Будь осторожен со своими желаниями

— Что значит, мы в Колорадо, Скотт? Мы не можем быть в Колорадо. Стайлз прекрасно осознает, что его голос звучит безумно, даже для его собственных ушей. Но в данный конкретный момент? Ему чертовски наплевать. Бросив на Дерека беглый взгляд, он видит выражение лица, которое понятия не имеет, как интерпретировать. Дерек не кажется сильно встревоженным, но он явно не в восторге от сложившейся ситуации. И знаете, что? Стайлз его прекрасно понимает. — Ну, — Скотт наглым образом прерывает мыслительный процесс внутри Стайлза, — Денни отследил ваши телефоны, и, оказалось, вы находитесь где-то в горах, где-то в Колорадо. И местность там какая-то… не совсем городская. — Не совсем городская — это как в… — Это как в десяти милях от ближайшего города. Стайлз буквально слышит, как Скотт нервно вздрагивает на другом конце провода. — Отлично, просто отлично, — бормочет Стайлз себе под нос. — Есть идеи, как, черт возьми, мы сюда попали? — Да, вроде как. — По скромному мнению Стайлза, Скотт звучит слишком нерешительно для того, кто во всём разобрался. — Повиси секунду, я включу громкую связь. Думаю, Дитон объяснит всё лучше меня. Настроение у Стайлза совсем не улучшилось, когда в перспективе замаячил подозрительный и очень таинственный ветеринар, объясняющий всякие непонятные штуки. По тому, как поджал губы Дерек, стало ясно, что, по крайней мере, в этом они солидарны. — Стайлз? Дерек? — Голос Дитона слышен будто из-за толстого слоя ваты, но из всего, что они узнали, Стайлз делает вывод, что надо радоваться, что у них есть связь вообще. — Да, док, мы здесь, — он почти кричит в ответ, выкладывая телефон на кухонный стол между собой и Дереком. — Итак, — загадочно начинает Дитон, — поговорим о волшебной двери, которую ты купил, Стайлз.

*** ЧАСОМ РАНЕЕ ***

— На кой-черт ты присобачил эту хрень на стену, Стайлз? Стайлз искренне не понимает скептических взглядов, которыми его так называемые друзья продолжают прожигать его спину. — Что? Это декор! — восклицает Стайлз, взмахивая руками. — Она… уродливая, — подключается Айзек. Он корчит рожицу, и, да, глубоко внутри Стайлз всегда знал, что этот парень засранец. — Это волшебная дверь. Она нужна, чтобы маленькие феечки Динь-Динь могли влететь в дом и помочь Санте с подарками. И она миленькая! — Это определённо нечто, — вставляет свои пять копеек Лидия. — Огромное розовое пятно на фоне всего прочего. — Судя по тону её голоса, она это вовсе не одобряет. — А вот Дереку нравится, — парирует Стайлз, — это он разрешил оставить её в доме. — Он клянется, что даже и не думал защищаться, и нарочно игнорирует подозрительное бормотание Айзека. — Тебе ведь она нравится, правда, Дерек? — Он резко оборачивается к Дереку и выжидающе смотрит на него, подмечая, как кончики его ушей становятся очаровательно розовыми. — Эм, я её не ненавижу? — Однако Дерек не выглядит сильно убеждённым в том, что только что сказал, и Стайлз сдаётся. — Какие же вы все скучные! Пофиг. Она уже здесь, так что она остаётся. — А тебе не кажется плохой идеей вешать волшебную дверь в Бейкон Хиллз? Как по мне, так нам завались, как хватает всяких сверхъестественных гостей. Стайлзу кажется физически невозможным не закатить глаза. — Скотти, мальчик мой, я заказал эту штуку по интернету. Она не настоящая. Стайлз снова смотрит на Дерека, ухмыляясь ему со всем наличествующим дружелюбием, и его сердце трепетно дрожит, когда Дерек просто пожимает плечами на всё ворчание Скотта и посылает Стайлзу едва заметную улыбку в ответ. Наверное, они вглядываются друг в друга на пару секунд дольше, чем это уместно, и вдруг в один момент всё вокруг них погружается во мрак.

