Отец.
31 марта 2019 г., 00:06
Резко открываю глаза. Это был сон. Успокойся дура, так не будет. Не будет…
Поворачиваю голову на часы. 16.37. Через 23 минуты у них свадьба…
Идёте под венец, а я к успеху.
Может и не к успеху, но к появлению малышей точно. Смотрю на чуть округлившийся живот. — Эй, Егорка, Лерка, как вы там? Все хорошо, хорошо. И у папы тоже хорошо… — шепчу я, говоря животу. Смотрю на барную стойку.***
— Лавров, ну где ты был? Я тебя ждала, — нежно говорю я, стоя около барной стойки. Брюнет снимает обувь и подходит ко мне, взяв за талию сажает на эту самую стойку. — Просто знай. Дороже тебя у меня ничего не было. И, наверное, не будет. Но… судьба — злодейка. Минус и плюс всегда притягиваются. Но, мы с тобою плюсы. — Твой минус Вика? — Прости, да. Может, вот она — любовь до гроба…? А ты… наверное, как говорил Костя, временный аэродром. Хотя, я так не считаю! Ты тоже любовь. Но, короткая и страсная. Прости, я пойду соберу вещи.***
Он бросил меня на этой самой барной стойке! И буквально назвал меня игрушкой! Что, что я сделала ему такого, что он так поступает со мной?***
Иду вдоль гостей. Настя, Костя, Федя, Сеня, Луи и многие другие. Тут весь ресторан, но не Катя. Заиграла свадебная музыка. Из-за гостей выходит Вика. Она очень красивая. Пока она идет под руку со своим отцом, я завязываю разговор с шефом, стоящим рядом. — Виктор Петрович, а Катя не придет? — Огузок, тебе голову отшибло? — Почему? — Да потому, что она тебя, дебила, любит, а ты… К тому же она… Баринов не успел договорить, Виктория уже подошла к жениху. — Готовы ли, Вы Виктория, взять в мужья, Лаврова Максима? — Да. — А Вы, Максим, готовы взять в жены Викторию… — Готов. — Объявляю Вас мужем и женой! Жених может поцеловать невесту! Радостный гул гостей, родителей, друзей… и один Виктор Петрович стоит погрустневший. — Что же ты наделал, огузок, что же ты наделал… Спустя 9 месяцев. Моим малышам уже почти два с половиной месяца. Из ресторана я не уволилась, ушла в декрет, но об этом не знают. Кстати, так вышло, что мой молодой человек — Дима. Да, тот самый врач. Честно, признаюсь, я его люблю, но не так, как любила Лаврова… — Димуууль, мы с Лерусей и Егорчиком прогуляться пойдем, закончишь — приходи. Хорошо? — Да, хорошо, коть.***
Двойная коляская достаточно широкая, у нас их две — одна, где кроватки рядом, лежачие, а другая, сидячия, где креслица так же рядом друг с другом. Я решила пройтись до того самого парка аттракционов, где мы гуляли с Максом. Останавливаюсь в паре метров от лавочки, где сидела пара, потому, что Егор раскапризничился. — Ну, ну, кто тут такой капризный? Твоя сестренка ведет себя тихо, а ты чего? Ну, же Егорка. Ч-ч-ч-ч. — Катя? Поднимаю голову и вижу Вику, которая улыбается мне. Когда мы успели стать подружечками? — Привеет. Как ты? , — фальшиво улыбаясь, сажусь на скамейку рядом с ней. — Все хорошо, — она поправляет рукой волосы и я замечаю кольцо на безымянном пальце. Вот же стерва, — а это твои малыши? — Да… Мои близняшки. Егор и Лера. Хотела назвать Максик и Варя, но не сошлось. — Викусь! Я взял нам мороже… — только что счастливый Лавров подошел к скамейке и улыбка его спала, заметив меня, — К…Катя? — Ну, что же, привет, Максим. Ну, ну, Лерочка, теперь ты капризничать будешь? Тише-тише. Брюнет, кажется, хотел что-то сказать, но сзади подошел Дима. — Кисунь, я пришел. Чё, Лерка плачет? Тише, солнышко, тише, доченька. — Так вот, почему тебя не было на работе. Девять месяцев. И, давно, вы, Дмитрий, отцом стали? — Во… — хотела было возразить я, сказав, что уже как два месяца, но, Дима решил все за меня. — Я? Я не становился. А вот ты, — он ткнул пальцем ему в грудь, — папа уже два месяца как. Кать, он должен был знать. — Й…Я? Отец…?
