момент нажать на кнопку, и затопить целую пещеру. А в воду то ли яд выливают, то ли пираний выпускают, то ли нагревают её до кипения, то ли охлаждают до замерзания. А может всё по порядку.       Теперь все пятеро нервно косились на потолок. Да, пятеро. Фриск и Чара умели, хоть и не любили, контролировать тело одновременно. Именно в такие моменты у них получалась гетерохромия.       — Тссс! — вдруг шикнула Фриск. — Слышите?       — Ага. Похоже на… крылья? — удивился Гарри.       — Пойдём, только тихо.       Компания вошла в большой, ярко освещённый зал с высоким дугообразным потолком. А в зале…       — Это что, птицы? — присмотрелся Рон. Действительно, сотни, если не тысячи, маленьких блестящих птиц носились по залу. Блестящих? — Секундочку… это не птицы! Это же ключи!       — А вон и дверь, и мётлы, — указал куда-то в сторону Гарри.       — Так, а на кой-мётлы? — удивилась Чара. Но тут же сообразила: — А, поймать нужный ключ… глупо как-то. Ну, логичнее сделать ловушку, которая убьёт вора наверняка. Вот как эти ключи. Сейчас мы войдём в зал, и они просто набросятся на нас. Ключи, конечно, тупые, но они летают быстро, а значит всё равно будет очень больно. Возможно, смертельно больно.       — Хм, насчёт смертельной ловушки… Дамблдору ведь нужно не просто убить вора, лучше бы поймать. Точно! — Азриэль щёлкнул пальцами. — Смотрите, готов побиться об заклад, что дальше будет ещё пара-тройка таких вот «типа смертельных», но вполне преодолимых даже учениками ловушек. Вор, пройдя их все, подумает, что всё в порядке, а там в конце…       — Зеркало Еиналеж! — выдохнул Гарри. — Вор посмотрит в зеркало, и надолго застрянет там! Я-то ушёл, потому что меня Пивз вспугнул, а вору никто мешать не будет.       — Похоже, что Дамблдор был в курсе, что камень кто-то хочет похитить, — кивнул Рон. — И приготовил для него такую вот ловушку. Гениально!       — Вот только вряд ли ловушка Дамблдора рассчитана на Воланчика, — фыркнула Чара. — Наверняка он готовился к обычному магу. Пусть сильному, но обычному.       — Значит, нам надо спешить, — кивнула Фриск. — Я иду первой.       — СТОЙ! — Но Фриск, прикрыв голову руками, резко рванула к мётлам.       Секунда, другая… ничего не происходит.       — Кажется, они нападут только в случае, если мы найдём правильный ключ или откроем дверь. А может, они вообще не нападают, — сказала Фриск.       — Вижу я уже нужный ключ, — сказала Чара, усаживаясь на метлу. — Вон, большой, серебряный, потёртый, к тому же с чуть сломанным крылом. Стойте у двери. И мётлы возьмите.       Версия Фриск подтвердилась. Стоило руке Чары сомкнуться на ключе, как остальные немедленно ринулись к ней. Впрочем, ребята были готовы — парой депульсио расшвыряли обнаглевшие куски железа, после чего, когда Чара открыла дверь, все быстро запрыгнули внутрь и закрылись.       — Легко, — фыркнула Чара. — Так. Что там дальше.       Огромный тёмный зал. Ребята уже собирались зажечь люмосы, но тут факелы вспыхнули сами по себе.       — О, — потёр руки Рон. — Гигантская шахматная доска.       Действительно, ребята стояли прямо за чёрными фигурами. С другой стороны поля стояли белые. Без лиц.       — Иронично, мы за чёрных, — хихикнула Чара. — И что нам делать? Командовать?       — Это было бы слишком просто, — покачал головой Рон. — Вон дверь за белыми. Проход между ними довольно большой, человек может спокойно протиснуться, но это магические, живые шахматы…       — Нас нашинкуют, едва мы попробуем пройти, — покивала алоглазая. — И потолок слишком низок, на метле не пролетишь. Продуманные, блин. Эй, там, на доске. Мы типа должны выиграть?       Чёрный король ожил, повернулся к девочке и кивнул.       — Есть у меня одна догадка… Мы должны присоединиться к вам? — спросил Рон.       Король вновь кивнул.       — А если присоединюсь я один и выиграю, остальные смогу пройти?       Белые и чёрные пешки вдруг выхватили мечи и закрыли ими все проходы.       — Полагаю, что нет, — покачал головой Азриэль.       — Считаем, нас пят… четверо, — начал размышлять Рон. — С одной стороны… А мы можем заменить короля?       Чёрный король покачал головой.       — Жаль, — вздохнул Рон. — Лучше бы кому-то одному остаться тут. Что-то мне подсказывает, что если нас «срубят»…       — Нам будет очень больно, — закончила за него Фриск. — Нет уж, играем все!       — Я знал, что вы так скажите, — горестно застонал Рон. — Гарри, встань вместо слона. Фриск, замени ту ладью. Я буду конём. Азриэль, на тебе место ферзя.       За последний год Рон стал играть в шахматы значительно лучше. Азриэль оказался сильным противником — создавалось впечатление, что он тренировался играть годы и годы! Так что, кто бы ни зачаровывал шахматы (вероятно, это была МакГонагалл), но играл он в них не так уж и хорошо. Легко обыграв и поставив мат конём (с каким наслаждением Рон ударил белого короля каменной саблей, отнятой у всадника), ребята прошли в следующую комнату.       — Боже, что здесь сдохло?! — Гарри чуть не задохнулся от вони, царившей в следующей комнате. Хотя как комнате? Больше это напоминало пещеру. — А, вижу.       Посреди комнаты валялся гигантский тролль. Он был мёртв — голова просто отсутствовала.       — НЕ-Е-ЕТ! — взвыла Чара, схватившись за голову и упав на колени. — Это был мой последний EXP! [ЦЕНЗУУУУУРААААААА]!       — Чара, тише, ты ещё найдёшь, кого прикончить, — Азриэль помог сестре подняться и начал её успокаивать.       Закатив глаза, Гарри и Рон поторопили остальных. Их ждала последняя комната.       В следующей комнате обнаружился лишь стол с семью колбами, заполненными жидкостью. Во всех она была разной по цвету и консистенции. Едва ребята подошли к столу, как обе двери закрыли языки пламени.       — Они точно всё продумали, — вздохнула Чара, вышвыривая бесполезную метлу в огонь. — Ладно, будем разгадывать головоломку.       — Прямо в Подземелье вернулись, — усмехнулся Азриэль.       Фриск вспомнила слова одного из инженеров, обслуживающих гигантскую магическую электростанцию — Ядро: «В Подземелье и десяти шагов нельзя пройти и при этом не вляпаться в очередную головоломку!».       Азриэль и Фриск долго перечитывали задачку, что-то прикидывая на пальцах.       В конце концов, Азриэль взял в руки две склянки.       — В этой зелье чтобы пройти назад, — Азриэль указал на синий огонь, отрезавший вход. — В этой — пройти дальше.       Впереди весело потрескивало оранжевое пламя.       — Пройти назад… тут хватит и на десятерых. А вперёд — трое, максимум. Чара, Фриск, Гарри, Рон — идите вперёд, — отдал им зелье Азриэль.       Ребята раскрыли рты от удивления.       — Гарри, Рон, с чем бы вы ни столкнулись — это ваше испытание, — серьёзно кивнул Азриэль. — Чара и Фриск присмотрят за вами. Я останусь здесь — это единственный выход. Если вор попытается сбежать…       Иллюзия человека снова спала с юного принца. Вдруг на лице возникли две чёрные полоски, идущие от уголков глаз по щекам куда-то вниз, белок глаз также почернел, а зрачок засветился тусклым белым светом.       — Он не пройдёт, — чуть рычащим голосом закончил Азриэль. В правой руке из воздуха возник странного вида стальной меч, а в левой зажглось пламя. — Идите!       Ребята переглянулись, и кивнули. Сделав по глотку из склянки, четверо друзей смело ступили в пламя.       В последнем зале кто-то был. Этот «кто-то» стоял перед закрытым шторой зеркалом. И этот «кто-то» носил фиолетовый тюрбан.       — Здравствуйте, профессор, — в четыре голоса поздоровались ребята.       — Поттер? Уизли? Дримурр? Я рассчитывал только на Поттера, но ладно, — Квиррелл картинно щёлкнул пальцами. Из воздуха появились верёвки, которые попытались связать ребята, но Чара мгновенно выхватила нож и порезала их на куски.       — Давайте обойдёмся без пафосных речей, — фыркнула Чара. — Да начнётся Битва!       Мир померк. Снова белые силуэт, кнопки, и диалоговые окна. Снова две белых души и одна чёрно-красная. И одна розовая.       — Хахахахаха, — рассмеялась Чара. — Ну привет, родственничек.

