Верни меня к жизни

***

Резкий вдох, резкий выдох. Легкие не хотели работать привычно. Сердце не могло разжаться. Вдох, выдох. Разгар выступления. Вдох-выдох… Нет, только не это. Что-то пошло не так. Приехали. В такие моменты отчаянно думаешь, что не хочешь продолжения. Только продолжения жизни, ведь столько всего нерешенного! Хотя, так можно говорить всегда о многом, и о мелочах. Дорогое сердце, прости меня за все эти волнения и причиненную тебе боль, нужно отпускать и признать любовь. Дорогое сердце, прошу, как положено, обычно и всегда циркулируй кровь… Всё наладится, будет хорошо, ведь главное ещё – не решено, не озвучено. Неизвестно.

***

Очередное видео в интернете, испуг фанатов и бурное обсуждение попалось на глаза Сергею практически сразу же после того концерта. Ещё до того, как открыть видео, брюнета начало неопределенно, еще будучи неосведомленным о причине, колотить. Нет, надеюсь, всё обошлось хорошо. Он вернется, отдохнёт. Дыши глубже, как я дышу тобой. Всегда, давно… Влюбленный, словно малолетний идиот. Вечно влюблен, но редко – любим так же, как и влюблён. Нет, он не спит в такое время, чувствуя волнение и перебои сердцебиения. Ещё тогда Лазарев чувствовал, что что-то пойдет не так, ему не хотелось Диму отпускать, хотя у обоих не было и нет прав друг на друга, требований и смысла таких отношений, которые вылились в буквальное «больше, чем дружба» – броманс со всеми смыслами, без всяких слов и действий. Все мы карьеристы, а повышенная чувствительность – не только из-за сбоев здоровья. Любое пересечение с тобой – моментально наступает один большой сбой. Я знаю, что такое паническая атака, но волнуюсь так, что словно мог тебя навсегда потерять в эту минуту. Первый звонок остается без ответа. У Сергея волнения ещё больше.

***

Билан лежит ровно, дышит спокойно. Пытается, отчасти. Никто тебя не подведет, кроме тебя самого. Глубокие чувства… Сколько можно их хранить в себе? Сколько лет так прошло? Эти гравитационные карие глаза – на них невозможно не смотреть. Как бы он сказал: ты артист, всегда должен держаться достойно. Не позволять слабостей и тонкостей, не показывать явно свою уязвимость. Но не когда такое происходит. Остаётся только держаться за сердце, и рвано дышать. Твоё тело даже тебя подвело. Причину можно и не искать, очевидней некуда. Главное не показывать остальным то, что пытаешься никогда не показывать себе. Сквозь дремоту, успокоительное, Билан слышит, что телефон вибрирует. Он не успевает опомниться и ответить. Через некоторое время телефон звонит снова, певец чувствует, что уже приобретенное нейтральное состояние пошатывается потому, что… Не может быть. – Привет, Дим. Я узнал, что с тобой случилось. Ты в норме? Как ты вообще? – в голосе Лазарева едва слышалось волнение, но он стойко сохранял прежнюю уверенность. – Привет... Я… Не ожидал, прости… – Чего именно? Что ты обязательно, не смотря на всё, дойдешь до конца? – Сергей решил разрядить свои нервные посылы у себя в голове. – И это тоже… – Дима устало расслабленно улыбнулся, но коллега почувствовал эту улыбку. – Тебе всего немного за тридцать, так нельзя, прошу, будь осторожен, отдыхай, пусть в малый промежуток времени. – Я стараюсь… Всё будет хорошо. Спасибо, что позвонил, правда. Спасибо, что в любое странное или сложное для меня время ты со мной, – Дима произнес с паузами эту фразу и прикрыл разочарованно глаза. Банально. Не мо-мужски. Сентиментально. Но так оно и есть. – Дим… Что происходит с тобой? – нерешительно спросив Сергей, внимательно ожидая ответа. – Прости, все слишком... замотался... – понимая, что не уйдет от ответа, Билан продолжил. – Ты считаешь, что мы друзья? – Думаю, что да. Ничего не изменилось, вся фигня типа вражды в прессе – полная чушь. – Ты вернул меня только что к жизни. Я не знаю, почему так… – голос Димы заметно начинал садиться и становится усталым. Всё внутри стало неспокойным. – Отдыхай, прошу, – Сергей тут же заметался. – Береги себя! – Спасибо тебе… Спокойной ночи! – Ага, не благодари. Люблю тебя!.. – по инерции всё сразу сказал Лазарев. – Что? – конечно же, он тут же отключился. Нет, нифига не отдохну. Не я, ни моё сердце. Но всё будет хорошо…Может быть. Если сердце не выпрыгнет из груди раньше, чем состоится ближайшая встреча.

