Демонический Трип

Пять лет назад. Тэхен не знает, сколько он уже бежит и куда. Ноги сами его несут в непонятном направлении, и он уже задыхается от постоянного бега и от боли в груди. И если бы это была только физическая боль. Сердце разрывается на части, а глаза сами наполняются слезами. Он уже давно пересек границу города и бежал по лесу, а тем временем вокруг сгущались сумерки. Его тянуло в ту сторону, но что находится там он даже не представлял. Его просто ужасно тянуло. С того самого момента как его разбили. Он бежит, облокачиваясь на деревья и пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Ему всего восемнадцать, а он почти умирает от этой невыносимой боли. По сердцу будто идут трещины. Ему так всего лишь кажется, но каждый стук сердца заставлял поверить в это. Ему так плохо, но надо бежать как можно скорее, чтоб прекратить все это. Пожалуйста, лишь бы это прекратилось. Чем ближе он был к месту, тем сильнее вокруг сгущалась темнота. Тэхену даже кажется, что иногда он видит сияние молний, либо это просто вспышки перед глазами от бесконечного забега. Да и ему насрать, если честно. Все, что имеет значение для него сейчас - это адская боль в сердце. Наконец лес расступается, и под раскаты грома Тэхен падает на колени перед небольшой заброшенной деревянной церковью. Но выглядит она не как пристанище Бога, а совсем наоборот. И Тэхен все понимает. Он медленно поднимается и так же медленно ступает в сторону открытых дверей храма. Каждый шаг дается с трудом, и парень держится за сердце, ибо каждый удар отзывается болью. Слезы уже высохли или застряли в горле. Потому что сейчас не до этого. Сейчас решится его судьба. И по ту сторону дверей его явно ждут. Тэхен оказывается в помещении, полном лавочек для исповеди. Только исповедоваться тут не перед кем, тут некому слушать. Лишь огромная статуя мужчины, преклоняющего колено и опустившего голову заполняет собой большее пространство. И парня тянет именно к этой статуе. Он подходит ближе и видит трещины на лице статуи и трещины в месте, где должно быть сердце. Тэхен пугается и опять падает на колени и плачет. Ему так больно и жалко самого себя, что больше нет сил этому сопротивляться. - Твои слезы тут не помогут, - Тэхен знает этот голос. И знает, что не имеет права его игнорировать. - Что со мной? - сквозь слезы спрашивает парень не оборачиваясь на владельца голоса. Он пытается говорить уверенно, но ему так больно, что сейчас не до гордости. - Разве ты не знаешь? У нас был договор, и ты его, мягко говоря, просрал, мальчик. - ни капли сожаления. Один яд, сочащийся на больное сердце Тэхена. - Тот парень... - ...предал меня, - перебивает Тэ и сердце обжигает новая волна боли, а лицо обжигают новые горькие слезы. - Он предал меня... Последние три слова он говорит так тихо, забивая в крышку своего гроба еще один гвоздь. Тэхен склоняется ниже и сдается боли. У него больше нет сил. Гулкие шаги слышатся позади и на плечо парня ложится рука, а знакомый голос уже звучит возле самого уха. - А о чем мы с тобой договаривались? - дыхание обжигает кожу Тэхена. В голове всплывают события месячной давности, когда отчаявшийся, по уши влюбленный восемнадцатилетний парень заключает сделку с самим Дьяволом. - Что он будет со мной... Что искренне полюбит меня... - сквозь всхлипы отвечает Тэ, и потом его голос срывается на крик, - ты обещал, что он будет со мной! - О нет, мой глупый мальчик. Даже я не могу заставить человека любить, - слова Дьявола звучат как приговор. А Тэхен мысленно соглашается с тем, что он глупый. Непроходимо, неизлечимо глупый. - Я лишь заставил его обратить на тебя внимание. Дальше ты должен был действовать сам. Но бедный, бедный мой маленький мальчик. Ты не думал, что за этой миловидной внешностью скрывается такая гнилая душонка. Он растоптал твои светлые чувства, и ты только посмотри в каком состоянии твоя душа. Ласковые слова идут вразрез с дальнейшими действиями Дьявола. Он грубо сжимает волосы на затылке Тэхена и заставляет его поднять глаза на статую. - Посмотри, как