*** СЕЙЧАС ***

По словам Дитона, оказывается, что волшебная дверь очень даже настоящая. Стайлз отчаянно стонет в ответ на слова Дитона, яростно растирая лицо руками в полном и абсолютном несогласии. — О чем вы, вообще, говорите? Что значит, «вы пожелали там оказаться»?! Я совершенно точно не хотел попасть в избушку на курьих ножках посредине пути вникуда! И по какой-то причине я даже представить себе не могу, чтобы это сделал Дерек! Дерек пока просто стоит рядом, рассматривая противоположную стену общепризнанно уютной кухни-гостиной в коттедже, в котором они, очевидно, надолго, блядь, застряли. Услышав последние слова Стилински, он медленно поворачивается, чтобы вместо стены негодующе воззриться на Стайлза, и одними губами произносит: «Естественно, я нихуя такого не делал!», красноречиво скалясь. — Вы, оба, послушайте, — призывает к порядку Дитон, — этот вид фей не злой, они, наоборот, исполняют желания. Точнее, желания тех людей, которые встанут напротив их двери и пожелают чего-то, цитирую, «с чистой и искренней душой». Единственное, эти феи склонны несколько всё… усложнять. — И усложнение состоит в том, что сюда закинуло не только меня, но и Дерека? — Нет, Стайлз. Скорее всего, Дерек там вместе с тобой потому, что вы оба пожелали чего-то примерно одинакового, да ещё и одновременно. Феи, должно быть, увидели между вами связь и объединили ваши желания в одно. Просто имейте в виду, что всё, что произошло или будет происходить, было сделано без злого умысла, а просто по ошибке. — Потрясающе. И что теперь? — Дерек явно не сильно счастлив по поводу всего этого. Стайлз, к слову, тоже. — Не волнуйтесь, вам, скорее всего, не потребуется больше трёх дней, чтобы понять, как оттуда выбраться. Обычно феи оставляют несколько заданий, которые надо выполнить. Как только вы всё сделаете, они сразу же отправят вас домой. — Три дня? Ни за что. Я не хочу находиться здесь дольше трёх часов. Вытащи нас отсюда, Дитон. Стайлз ничего не может поделать с тем, что его лицо мрачнеет ещё сильнее. Однако, в отличие от Дерека, это не связано с перспективой провести ближайшие три дня в непосредственной с ним близости. Мысль о том, что Дерек так отчаянно хочет выбраться отсюда, жалит больше, чем он хотел бы признать, и прежде, чем он сможет себя остановить, Стайлз выпаливает: — Конечно, не хочешь, ведь тут такая крутая компания. — Это не то, что я имел в виду, — цедит Дерек сквозь сжатые зубы. — Я говорю о том, что нас перенесли непонятно куда с помощью сомнительной фейской магии, о которой мы, кстати говоря, ничего не знаем. Поэтому, пожалуйста, простите моё нежелание восторженно это отпраздновать. Тишина между ними тянется и тянется до тех пор, пока не становится совсем невыносимой, и Стайлз безмерно благодарен Дитону, когда тот неловко прочищает горло, чтобы снова начать говорить всякие умные и очень загадочные вещи. — Так что, мальчики, вы ничего не можете сделать, чтобы исправить ситуацию, кроме как попытаться найти свои задания. Уверен, вы их узнаете, как только увидите. Ещё было бы неплохо, если бы вы выяснили, о чём вы оба пожелали. И Стайлз, Дерек? Наслаждайтесь и помните, что феи сделали это из добрых побуждений. А дальше последовало пиканье, означающее, что Дитон положил трубку. — Ну, это была чертовски полезная информация! — вздыхает Стайлз, поворачиваясь, чтобы встретиться взглядом с Дереком. — В любом случае, это лучше, чем ничего. Наверное, — добавляет он после секундного молчания. Дерек фыркает и обводит комнату красноречивым взглядом. — Что теперь? — Думаю, нам сто́ит разузнать, чего от нас хотят эти мелкие. Феи, да. Выполним наши задания? Пройдём квест в поисках фейского грааля? Чувак, квест звучит намного круче, чем задание, тебе так не кажется? Намного круче и опаснее. — Когда он снова смотрит на Дерека, тот качает головой, немного раздражённый, но улыбающийся. Если так подумать, то это один из самых привычных жестов Дерека касаемо Стайлза. — Тебе что, не хватило опасностей за последнюю пару лет? Стайлз только хмыкает в ответ, решив проигнорировать противного оборотня. Он хватает Дерека за бицепс и выталкивает его из кухни. — Давай осмотримся. Дерек охотно следует за ним.

