Встать в строй... пионер

      Вот и наступил первый день смены. Ребята, недавно приехавшие на автобусе, в данный момент стояли на площади, ожидая слов старшей вожатой. Солнце жарило нещадно, и еще не переодевшиеся в лагерную форму ребята конкретно вспотели.       Ольга Дмитриевна явилась через пару минут после того, как младшие по званию вожатые построили ребят в несколько неровных шеренг. Некоторые пионеры знали ее, так как были в «Совёнке» в прошлом году. Новички же через перешептывания между собой только сейчас узнали ее имя. За год вожатая совсем не изменилась. Все те же красивые зеленые глаза, та же прическа, та же белая панама, из-под которой ниспадали каштановые волосы, и громкий голос:       — Стройся! — После такого командного голоса ребята встали в одну ровную шеренгу, внимательно смотря на вожатую.       — Вы все говно!!! — проревела Ольга Дмитриевна знакомое приветствие, угрюмо смотря на стоящую перед ней шеренгу.       В ответ послышались едва различимые причитания уже знакомых с ситуацией и возмущенные перешептывания среди новичков. Вожатая обвела взглядом детей, уперла руки в бока и четко произнесла:       — Говно должно говорить громче!       — Мы говно! — Громко прокричал Шурик, смотря на свою вожатую и, по совместительству, кумира. Очки его отражали свет прямо в глаза Слави, щурящейся возле вожатой. А где ж ей еще быть? Она же главная помощница. Вот и стоит, ожидая указаний непосредственно от начальства.       — Здесь вам не курорт, калаш мне в зад. — Немного хрипящим голосом сказала Ольга. Прочистив горло, она прокричала. — Это лагерь! Сахар мне в жопу!       Чуть ли не плавящиеся от жары ребята внимали каждому слову, не смея отводить взгляда от вожатой. Электроник, получавший несколько раз подряд наряд по перетаскиванию этого сахара, поморщился. У Лены ужасно чесался нос, но она не смела даже пошевелить рукой, чтобы избавить себя от этого неприятного ощущения. Даже Ульяна стояла по стойке смирно.       Чем-то недовольная вожатая, закинув руки за спину, подошла прямо к Шурику и чуть ли не в ухо проорала ему:       — Ты меня понял?!       — Так точно! В жопу! — прокричал парень. Ненавидящая грубых слов, произносимых из уст пионеров, Ольга смачно харкнула в лицо Шурика. Слюна попала на лоб и частично заляпала правую линзу. Шокированный парень только и мог смотреть вперед, не двигаясь. Вожатая тем временем вернулась на свое место и продолжила толкать речь:       — Пионерлагерь, даже из таких дегенератов как вы, делает настоящих пионеров, партбилет мне в анус.       Алиса шмыгнула носом, после упоминания о дегенератах. Раньше ее можно было назвать настоящей раздолбайкой. Теперь же девушка отличалась четкому следованию правилам лагеря, истинным патриотизмом и верой в свою страну.       — Вы что думаете, с вами здесь будут нянчиться, истребитель мне в палатку? Я лично. Буду! Выбивать вам дурь из башки, ледокол мне на пристань! Вы здесь, чтобы стать настоящими пионерами, а не валять… этого… как его… Семёна!       Женя с Мику быстро повернули головы в правую сторону, но главной проблемы лагеря не обнаружили.       — Опять опаздывает. — одними губами прорычала библиотекарша. — И нам за него получать.       Стоявшая слева от нее Мику обреченно вздохнула.       Ольга в это время успела подойти к Шурику во второй раз и повторно спросила его:       — Ты меня понял?       Но, видимо, ответ парня опять ей не понравился, и он был одарён вторым плевком в лицо.       — Все понятно, девочки? — довольным голосом поинтересовалась Ольга Дмитриевна. — Устав лагеря мне куда? — сделав ударение на последнем слове, Ольга требовательно посмотрела на стоящего буквально в метре от нее Шуры.       — Вам в попу! — более вежливо ответил парень, вспомнив о своей предыдущей ошибке.       — Ты на ушко мне скажи, куда мне этот устав?! — Противным, скрипящим голосом спросила вожатая, приблизив правое ухо к лицу пионера.       — В попу? — скорее вопросительно, чем утвердительно спросил парень.       — Два наряда, вне очереди! — горласто провозгласила вожатая.       — За что?! — попытался воспротивиться Шурик. И был тут же наказан. Отшатнувшаяся от него, словно от кучи дерьма, Ольга дважды плюнула в его лицо.       — К мамочке небось хотите? Домой? Сисю хотите?! — Визгливо поинтересовалась главная вожатая, и продолжила тем же голосом. — А кто за мамочкину путевку отрабатывать будет?       Ребята потупили взор.       — Я? — продолжила Ольга, непрерывно расхаживая перед строем пионеров. — Дядя Петя? Тетя Мотя?       К этому моменту она вновь прошла возле Шурика, и просто так плюнула ему в лицо. Стоящей рядом Алисе не повезло — ветер унес часть плевка ей на волосы. Но она либо не заметила, либо не подала виду.       — Что вы себе позволяете? — Наконец потерявший самообладание парень затроил. Ольга еще дважды одарила его плевком. Парень трясущимися руками снял заплеваные очки, с такого же заплеванного лица, и попытался их протереть уголком рубашки. Но вожатая уже этого не видела, переключившись на других пионеров.       — Так кто вы?       — Мы говно! — ответили ребята.       — Еще раз, кто вы?       — МЫ ГОВНО! — проревел слаженный хор из пионерских голосов перед старшей вожатой.       Тут к самому концу строя, непонятно откуда, подошел шатающийся пионер, оказавшийся Семёном.       — Разшите ссать сстрой. — заплетающимся языком пробормотал парень, пытаясь при этом приложить руку к голове. Стоявшая ближе всех к нему Ульяна, как самая низкая, учуяла запах перегара.       — НАРЯД В ПОДЗЕМКУ! — Проорала покрасневшая от злости Ольга, смотря на безмятежного юношу. Остальные пионеры ужаснулись. Наряд в подземку — это страшно. Сколько раз там терялся Шурик уже не пересчитать. Да и подземелья словно давили на разум.       — Так точно! — наконец внятно произнес парень, ничуть не испугавшийся этой участи.       — Кругом! — скомандовала вожатая, глядящая в бесстыжее лицо пионера. — Приступить к наряду!       Попытавшись выполнить команду команду, Сёмен упал на жесткое покрытие асфальтовой площади. Но так же быстро вскочил и бегом направился в место отбывания наказания ближайшим путем — через люк под статуей Генды. Ольга, проводившая парня недобрым взглядом, вздохнула в бессильной ярости — еще никогда ей не попадались такие «шланги». Сколь бы она не наказывала его, каких бы видов этих наказаний не придумывала — он не ломался. Даже подземка не могла исправить раздолбая.       Но Ольге было не суждено узнать, что отбывавший там в первый раз наказание Семён познакомился с Юлей, странной девушкой, почему-то имевшей хвост и кошачьи уши. Она исправно носила парню ягоды и грибы. А запас спирта, воды и консервов обнаружился в насквозь проржавевших железных шкафчиках, ключ от которых был утерян Шуриком.       Через несколько часов, протрезвевший, и довольный как кот, нализавшийся сметаны, Семён вернулся в лагерь. На площади он встретил только Славю, занимающуюся подметанием. С укором посмотрев на парня, девушка отправила парня в сторону стадиона — его отряд в данный момент занимался там.       Сёмка пришел как раз в тот момент, когда пионеры выполняли отжимания в упоре лежа. Отчитался о выполнении задания, то есть об окончании полного обхода подземелья и отсутствии в нём неучтенных лиц.       Про Юлю, естественно, парень ничего не сказал.       — Сто отжиманий. Живо. — Властным голосом скомандывала вожатая.       Семен повиновался, и принял упор лежа.       — Раз. Два. Три… — начала отсчет Ольга.       — Этот придурок сотню сорок раз жмет. Что ему эти сто отжиманий? — С трудом произнесла Мику близлежащим девушкам, уже закончившим упражнение, хотя сама она только начала восьмой десяток.       — Его хоть что-нибудь берёт? — Прохрипела Женя.       — Только спирт. — ответила подруге Алиса. — Только столичная.