ACT Волан-де-Морт Check Волан-де-Морт LV 21 ATK 1000 HP 2000/17000 Theme — HUNGRY DARKNESS HE FILLED WITH F E A R

      Волан-де-Морт в теле Квиррелла с интересом рассматривал эти таблички.       Чара же покосилась на Зеркало Еиналеж. Обычно, если этого не желает тот, кто начинает Битву, мебель и прочее окружение в Режим Битвы не попадает, но раз оно тут…       — Рон, Гарри, сейчас он слаб, — тихо сказала Чара, вставая в стойку с ножом. — Не бойтесь, атакуйте его. Я попробую заставить этого придурка посмотреть в зеркало.       — Поняли, — кивнул Гарри и крикнул: — Депульсио!       И началось. Тёмный Лорд был слаб — тело дрянное, а сам он даже меньше чем призрак. Но всё-таки он взрослый маг, а против него — два первокурсника. Зато эти двое долго тренировались, а Квиррелл… это Квиррелл.       Пока Рон и Гарри уворачивались от заклятий и вообще скакали как кузнечики, Чара подбиралась к зеркалу. Волан-де-Морт так увлёкся попытками убить двух мальчишек, что не заметил быстро скрывшуюся мегаломаньячку.       Чара подобралась к зеркалу сзади и сдёрнула ткань. И тут же попыталась отвести взгляд, одновременно отталкивая зеркало. Оно оказалось развёрнуто спиной к Волан-де-Морту. Девочка зеркало толкнуть всё-таки сумела. И тут же заметила в нём… Фриск. Цветную, вне режима Битвы, но с полной красной душой, Фриск прижималась к зеркалу с той стороны, будто пыталась выбраться. Но…       Еиналеж упал и разбился. Чара пару секунд смотрела на него, а потом увидела, что у неё тоже полная душа. Полная чёрная.       — ФРИ-И-ИСК! — закричала Чара, кидаясь к осколкам. Но те также стали лишь чёрнотой, обрамлённой в белый силуэт.       Рон увидел эту картину, и в голове мгновенно сложилась мозаика. Зарычав, мальчик плюнул на палочку и понёсся на Тёмного Лорда с голыми руками. Волан-де-Морт лениво кинул ему навстречу Аваду — третье непростительное заклятие, которое мгновенно лишает человека жизни. Подлое, бесчестное заклятие, пробивающее любую защиту.       Рон даже не думал уклоняться, наоборот, он вознамерился сбить заклятие ударом кулака. Гарри застыл в ужасе. Перед глазами пронёсся детский сон: крик матери, зелёная вспышка и ледяной зловещий хохот.       Но за секунду до того, как кулак Рона врезался в Аваду, глаза мальчика вспыхнули оранжевым пламенем. Такое же пламя окутало его всего. И сердечко в груди с тихим звоном сменило цвет с молочно-белого на оранжевый. <

YOU FILLED WITH B R A V E R Y 0

      Авада бессильно разбилась о кулак первокурсника. Улыбка сползла с лица Тёмного Лорда, а в следующую секунду Рон на полной скорости ударил его прямо в солнечное сплетение!

974

      Волан-де-Морт отлетел под ноги к Чаре и попытался подняться. Девочка перевела пустой взгляд с осколков зеркала на ворочающегося Тёмного Лорда. Лицо Чары вновь превратилось в жуткую маску демона.       — СДОХНИ! — мысленно вдавив кнопку Битвы, девочка ударила Квиррела в самое сердце.       Именно Квиррелла — за секунду до удара, Волан-де-Морт покинул тело, и душа профессора из розовой стала серой.