***

Едва ли десять минут спустя они снова вернулись туда, откуда начали. Оказалось, тут нет ничего ошизенно необычного, да и сам домик не такой уж и большой. Помимо просторной комнаты, представляющей собой помесь кухни с гостиной, обнаружилась ванная и спальня. Одна. С огроменной двуспальной кроватью. — Думаю, я займу диван, — бормочет Стайлз, потому что, да, он может быть джентльменом, когда хочет. Но Дерек только отмахивается от него в ответ со своим небрежным «Не беспокойся об этом». Что, блядь, конечно же, означает, что Стайлз теперь пиздец, как беспокоится об этом. Потому что чертову оборотню следовало уточнить, что он имел в виду. Что он собирается лечь на диване вместо Стайлза, или что они вместе лягут на кровати, или что Дерек вообще не собирается спать? Ну, по крайней мере, на кухне полно еды. Видимо, феечки неплохо затарились перед тем, как притащить их сюда, потому что холодильник и несколько шкафчиков забиты едой под завязку. Да тут смогла бы выжить целая армия! Или даже кучка подростков-оборотней. — Ну, и что, ты думаешь, нас сначала заставят сделать? — спрашивает Стайлз, не замечая никаких изменений в комнате. Как по команде, внезапно слышится звонкий хлопок, сопровождаемый облаком сверкающих блёсток. Оно переливающимися струйками опадает на пол, обнажая рождественские чулки, висящие прямо над камином. На зелёный чулок прицеплена надпись «Дерек», а на красный — «Стайлз». Стайлз тут же бросается к чулку со своим именем, чтобы заглянуть внутрь. Он азартно прихлопывает в ладоши, перемазанные в блёстках, и, естественно, Дерек не может не разрушить его веселье, схватив его за руку и оттащив назад, поближе к себе. — Осторожно, Стайлз. Мы ничего об этом не знаем, вдруг они опасны? Блеск мог содержать что-то ядовитое. И Стайлз прекрасно понимает, что подозрительность Дерека обоснована. Но впервые в жизни он хочет просто довериться совету Дитона. У него нет сил изобретать самолёт из подручных материалов и лететь на нём в ближайший город. — Дерек, любовь моя, я ценю твою заботу, но Дитон сказал, во-первых, феи не злые, и, во-вторых, нам в любом случае надо сделать то, что от нас хотят, чтобы выбраться отсюда. Он прикусывает нижнюю губу, с волнением ожидая ответа, потому что, ну, они тут заперты вдвоём, и если Дерек не хочет играть по правилам, то неизвестно, когда они смогут попасть домой. Он чувствует на себе долгий изучающий взгляд Дерека, перед тем как тот всё-таки кивает. — Ладно, — шепчет он, медленно отпуская руку Стайлза. Стайлз посылает ему лучезарную улыбку, мгновенно оказываясь рядом с заветными рождественскими чулками, чтобы посмотреть, что же за сюрприз они прячут. Пару секунд спустя он держит в руках целую связку гирлянд и с недоумением указывает на неё Дереку. — Думаешь, мне стоит поколдовать с проводами? Может, удастся связаться со Скоттом? К его безмерному удивлению, Дерек весело фыркает, перед тем как ответить. — До тех пор, пока ты не начнёшь считать Скотта своим безвести пропавшим сыном, думаю, мы неплохо общаемся по мобильнику. К тому же, разве эти штуки не называются ещё и огнями феи? Стайлз только пялится на него в ответ, и его умилению нет предела, когда он замечает, как щеки Дерека под суровой щетиной слегка розовеют. — Что? — язвительно тянет Дерек, приподняв бровь. — Я смотрю телевизор. Стайлз не может удержаться от того, чтобы приблизиться и потрепать Дерека по плечу. — Детка, я так тобой горжусь. Дерек ожидаемо закатывает глаза. — Там есть что-то ещё? Внимание Стайлза снова приковано к его чулку. Он осторожно вытаскивает оттуда три небольших картонных коробки, которые выглядят жутко старыми и пыльными. Под настороженным взглядом Дерека, Стайлз открывает одну из них. — Ого, какая красотища! — выдыхает он, восхищённо разглядывая выглядящее очень хрупким рождественское украшение — миниатюрный звоночек из стекла, который издает чарующий звон, когда рука Стайлза слегка вздрагивает. — И правда, — соглашается Дерек, аккуратно отстраняя Стайлза, чтобы самому залезть в следующую коробку. Он бережно кладёт одну из ёлочных игрушек себе на ладонь так, чтобы Стайлзу было удобнее её рассматривать. — Напоминают мне об украшениях, которые моя семья раньше вывешивала на праздники. Мы все были довольно старомодны касаемо Рождества, разве что, кроме Коры. Ей каждый год разрешалось нацеплять на ёлку всякие диснеевские побрякушки. На губах Дерека играет лёгкая улыбка, и когда они снова встречаются взглядами, у Стайлза перехватывает дыхание от того, насколько он потрясающе красив, освещённый мягким переливающимся светом и делящийся воспоминаниями о своём прошлом, о своей семье со Стайлзом. Он чувствует ответную улыбку на своём лице, и на секунду воздух между ними становится тяжёлым, он кипит и клокочет… Стайлз неловко прочищает горло и делает шаг в сторону, указывая Дереку на его рождественский чулок, который, всё ещё нетронутый, прицеплен к камину. Пару секунд спустя он почти падает на пол, покатываясь со смеху. — О мой бог, эти феи чертовы, мать их, гении! Наверняка это лучшее, что тебе когда-либо дарили! — Он тыкает пальцем в Дерека, который теперь со своим самым мученическим выражением лица держит в руках топор. Стайлз не перестаёт смеяться, и взгляд на его напряжённом лице становится совсем уж убийственным. — Воу, чувак, полегче. Я осведомлён о твоей коллекции презрительных взглядов серийного убийцы, но не начинай вести себя как маньяк прямо сейчас. Дерек изображает на лице вселенские страдания. — Ха-ха. Это совсем не смешно. — Ой, да ладно тебе, я великолепен. Но серьёзно, ты что собираешься с топором-то делать? Ну, кроме убить им меня, если я продолжу тебе надоедать. Хотя я всегда думал, что ты просто вырвешь мне горло. Своими зубами. — Хмм, — тянет Дерек, взвешивая в руках топор, — дай-ка мне подумать. У нас есть гирлянда, ёлочные игрушки и, — он драматично вздыхает, — нет ёлки. Предполагаю, что моё задание — срубить нам ёлку, Стайлз. — Ооо! — возбуждённо расширяет глаза Стайлз. — А это имеет смысл. — Ты думаешь? — саркастично уточняет Дерек, и Стайлз в очередной раз задаётся вопросом, когда Дерек успел обзавестись чувством юмора. — Супер, вперёд на поиски самого красивого дерева! Хочу Дугласову пихту, она приятно пахнет. — Иногда я категорически не понимаю, как работает твой мозг. — Дерек шумно вздыхает, но Стайлз склонен думать, что он просто прикидывается. — Я тоже, дружище. Я тоже.