стигматы расползаются по твоей светлой и нетронутой душе. Впечатляет, да? - Пальцы крепко держат голову Тэ, заставляя того смотреть на свои страдания. Глупому мальчишке больно и внутри, и снаружи. Он просто хочет избавиться от этого. Пожалуйста, избавьте от страданий. Он так больше не может. - Прошу, прекрати это. Это невыносимо, - из груди вырывается полная отчаяния мольба. Он не видит иного выхода как унизиться и просить о пощаде. Он не сильный. Он всего лишь глупый влюбленный парень, которого в его восемнадцать уже разбили. - Прошу... Дьявол смотрит на него с интересом и глаза его горят от возбуждения. Еще одна душа добровольно летит к нему в руки. - Если хочешь избавиться от боли, от этой любви, которая уничтожает тебя внутри и снаружи, ты должен отдать мне свою душу в служение. Ты станешь демоном и будешь выполнять мои приказы. Твоя любовь и твоя глупость тебя погубили. Но ты можешь все исправить забирая любовь других людей. - А если я не хочу этого делать? - в потрескавшейся душе все еще теплится надежда на хороший финал. Тэхену всего восемнадцать, и он еще хочет верить в сказки. - Тогда твоя душа будет продолжать разрушаться. Ты будешь страдать от каждой трещины, появляющейся на статуе, и, в конце концов, тебя разорвет от боли и страданий. Твоя душа умрет, а сам ты станешь абсолютно бесполезным сосудом. И, если честно, это намного хуже, чем смерть. Жалкий финал. Тэхен вопит от боли. Новая стигмата появляется на теле статуи, и парень чувствует это еще сильнее чем прежде. Нет, сейчас он совершенно точно может сказать, что он слабый, он не сможет, он не выдержит. - Что я должен сделать? - когда вспышка боли утихает, Тэхен ждет указаний от Дьявола. Тот лишь швыряет перед ним на пол какой-то пергамент. - Ты всего - лишь должен подписать контракт. Кровью. Парня опять пронзает боль, и ему дважды повторять не надо. Он прокусывает себе палец и мажет кровью по бумаге, от пелены слез почти ничего не видя перед собой. - Хороший мальчик, - скалится Дьявол и исчезает. В тот же момент Тэхена скручивает от еще одной порции боли. Только теперь она пронзает не сердце, а все тело. Парню кажется, что его выворачивают наизнанку, он бьется в агонии. Статуя безмолвно следит за извивающемся Тэхеном на полу, а ее стигматы зарастают, оставляя за собой гладкую поверхность. Душу, не тронутую несчастной любовью. Тэ еще пару раз вздрагивает и чувствует свободу. От боли, от любви, от чувств. Больше ничего... Одна пустота. Наше время. Тэхен просыпается посреди ночи и тупо смотрит в точку перед собой. Неприятные воспоминания приходят во сне, и от них не избавиться. Он сто раз корил себя за глупость, за ту тупую идею, что любовь человека ему могут преподнести на блюде. Пользуйся на здоровье. Вот только ни одна магия в мире так не работает. Проще заставить полюбить себя за деньги, за красивые глаза, за уверенность, за бархатный голос. Ни Бог, ни Дьявол не могут управлять этим чувством. Он был таким глупым, таким самонадеянным, таким уверенным, что ему все сойдет с рук. Спустя пять лет Тэхен давно привык к отсутствию чувства любви. Давно привык к отсутствию чувства сожаления. Попав под крыло Дьявола и не таким станешь, и Тэхен прекрасно понимал, что виноват во всем сам. Жертва собственной глупости. Но сейчас это не имело значения, ведь теперь он обычный демон, хоть его душа и жива и все еще находится там, в заброшенном храме. Но ее больше не покрывают стигматы. Она чиста и безупречна. Нет любви - нет проблем. Простая истина и усвоенный урок для глупого мальчишки, превратившегося в прекрасного юношу, знающего свою роль в этой пьесе, поставленной рукой Дьявола. Другую роль играл парень по имени Ким Сокджин, который сейчас тоже не спал, чувствуя бессонницу. До начала рабочего дня еще была пара часов, но сон не шел, а Джин решил прийти на работу пораньше. С момента знакомства прошло несколько дней, за которые Тэхен и Джин смогли немного сблизиться как коллеги. Старший не проявлял эмоций больше, чем надо. Хваля, поддерживая и ободряя, рука Джина не задерживалась