***

В принципе, если присмотреться, то всем давно на всё плевать: будут осуждать и обсуждать вечно, но чтобы настолько, среди своих – нет, точно нет. Билан никогда не думал, что кто-то будет настолько заморачиваться кому и как он поёт свои песни, упоминает ли женщин он в них вообще, и это не должно никого интересовать. Никто не поймёт то, что же на самом деле происходит. Иногда кажется, что надо бы… иначе можно не выдержать. Нет, когда-то хватило достаточно открытой «Never let you go». Поэтому было только второе место: победить – значит полностью раскрыть себя, а не только себе. Нет, прежде всего: себе. Побеждает уже потом что-то отстраненное. Одна маленькая деталь – важная, но нет, допустим, этого никто не заметил. Пусть лучше будем мечтателями и дальше.

***

Снова в мыслях – притяжение по всем законам физики, когда он видит эти глаза, пусть с экрана телевизора. Пусть действительно он будет новой звёздочкой и обязательно победит! Да, он слышит его и дышит вместе с ним предвкушением конкурса, хотя был там не один раз и, это порядком ему надоело. Дима и рад, и скован. Так прошел месяц в работе, другой… И только внезапно обычное состояние нарушается покалыванием и резким ударом в сердце. Как так? «Береги своё здоровье», – говорил. Нет-нет-нет… Почти сутки в новостях, звонки от коллег, беспокойства. Вновь отсутствие состояния равновесия. В мыслях было не только то, что, несмотря на это, должен отдохнуть и победить! Там-то ещё нервы подпортят. Он вернулся и в менее загрузочном режиме будет готовиться к конкурсу – такая новость немного успокоила Билана. Недостаточно. Он нашел время, он едет к нему потому, что больше от телефонных разговоров толка не будет. Мне хорошо, когда ты счастлив, и невероятно больно, когда тебе плохо. Я падаю в себя и схожу с ума.

***

Сергей открывает дверь в измученном состоянии. Дима прислонился к косяку, окинул коллегу понимающим взглядом. – То, что происходит – всё возвращается? Лазарев лишь устало улыбается и приглашает пройти настроенного Билана на разговор. – Если ты не против, я прилягу… Мне ясно сказал врач восстановить себя, если я хочу справится со всем, что предстоит в следующем месяце и не только, – певец опустился на диван и пригласил сесть Диму в кресло напротив. Молчание – это не всегда то, от чего всё будет хорошо. Только если они знают, а они знают одно точно: как чувствовать друг друга. Абсолютно во всех ситуациях, пока, правда, больше в негативных, и негативно сказывающихся на здоровье. Переволновался, переутомился, пере…любил. Но последнему вряд ли придёт конец. Особенно, если ответно – он ещё не начался. Зачем так рисковать, чтобы всё упустить? Карьеристы, музыканты, творческие люди. Всё через себя. А себя – через кого? Сложно ли это будет в обществе? Нет, всем давно плевать. Ни он, не я – не все. Не каждый реальный образ в голове возвращает к жизни. А ещё реже – один другого, и этот другой – первого. Сергей выжидающе смотрит на Диму, словно осуждая, что тот теряется и не может подобрать слова. Гравитация никогда не бросала в неизвестность. Её смысл в общем здесь – приземлить, притянуть. Но сердце бьётся оглушительно по вискам, в груди, в запястьях, и ничто вокруг не различаемо. – Почему ты всегда смотришь в мои глаза, как в открытую дверь? – Билан не выдерживает, но спокойно произносит. – Это слова из песни, верно? – пытается вдумчиво и весело отозваться брюнет. – У тебя всегда хватает сил поязвить, в каком бы ты состоянии не был? – нервно, но всё ещё спокойно продолжает отвлеченно Билан. – Это напряжение, как электричество... Всё… Утомило. – Статическое? Да, оно проходит по мне каждый раз, когда ты не слушаешь меня и делаешь по-своему, в итоге переутомляешься, падаешь в обморок на сцене. – Сам недавно сказал, что всё возвращается. Надо было и мне через подобное пройти. Чтобы… – Я… – перебивая, Дима резко вдыхает и его слова сдерживают эмоции, – так волновался. –… снова почувствовать тебя. Билан замолкает, и окончательно теряет самообладание. Лазарев продолжает: – Прости меня, я знаю. И знаю, как тебе было не по себе, когда я, в принципе, не мог двигаться. Благо, что всё закончилось хорошо. Потому что я вспомнил тебя. – Что же значит наша взаимосвязь? – в конце решается спросить Билан. – Какой-то вообще Космос, – улыбается Сергей. – Космос, в котором затерялось ответное признание… с моей стороны, – смотря в глаза, сказал Дима. – Так давно. Прости меня… Я ведь так тебя люблю... – Это было непросто понять и мне... Не проси прощения, но мы когда-то об этом обязательно споём. Билан осторожно присел рядом с Лазаревым на диван и дотронулся до его руки. – Хорошо, только отдыхай, прошу тебя. Я бы хотел… Одна рука – на другом сердце и наоборот. – Ты достоин победы и гораздо большего, – приблизившись, серьезно сказал Дима со сбившимся дыханием. – Достаточно, что you are my only one. Значит, ты уже себя победил. И это главное. Не оставляю тебя и всегда дыши, со мной, везде. Вдох-выдох, вдох-выдох…