***

Чуть позже Стайлза вдруг осеняет, что, вообще-то, странно, что никто из них не додумался выйти из их маленького коттеджа на улицу и осмотреть окрестности. Когда он озвучивает свои мысли Дереку, тот кивает: — Снова какая-нибудь фейская магия, наверное. Стайлз пожимает плечами, и они оба про это забывают. Они идут в лес по едва заметной тропинке, которая приводит их к узенькому ручью и чудесной полянке. — Жаль, что снега нет. Готов поспорить, здесь было бы ещё красивее, — восхищенно шепчет Стайлз. — Хм. Было бы не слишком красиво срубить покрытое снегом дерево, с которого бы потом натекло озеро воды в гостиной. — Ну почему ты такой, Дерек? Позволь мне просто помечтать о романтической прогулке по снежному лесу, о’кей? Дерек только усмехается и тычет пальцем в… Дугласову пихту. — Вот эта достаточно романтична для тебя? Благодаря оборотнической суперсиле Дерека, Стайлзу не пришлось даже пальцем шевелить. Разве что пару минут спустя, когда Дерек тащил дерево в сторону коттеджа. — Знаю, что я уже упоминал твой взгляд серийного убийцы и, возможно, ты даже и не носишь клетчатые куртки, но, чувак, твои способности лесоруба просто вау, — Стайлз хитро косится на Дерека и старательно изображает на лице обожание. И это не только потому, что он хочет подшутить над Дереком. Очень может быть, что Стайлз на секунду-другую искренне захотел стать этим деревом. — Заткнись, Стайлз. Однако слова Дерека не несут никакой эмоциональной окраски, и, кулаком ткнув Дерека в плечо, Стайлз начинает медленно брести обратно в их домик.