99999

      Сосуд Тёмного Лорда рассыпался прахом. Чара вновь пустым взглядом посмотрела на сообщения о деньгах, EXP и долгожданном повышении LV. Радости ей это не принесло.       Мир вновь обрёл краски. Гарри переводил дыхание. Рон пытался осознать, что он только что врезал самому Тому-кого-нельзя-называть и отбил Аваду голой рукой. Чара стояла над осколками Еиналеж. Вперемешку с этими осколками лежал и прах преподавателя.       — Ой-ой-ой, какая неприятность, — раздался голос со стороны входа.       В комнату вошёл Дамблдор вместе с Азриэлем. Принц тут же кинулся к сестре, но вдруг затормозил и рассмотрел её. Было очевидно, что в теле она осталась одна.       — Профессор! Фриск… — начал было Гарри, но директор поднял руку, прося тишины.       — Я всё знаю, мальчик мой. Репаро максима.       Разбитое зеркало вмиг обратилось ураганом осколков. Этот ураган постоял на месте пару секунд, а потом влетел в опустевшую раму. Зеркало снова стало целым. Используя левиоссу, Дамблдор вернул зеркало в вертикальное положение.       И вдруг, из этого зеркала, чуть пошатываясь, вышла девочка. Фриск была одета в сине-фиолетовую полосатую кофту и фиолетовую же юбку до колен — то, в чём она в своё время упала в Подземелье. Хотя конечно, вещи были размером побольше. В руке девочка держала кроваво-красный камень размером с кулак.       — ФРИСК! — закричали ребята, кидаясь к девочке. Первой повисла у неё на шее Чара, с секундным опозданием девочек обнял Азриэль. Рон и Гарри лишь облегчённо выдохнули.       — Молодые люди, — позвал всех директор. Он с улыбкой наблюдал эту сцену. Впрочем, улыбка немного померкла, когда его взгляд упал на кучку праха. — Нам лучше уходить. Фриск, девочка моя, не могла бы ты…       — Вот, профессор, — с трудом высвободившись из объятий брата и сестры, девочка передала Философский камень Дамблдору. — Зря мы, кстати, боялись за камень. Помимо этой ловушки за ним присматривал профессор Гастер.       Чара и Азриэль вздрогнули.       — Ещё профессор хотел поговорить с мистером Фламелем, — девочка достала откуда-то из-за спины телефон. Обычный такой, кнопочный, маггловский. — Вот, передайте мистеру Фламелю.       — Хорошо, обязательно передам.