на плече или волосах Тэхена дольше, чем положено. Доброта хёна играла на руку демону, тот не мог ему отказать в помощи, но не видел в "случайно" брошенных взглядах, мимолетных прикосновениях, подаренных улыбках ничего лишнего. Отношения стояли на фазе "очень добрый руководитель" и "невероятно способный и прилипчивый подчиненный". И младшего это немного раздражало, ведь, либо Джин совсем тупой, либо действительно очень наивный идиот. Либо он слишком умный и игнорирует его целенаправленно. От этой мысли злость проникала в сознание демона. Но эта злость была недолгосрочной, ведь те эмоции, которые дарил ему старший, перекрывали все недоразумения между ними. Или, скорее всего, это все из-за того, что Тэ очень давно не был на земле и, поэтому, все ощущения давались, как новые. Джин был теплый и красивый. Тэхен часто подолгу любовался им, когда тот готовил свои замысловатые соусы, когда нарезал овощи, а когда Джин нагибался над блюдом и с сосредоточенным взглядом пытался его украсить, иногда даже дыхание спирало. Часто бывало желание носить с собой камеру и запечатлевать каждое движение хёна. Ведь, наверняка, Сокджин сам не замечал, когда он пытался сделать что-то сосредоточенно, то облизывал свои пухлые аппетитные губы, становясь в такие моменты еще сексуальнее и желаннее. Тэхен, также, заметил особо близкое общение между ним и Хосоком. И даже немного бесился, когда Джин уделял ему внимания больше, чем Тэ. Хотя поводов для злости и не было, ведь между владельцем и парнем из горячего цеха была только одна крепкая дружба. Тэхен не понимает Хосока, ведь дружить с Джином невозможно. Одна лишь мысль о том, чтоб увидеть другие эмоции на лице хена, кроме как его доброты и искренней улыбки, смешанной со смехом, иногда вызываемой дурацкими шутками самого же Джина, разрушала категорию "дружить" и заменяла ее словом "хотеть" и "обладать". Они столкнулись прямо около заднего входа в ресторанчик. Джин был одет в свое незастегнутое длинное пальто, из которого выглядывал теплый серый свитер. Замерзший Тэхен, который из-за раздумий о своем сне, опять забыл одеться потеплее, так как мысли душили его, и он хотел поскорее оказаться на свежем воздухе, поймал себя на том, что хочет окунуть руки под одежду Джина, чтоб забрать часть его тепла себе. Но это выглядело бы странно, ведь они не так близки. Впрочем, это можно было сделать силой, но так сердце Сокджина не завоевать. - Привет, - первым здоровается Джин, придерживая дверь перед Тэхеном, чтоб тот вошел внутрь. - Ты сегодня рано. - Привет, хён. - от старшего пахнет хорошим одеколоном и кондиционером для белья. Такой чистый и светлый образ нравится Тэхену, и он проходит на кухню, задерживаясь, чтоб подождать Джина. - Мне не спалось сегодня. - А я думал ты просто решил пораньше прийти, чтоб начать делать заготовки, - усмехается Сокджин, и Тэхен незаметно улыбается - старший всегда думает о работе. Но потом вспоминает свой сон и ту статую, что дожидается его в заброшенной церквушке, и улыбка пропадает с его лица. Определенно, эти воспоминания мешают ему. Они давят и дают лишнюю эмоциональную нагрузку. Они проходят в раздевалку и Тэ замечает про себя, что еще ни разу не приходил раньше хёна, поэтому всегда заставал того уже при параде, работающим и, чаще, прячущимся от аджумы - уборщицы. Теперь все по - другому, и вот они стоят одни в небольшой комнате и Джин стаскивает с себя свой полностью закрытый свитер, обнажая спину, на которую бессовестно любуется Тэхен, очерчивая взглядом выпирающие лопатки и линию талии, когда хён немного нагинается, чтоб уже натренированным взмахом руки расстегнуть ширинку и пуговицу на джинсах, а потом и снимая с себя нижний предмет одежды, оставаясь в одних боксерах. Джин аккуратно кладет вещи в шкафчик, а Тэхен находит себя, стоящим минуты две с расстегнутым ремнем в руке и почти не дышащим. Он выдыхает и отворачивается за мгновение, как хён поворачивается к нему и, натягивая рабочие брюки, говорит. - Тэхен, - младший вздрагивает, не поворачивая голову, ведь в глазах все еще