***

Два часа спустя Стайлз и Дерек сидят на диване в гостиной комнате, грея руки о дымящиеся кружки с горячим шоколадом, который приготовил Дерек, пока Стайлз украшал ёлку огоньками и игрушками. Это приятно. Диван очень мягкий и удобный, в горячем шоколаде плавает идеальное количество маршмэллоу, и Стайлз впервые в жизни не чувствует нужды заполнить такую уютную тишину своей болтовней. Он наблюдает за Дереком, который читает найденную на кухонных полках книгу, и вид расслабленного и такого родного мужчины колет его сердце тупой болью. Он знает, что у него есть чувства к Дереку, и далеко не негативные чувства, но это то, что, он уверен, ему никогда не удастся получить. Когда Дерек смотрит на него, склонив голову набок в немом вопросе, Стайлз просто улыбается и зарывается глубже в диван, переводя взгляд на сверкающую разноцветными огнями ёлку. Стайлз не знает, сколько он проспал. Он проснулся один на диване, наверное, Дерек ушёл спать в спальню. Ноги Стайлза морским узлом переплелись с пледом, который Дерек, должно быть, на него накинул перед тем, как уйти, и этот жест заботы вызывает у Стайлза широкую улыбку. Он вздыхает и позволяет своим глазам снова закрыться, быстро погружаясь в спокойный сон. Следующим утром Стайлз как раз успевает приготовить тосты и кофе, когда Дерек входит в гостиную, выглядя очаровательно сонным, взъерошенным и мягким. — Я так понимаю, ты не ранняя пташка? — спрашивает Стайлз, но Дерек в ответ только зевает и шлёпает до шкафчика с посудой. Он достает оттуда сковородку, разбивает в неё несколько яиц, и все его действия кажутся такими рутинными. Иногда Стайлз забывает, что Дерек тоже совершенно обычный человек. Просто с когтями и клыками, но ведь у каждого своя изюминка, так? К середине их завтрака Дерек выглядит достаточно проснувшимся, чтобы поговорить. В конце концов, он спрашивает: — Ну и какое же задание феи приготовили на сегодня? Перед тем как Стайлз, не имеющий ни малейшего понятия, что сказать, решает в любом случае ответить, они слышат запомнившийся со вчерашнего дня хлопок, и вскоре его сопровождает очередное облако блесток, оживленно сверкающих рядом с камином. — Думаю, мы скоро узнаем.

***

— О мой бог, — пищит Стайлз, — я знаю, что это! Достав толстую, тяжелую книгу из своего рождественского чулка, он сразу же начинает торопливо её листать, пока не находит то, что искал. — У моей мамы была эта кулинарная книга. Смотри, Дерек, тут есть рецепт печенья! Да это же Kolaczki*! Дерек отступает на шаг назад, чтобы Стайлз махал своей книгой не в такой непосредственной близости к его носу. И было бы неплохо, если бы ему не пришлось становиться косоглазым, чтобы прочитать рецепт. — Звучит здо́рово. — В детстве это было моё любимое рождественское угощение. Мама каждый год готовила, наверное, несколько сотен, не меньше. И она всегда давала папе десяток коробок с печеньем, чтобы он угостил всех в участке, когда ему приходилось работать во время праздников. Все были от него без ума. — Знаешь, как его готовить? — Не-а, вообще нет. Мы с папой полные профаны в выпечке. Мы даже не пытались его испечь после того, как мама умерла. — Стайлз будто теряет связь с реальностью, погружаясь в горько-сладкие воспоминания детства. Уже не так больно вспоминать об этом, как несколько лет назад, но грусть, наверное, никогда полностью не уйдёт из его сердца. Да он этого и не хочет. Тряхнув головой, чтобы немного очистить мысли, Стайлз поворачивается к Дереку, который как раз начал доставать разные коробки из своего чулка. — А что у тебя? Глаза Стайлза расширяются, когда он видит у Дерека в руках вторую составляющую их задания. Мука, масло, малиновый джем, сливочный сыр и сахарная пудра. — Думаю, я знаю, зачем это. Выглядит так, будто они хотят, чтобы мы испекли печенье, — улыбается Дерек. — Ты умеешь печь? И опять, мысль о Дереке Хейле, безмерно крутом и опасном мужике-волке, стоящем на кухне и готовящем печеньки, не так легко даётся Стайлзу. Дерек выглядит немного смущенным, когда пожимает одним плечом. — Я раньше каждый год пёк рождественское печенье с мамой и Питером. Лора в такие моменты спасалась бегством из дома, а Кора с папой развлекались вместе: смотрели фильмы и таскали тесто для печенья с кухни. — Питер, как твой дядя Питер? Он готовил печенье? — Стайлз определённо не в силах воспринять Питера Хейла иначе, чем как психопата, чего уж говорить о примерном семьянине, пекущем печенье. — Ну, — поясняет Дерек, — он, скорее, расхаживал по кухне и озвучивал свои гениальные советы, которые он искренне считал полезными. Зато нам всегда было весело. — Приму к сведению, — хихикает Стайлз, кивая. — Начнём, пожалуй? Небольшой шарик с блёстками, взорвавшийся прямо над головой Стайлза, ненавязчиво ему намекнул, что ответ «да». Дерек не мог прекратить над ним смеяться ещё целых десять минут.

