Хэй, малышка, ты хотя бы понимаешь, что за один мой призыв — ты платишь годом из своей жизни?

– Давай быстрее! Не успеваем! – моя команда самая сильная в базе. Мы никогда не уходили с задания в проигрыше. Победа для нас была равна красной тряпке для быка. Она была вбита в наши головы и маячила перед глазами. Я – Идеальный Солдат. Я – Боевая Машина. Меня создали для убийств. Меня создали для уничтожений. Меня создали для войны и борьбы. Война, что идёт уже три года, оставляет всё больше жертв. Я не знаю с чего она началась и чем закончится, но одно мне ясно – я умру на ней, в бою, как мои родители, как и родители всех воинов базы. Мы сироты. Нас отлавливают, вправляют мозги, давят на психику, лишают чувств. Мы не ощущаем упоение от убийств – нам всё равно. Но на ранних стадиях мы чувствуем жалость к себе и убитому, жалеем, но под «чутким» влиянием психолога, сразу же забываем о всём хорошем, что было в нашей жизни: о любви, о радости, о вере, о надежде. Мы убиваем всё, что движется, не чувствуя эмоций. И не важно, мужчина это, женщина или ребёнок. Все, у кого бьется сердце, потенциально опасны. – Мар! Не спи! Вертолёт ждать не будет! – В моей команде пять человек. Я (шестнадцать лет, самый сильный, умный, красивый и скромный, здрасте), Леди (двенадцать лет, всё время носит маску Hello Kitty, отличный стрелок), Грок (девятнадцать лет, гора мышц), Молюск (шестнадцать лет, химик от Бога, может сделать бомбу из чего угодно, бесит меня страшно), Гайка (четырнадцать лет, супер-механик). Мой отряд самый лучший, но без меня они никто. Если так подумать, то мы все никто. Остались лишь имена и телесная оболочка. Мы словно роботы в руках разработчика, который обожает свои изобретения, делая с ними всё, что только захочет. Я люблю убивать. Ловлю кайф от этого. Вы спросите, почему я что-то чувствую? Не знаю. Для самого остается загадкой. Просто нравится смотреть на кровь, мольбу в глазах, слышать последние слова. Чудно. Тут такие правила: • Чувствуешь? Не чувствуй, убьют или очень сильно накажут. • Ведешь себя хорошо, молодец, так и делай. Только всё равно могут убить или дать наказание. Я этого не понимаю. Вроде как, что ни делай, умрёшь. Тогда в чём же смысл? Ты можешь погибнуть на задании, получить пулю, наступить на бомбу. Всем похер. Ты в этом мире никому не нужен. Ты один. Когда я еще жил жизнью нормального подростка читал книги, вроде «Гарри Поттер», «Бегущий по лабиринту», «Голодные игры». Думал, попал бы в одну из них, сдох бы еще в прологе. А теперь, я сам стал героем похожей истории. И, как видите, еще живой. Этому нельзя не радоваться. Мне кажется, родители бы мной гордились, если бы не погибли. Нет, честно, сначала я чувствовал жалость к каждой убитой мною жертве, но со временем это чувство будто кто-то выключил. Клик — и нет его. Я этим доволен. Один из минусов этого дерьма – нельзя заниматься сексом. Во время сего акта вы испытываете: блаженство, интерес, страсть. Нам же эти чувства не доступны. Захотел – упал замертво. Год назад я был самым популярным парнем в школе. А чем не красавчик? Русые волосы, серые глаза, правильные черты лица. Девчёнки таяли. А еще я остроумный, спортивный и с чувством юмора. Ммм.... А скромность, зашкаливает! – Сэр, задание выполнено! Разрешите вернуться на базу. – Разрешаю, держать строй! – ну вот, опять отвлекли. Никогда не разговоривал со своей командой не по делу. Как думаете, почему? Правильно, убьют ведь! Скучно так жить. Веселят только новые убийства. Желание быть на острии ножа, влезть в новую заворушку, идти на гране дозволеного... Но я умело это скрываю. – Доложить о задании! – Цель уничтожена, противник на этой территории повержен, задание выполнено, – вот таким монотонным голосом робота, я докладываю после каждой миссии. Никакого веселья. Прибыв на базу, мы первым делом идём по своим комнатам переодеваться. Затем спускаемся на нижний этаж, в столовую. Еда там, прямо скажу – не очень. Мясо дают редко. В основном каша и овощи. Брокколи... ненавижу. И вот, еще одно чувство. Да-да, я такой. Чувствительный. Нас называют — Мыслителями. Обо мне не знают, я же молчун. А вот остальные лихо умеют скрывать свою сущность. – Не-ет! Вы что не видите?! Вы слепые?! Я что, один такой?! – ууу, этот парень приехал полтора месяца назад. Не повезло. Бах! Выстрел в темя. Прощай, мы будем помнить тебя. Никто даже не посмотрел, все продолжают есть, как будто ничего не было. Весело, не правда ли? Один раз я попытался развлечь народ, ну как развлечь, подскользнулся на луже воды и выругался. Охранник сразу заподозрил что-то неладное, и теперь он все время присматривает за мной. Я чувствую, будто у меня есть личный телохранитель. – Мар, тебя к себе главный вызывает, – и всё, весь диалог, убил бы. Может «случайно» выстрелить этому чуваку в голову на задании? Да, именно так я и сделаю. А вот и любимые коридоры. Серые, темные, сырые и с крысами. Людям со слабой психикой сюда лучше не приходить. Хотя... Сюда и с сильной никто не сунется. Это так, если заставят. Все равно, что попал в темные коридоры «Сияния». Стивену Кингу и не снились такие ужасы, и вряд ли приснятся, ведь он уже год, как мертв. – Генерал, вы хотели меня видеть? — его зовут Бэнедикт Брим, и он самый главный в нашем полку. Его боятся все без исключения, даже собственная дочь. Он дядька массивный, с вольным подбородком, маленькими глазами и длинным носом. – Да, Мар, садись. Завтра отправляю тебя на миссию. Одного. Постарайся не сдохнуть. – Есть, сэр! – не человек, а море доброты. И что я ему сделал? Родился? Может я убил его дочь и не заметил? Не помню, похер. Одного на задания меня еще не отправляли. Один плюс – если помру, то этого никто не увидит. На следующий день. Ух. Ух. Ух. Жарко тут ребята. Никогда бы не подумал, что буду скучать без своей команды. Одному не сладко приходится. Вон какой-то педик с гранатой на меня несётся. ЧЕРТ! Он её уже активировал. Ну, по крайней мере, хоть умер как хотел, на войне. Темнота. Вокруг мрак. Ни души. Разве что моя. – Я попал в ад? – интересно, к кому я обращаюсь? К самому себе? Да, дядь, у тебя явно крыша поехала. – Нет, – не поехала, раз ответили. – Тогда, где я? – Нигде. – Это как? – Ты продолжишь жить, сможешь, как и раньше, наслаждаться убийствами, но взамен ты станешь духом одного из десяти Ключей Тени. – А что перспектива не плохая, я согласен. А что надо делать? – Ты попадёшь в другое измерение и не сможешь выйти оттуда, пока тебя хоть единожды не призовет человек. – Стоп, я передумал! Верните меня назад! Но мне никто не ответил. Я начал падать в огромную яму. Слышал крики всех, кого убил: маленьких детей в парке развлечений, больных в местной лечебнице, рабочих из шахты, соседей и дальних родственников. Неужели на моем счету столько жертв, столько убийств? Мне казалось, что я лечу несколько часов. И вот, я бахнулся о твердый кафельный пол. – Ты кто, вообще?