***

      Оказывается, что душу Пробудил сегодня не один только Рон. Гермиона и Невилл довольно быстро нашли Флитвика и МакГонагалл, но те им не поверили и вообще решили отчитать за то, что ребята залезли в Запретный Коридор. Какое-то время первокурсники пытались убедить деканов хотя бы проверить, а потом волосы и глаза Гермионы вдруг окрасились в фиолетовый цвет. Девочка щёлкнула пальцами, и оба преподавателя оказались в белом парящем энергетическом кубе. В этом кубе Гермиона и притащила двух деканов ко входу в Запретный Коридор. И натолкнулась там на Дамблдора. Тот быстренько уладил ситуацию, освободил учителей (точнее попросил это сделать Гермиону — магия куб не брала) и рванул вниз, где и встретил Азриэля.       Гермиона сетовала на то, что теперь придётся либо краситься и носить линзы, либо менять имидж. А Рону было нормально — у него разве что волосы стали оттенком поярче, а глаза… ну, это не так критично.       Пока компания шла к кабинету директора, все вокруг удивлялись. И новому виду Гермионы, и Чаре и Фриск, что теперь не сидели в одном теле. Азриэль, к счастью, успел вновь обзавестись иллюзией за авторством своей сестры.       Вскоре, семеро ребят расселись по наколдованным стульям в кабинете директора.       Трое Дримурров уже были здесь, но рассмотреть всё как следует не успели. А Гарри, Рон, Невилл и Гермиона вообще были здесь в первый раз. Кабинет Альбуса Дамблдора был совершенно необычен. Во-первых, сотни всяких тикающих и шипящих приборов повсюду. Во-вторых, портреты прошлых директоров, естественно живые. И наконец ОН — красавец-феникс Фоукс. Сам Дамблдор восседал за массивным каменным столом на таком же каменном «троне». Впрочем, судя по явно не предусмотренной конструкцией мягкой обивке, трон этот был не таким уж и удобным.       Дамблдор лишь сказал «Итак» и тут понеслась. Ребята наперебой рассказывали о своих наблюдениях и теориях, о том, как вышли на Философский камень и поняли, что за всем стоит либо Квиррелл, либо Воланчик (на этом месте Дамблдор, как и ранее Гарри, поперхнулся), либо Снейп. Потом Дамблдор посмотрел на Чару и Фриск, а затем перевёл взгляд на Рона и Гермиону. Снова ему стоило лишь сказать «А это…» как директора погребло под новой лавиной информации. Тренировки, техники, разделение душ на Семь душ Добра и Семь Душ Зла. Повышение уровня сил через: LV, поглощение других душ или усиление сродства со своей.       Гарри и Невилл уже начали засыпать. Остальные были Пробуждёнными Душами, так что сон и еда для них теперь лишь способ подлечиться или получить больше HP. Но Дамблдор всё равно отпустил всех и остался один в кабинете. Ненадолго. Его ближайшие помощники — Снейп и МакГонагалл — зашли спустя десять минут после ухода первокурсников.       Дамблдор всё это время размышлял о том, что узнал. Особенно его напугали слова про кражу душ и этот пресловутый LV. С другой стороны, стало понятно, откуда у Тома вдруг появилось такое могущество. Он частично Пробудился — то есть у него нет Великой Системы — и начал набирать LV, убивая и пытая всех подряд. К тому же, оказывается, Том не просто мальчик. Он вообще не человек. Он — Сумеречная тварь Страха. Родственник Чары, в какой-то мере.       Всё это он и вывалил на замов. Снейп, не посвященный в историю Дримурров, был просто в прострации. МакГонагалл крепко задумалась. Она хоть и была магом, но о душах и прочем думала лишь тогда, когда дело доходило до дементоров.       — Интересно, какая у меня душа?.. — одновременно спросили деканы красных и зелёных.

***

      Праздничный пир. Заканчивался год. Дети набивали желудки перед долгой поездкой на Хогвартс-экспрессе. Большой Зал был украшен в цвета Гриффиндора — с перевесом почти в полсотни баллов алознамённый факультет вырвал победу у Слизерина. Те расстроились больше для виду. Впрочем, победи Слизерин, и также чуть наигранно расстраивался бы Гриффиндор. Соперничество этих двух факультетов — неистребимая традиция.       Неистребимая? Отношения между двумя Семёрками медленно, но верно ползли вверх. И хоть до друзей им было далеко, хорошими знакомыми они уже смело могли называться. Дамблдор толкнул торжественную речь и уселся на место. О происшествии в Запретном Коридоре знают лишь учителя и непосредственные участники событий. Но никто не сомневался: в следующем году об этом узнает уже вся школа. Всё-таки участники тех событий — дети, а дети любят хвастаться. Как вот мистеру Уизли не похвастаться, что тот врезал самому Тёмному Лорду?! Или как же не рассказать мисс Грейнджер, как она скрутила аж двух деканов?!       — Итак, у кого какие планы? — спросил Рон. Теперь он мог есть до бесконечности. Про усталость и прочее также можно забыть. Красота! — Я буду тренироваться. Буду готовиться к отбору в команду по квиддичу.       — Я в Подземелье! — тут же сказал Гарри. К Дурслям его нисколько не тянуло.       — Буду объяснять родителям, как так получилось, — взяла в руки фиолетовый локон Гермиона. Ей пришлось расчесать волосы — девочки быстро убедили её, что прошлая причёска никак не шла к новому цвету — и теперь те уже не напоминали воронье гнездо. — А потом, наверное, мы поедем во Францию.       — Буду дальше тренироваться в магии, — серьёзно сказал Невилл.       — А мы навестим мой приют, — сказала Фриск. Чара и Азриэль кивнули.       Компания набилась в один вагон. Стало тесновато — Фриск и Чара теперь занимали отдельные места. Хогвартс-экспресс мчался обратно, в Лондон. Год закончился, и многим пора возвращаться из волшебной сказки в суровую реальность. А как хотелось бы остаться в этой сказке насовсем… Вот только все забывают первое правило любой сказки:

Чем дальше, тем страшней.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