***

Разумеется, всякий раз, когда Стайлз пытается не разгромить кухню, всё вокруг него превращается в хаотичное месиво. Из-за своей невнимательности ему пришлось измерять количество муки аж три раза, а потом Дерек заставил просеять её в два раза больше, чем нужно. Но им всё равно весело, они подшучивают друг над другом, на удивление слаженно двигаясь по кухне. И вдруг тихо-мирно перемешивающий тесто Стайлз подпрыгивает и приклеивает Дереку на нос кусочек теста. Дерек только дезориентировано пялится на него в ответ, совершенно сбитый с толку. — Ты не… — О, я ещё как да, — заверяет его Стайлз, потихоньку пятясь назад, в любую секунду готовый драпануть от волка на безопасную дистанцию. Дерек спокойно запускает руку в миску, загребает оттуда кусок теста и с хищной ухмылкой поворачивается к Стайлзу. Он резко бросается на парня, гоняясь за ним по всей кухне, пока тот не издает протестующий писк, когда наконец оказывается прижатым к кухонной стойке. Дерек удерживает запястья Стайлза одной рукой и методично размазывает тесто прямо по его губам. Стайлз гулко сглатывает, потому что Дерек очень, очень близко, его бедра прижимаются к бедрам Стайлза, и ощущается это чертовски остро. Он медленно начинает слизывать липкое сладковатое тесто со своих губ, и глаза Дерека жадно за ним наблюдают. Возникает ощущение, будто воздух между ними заряжен, накален, с острым, вот-вот сломающимся напряжением, и Стайлз на восемьдесят два процента уверен, что Дерек его поцелует. Он переступает с ноги на ногу, пытаясь поудобнее опереться всё ещё зафиксированными запястьями на Дерека, тянется чуть выше и… его гребаный телефон начинает орать «На-на-на-на-на-на-на, Бэтмен!», и Стайлз не помнит ни одного случая за всю свою жизнь, когда он хотел придушить кого-то так же сильно. — Блять, — ругается Стайлз сквозь зубы, пытаясь пробраться к источнику звука. Коленки всё ещё дрожат, и он пару раз спотыкается рядом с диваном, пока не решает просто упасть на него и прямо оттуда дотянуться до телефона. — Хэээй, Скотти, как делишки? — он слышит смех и неразборчивое бормотание на заднем фоне, и представляет себе, как вся стая толпится вокруг стола у Дерека в гостиной. И да, он всё ещё проклинает их умение выбрать самое неподходящее время, но голоса ребят всё равно заставляют его скучать по друзьям. — Йо, Стайлз. Ты всё ещё в Колорадо? Феи вас не обижают? Вы с Дереком ещё не поубивали друг друга? — О-о, я знал, что вы обо мне беспокоитесь, — тянет Стайлз. — Вообще, всё не так плохо. Мы как раз собирались загружать партию печенья в духовку, а Дерек говорил что-то о том, чтобы сделать фирменный пряный сидр Хейлов. Так что, думаю, тут терпимо. На другом конце воцарилась ошеломлённая тишина. Через несколько мгновений Стайлз смог расслышать шёпот Айзека. Он не смог ничего разобрать, но Дерек, завалившийся на диван рядом со Стайлзом, немного скалится, так что, судя по этому, Айзек снова ведёт себя, как задница. Скотт шикает на него и, наконец, спрашивает: — Печенье? Сидр? Я начинаю всерьез волноваться. — Этого от нас хотели феи. Всё в порядке, мы просто выполним все задания и свалим отсюда, — вступает в разговор Дерек и добавляет, — заткнись, Айзек, — секунду спустя, отвечая на что-то, что недостижимо слуху Стайлза. Слова Дерека вгрызаются под кожу острой болью. После того, как Стайлз ему