мелькает оченьдаженичеготакая задница Джина, - Мы все-время работали и у меня не было времени об этом нормально сказать, но ты один из лучших помощников, что у меня были, я очень доволен твоей работой. Тэхену, почему-то, приятно. Его старания не проходят зря, и Джин потихоньку проникается к нему. Вот, даже хвалит его. Демон пытается видеть в этом жесте больше, чем надо, но не может, ведь его хён просто добрый человек, который хочет сделать приятно другому. И от этого становится грустно, совсем немного. И, может, это влияет осень, или же этот дурацкий сон - воспоминание, который не удавалось вытеснить из памяти. Но старший сейчас действительно похвалил его, и Тэхен не хочет оставаться в долгу (хоть демоны и не чтят понятие - долг), он тоже хочет сказать что - то такое же приятное. Он резко поворачивается, забывая, что у него все еще открыт шкафчик и впечатывается носом прям в его дверцу, ловя звезды перед глазами. Джин одним шагом преодолевает расстояние до него и подхватывает его прежде, чем Тэ оседает на пол. Сокджин быстро выскакивает из раздевалки, хватая из морозилки пакетик со льдом, возвращается к младшему и аккуратно прикладывает его к носу. Тэхен уже минуту как справился с космосом в его глазах, но при этом ему открылся другой, в глазах Джина. В них читаются забота и желание помочь, а эти самые великолепные губы в мире расплываются в улыбке, шепча успокоительные слова. Тэхену опять приятно. Эти теплые руки и взгляд, полный участия, и этот потрясный запах свежести, исходящий от старшего. Дьявол, какой же он прекрасный. Джин чувствуется таким родным сейчас, стоя всего в нескольких сантиметрах от него в одних брюках. Тэхен ругает себя внутренне за такую сентиментальность, ведь он на самом деле не такой чувствительный, но растворяться в ласке старшего сейчас так приятно. Он не понимает, что в это утро с ним не так. Тэ кладет свою руку поверх руки Джина, и, смотря ему в глаза, собирается произнести самые трогательные слова благодарности, на которые только способен. Он набирает в грудь воздуха, но вместо слов, которые должны сорваться с его губ, слышит трель входящего звонка Сокджинового телефона. Джин извиняется и оставляя Тэхена наедине с открытым ртом и тающим пакетиком со льдом, уходит в другую комнату. Демон ловит носом шлейф духов Джина и дает себе воображаемую пощечину. С ним что - то происходит в этом мире людей. То, чего раньше удавалось избегать. Его мысли наглым образом прерывает громкий, торопливый хлопок двери, и в раздевалку залетает Хосок, который находится в таком невероятно возбужденном состоянии, что, кажется, сейчас самовоспламенится. - Где Джин - хён? - не удосужившись поприветствовать младшего, громко спросил парень из горячего цеха. Тэхен молча указал на дверь, в которую вышел Сокджин мгновением ранее. Однако, Джин недолго говорил по телефону и уже мрачно стоял на пороге, глядя на Хосока. - Джин! - Джин - хён, - поправляет старший. - Да неважно, - парирует Хосок, получая недовольный взгляд, однако, полностью игнорируя его. - У меня не самые приятные новости. Джин не спрашивает, а лишь ждет разъяснения ситуации. И Чон не заставляет себя долго ждать. - К нам на неделе заглянет один популярный критик. И популярен он тем, что он та еще заноза в жопе. - Оглашает Хосок и протягивает телефон с открытой статьей Джину. Тот пробегает взглядом по первым строкам и мрачнеет несколько сильнее, чем ранее. - Знаешь, - начинает Сокджин, - Мне сейчас звонила моя бабушка, - он делает паузу. - Она тоже собирается приехать на неделе. И, глядя на эти две новости, я даже не смогу с уверенностью сказать, какая из них хуже. Джин обреченно смотрит в телефон Хосока, а Хосок и Тэхен смотрят на Джина. Все трое молчат. *** Тем временем один бледный черноволосый парень выходит из такси и осматривается вокруг, запоминая район, в котором придется жить несколько следующих дней. Он сжимает в руке дипломат, внутри которого некоторые важные документы и небольшая папка с названием ресторана. И, что это за ресторан, нам очень хорошо известно.