доверился, тяжело слышать, что Дерек всё это время терпел его общество только потому, что его к этому принудили. Потому что феи не оставили ему выбора. Очевидно, что сам Дерек хочет выбраться отсюда так быстро, как это только возможно, в то время как Стайлз… не хочет. И сейчас у него в уме только один вопрос: всё, что только что произошло, нарисовало его возбужденное воображение, так? — Стайлз? Советы, пожелания? — голос Скотта вырывает парня из пучины всяческих безрадостных размышлений, и он быстренько натягивает маску радушия. — Нет, ничего. Мы позвоним вам завтра, если до тех пор не окажемся дома. Как бы ни был Стайлз хорош в притворстве, он чувствует, что физически не может вернуться к тому своему состоянию, что было до звонка. Дерек продолжает кидать на него обеспокоенные взгляды, но Стайлз успешно отвлекает себя приготовлением печенья и уборкой на кухне. Между ними молчание, атмосфера тяжелая и напряженная, и когда вся работа закончена, Стайлз дождаться не может уйти спать пораньше. — Слушай, чувак, у меня был тяжелый день. Не против, если сегодня я займу спальню? Не хочу отвлекать тебя от чтения, а спать хочется до безумия. — Я… я сделал что-то не так? — голос Дерека звучит неуверенно, и Стайлз тут же начинает ненавидеть себя за то, что заставил его чувствовать себя виноватым. — Я знаю, я почти… ты выглядел… — Дерек нервно сжимает и разжимает кулак: злится на себя за то, что не может заставить себя сказать хоть что-то. — Я хочу сказать, что мне очень жаль, если из-за меня ты чувствовал себя некомфортно, когда мы готовили. Внутри Стайлза всё орёт благим матом. Парень медленно делает несколько шагов, пока снова не оказывается лицом к лицу с Дереком. — Нет, чувак, нет. Ты не виноват. Вообще-то, ты был офигителен всё это время. Это просто… типичный я, наверное. — Он беспомощно машет на себя рукой. — Хорошо. — Дерек кивает, делает глубокий вдох и преодолевает небольшую дистанцию между ними, нежно дотрагиваясь до руки Стайлза. — Значит, ты не был против того, что я тебя почти поцеловал? Потому что я думал, что это вот-вот случится. Я этого хотел. Рот Стайлза забавно приоткрывается, пока его хозяин совершенно ослеплён откровенностью Дерека. Когда Стайлз осознает, что это не шутка его воображения, а самая настоящая реальность, он расцветает широкой счастливой улыбкой. — Я, нет. Я бы не стал возражать против этого. Вообще. — Хорошо, — шепчет Дерек и подается вперёд, чтобы поцеловать улыбающиеся губы Стайлза. Уже гораздо позже, когда они, тесно прижимаясь друг к другу под одним пледом, сидят напротив уютно потрескающего камина, Дерек спрашивает, о чём пожелал Стайлз, стоя напротив волшебной двери. Стилински смущенно ёжится, потому что теперь это кажется таким глупым, но всё-таки отвечает: — Я хотел провести больше времени с тобой. Только мы вдвоём, понимаешь? Но я думал о каком-нибудь совместном проекте или типа того. А ты? Дерек едва заметно краснеет, и Стайлз уверен, что ему никогда не надоест на это смотреть. — Я пожелал пережить некоторые счастливые моменты моей жизни с любимым человеком, — мурчит Дерек на ухо Стайлзу, и тот просто обязан поцеловать его за это. — Ну, думаю, мы оба получили, чего хотели. А эти феи и правда классные. [И они оба вполне смогли бы выжить и без облака блесток, перенесшего их в самый центр Бейкон Хиллз следующим утром.]